Часть 34 (1/2)

23 ноября

Пятница

14:43

Вскинув оружие, Сомерс бросился вбок и назад. Он оказался слишком медлителен, потому что Адалин уже начала действовать. Выстрел должен был угодить ему прямиком в грудь.

Но в этот момент Мерил по низкой дуге выбросила ногу, зацепив и толкнув женщину ниже себя ростом. Пуля пролетела мимо. Кувыркнувшись, Сомерс врезался в кусты и, когда стена блестящих зеленых листьев сомкнулась перед ним, грянул выстрел. Сомерс упал на землю, его дыхание вырвалось из легких. В воздухе над ним затрепетали обрывки листьев, от выстрела Адалин разлетевшиеся словно конфетти.

Бежать? Или попытаться отобрать оружие?

Сомерс побежал. Побежал еще до того, как принял вертикальное положение, побежал, как только поднялся на ноги, не обращая внимания на ветки, хлеставшие по лицу. Во рту появился острый привкус крови, и это означало, что его подстрелили, так ведь? В него попали… Куда? Скорее всего, в грудь. В голове беспорядочно метались мысли.  В легкое. Кровь смешивалась с воздухом при попытке вдохнуть, изо рта шла пена. Через несколько мгновений воздух закончится, он потеряет сознание, а затем умрет.

Но сознание он не потерял. Раздался еще один выстрел, и на этот раз вместе с ним прозвучал крик.

Мерил? Коламбии?

Сомерс решил, что кричала Коламбия. Но к тому времени, он уже заблудился. Резко затормозил, загребая ботинками суглинок, ветки и коричневые банановые листья. Каждое движение производило столько шума, что казалось, Адалин слышит его, но он заставил себя не бежать снова. Вместо этого присел за широким стволом какого-то незнакомого тропического дерева. Женские крики не утихали, но теперь в них можно было разобрать ругательства. Да, это определенно была Коламбия. Должно быть, Адалин первым делом выстрелила в нее, поскольку та представляла единственную потенциальную угрозу. Но не убила, что важнее всего, хотя Сомерс не был уверен, почему.

Шорох веток вынудил Сомерса задержать дыхание. Послышался треск дерева, звук донесся с той стороны, откуда он только что пришел. Это наверняка была Адалин, и потому Сомерс переместил свой вес и начал тихо перемещаться глубже в кусты. Вот если бы он смог добраться до двери…

- Детектив Сомерсет, - крикнула Адалин. Голос прозвучал совсем близко. Очень неприятно близко. В воздухе просвистела ветка. – Если вы направляетесь к двери, то вас ждет разочарование. Я ее заперла.

Чушь собачья. У нее не было времени на это. Сомерс попытался прикинуть, сколько времени он бежал. Секунд тридцать? Минуту?

- Вы думаете о том, что у меня не было времени. Считаете, что я блефую. Весьма неподходящее время для азартных игр.

Сомерс не собирался принимать слова женщины на веру, но и не был уверен, что стоит рисковать. Сбежать теперь означало бросить на произвол судьбы Мерил и Коламбию. Все еще пригибаясь, Сомерс побежал к берегу, поросшему высоким папоротником. Пистолет Коламбии все еще мог валяться на поляне. Если Адалин окажется полной идиоткой.

Если вспомнить, то все казалось просто нелепым. Тихая, покладистая Адалин обвела его и Хазарда вокруг пальца. Вполне вероятно, это было притворством, но Сомерс мог поспорить, что все не так просто, и, возможно, что часть Адалин действительно была застенчивой, замкнутой женщиной. Но, как и большинство людей, она оказалась сложнее, чем казалось на первый взгляд, и в данном случае, похоже, Адалин была намного сильнее, чем предполагал Сомерс.

- Как вы это выяснили, детектив?

Папоротники находились менее чем в десяти метрах, и между ними и Сомерсом деревья расступались. Как только Сомерс выйдет, чтобы пересечь эти десять метров, то превратится в легкую мишень. Листья зашуршали, выдавая движение, и Сомерс напрягся.

- Разве так все должно было быть? – Теперь, когда голос Адалин звучал совсем рядом, было слышно, как он подрагивает. Вероятно, она оказалась не так хладнокровна, как предполагал Сомерс, но она по-прежнему оставалась убийцей. Дрожь или нет, она прикончит Сомерса, если ей выпадет такой шанс. – Продемонстрируйте мне свою гениальную дедукцию. Разложите по частям мои ошибки. Что меня выдало?

Сомерс понимал, что она пытается его разговорить. У нее не было опыта в подобных ситуациях, поэтому она руководствовалась смесью из подсмотренного в фильмах и собственного здравого смысла. Она хотела услышать от Сомерса хоть что-нибудь, чтобы обнаружить его. И с проблеском уязвленной гордости Сомерс понял, что говорила Адалин так, будто и правда считала его достаточно глупым, чтобы купиться на подобное.

Хотя, по правде сказать, она уже однажды одурачила напарников. Сцена с ужином Томаса оказалась тщательно подготовленным представлением. К тому моменту, как Сомерс это понял, Томас был уже несколько часов мертв. Их сбило с толку открытое окно. Сомерс – да и Хазард, если уж на то пошло, - предположили, что убийца воспользовался окном либо для побега, либо для того, чтобы избавиться от компрометирующих улик. Вот почему было очень странно ничего не обнаружить под стеной дома. Адалин ничего не выкидывала из окна. Она распахнула его и разворошила снег, чтобы все выглядело так, будто что-то упало с крыши. Она чем-то воспользовалась для этого, и Сомерс решил, что, скорее всего перьевой метелкой. А потом Адалин просто ушла.

Но она сумела добиться именно того, что хотела: запутала их, не дав понять, зачем было открыто окно. И из-за холода определить время смерти Томаса оказалось почти невозможно. Он не умер в ночь после встречи с Коламбией; эта встреча так и не состоялась. По крайней мере, в этом отношении Коламбия не лгала. Их встреча состоялась намного раньше, и завершилась для Коламбии вполне удачно. Сомерс предположил, что разговор произошел в то время, когда остальных не было в доме. Коламбия и Адалин вернулись пообщаться с Томасом. А потом, по какой-то причине, Адалин его убила.

Из ревности? Возможно, а может, из-за обиды. По сравнению с другими сотрудниками «Стронг, Мэтли, Гросс» она получала несравнимо меньшие деньги. Сомерсу было легко представить, что могло произойти: Адалин подслушала конец разговора с Томасом, услышала, как он согласился с требованиями Коламбии, и пришла в ярость. Она убила Томаса – без сомнения из того же пистолета, который сейчас был у нее. Однако, где она его взяла и где прятала до сих пор, оставалось выяснить как-нибудь в другое время. Сомерс вспомнил, как отреагировала Адалин, узнав о завещании Томаса. Она была рассержена – не смущена, как сама утверждала, а именно рассержена из-за того, что Томас даже после смерти сохранил богатство, поместив все деньги в фонд и оставив их вне досягаемости.

Сомерсу пришло в голову, что Адалин слишком долго молчит. Он задержал дыхание, прислушиваясь к любому движению: шуршание листьев, скрип веток, шарканью обуви по глине. Ничего. Она могла быть где угодно. В этот момент она могла подкрадываться к Сомерсу сзади. Могла стоять за спиной, держа дуло в паре сантиметров от его головы, готовая спустить курок, а все потому, что Сомерс слишком увлекся попытками раскрыть убийство и забыл о концентрации. Он подавил желание немедленно обернуться и посмотреть через плечо; это движение лишь произвело бы ненужный шум и, скорее всего, выдало его укрытие.

Вместо этого Сомерс сделал десять медленных вдохов, и пульс вернулся в норму. По-прежнему ничего не выдавало местоположение Адалин. Сомерс сделал еще десять вдохов, а затем бросился через узкую поляну к папоротниковым зарослям. Раздался выстрел.

Адалин должно быть выжидала, когда он выдаст себя, потому что выстрел произошел слишком быстро. Что-то дернуло куртку Сомерса – пуля? Низко висящая ветка?  - и он приземлился лицом прямо в папоротник. Листья хлестали по лицу, и Сомерс вдыхал их мшистый запах. Раздался еще один выстрел, и на насыпи взметнулся земляной фонтанчик. Сомерс пополз вперед. Папоротники скроют. Лучше бы им спрятать его, иначе он будет мертв в ближайшие несколько минут.

Прогремели еще два выстрела, и у Сомерса зазвенело в ушах от оглушительного звука. Пять метров, три метра…

Над головой треснула ветка, отломилась и рухнула менее чем в полуметре от Сомерса. Кора и щепки впились в щеку. Он подтянулся вперед, добрался до края склона и скатился в углубление.

Наступила тишина. Учащенное дыхание прерывалось, и Сомерс изо всех сил пытался заглушить этот звук. Сколько раз она выстрелила? Один в Сомерса. Один в Коламбию. Три только что. Черт возьми, он понятия не имел, какой у нее пистолет. Сколько патронов может быть в магазине? Девять? Одиннадцать? Пятнадцать? Проклятье, если она забрала еще и пистолет Коламбии или Сомерса, если уж на то пошло, патронов у нее набралось предостаточно. Во всяком случае, хватит, чтобы пристрелить двух безоружных женщин и одного очень глупого детектива полиции Варедуа.

Сомерс дал себе еще пару секунд. Над ним, в том направлении, откуда он пришел, послышались шаги и шуршание листьев. Пришло время снова двигаться. Он встал на четвереньки, проверяя обзор, но ничего не увидел. Спустя удар сердца он вскочил на ноги и метнулся к самой густой полосе деревьев.

Но к собственному удивлению, спустя мгновение оказался в тупике: вместо чернозема и раскидистых тропических деревьев Сомерс наткнулся на стену из армированного стекла. На фоне пепельного света за окном в стене оранжереи отобразилась полупрозрачная фигура Сомерса. Он снова подумал о…

…ледниковом периоде…

…снежном шаре, том самом вывернутом снежном шаре с метелью снаружи и тех, кто заперт за стеклом. Именно таким и показалось ему собственное отражение: перевернутое, словно сотворенное из дыма, пока настоящий Сомерс находится где-то в другом месте. Оставалось надеяться, что в том месте было теплее.