Часть 9. Не по протоколу (1/2)

Следующие дни Эмма провела в поисках информации. Она бродила по рынкам, ловко втираясь в доверие к торговцам и посыльным, подслушивала разговоры в трактирах, пробиралась к спискам у стражи и ловко изучала логистику. Её интересовало всё: имена гостей, маршруты караулов, чертежи и схемы замка Белоснежки, тайные проходы, структура праздника. Любая крупица сведений могла стать ключом.

Реджину она не видела ни разу. Ни в тронном зале, ни в библиотеке, ни даже в столовой.

Одна из служанок, краснея и наклоняя голову, пробормотала, что госпожа занята — готовится к какому-то важному мероприятию.

Эмма не стала уточнять. Не потому что не хотела знать — наоборот. Просто она слишком хорошо знала Реджину, чтобы выдавать интерес открыто.

В какой то день жара стояла такая, что даже каменные стены замка не спасали от удушья. Воздух был густой, вязкий, будто замедлял время. Эмма, устав от духоты и напряжения, вдруг сорвалась.

Она вспомнила о пруду в дальнем саду. О нём как-то говорили служанки — с оттенком благоговения, словно о чём-то почти запретном.

Пруд оказался ещё прекраснее, чем она ожидала. Зеркальная гладь воды отражала пронзительно голубое небо. Вдоль кромки тянулись густые яблоневые заросли: ветви свисали до самой воды, их листья мерцали в солнечном свете, а между ними — алые яблоки, словно реликвии заколдованного сада.

Эмма фыркнула, усмехнувшись:

— Конечно, яблоки… Куда ж без них.

Она неторопливо сбросила одежду, позволяя телу привыкнуть к жаркому воздуху. Осторожно вошла в воду — прохладная гладь приятно обожгла кожу, прохлада охватила её с головой. Эмма нырнула, вынырнула, откинула волосы назад, чувствуя, как капли скользят по плечам.

Именно в этот момент она почувствовала это. Едва уловимое… присутствие.

Как будто воздух стал плотнее. Как будто взгляд пронзил спину.

Эмма замерла и медленно обернулась. За кронами деревьев — лёгкое движение. Тень, слишком целенаправленная, чтобы быть ветром.

Она усмехнулась, не прячась, не прикрываясь. Напротив — подняла подбородок чуть выше, демонстративно неспешно провела рукой по плечу, сбрасывая капли.

— Ну здравствуй, ваше величество, — произнесла она вслух, не видя её, но зная, что Реджина где-то здесь.

— Неужели ты скучала? — добавила она, чуть громче, с полуулыбкой на губах.

***

Реджина находилась в просторном круглом зале, примыкающей к тронному залу. В центре стоял массивный стол, покрытый картами и свитками. Вокруг неё — несколько ближайших советников, сосредоточенных и молчаливых. Обсуждение касалось приграничных земель, особенно ситуации с жителями Тёмного леса.

Это было странное и, в какой-то мере, парадоксальное положение: они признавали Реджину королевой, обращались к ней с почтением, но при этом упорно отказывались принимать её военные законы и отказывались участвовать в конфликтах по её правилам. Их преданность была глубже инстинкта, но не подчинялась логике двора.

Ещё одной нерешённой головоломкой оставался король Солнечных земель. Он сохранял нейтралитет, равнодушно наблюдая за конфликтами из-за высоких стен своего королевства. Пространный и почти непроходимый лес, отделявший его владения от прочих земель, давал ему ложное чувство безопасности. Он не видел необходимости спешить с альянсами, особенно с такой фигурой, как Реджина.

Между этими двумя — Тёмным лесом и Солнечным двором — Реджина искала лазейку. Если удастся убедить одну из сторон, вторая, скорее всего, последует за ней. Тогда — шах и мат. И вся доска будет принадлежать ей.

Солнечные земли были важным козырем.

Но Август — слишком осторожный, чересчур расчётливый, до абсурда влюблённый в собственное представление о порядке. Его жена, Одетта, и вовсе предпочитала смотреть на мир сквозь завесу золотой пыли иллюзий, где всё прекрасно, пока ты не смотришь слишком пристально.

Но Реджина знала: даже у таких правителей есть слабости. Им нужны гарантии. Символы власти. И… жертвы.

На губах королевы появилась тень усмешки, когда она вспомнила об Эмме. Упрямая, дерзкая, непредсказуемая — она была живым напоминанием о прошлом.

Дочь своего отца.

Но — что важнее — она вдруг стала казаться Реджине невероятно полезной фигурой.

Если подать её правильно — как покорённую, как союзницу, подчинившуюся воле Реджины, как доказательство её силы — Августу будет гораздо сложнее сохранять нейтралитет. Особенно когда перед ним поставят живое напоминание о том, на чьей стороне перевешивает чаша весов.

Реджина задумчиво провела пальцем по краю стола, взгляд её стал сосредоточенным. Как ни странно, но сейчас она подумала, что её собственное решение, позволить мисс Свон остаться в замке, было, пожалуй, чересчур разумным. Даже… своевременным.

Пока мисс Свон готовится к своему отъезду, пока изучает маршрут, стратегию, — она остаётся в пределах досягаемости. А значит — может быть полезна. Очень полезна.

Не теряя времени, Реджина подозвала ближайшего стражника:

— Немедленно найдите мне мисс Свон и прикажите ей явиться.

Однако спустя некоторое время стражник вернулся один — смущённый и пустыми руками.

В Реджине закипала ярость.

Развернувшись, она решительным шагом направилась в покои Эммы, в голове уже складывая возможные комбинации наказания. Но и там та отсутствовала.

— Где она? — холодно бросила Реджина, устремив взгляд на стоящую в углу служанку. — Я знаю, вы с ней сдружились. Говори.

Служанка дрогнула, но, опустив глаза, всё же осмелилась прошептать:

— Мисс пошла… искупаться, ваше величество.

Реджина закатила глаза с долгим, утомлённым вздохом.

— Конечно. Пока я решаю судьбы королевств — она играет в русалку.

Она уже собиралась развернуться — но вдруг застыла.

Картина вспыхнула в сознании слишком ярко, слишком живо:

Блондинка, мокрые волосы прилипли к шее и плечам, капли воды катятся по коже, солнечные блики танцуют на ключицах…

Реджина резко вдохнула и на секунду закрыла глаза. Это не входило в её планы. Эмма не должна была так врезаться в её сознание.

— Довольно, — сказала она себе и, не теряя ни секунды, исчезла в фиолетовом дыме.

Когда она вновь появилась, то оказалась на краю пруда. Стояла в тени яблонь, не издав ни звука. Вид перед ней был именно таким, каким она его себе вообразила, — Эмма, по пояс в воде, спиной к ней, медленно проводила рукой по плечам, расслабленная, уверенная, красивая.

Эмма не оборачивалась, но в её движениях появилась чуть иная грация, более осознанная. Она знала, что за ней наблюдают и она знала кто. Реджина почувствовала, как сердце ударилось сильнее. От гнева. От желания. От раздражения.

Слишком самоуверенная. Слишком бесстрашная. Слишком… притягательная.

Реджина прикусила губу и сжала пальцы в кулак.

***

Swan Lake, Op. 20, Act 1: No. 2, Waltz - Pyotr Ilyich Tchaikovsky

Реджина вышла из тени, шаг за шагом приближаясь к берегу. Когда её туфли коснулись края воды, она остановилась, сцепила руки в замке перед собой и с холодной усмешкой произнесла:

— Вижу, вы неустанно трудитесь над выполнением моего приказа, мисс Свон.

Эмма, лениво плавая в воде, подняла взгляд и с усмешкой подплыла чуть ближе.

— Разумеется. Подготовка идёт полным ходом. Решила немного освежиться… К тому же, форму нужно поддерживать, — протянула она с игривым намёком. — Хочешь присоединиться?

— Как-нибудь в другой раз, — парировала Реджина, — в отличие от вас, у меня действительно есть дела.

На её лице на мгновение мелькнуло раздражение, прежде чем она властно добавила:

— Выйдите из воды, мисс Свон. Мне нужно обсудить с вами один вопрос.

Но Эмма лишь нырнула с головой, и, вынырнув, продолжила плавать, не собираясь подчиняться.

— Вас разве не учили, что ослушание приказов королевы — верх невежества? — холодно осведомилась Реджина, в голосе нарастало раздражение.

— Я не твоя подданная, Реджина, — ответила Эмма, не глядя. — Хотя… всегда можно пересмотреть позицию. И, если ты хорошо попросишь, я даже готова встать перед тобой на колени, — добавила она, с очередным намёком.

Реджина прищурилась, её губы изогнулись в тонкую линию.

— Выйдите. Из воды. — повторила она, на этот раз почти сквозь зубы.

Эмма вздохнула, медленно поплыв к берегу.

— Ну ладно. Я всё равно собиралась закончить. Только… может, отвернёшься? — произнесла она с притворным стеснением, бросив через плечо лукавый взгляд.

— Вы стесняетесь? — с насмешкой вскинула бровь Реджина.

— Вовсе нет, — ухмыльнулась Эмма. — Так и быть… можешь смотреть.

С этими словами она неторопливо вышла на берег, позволяя каплям стекать по телу. Реджина не отвела взгляда, демонстративно, почти вызывающе, следила за каждым движением Эммы.

Эмма натянула узкие кожаные штаны, затем небрежно накинула просторную белую рубашку, теперь уже слегка влажную от её кожи, и подошла ближе.

— Понравилось? — спросила она, не скрывая наглой ухмылки.

— Я в полном восторге, — с ядом в голосе ответила Реджина.

— Рада была угодить, — протянула Эмма, всё ещё не отводя взгляда.

Между ними повисла пауза, наполненная молчаливым напряжением, будто не вода только что разделяла их, а нечто куда более глубокое.

— Мне понадобится ваша помощь, — строго сказала Реджина, скрестив руки на груди и смерив Эмму взглядом.