Глава шестая (1/1)

Девушка медленно прошла вдоль высоких шкафов, тщательно просматривая таблички с названиями жанров и алфавитным указателем. При этом почти не останавливаясь взглядом ни на чём: сфокусироваться сегодня было труднее, чем обычно. Она встала напротив отдела "ужасы", и поставила указательный палец на одну из книг. Следя глазами за ногтем, ведя им по корешкам, она искала хоть чем-то похожее на нужное ей название. Как же назывался фильм? Ох, ну что за память дырявая, не запомнить наименование из одного слова! В тот момент, когда Лили собиралась взять первую попавшуюся книгу в руки, её окликнули сзади.– Я нашёл! Девушка положила фолиант на место и вышла из прохода. Майкл держал в руках три объёмные книги.– О, отлично! Спасибо, мистер Хэнлон.Она села за один из многих свободных столов и взглянула на обложки, которые мужчина разложил перед ней.– Так, здесь у нас достаточно популярный ужастик, вполне возможно, что его экранизировали. Затем, как ты и просила, книга с историей. И вот эту – он указал на книгу в кожаном переплете – я когда-то читал вместе с моим другом, Беном. Уже не припомню, что именно, но нас тогда что-то сильно привлекло в ней. Там есть старинные легенды, в том числе индейские придания с бог знает каких времён. Надеюсь, я помог?– Да, большое спасибо. Запишите на меня, если не успею дочитать тут, возьму домой.– Конечно.Майкл постоял ещё немного, смотря, как девушка начала пролистывать страницы, и думал, что вроде как хотел её о чем-то предупредить. Однако в голову никак не шли правильные слова. Он и сам себе не мог объяснить, почему вдруг от этой темы ему тревожно. Но в самом деле, даже если бы он отказал ей в выдаче книг, она в любом случае нашла способ, как найти нужную ей информацию. Вот только к чему это приведёт?"Иной раз в этом городе случается, что ситуация выходит из-под контроля, Майк" – вспомнился ему голос отца. Опасно... Почему это опасно? Это же просто книги, страшилки, коих она прочла великое множество. Выдуманные истории, они не реальны.Но если ты веришь, всё что угодно может стать правдой.Он почесал затылок, и нерешительно отошёл обратно за стойку, замечая, что левая нога начала саднить. Ну ничего. Кэрол должна была выйти в понедельник, а уж выходные он как-нибудь протянет.Лили просматривала текст первой книги, и пришла к заключению, что библиотекарь был прав. Именно с таким сюжетом был фильм, разве что деталей в нём было упущено немерено. В ней даже упоминались знакомые ей имена. Известных архитектора, писателя, радио-ведущего, владелицы модного дома...Почему мистер Хэнлон не помнит об этом? "Да брось, Лили, это просто чьи-то выдумки. Может, он и его друзья консультировались с писателем, а тот добавил от себя сверхъестественных деталей, чтобы было страшнее? Так обычно и создаются книги, разве нет? Ты собираешь историю по кусочкам, которые узнаёшь из своей жизни, из биографии других людей, а затем на них строишь, как пазл, цельных персонажей. А сюжет... Сюжет случится сам. Герои ведут тебя по тропе, открывая дверь в мир приключений, как собака-поводырь ведёт слепого на прогулку."Но что стало примечательным для девушки, так это то, что описание клоуна полностью совпадало с тем, кого она видела прошлым вечером. Это и было странно: обычно галлюцинации были чем-то знакомым, уже увиденным раньше. Как лица людей, которые ты видишь во сне, оказываются искаженными твоим восприятием, но узнаваемыми, потому что ты видел их наяву. Просто ты не смог их запомнить.Что же до тех чудовищ, что мы видим в своих кошмарах, то Лили не могла исключать возможность, что и их она уже встречала в жизни. Просто как и любой другой человек, очень старалась их забыть. Наверное, если бы мы помнили каждый ночной кошмар, то жили в постоянном опасении, ожидании встречи с неизбежным.Жаль, что подсознание не проведёшь.Книга по истории оказалась интереснее. Девушка нахмурилась, глядя на вложенные в неё вырезки газетных статей, бережно закреплённые канцелярскими скрепками. Сама не понимая зачем, она потянулась ко внутреннему карману куртки, и достала маленький блокнот. Взяв из подставки на столе карандаш, она записала:"1741 – 212 поселенцев."Узнавая всё больше и больше, девушка продолжала выписывать цифры, значащие погибших при неясных обстоятельствах людей, мысленно проводя линию между ними и слухами, о появлении в городе загадочного убийцы. Как бы девушке ни хотелось, пришлось признать, что он реален. Девушка кусала губы, глядя на получившийся список. "1851 – семья из 5 человек, ещё семеро между собой не связаны.1879 – 15 человек.1904 – около 40.1906 – 102, 88 – дети.1929, 1930 – 56, 19 – дети.1958 – 12 детей."Книга заканчивалась примерно на 40-х годах, тогда же, когда и была написана. Все оставшиеся данные Лили собирала по статьям, читая их в хронологическом порядке. Страницы некоторых из них были сухими, и текст выглядел расплывчато. Последними остались вырезки с событиями 1985 года, смотреть на которые девушка так и не решилась. Захлопнув книгу и отложив газеты в сторону, она взглянула на листок блокнота ещё раз."Зачем я это делаю? Ради спортивного интереса?""Но у этих событий есть причина, и причина одна. Пусть другие думают, что хотят, а я верю. Верю, что у Дерри есть хозяин. И хозяин этот, как и положено всем, требует оплату за свои услуги. Города бы не было, не будь он... Не будь Оно – здесь."В несколько нехитрых арифметических действий, она вывела итоговую цифру, и пробормотала вслух.– Итак, за всё время существования города, без видимых на то причин пропало 449 человек. Серьезно? Да от чахотки больше померло!Она фыркнула, закрывая блокнот и устало откидываясь на спинку стула.– И откуда во мне столько цинизма?Ну, может, я просто забочусь о близких. Другие меня волновать не должны. Это же естественно – переживать лишь за своих, верно?– Разумеется! Я полностью разделяю твою точку зрения.Лили, вздрогнув, подняла голову, и нервно перевела взгляд из стороны в сторону, пытаясь понять, откуда шёл голос. Кажется, будто говорили прямо перед её носом, но увидеть девушке так никого не удалось. Она повела плечами: в читальном зале стало до жути неуютно. Она выпрямилась и потянулась рукой к блокноту, но тот плавно отъехал к краю стола.Словно его отодвинули рукой.Лили опустила предплечье, глядя, как страницы сами собой начали медленно перелистываться, и почувствовала, как дышать от страха становится тяжелее. Не отрывая взгляда от этого зрелища, она потянулась в карман за лекарством от астмы, сделала вдох, принимая порошок, и положила баллончик обратно. Блокнот, так же, как и до этого, подъехал ближе к девушке. На открытой, следующей после её списка, странице, неровными, вытянутыми буквами была выведена единственная фраза."Тяга к знаниям – штука полезная, но смотри, не делай глупостей."Она сглотнула, схватила свои записи и сунула в карман джинсовки. Взяв ещё не прочитанную книгу с легендами, со спокойным, настолько, насколько она могла изобразить, видом, Лилит вышла из библиотеки. Уже на улице, она судорожно выдохнула, опираясь ладонью на дрожащие колени. Свежий воздух немного прояснил сознание.О каких глупостях шла речь? Что она такого может сделать, прочитав пару книжек? Что в них такого? Она взглянула на обложку тяжело лежащей в руке книги. Существо, живущее в Дерри, должно быть, как-то связано с одним из преданий коренного народа. А вчерашняя встреча не была игрой её воображения. Теперь Лили была уверена в этом.Её начал мучать совсем другой вопрос. Почему Оно так к ней относится? Она бы поняла такое отношение к Хэнлону, или любому другому из тех мальчишек, что насолили, но что сделала конкретно она?"Мы встречались раньше, хоть ты и не помнишь."Но она помнила это из недавнего сна. Это был не просто сон, а чёртов привет из прошлого. Мама уже рассказывала ей, что это было одно из её самых первых воспоминаний. О том, как после прогулки вдоль Пенобскота (но почему-то Лили была уверена, что гуляли они у другой реки) она проснулась и заплакала, но почему, ни Лили, ни Джилл не могли объяснить. Хотя сейчас девушке казалось, что её матери просто не нравилась версия с дружелюбным монстром, которого она видела однажды. "Мама всегда говорила, что у меня хорошее воображение. Но может, она просто не видит то, что вижу я? Голос она тоже никогда не слышала, но это не значит, что его нет."Девушка стояла на лестнице и чувствовала слабость, медленно, но верно различающуюся по всему телу. Отсутствие завтрака всё же сказывается на самочувствии. Не хотелось это признавать, но есть всё же надо. Как бы противно ей сейчас ни было обслуживать свою физическую оболочку, это было необходимо. А Дебби бы пропустила обед-другой, и осталась стройной красавицей."Помолчал бы лучше. И без тебя тошно. И потом... Мне сколько ни голодай, красавицей не стать."Было бы глупо это отрицать."Это твоя вина, что её не стало. Это была твоя идея, выключить её будильник. Какой же ты подонок!"О, но ведь у тебя был выбор, не так ли? Ты могла бы меня и не послушать, но что бы случилось тогда? А я скажу тебе, что. Вместо неё погибла бы твоя мать."Замолчи. Замолчи сейчас же! Ублюдок, ты всё испортил! Ты портишь мне жизнь! ТЫ СВОЛОЧЬ!"Да где бы ты была, если бы не я, неблагодарная девчонка?! Кто дал тебе образование? Кто нашёл тебе работу? Кто помог скрыть твою проказу от других?! БЕЗ МЕНЯ ТЫ – ПУСТОЕ МЕСТО, КРОШКА, ПРИЗНАЙ ЭТО, БЕЗ МЕНЯ ТЫ ДАЖЕ ДВЕРЦУ ШКАФА НЕ ОТКРОЕШЬ. ХОЧЕШЬ ЖИТЬ ХОРОШО? ТОГДА ЛУЧШЕ БЫ ТЕБЕ ДЕЛАТЬ, КАК Я ВЕЛЮ.Девушка прорычала сквозь стиснутые зубы. Сжав до боли кулаки, она побежала, так, как если бы это помогло ей уйти от этого разговора. Прекрати вести себя, как ребёнок, Лилит, контролируй свои эмоции. Они делают тебя слабой! "Я не слабая! Не слабая, ясно?!"Докажи это делом, если не хочешь стать такой же неудачницей, какой ты была в школе. Какой ты ВСЕГДА была без меня. Я забочусь о тебе, будь благодарна за это.Она сбилась с ног, и выдохлась, от казалось, совсем недолгого бега. Грудь жгло, горло сдавливало, но она держалась из последних сил, чтобы не заплакать. "Не здесь. Пожалуйста, господи, только не на виду у всех..."Деревья покачивались на холодном ветру, словно поддакивая её мыслям.Лили вынула из коробочки и с трудом протолкнула по пересохшей глотке круглую таблетку. Кажется, сегодня она сработала, потому что Он исчез из её головы. Девушка оперлась на скамью, несколько раз вдыхая носом и выдыхая через сложенные трубочкой губы. Впервые в жизни ей страшно захотелось курить.Оно следило за каждым шагом девушки, начиная от самого дома. В нём проснулся некий азарт, хоть раньше он подобным и не занимался. Хотелось посмотреть, где же, где же эта грань, между полным отчаянием, и ещё вполне терпимым уровнем боли. Хотелось узнать, как смертная с ним справится, и не перешагнёт ли за черту, потому что если это подвластно человеку, значит для Оно справиться с его болью будет в сотни раз проще. Она всё вспомнила, и теперь, растерянная, ищет ответы. Стоит ли ей давать их? Возможно. Она не так сильна, и она совсем одна, но она слишком уязвима, и в любой момент может стать ведомой Алым мерзавцем. И уж тогда Оно придётся несладко. В конце концов, её сияние было чем-то экстраординарным. Естественным, но выбивающимся из привычного ряда способностей. Оно пришло к заключению, что это видоизменённый, возможно, подавленный телекинез. Стать Ключом от природы, с рождения – невозможно, на неё повлияли ещё до рождения. Но не этот ублюдок, нет. "Это мой подарок тебе."Братец совершил очередную глупость. Но то, что её совершил именно он, обнадёживало. Если в девчонке крупица света рептилии, значит, у неё есть силы противостоять Ему. Пеннивайз наклонился к столу, с интересом смотря на руки читающей девушки. На левой виднелись следы вчерашнего инцидента, на правой, возле запястья – красная отметина, похожая на цифру четыре. Часть её перекрывалась обширным ожогом, но сомнений по поводу значения у Оно не было.Подопечная что-то увлечённо записывала в блокнот, и Пеннивайз не удержался, чтобы не подсмотреть. Он дождался, пока Лилит уберет руки от записей, и подтащил его к себе двумя пальцами. Она подсчитала количество жертв Оно? Зачем?Его развеселила её ремарка про чахотку. Впервые человек не осуждал существо за убийство. Даже наоборот, девчонка отнеслась к пропажам как к неприятной, но необходимости. Эка проницательность! Разумеется, её мучила совесть за это безразличие. Но следующую фразу про "своих" она будто с языка сняла! Пеннивайз усмехнулся.– Я полностью разделяю твою точку зрения.О, она это слышала. Испугалась. Правильно, бойся. Бойся, и не лезь не в своё дело. Ты же умная девочка.Оно выхватило карандаш и наскоро записало, как ему показалось, вполне дружелюбное предупреждение, а после, с нескрываемым восторгом принялось наблюдать, как девушка в ужасе практически вылетает из здания. Вот и славно. А вот дальнейшие события заставили его вновь насторожиться. Она неожиданно начала злиться, стыдиться, и с тихим рычанием понеслась, кажется, в сторону Мемориального парка. В мгновение оказавшись там, в нескольких метрах от неё, Пеннивайз, оперевшись плечом на старый ясень, продолжил присматривать за Лилит. Та вновь травила себя химикатами, заглушая свой и так едва различимый, из последних сил фонящий свет. Нет, так дело не пойдет. Дождавшись, пока девушка придёт в себя, он решил взять ситуацию в свои руки. – Как поживаешь, книжный червь?Девушка машинально огрызнулась, и опомнилась, лишь когда увидела лицо к ней обратившееся. Она подскочила от испуга, но с места не сдвинулась. Клоун присел на пыльную скамью, всего в паре шагов от девушки и вальяжно закинул ногу на ногу.– Чё ты там– а, ой! Привет.– Привет. Решила устроить утреннюю пробежку? – с ухмылкой поддразнил Пеннивайз.– Нет, то есть... Вроде того. Это ты со мной говорил в библиотеке? – Лили решила, что это отличная возможность расспросить его обо всём, что так требовал голос.– А кто же ещё. – Что это значит.. "не наделать глупостей"? – Это значит, что тебе не следует совать свой любопытный нос куда попало. – Он скептически изогнул бровь, присматриваясь к чертам её лица. Она говорила вполне эмоционально, но то, как она это показывала... Не соответствовало её состояниям. Глаза стыдливо опущены, но уголок губ предательски дёргается вверх, иногда даже обнажая зубы. Одно плечо, под стать рту, было ниже другого, и при речи она дёргала головой. Словно мысль вела её за собой буквально, в ту или иную сторону. Неудивительно, что о ней говорили, как о девчонке "не от мира сего". Если бы Пеннивайз не был собой, он бы и знать не знал, что она чувствует.Отвращение, тревога, уныние, и, главенствующий сейчас – интерес. Лили по-детски непоседливо плюхнулась на лавочку с другой стороны. В глаза ему она по-прежнему не смотрела, но он был уверен, что ей бы этого хотелось. Она уже знает про огни?...– Я понимаю, что ты ожидаешь от меня чего-то нехорошего. В конце концов, любой на твоём месте вёл себя настороженно после... Покушения на убийство. – Последнюю фразу она пробормотала, но слух Оно не скрыл от него эти неприятные слова. Натянув на лицо сдержанную улыбку, он ответил.– Я, кажется, уже говорил, что не нуждаюсь в сострадании и жалости. Что было – прошло. Всё. Точка. Я никак к этому не отношусь. Можешь опустить ту часть, где ты пытаешься меня не осуждать, и перейти уже к сути твоего вопроса?– Вообще-то ты со мной заговорил... – непринужденно прокомментировала девушка, отцепляя катышки со своей футболки. – И мне просто стало интересно. Я знаю, что ты тут – она сделала акцент на этом слове, подразумевая, что "тут" это не Дерри, а целая планета, – с момента, как динозавры вымерли. Ты из космоса. Мне нравится космос. Так что я.. Просто хотела поговорить с кем-то, кто знает о космосе явно больше, чем любой из тех, кто меня окружает.Она вздохнула, наматывая прядь волос на палец. Не так, как обычно это делают люди: игриво, или задумчиво, нет. Она сделала это, пристально рассматривая секущиеся кончики и наблюдая, как без пальца импровизированный локон распрямился так же быстро, как и был создан. Забавное, и интересное зрелище. Не отрывая взгляда от Лили, Оно сложило руки на свои колени и беззлобно хмурясь, наклонилось ближе к её лицу и тоже присматриваясь к торчащим волосинкам.– Как-то у тебя всё просто получается.Она подпрыгнула на месте, отклоняя корпус назад от неожиданной близости. – У тебя наверное, ещё проще.– Космос, значит, любишь? Хочешь в нём побывать?– Нет, что мне там делать? На другой планете, может быть.. А почему ты спрашиваешь? – её взгляд на мгновение прояснился. – У тебя есть звездолёт?– Звездолёт?....Брови поползли вверх в изумлении. Собеседник секунду-другую смотрел Лили прямо в глаза, а затем разразился вполне человеческим смехом, хлопая себя ладонью по лбу.– Звездолёт! Хаха-ххах-ха! Коне-е-чно! И трёхколёсный велосипед, несущий хаос, и лазерный луч, который превращает людей в сахарную вату! Ох-хо–ой! Он смеялся так сильно, запрокинув голову вверх, что в конце концов икнул и сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться. Вытерев слезу с уголка глаза перчаткой, Пеннивайз, всё ещё улыбаясь, решил всё-таки развеять некоторые сомнения, которые прочно засели в голове у девушки.– Нет. Нет у меня звездолёта. Ты внимательно читала, то, что ты там взяла у Майки? Он же не помнит ни черта, от него толка теперь как от собаки: всё понимаю, но сказать – не могу.– Хорошо. Так откуда ты? Как называется твоя планета?– Это не планета, это просто – место. И к тому же, даже если я скажу истинное название на своём языке, ты услышать не в состоянии. Эти звуки находятся за пределами различимых частот твоего слуха.– Это.. низкая частота или высокая?– Низкая. Слушай, мне нравится, что ты задаешь правильные вопросы... У людей другого мира это называется Тодэш. Я думаю, тебе этого будет достаточно. Лили кивнула, вполне удовлетворенная ответом и умолкла, ожидая, что ещё скажет ей новый знакомый. Оно, хмыкнув, махнуло рукой, дескать – валяй, спрашивай ещё. Всё равно тебе руку на пульсе держать надо, а так следить будет явно проще. К тому же, никто ещё с таким восхищением его не слушал. Да и сам Пеннивайз такого спокойствия, находясь рядом с человеком, ещё не ощущал. Это была ещё одна перемена, но наконец-то приятная. Оно твёрдо решило продолжить диалог, но говорит лишь общеизвестные факты, чтобы Алому Королю не за что было бы зацепиться.– Расскажи мне ещё что-нибудь?– Например?– Ну... Как ты оказался здесь? Зачем?– Проще простого. Я пришёл сюда за едой.– Неужели в округе не осталось других обитаемых планет? Почему сюда?– Потому что не каждая цивилизация подходит для пропитания. Более высоко развитые руководствуются разумом, видоизменяют себя так, чтобы лишиться чувств.– Но они же не живые?– Что?– Без эмоций ты живёшь на автомате. Как машина. Ничего не чувствуешь, просто... Делаешь то, что надо. Получается, что не живёшь, только существуешь.– А как же ваше пресловутое "cogito ergo sum"?– То про мысли. А мысли без эмоциональной окраски не бывают. Сознание живёт только в комплекте со всеми составляющими. И эмоции – одна из них.– Да, пожалуй, это имеет смысл. – Ты.. ешь только мясо?– Нет. Я питаюсь страхом. Мясо нужно только... Почему я тебе должен это объяснять?Она снова перестала держать зрительный контакт и мотнула головой справа налево, ведя глазами по диагонали сверху вниз. – Ты не должен, но объяснения проясняют, и лампочки горят дольше.Клоун нахмурился. Чем сильнее она нервничает, тем сильнее рвётся связь между её словами. Здесь должен быть какой-то триггер, крючок, с которого она постоянно пытается соскочить. Возможно, его тон напомнил ей о сестре? Пеннивайз поспешил это проверить, с хитрым прищуром задавая вопрос.– А Дебора что-нибудь тебе объясняла, когда ты была маленькой?– Н-нет, она не объясняла, только ругала. Ругаться плохо, так мама говорит, поэтому лучше слушать.. Не горят лампочки, темно там. И вык-ключатель постоянно заедает, наверное, проводку нужно менять, или пробки вылетают... Ты вот как считаешь?– Я считаю, тебе надо прекратить пить таблетки.Лили на мгновение подняла голову, глядя ему в глаза, а затем пробормотала, заламывая пальцы.– Таблетки? Таблетки помогают. Помогают, хоть и горько, но говорят, горько – значит полезно. Вот знаешь, красный перец, он острый, но острый полезный, как горький, только жжётся. Больно...– Хм... Да, дело плохо. Интересно, она говорила о лампочках, которые у неё в голове? Ах вот, что они делают!... Проводят пути между мыслями, обозначают путь для нейронов. Видимо, она чувствует, когда нити старого паука оплетают их, не дают пройти словам по прямой. Девочка старается обойти неугодные Ему темы, но не говорить о них она не может: они пугают, они заставляют подавать сигналы о помощи любыми доступными средствами. Пеннивайз потёр подбородок большим пальцем, думая, как помочь ей обойти созданную Алым идиотом цензуру. На ум пришло до боли простое решение.– А пойдём-ка прогуляемся? Ты, должно быть, сильно проголодалась.– Я? С тобой? Это как... Свидание?Клоун прыснул, смеясь. Он был уверен, что симпатия всё же была к нему. Надо же. Неужели в округе не было человека её возраста, с которым она могла бы установить отношения? Как это забавно, влюбляться в первого, кто проявит к тебе каплю доброты. До чего же смешная! Оно, глубоко вздохнув, проворчало. Излишняя симпатия начинала раздражать.– Нет, не свидание, глупое дитя. Считай это просто прогулкой с завтраком за мой счёт.– Я не ребёнок. Пошли.– О, ну разумеется.Лили усердно пыталась достучаться до собеседника, но держать контакт оказалось куда труднее, чем хотелось. И только по её глазам, которые она изредка поднимала на него, можно было понять, как ей плохо сейчас. Она ощущала очень остро, как под кожей черепа что-то неприятно, покалывающе натягивается. И нужная мысль, едва коснувшись языка, тут же отскакивала, словно йо-йо."Ты же всесильный, пожалуйста, сделай так, чтобы Он перестал, я не могу мыслить ясно, когда слышу Его, просто заставь его уйти..."Я никуда не уйду, дорогая. Тебе стоит признать, что я – лишь часть тебя. Твоей больной маленькой головы, но часть необходимая. Оно не поможет тебе."Оно может всё!"Ха-ха-ха! Конечно! Всё, кроме противостояния детям. Хочешь, спроси, мне интересно, что это жалкое подобие Великого Духа на это ответит."Я не буду делать ничего подобного. Ему больно. Я не хочу причинять боль, никому."Ты уже причинила. Своей матери, тем, что осталась жива, своей сестре, тем, что обманула и обрекла на гибель. И своей подружке, тем, что решила, что вы можете быть вместе. Разве ты не видишь истины? У тебя есть только я. И с чего ты взяла, что он вообще станет тебе помогать?"Прекрати. Пожалуйста, прекрати!"Знаешь, а про пилюли он прав. Тебе не нужно их принимать. Ты и сама это понимаешь. Пусть все увидят, что ты умеешь. Не нужно прятать свой единственный талант. Всё равно на большее ты не годишься."Обойдёшься."Но вслух, как и всегда, вырвалась ерунда. Чёрт бы побрал эту путаницу! Голова раскалывалась от этого разрозненного диалога. Отвечать одновременно и Ему, и клоуну было невозможно утомительно. "Что? Он предлагает вместе поесть? Отлично! Да, да! Я умираю с голоду. Когда-то и мы с Нелли ходили в кафе.. Интересно, где она сейчас?"Наверняка гуляет с очередным мальчишкой и раздвигает перед ним ноги, чтобы получить деньги на новенькое платье."Фу, нет! Она не такая! Не смей так о ней выражаться."Ты можешь спорить со мной сколько угодно, но когда-нибудь ты снимешь свои розовые очки и признаешь, что я говорю правду. И да... "Розовые" никому не нравятся."Твоя правда и яйца выеденного не стоит. Она только колется, как заноза в заднице."Я всё ещё жду, когда ты умеришь свой пыл и выяснишь, что от тебя потребовалось Маниту. Это довольно простая задача, но почему-то ты и с ней справиться не в состоянии. "Завали".Наконец он затих. Лили вскочила с лавочки, и не дожидаясь Пеннивайза пошла в сторону кафе. Тот оказался рядом в один миг, тут же подстраиваясь под её шаг. Не останавливаясь, он наклонился к её уху и бегло прошептал.– Я знаю место, где он не сможет до тебя добраться. Пойдем к "у Тэмплтона".Глаза девушки округлились. Лили молча кивнула, сдерживая улыбку. Пеннивайз всё-таки понял намек! Он поможет ей, она верит в это всем сердцем. Пусть он не человек, пусть, он людоед, но он поможет ей, и для неё он станет настоящим героем. Кажется, голос не услышал этого, а может, услышал, но предпочёл промолчать. Она почувствовала прилив спокойствия, даже слабой надежды на избавление от своего недуга. И пусть у неё останется достаточно проблем со здоровьем, астму и плохое зрение можно стерпеть, если с головой станет всё в порядке. От этой радостной мысли общаться стало намного проще.Лили кинула быстрый взгляд в сторону Оно, подмечая, что то сменило свой облик. По правую руку от нее шёл молодой человек лет двадцати пяти. Рост и комплекция остались такими же, а вот лицо, кожа и одежда поменялись. Это был привлекательный смуглый шатен, крепкий, стройный. С тем же широким лбом, но менее гротескным, чем был у формы Пеннивайза. Неизменны были и круглые серые глаза с опущенными внешними уголками. Взгляд их излучал уверенность, рассчётливость, и лёгкую насмешливость. От такого мужчины никогда не знаешь, чего ждать. Выглядит как хороший парень, но вся стать излучала какую-то несоответствующую этому мягкому лицу опасность. Одет этот парень был в черную кожаную куртку на серую майку, и мешковатые синие джинсы. На ногах были кеды, такие длинные в стопе, что девушка задалась вопросом: а делают ли вообще обувь такого размера? По сравнению с его, её "семёрка" казалась туфелькой Золушки. Поняв, что она начала откровенно пялиться, Лилит осторожно кашлянула.– Кхэм. Это...Что?– Чтобы на нас не обращали излишнего внимания.– А по-моему, ты как раз-таки привлекаешь очень много внимания. Где ты в Дерри видел таких красавчиков?– Как где? В зеркале, конечно! Она посмеялась вместе с ним и посмотрела в сторону, изо всех сил стараясь найти в давно выученных наизусть пейзажах улиц что-то более интересное... Чем тот, кто шёл рядом.– Так и... Как зовут это "зеркало"?– Роберт Грей. Для друзей – просто Боб.– У тебя есть друзья?– Не здесь, но есть. Хотя знаешь, я предпочитаю думать, что все жители – мои маленькие, вкусные друзья.– Да, кстати об этом... Ты, кажется сказал, что разделяешь мою точку зрения?– О том, что от моих рук полегло меньше народу, чем от любой вспышки болезни? Как же тут не согласиться! Ты же видишь, каким я могу быть... Добрым?Последнее слово Роберт, всё ещё улыбаясь, процедил сквозь зубы, так сильно их сцепив, что Лили казалось, будто вот-вот и он раскрошит их от такого напряжения. Девушка вступилась с другим предложением.– "Милостивым"... Это слово больше подходит, мне кажется.– О? Да. Да, мне оно больше нравится. С моей милости... И ты живёшь, тоже.– Да.. Спасибо. Я вспомнила тебя. Я была ещё совсем ребёнком... Зачем ты пришел тогда?– Я слежу за всеми жителями. – На автомате соврал Пеннивайз. По его лицу было ясно, что он не собирается рассказывать что-либо подробно. Странно получается: ему интересно с ней общаться, но в то же время разговоры и вопросы его лишь раздражают. Лили поняла, что лучше сменить тему.– Расскажи мне пожалуйста подробнее об истории? Ты же был там, явно знаешь больше, чем любой историк!– Хм? Что ж, ты обратилась по адресу! Про какой из циклов тебе рассказать?– Циклов...?– А, ты же не знаешь ещё. Достань-ка свой блокнот.Она вынула из куртки скреплённые пружиной листки и протянула Грею. Тот, быстро пролистав до нужной страницы, показал её девушке.– Смотри на года. Какой промежуток между датами?– Ну.. лет 27-30?– Именно. Что это означает?– Что ты здесь не всё время находишься?– Именно. Знаешь, что я делаю в это время?– Эм... Нет? – Я остаюсь здесь, и одновременно нет.– Типа как сон?Роберт фыркнул, но продолжил, всем своим видом словно говоря "я бы лучше ещё раз словил серебром в голову, но мне все равно нечем больше заняться." Губы сжались в тонкую линию, а глаза презрительно сощурились, когда он ответил девушке.– Да, "типа". Здесь я остаюсь и сплю, давая отдых моей физической оболочке. В то время как другая...– Странствует?– Да. – Куда?– Куда угодно. В любое где, в любое когда. – То есть ты буквально можешь перемещаться куда захочешь?– О, я много чего могу. Я бы сказал, всё. Ну да не суть. Идём, накормим тебя.– Да ладно... Мне, говорят, голодание на пользу только.– Не согласен с этим.Роберт отворил дверь, пропуская Лилит вперёд. Она сразу прошла к дальнему угловому столику возле витрины и опустилась на сидение, тяжело выдыхая. Парень сел напротив, складывая руки в замок на столе.– Итак... Здесь ты можешь говорить свободно.– Почему свободно?– Здесь есть одно образование в пространстве, которое естественным образом не даёт работать определенным... Явлениям.– Что-то вроде портала?– Я бы сказал, "разлома". Что ж, бери, что захочешь. Здесь всегда свежие продукты.Девушка нахмурилась, осторожно наклоняясь ближе к столу и переходя на полушепот.– А... Откуда у тебя деньги?– Ты думаешь, я не способен на такую примитивную иллюзию?– Иллюзию? Но... Это же воровство!Грей, сдвинув брови, бросил на неё осуждающий взгляд.– То есть, убийства тебя не смущают, но воровать – это выше твоих сил?Она стушевалась, и, хлопая ресницами, пожала плечом.– Но.. Я думала.. Что это необходимость, вроде как.. А делать ненастоящие деньги...– Я и не говорил, что мои иллюзии – не настоящие. Ты видишь перед собой меня как человека, и думаешь, что это какая-то голограмма, как в твоих любимых фантастических романах? Ох, Ган, а я надеялся, что ты хорошо соображаешь.– Извини...Она опустила голову, но даже через спадающие на него волосы можно было разглядеть красные от стыда щеки. Даже когда подошла официантка, Лили не оторвала взгляда от начищеной поверхности стола. Грей глубоко вздохнул, и заглянув к ней в сознание, выудил оттуда желаемый завтрак.– Здравствуйте, мистер Грей. Давно вы не заходили. Всё работаете?– Здравствуй, Зои. Да, как и всегда. Принеси, будь добра, мне чёрный кофе, а моей спутнице – яичницу с беконом, тосты и чашечку чая. Женщина кивнула, и быстро удалилась на кухню. "Он общался с ней так ласково... Интересно, он и вправду заботится о своих "животных", или лишь прикидывается, чтобы они не беспокоились, прежде чем встретят свой самый ужасный из кошмаров?"Роберт улыбнулся уголком губ, откидываясь на спинку сидения и раскидывая руки. Сейчас он спокойно мог читать её, и отвечать раньше, чем Лили могла открыть рот, что не могло не радовать. Теперь, здесь и сейчас, ему ничто не помешает.– Всем нам свойственно волноваться о качестве еды. Мясо преждевременно напуганное – быстро теряет свой вкус. Подумай лучше вот о чём. Как давно ты общаешься с этим.. Кхм, с этой личностью в голове?– Лет с пяти-шести. Он нечасто появляется, но видит Бог, мне хватает. – Да, жестоко с тобой Ка обошлось.– Кто?– Ка? А, вы, вроде, называете это "судьбой".– Я стараюсь не верить в такие вещи.Грей не удержался, чтобы не поддразнить девчонку.– Зато веришь в чудовищ. Даже, вон, болтаешь с ними на регулярной основе.– Пф... Скажешь, тоже. Вы меня сами находите. – А чего он от тебя хочет, не знаешь? Обычно такие... Сущности, не привязываются к людям. Во всяком случае без веской причины.– Не знаю точно. Он, вроде как, за мной приглядывает, так он сам сказал. Помогает, иногда ругает. Хотя "иногда" – мягко сказано. – Приглядывает, значит. – А ты?– Что – "я"?– Ты так и не сказал, почему ты со мной решил заговорить. – А я за тобой тоже "приглядываю". – Зачем? Чтобы я "не наделала глупостей"? – Ты смотри-ка, без него ты куда меньше робеешь. Неужто он так тебя "затюкал"?– Я серьезно. Мне правда интересно, что такому как ты могло от меня понадобиться.Роберт изогнул бровь, пренебрежительно нависая над девушкой.– Такому, как я?– Ну не знаю я, как объяснить.. Я не могу понять, как сильному, всемогущему Пожирателю миров понадобилось бы обращаться к какой-то девчонке. Я же не особенная ничем! Ладно бы я тоже какой-нибудь инопланетянкой была, или чем-то тебе насолила, но я же... Просто... Я?– Да. Ты это ты. А вот то существо, что к тебе привязалось, явно так не считает.Он опустил спину на кресло снова, спокойно взял кофе, который принесла официантка, и сделал глоток, наблюдая, как Лили приходит в замешательство.– Постой, постой.. Ты хочешь сказать, что я не сошла с ума? – Нет. Просто на тебя очень методично, на протяжении длительного времени влияют со стороны. И со стороны мне неприятной.– То есть... Погоди. Ты против него?– Я, можно сказать, обычно нахожусь на своей собственной стороне. Но последнее время замечаю, что на мою территорию пытаются нагло влезть, и отнюдь с не приятными для меня намерениями.– Так.. Рэд на самом деле существует? И он хочет попасть в Дерри? Зачем?– Это-то я и пытаюсь у тебя выяснить. Но что бы там ни было у него на уме, меня это не устраивает. Стой, Рэд? Он так тебя просил его называть? Ган, какой же дурень.– Он так представился.Лили развела руками, а затем взяла вилку в левую руку. Роберт был прав: еда ей сейчас просто необходима.Следующие несколько минут Грей молчал, смотря перед собой, изредка отхлёбывая из чашки, и ожидая, пока девочка доест. Надо же, такая маленькая, а аппетит, почти как у него. Да и вникает в его слова куда быстрее, когда её разум не контролируют. Следующей задачей, что он поставил перед собой, было во что бы то ни стало отвлечь её внимание от мрачных мыслей. Уберечь девчонку от самоубийства было нетрудно. Но вот брат, имеющий-таки природную смекалку, специально подобрал неудобную формулировку для спора. "Уберечь от наложения рук" и "вернуть к моим просторным вратам", наверняка включало в себя и возвращение к девушке воли к жизни. А это всё сильно усложняло. Оно никогда не занималось раньше подобной "благотворительностью". Однако чувства, что она испытывала сейчас, роднили её с ним. Внутри их обоих всё буквально горело от ярости, злобы на себя, и густого, липкого отчаяния. Но когда Оно говорило с Лили, все эти эмоции отходили на второй план. Будто бы прятались, умолкали, наконец повинуясь желанию хозяина.