Песнь без звука (2/2)

– Лучше, чтоб это было так! – бросила Кловер, уходя вместе с Ферном.Талия пошла дальше к водопаду у источника. В стороне от разбивающихся брызг вода была темной. Решив, что ей только кажется, Талия прошла мимо. Но затем она оглянулась, и поняла, что ее зовет Салмасис.– Подойди, старшая сестра, – поднялась она из источника. – Сердце твоего брата драгоценно, но в глубине появилась трещина цвета осенней травы. Не дай ей расшириться. В месте упадка только огонь сможет помочь ему очиститься.– Роуэн в беде? Где мне его искать? – встревожилась Талия.Салмасис склонилась над водой. Под водопадом открылся зачарованный круг, в котором начали появляться образы мест, где Роуэн побывал и куда направляется.

– Поспеши. Он нуждается в тебе, но не может сказать об этом.

Поблагодарив Салмасис, Талия бросила все дела и полетела к местам, что видела в отражении.– Давно не было таких неясных предсказаний… – обеспокоено обдумывала она ее слова. – С Роуэном, похоже, что-то очень серьезное. И это не похоже ни на что из того, что было раньше…Пока ее поиски только начались, Лист все же привел Роуэна к своей семье. Они расположились на ветках раскидистого дерева, под куполом мерцающей листвы, которая как показалось Роуэну, тихо звенела. Застенчивые и заинтересованные глаза дриад устремились на него. Когда Лист рассказал им, что произошло, маленькая дриада спросила Роуэна:– Зачем кому-то причинять зло такому безобидному народу?– Чтобы потом суметь еще причинить больше зла нашему народу! – запальчиво ответил он.– Для чего? – Дриада смотрела на него в полном недоумении.К ним подошел старший брат Листа.– Обладание мощью озлобляет и отравляет, и оставляет жажду большего. Нежелание останавливаться обычно приводит к жестокости.– Мне все равно, почему они это делают! Наша деревня остановит их, просто заберите свою магию тишины и верните мне голос!– К сожалению, нам это не под силу. Но постарайся видеть в этом не проклятье, а дар.– Дар? Какой?!– В безмолвии ты можешь слышать музыку деревьев, ощущать жизненную энергию, текущую с соком от корней к ветвям, видеть картины памяти, снов, фантазий…– Мне это все бесполезно! Я не слышу мысли врагов, не могу говорить ни скем, кроме вас… Но не могу же я остаться с вами навсегда! Я хочу стать прежним!Дриады посовещались.– Ты получил этот дар недавно. Что для нас естественно, для тебя в новинку. Твое восприятие отличается от нашего, и с его помощью ты сможешь обнаружить то, что мы могли не замечать годами. Найди священную рощу. Нам пришлось покинуть ее очень давно, и мы до сих пор не нашли дороги обратно. Она хранит истоки всей магии дриад. Это твоя единственная надежда.– То есть я, типа, избранный? – оживился Роуэн. – Мне предстоит не только спасти себя, но вернуть целому народу их потерянную родину? Я всю жизнь ждал подобной миссии! Но… как мне искать эту рощу?– Слушай напевы деревьев, скрытые в земле или подхваченные ветром, ищи в них тайные знаки. Когда найдешь ее, спой забытую песню, чтобы пробудить магию.Отлетев подальше от хора беззвучных голосов, Роуэн напрягся, усиленно вслушиваясь в звуки природы.– Не выходит, – в досаде помотал он головой. – По-моему я даже мысленно заглушаю себя!– Оставь это. Постепенно тишина придет, – посоветовал Лист, наблюдая с расстояния.– У меня не получится! Я не могу ни о чем не думать, это так скучно!– Не думай словами. Попробуй образы…– Стой, у меня другая идея! – Роуэн встрепенулся. – Я с сестрой как-то бывал у Повелителя Корней, он может вылечить все и знает каждое дерево!Фэйдон сидел на пустом бревне возле тропы через темный лес. Змей протирал кристалл от своего изобретения.– Не старайтесь. Они уже точно успели предупредить других дриад! Теперь мы никогда их не найдем!– Ну, почему? Вон они, – Змей посмотрел на просвет сквозь призму и заметил в небе пролетающих Листа и Роуэна.– В этот раз они не уйдут! – Фэйдон вскочил, пристально глядя им вслед, но те быстро скрылись из вида. – Если я не ошибаюсь, за теми камнями начинаются владения Повелителя Корней… они определенно направляются к нему!– Повелитель Корней? Звучит могущественно. Почему бы не забрать его силу, вместо того, чтобы бегать за зелеными человечками?– Чтобы пользоваться его способностями, нужно быть деревом. С такими-то побочными эффектами! А это у меня и без того неплохо получается…– То есть он – дерево? – уточнил Змей.– Мерзкое говорящее дерево. Да.– Так обычное дерево может разговаривать, а древесные гуманоиды – нет? И вы еще утверждаете, что магия – не полный абсурд!– Просто ваш узкий разум не может выйти за рамки поверхностного восприятия. В конце концов, не я это придумал. Впрочем, – Фэйдон потер подбородок, – стереть эту ошибку мироздания будет прекрасной местью.В это время над ними пролетала Талия, разобравшись, откуда одно из мест в отражении было ей знакомо. Она все еще гадала, что означает пророчество.– Если трещина значит, что его драгоценное сердце может разбиться, то причем тут осенняя трава? А огонь и место упадка? Жуть…Внизу она увидела старых знакомых, и решила не пролетать мимо.– Если эти двое не приложили к этому руку, то наверняка собираются!– Она все-таки здесь! – воскликнул Фэйдон и метнул в нее огненный шар. Талия, похолодев, увернулась.– Всегда забываю, что он так может!.. Как там показывал папа?Она резко спикировала и сбила Фэйдона с ног. Он быстро обернулся, готовя новый огненный шар.– Где Роуэн?! – Талия схватила его за обе руки, прервав заклинание.– Там, – скрипя зубами, Фэйдон кивнул в сторону леса.Талия не стала дожидаться, пока он снова атакует, и мгновенно затерялась среди деревьев.Тем временем Роуэн и Лист беспрепятственно добрались до Повелителя Корней. Увидев их, он был приятно удивлен.– Какая встреча! Уже и не припомню, когда в последний раз я видел дриад! А ты, мальчик, один из бродяг, что были у меня не так давно. В тот раз, мне показалось, вы были разговорчивей…Роуэн не был уверен, что хранитель леса умеет читать мысли так же, как дриады. Лист вложил его руку в свою и провел ей по стволу.– …Вы можете меня вылечить? – услышал Повелитель Корней.– Как я погляжу, ты не болен. Хотя говоришь без звука, это необычно.– Мы стали жертвами злого эксперимента! У меня отобрали голос!– Твой голос все еще с тобой. Его нельзя отнять.– Тогда почему я не могу говорить вслух?!– Судя по всему, его подавляет чувство тишины, управлять которым не ты еще научился. По-настоящему обделен тот, кто отдал тебе свое.Роуэн виновато повернулся к Листу.– Прости, я думал только о себе…

Тот мельком улыбнулся, после чего спросил Повелителя Корней:– Вы не знаете, как все вернуть обратно?– Точно так же, как это было сделано в первую очередь.– Забрать изобретение Змея и использовать его? – нахмурился Роуэн. – Как бы от этого не стало хуже!Повелитель Корней развел ветками.– Моя целительная сила велика, но ничего для обмена способностями у меня нет.– Тогда, может, вы нам укажете путь к священной роще?– Священная роща? – на некоторое время он погрузился в воспоминания. – Волшебное место было… да исчезло. Где росла, ее уже нет.– Получается, мы зря пришли? – Роуэн совсем расстроился.– Не зря, мне было приятно повидаться.

Попрощавшись с хранителем леса, друзья побрели дальше. Надежда Роуэна на священную рощу угасала с каждым шагом. Лист забежал вперед и обхватил его лицо ладонями.– Священная роща не могла исчезнуть. Не могла переместиться в другое место. Она могла скрыться, после того как дриады покинули ее, могла заснуть до нашего возвращения. Но… она бы не исчезла полностью.– Тогда… – Роуэн замер от озарения, – я думаю, отчаяние – это знак. Я думал, просто у меня плохое настроение, но это может быть роща…В этот момент их догнала Талия.– Братишка, как хорошо, что ты цел! – обняла она его. – Скажи, ты в последнее время не чувствовал осеннюю траву в своем сердце?.. В смысле, нет… Как ты себя чувствуешь?Роуэн прикоснулся к ее голове, но она его не услышала. Тогда он попытался изобразить пантомимой все, что произошло.– Я бы подумала, что ты меня разыгрываешь, но, похоже, это то, о чем говорила Салмасис. Ты не можешь сказать.Он грустно кивнул.

– Листочек, может, ты объяснишь мне, что случилось?Вдруг из-за деревьев послышался разговор Змея и Фэйдона.– А как же говорящее дерево?– Никуда не денется. Дриады намного важнее!– Да что я пропустила?! – поразилась Талия.Лист потянул ее в сторону, куда указывал Роуэн. Теперь, когда он выделил тусклый поток отчаяния из других голосов леса, они могли добраться до священной рощи и скрыться от преследователей.Фэйдон не мог смотреть, как быстро они улетают, пока Змей катит свою махину со скоростью улитки.– Почему вы не могли сделать свое изобретение менее тяжеловесным?!– У него идеальная скорость, чтобы не повредить тонкое устройство! Догоняйте их сами, а подоспею в нужное время!Согласившись, Фэйдон зажег магическую искру и отправил вслед за Талией, Роуэном и Листом, чтобы не потерять их след.Путь был извилистым, но стоны деревьев становились громче. Наконец, Роуэн остановился посреди тесного круга засохших деревьев. Все их листья лежали на земле. Вокруг не было даже травы. Отчаяние здесь приобрело форму призрачной картины того, какой священная роща была прежде. Она пышно цвела и лучилась магией, но было ясно, что эти времена не вернуть.Лист потеряно подходил к каждому дереву, не узнавая ничего из своего детства.– Это место не похоже на наш дом…Но деревья его узнали. Их неясные мысли слились в настоящий голос, так что даже Талия могла их слышать.– Вы были здесь. Обменивались с нами жизненными силами. И мы надеялись, что так будет всегда. Но смена времен года не всегда проходила плавно, и ваша неспособность приспосабливаться увела вас прочь. Вы странствовали по миру, а мы ждали. Благое безмолвие превратилось в абсолютное молчание. Наши братья и сестры стали глухими и утратили магию. Мы пытались сохранить ее, она все еще внутри нас, но до нее теперь не добраться… – их слова угасали.Лист бросился собирать опавшие листья для ритуала.– А что если я спою вам пробуждающую песню? – со слабой надеждой предложил Роуэн.– После всех этих лет, мы думаем, что с нами случилось, было неизбежно. Эти стены выросли на заре времен, среди них зародилась жизнь дриад. Без хранителей роща смешалась с остальным лесом, а кто воспротивился этому, засыхают. Нам не суждено вновь зеленеть, но пока мы здесь, не зазеленеет ничего.

На глазах Роуэна выступили слезы.– Это конец? Дриады не вернутся домой, а я навсегда останусь без голоса?– Ты думаешь, что обречен жить в бесконечном потоке неслышимых песен и не озвученных мыслей, но это неправда. Вырвавшись из этого неблагозвучного вихря немых голосов, ты будешь жалеть о том, что упустил целый мир.– Но это не мой мир! Я не могу жить в мире вечного молчания…Долгие и медленные речи деревьев, не дающие Роуэну, Листу и Талии никакого решения, позволили Фэйдону и Змею настигнуть их.В одно мгновение Фэйдон оказался позади, и, сам превратившись в дерево, схватил всех огромными руками-ветками.– Змей, стреляйте! Плевать на точность! Заберите у них все без остатка!Лист выскользнул из его хватки, понимая, что на этот раз у него есть преимущество. Он яростно сгреб в охапку сухие листья, закрыл глаза и поднял руки над головой. Фэйдон успел только ахнуть, когда он разжал его пальцы, заставляя отпустить Талию и Роуэна. Но на этом Лист не остановился. Он вытянул его вет?и до неестественной длины, узлами переплетая их с ветками деревьев священной рощи. Фэйдон в панике попытался превратиться обратно, но он не мог, пока Лист контролировал его. Он вырастил из его тела новые ветки, которыми схватил Змея и поднял вниз головой на большую высоту. Он вытащил из земли его корни и заставил прорасти сквозь изобретение Змея. Осциллятор задымился. Произошел взрыв, который не задел только Листа, защищенного своей магией.Огонь от взрыва моментально перекинулся на высохшие деревья. Священная роща загорелась. Лист распахнул глаза и застыл, увидев, что натворил.– Это я не смог остановиться… это меня ожесточило обладание мощью… – Лист удрученно вспоминал слова своего брата.Наконец приняв свой обычный облик, Фэйдон в шоке осматривал свои конечности, убеждаясь, что они целы и не деформированы.

Змей, падая, зацепился за ветку своим балахоном, но, когда к ней подступил огонь, она обломилась. Теперь он носился вокруг, выхватывая из пламени уцелевшие детали. Фэйдон опомнился и оттащил его, чтобы они могли сбежать прежде, чем огонь окружит их.Лист сделал рывок, и вырастил вокруг священной рощи плотный купол, чтобы огонь не распространился на остальной лес, однако сам вместе с Талией и Роуэном оказался в ловушке. Силы покинули его, и он рухнул на землю.Роуэн подбежал к нему и крепко обнял.– Ты не можешь умереть из-за меня! Я почти не знал тебя, Лист… я… даже не знаю твоего настоящего имени…Лист с усилием вцепился в его волосы, но ничего не сказал.– Абсолютное молчание – это смерть… – внутри Роуэна все оборвалось. – Я спою для тебя эту песню.Словно сами собой в его голове сплелись звон деревьев с переливами от солнечных бликов, легкие голоса дриад и глубокий голос Повелителя Корней под мелодию обреченности духов священной рощи. Прислушиваясь к звукам пожара, он ожидал услышать крики агонии, но вместо этого были лишь вздохи облегчения.– Пророчество! – между тем спохватилась Талия. – Но разве я могу что-то сделать? У меня даже нет с собой арфы и кристалла, чтобы вызвать дождь!Она закрыла глаза, вдохнула горячий воздух, стараясь успокоиться. Воздух был сухим, вокруг порхали искры. Талия протянула руки, и пламя коснулось их, не повредив. Оно было диким, но робким. Талия обнаружила в себе силы подчинить этот огонь. Это был не разрушающий жар, который поглощал все, это было тепло, которое давало дорогу новой жизни.

– Очищающий огонь… о чем и говорила Салмасис!

Сгоревшие деревья освободили магию, что была в них запечатана.Издалека Фэйдон увидел, как волшебное сияние разлилось над лесом.– Это же была священная роща! Она уничтожена! Теперь я никогда не получу силы дриад!Но роща не погибла. Магия возродила жизнь в этом месте, и молодые ростки показались из пепла. Роуэн зачарованно смотрел на них.Возрождение произошло не естественным образом, но стало частью естественного порядка.

Лист счастливо открыл глаза.

– Я снова чувствую это! Молодые побеги радуются жизни!Роуэн не слышал его, пока тот снова не запусти руку в его волосы.– Теперь ты можешь говорить, спаситель священной рощи.– Это все благодаря моей песне? – удивился Роуэн. И он действительно сказал это вслух.Их окружили дриады, прилетевшие за вспышкой магической энергии. Как всегда тихие, но проницательные.– У вас все-таки получилось, – сказал брат Листа.

– Я так боялся, что никогда не стану прежним, что не хотел понимать тишины, – ответил Роуэн. – Но мой голос вернулся, а я все равно не тот, что прежде. Небольшая часть этого волшебства останется со мной.– Видишь, быть героем значит не только рваться в бой, – наклонилась к нему Талия.– Ты тоже отлично справилась, сестра!

– Самое лучшее, я теперь могу вызывать огонь! – она продемонстрировала новое умение. – С этим будет сподручнее защищаться от Фэйдона! – и Талия сжала кулак, погасив пламя.– До первого снега мы будем здесь. Вы всегда будете желанными гостями, – передали им дриады.На прощание Роуэн ничего не сказал, а только подумал, рассчитывая, что Лист поймет и так. Он не жалел, что больше не может слышать его голос постоянно, ведь это значит, что он не перестанет быть особенным. И хотя они знакомы совсем недавно, Лист для него казался одним из самых близких. То, что от него ничего не скрыть, на самом деле все сделало проще.Однако скоро ему напомнили, как трудно бывает описать словами настоящие чувства. В деревне его обступили Кловер, Ферн и другие ребята.– Роуэн, ты, правда, был у дриад? Почему ты не позвал нас с собой?– Вам бы там понравилось! – отмахнулся он. – Фэйдон и Змей забрали бы у вас голос, а потом бы дриады заставили вас искать потерянную сто лет назад рощу, которая в итоге сгорела, и все было бы кончено, если бы вы не спели правильно песню, которую никогда раньше не слышали!– Наверно, и в самом деле с этим мог справиться только герой как ты, – согласились друзья, представив это все.Тем временем Талия сообщила совету о тревожащей активности Фэйдона.– Мы узнали о его нападении на дриад по чистой случайности, и не знаем, каким будет его следующий ход. В отличие от эльфов, он действует скрытно и внезапно. Всегда, когда он не вредит нам, нельзя быть уверенными, что в это время он не вредит кому-нибудь еще.

– Боюсь, в такой ситуации мы больше не можем следовать нашим миролюбивым принципам, – покачала головой Фала.– Изгнание Фэйдона было ошибкой, – признал Менел, – и мы понесем ответственность за нее. Пока он на свободе, мы обязаны защищать от него не только себя.Совету еще предстояло решить, какими будут их дальнейшие действия, однако для всех стало очевидно, что будущее в мире отдалилось только сильнее, и впереди их ждет длинный и тернистый путь к нему.