18 (2/2)
В последний раз она обмолвилась, что желала бы нанять чтицу. Джульетта предположила, что речь пойдет о книгах, однако и здесь вдова Фиска удивила ее. Оказалось, что управление несколькими крупными предприятиями вроде гостиницы (Ванесса владела зданием где размещался ее салон вместе с Сэмюэлом Александром), самым крупным казино, несколькими лавками и конторой по торговле недвижимостью, а также дело ее сына Ричарда, часто требовало внимания к документам.
Разумеется, на то были клерки, однако хозяева ценили порядок в делах, как и Карла потому матери и сыну приходилось ежедневно просматривать множество бумаг – писем и документов. При этом требовалось отвечать на многие из них, а кроме того, составлять и отсылать приглашения на званые обеды ивсевозможные благотворительные праздники и торжества где Леди Ви собирала пожертвования на содержание и ремонт городских общественныхучреждений вроде школы и больницы для бедных. В ее салон на главной улице и даже в имение часто доставляли букеты с карточками обожателей и им так же требовалось внимание...
Словом, Ванесса подыскивала способную, умную и образованную помощницу и Джульетта пообещала найти таковую. Однако все, кого она знала были либо замужем и не могли поступить в услужение и переехать в ?Тенистые земли?, либо по различным причинам не были достаточно благонадежны. Поделившись с мадам, Джульетта изъявила желание присутствовать в салоне, когда Карла с клиентками заканчивали сеанс и принимались самозабвенно сплетничать. Та дала свое согласие и с самого утра обе пристально рассматривали ни о чем не подозревающих возможных кандидаток. К сожалению, большинство тех, кого сегодня принимала Карла были вовсе неграмотны - сплошь торговки и лоточницы.
Тем временем дамы продолжали беседу. Джейн Васко осмотрели со всех сторон, будто выставленную на витрине вещь, после чего единогласно отбраковали и навесили ярлык ?не годится?.- Мне жаль ее. Эта мисс... - Спохватившись, Мерседес Найт сообразила, что до сих пор не знает фамилии этой рыжей бестии, а имя помнит лишь потому, что оно напоминает имя ее подруги Дженифер Уолтерс. - Эта Джейн могла бы стать хорошей хозяйкой. А так подстрелит её какой бандит.Далее обсуждать подобную тему было просто неприлично и женщины перевели разговор на другое. Прямо посреди обсуждения Карле в голову пришла идея. Однако для верности мадам прежде решила сверится со своим личным гороскопом. Не то, чтобы она верила во всю эту чушь, за которую заставляла платить своих клиенток…Извинившись, она поднялась из-за стола и перешла в небольшую каморку. Здесь на полках было полно самых различных предметов. Карла быстро встряхнула висящие на гвозде бусы, зажмурившись, провела по звеньям цепочки и дернула третью справа. Тут же в стене за свисающей портьерой распахнулась дверца, удерживаемая скрытой пружинкой.Внутри лежали мешочки с монетами и увязанные в пачки банкноты. Карла протянула руку и вытащила записную книжку.Это были ее личные святые письмена и Соломоновы свитки одновременно. Книга Перемен, которые грядут в ее жизни полной довольства и роскоши.
Сюда мадам, не доверяя собственной памяти, записывала все узнанные за день важные сплетни.Сейчас ей понадобилось освежить в памяти историю с кражей в борделе Осборна и она раскрыла книгу на нужной странице. Да, вот оно. Кое-кто приложил руку к этому делу и сейчас пригодится ей, отплатив долг.Хотя Карла и не считала ?Золотую тыковку? за конкурента, она признавала, что у Верджа Осборна был размах, деньги и возможность обновлять и менять девиц как перчатки. Но у него был изъян – он был мужчиной. Его ум был неповоротлив как жернов. Куда ему до коварства и хитрости которых не занимать любой из его девиц, а более всех - его экономке? Мисс Хенд наверняка уже задумывалась о том, что с ней станет, когда предприятие Верджа пойдет ко дну, как дырявая лодка. Осталось заманить эту снобку в салон… Ну уж с такими-то козырями это не составит никакого труда!Мисс Хенд – настоящий сухарь, скорее всего приберегла для себя что-то, скромные средства на старость, хотя лет ей было едва ли меньше чем самой Карле… Итак, решено. Виктория, конечно же, согласится. Что ей до Верджа? Этого беспомощно барахтающегося тюфяка? Она проникнет в дом Ванессы Фиск и получит полный доступ к бумагам, а там будет видно. Виктория никогда не забывала о тех, кто относился к ней хорошо, а деловую хватку Карлы она уважала.Карла улыбнулась, погладила переплет и вернула записи на место жестом, каким стрелок возвращает револьвер в кобуру. Книга была ее главным оружием – сведений, собранных в ней, хватило бы чтобы перевешать полгорода, причем на вполне законных основаниях.
Хозяйка возвратилась в комнату в чудесном расположении духа и улыбнулась своим гостьям. Те улыбнулись в ответ и Карла вновь села за стол.
Узкий мирок большинства дам состоял из повседневных забот и хлопот. Болтовня с соседками, походы на рынок и в мелочную лавку, редкая партия в бридж с подругами, рукоделие, домашние хлопоты вроде стряпни и уборки, починка одежды, дети, воскресные молитвенные собрания в церкви. Прочие события - политика, судебные заседания, цены на скот или за бушель ржи были для горожанок чем-то посторонним. Многие жены, сестры и матери не читали ничего кроме торговых каталогов и лекарственных брошюрок. Газетами чернили пальцы в основном их мужья или деловые леди вроде Кэрол Денверс, в остальном же несмотря на то, что среди жительниц Таймли было немало грамотных и даже получивших образование леди вроде Дженифер Уолтерс или Каролины Трэй, на прочие книги кроме Библии у многих просто не было времени.
Улица часто становилась не только видом из окна, но и сценой, где разыгрывались нешуточные страсти. Как же увлекательно было разузнавать после подробности, пусть иногда и в виде приукрашенных или преувеличенных слухов! Для мадам Софен эти слухи были выгодным вложением – она часто замешивала из них ядовитое варево, подливая его по капле в готовые внимать умы.
Посидев еще полчаса в обществе этих сумасбродок Карла решила, что на сегодня с нее хватит и прикоснулась пальцами ко лбу. Дамы почтительно замолчали.-Леди, прошу меня простить, но я чувствую какие-то завихрения в потустороннем мире!
Дамы, шурша юбками, начали подниматься одна за другой. Эта дурочка Эльза даже с тревогой всмотрелась в ее лицо. Джульетта с кошачьей улыбочкой заперла за ними дверь и, отодвинув чашки, вытащила из шкафа два бокала. Достав бутылку наливки, она разлила ее по бокалам.- Ты что-то задумала? По глазам вижу, что да. Не расскажешь?- Глаза мои всякий раз закатываются при виде этих ханжей, - проворчала Карла.
Она достала потускневший портсигар где лежало несколько самокруток, и обе дамы по очереди прикурили от свечи. Пепельницей служило чайное блюдце.- Но вот что, стоило мне подумать о ханжах, я тут же припомнила одну из них. Ты когда к Королеве вновь поедешь?Фиски каждый раз присылали за Джульеттой коляску, но никогда не утруждали себя предупреждениями и иногда кучеру приходилось разыскивать модистку в торговых рядах, а после терпеливо дожидаться пока та соберет все необходимое.- Ты же знаешь, - модистка пожала плечами, - проще назвать каким год выйдет, чем угадать тот день, когда Леди Ви взбредет в голову принарядиться для очередного приема…- Скажешь ей, что чтицу ты нашла. И что дама вполне подходящая – образована, долгое время служила гувернанткой, была компаньонкой леди с Востока, имеет опыт воспитания детей, строгих принципов, не болтлива и не берет в рот спиртного. Настоящий цербер, когда заходит речь о хозяйских интересах. И что девица точно не станет вешаться на ее сына – об этом упомяни как бы между делом, но – особо и со значением, мол знаю я этих барышень, все до единой вертихвостки…- Боже мой, Карла! - Джульетта подняла брови в веселом удивлении. - Кто же это? Я ее знаю, или ты ее выдумала?
- Виктория Хенд конечно.
- Ты с ума сошла! Вердж ее не продаст ни за какие деньги!- Вердж, если удирать станет, ее точно с собой не возьмет. Зачем она ему? Пришивать заплаты к рубахе? Годик-два Виктория здесь побудет прежде чем хозяин пошлет за ней.- Ну и кто после этого скажет, что ты не колдунья? – Всплеснула руками Джульетта. – Пойду, разыщу ее и приведу сюда.- Хотела бы я быть колдуньей, чтобы люди меня слушали без разговоров. Да, пожалуй веди ее сюда. Ты сама все знаешь – скажи что пришла насчет платья Ванды… Или еще что-нибудь выдумай, словом, мне ли тебя учить.- Приведу, не сомневайся.
Оставшись в одиночестве Карла допила вино и открыла дверь, ведущую в заднюю комнату салона. Сложила карты и поставила на полку хрустальный шар. Поразмыслив, она все же решила поговорить с Джейн Васко - предложить той снадобье от мозолей (если ездишь верхом, всегда что-нибудь себе натрешь - те же ладони) и невзначай выяснить, не болеет ли чем девка. В том, что Джейн в конце концов согласится к ней пойти, мадам не сомневалась - по лицу рыжей видно было, что деньги ей нужны. А больна она или же нет - не велика разница, маршал их все равно загнется, если не будет разборчивей... И надо же, ни разу не заглянул ни к ним, ни к Верджу Осборну! Октавий, и тот крутился вокруг, а после все-таки забрал Шарлотту... И вернулась от него эта дурища сама не своя - пристала к ней с глупостями. Нашлась мужняя жена, как же... Ну что за духота, стоит и стоит весь день...После быстро налетевшей с запада грозы, зной уже высушил лужи, и главная улица вскоре вновь напоминала исхоженный гуртами лонгхорнов тракт.
Карла с неудовольствием сделала еще одну попытку толкнуть дверь, ведущую в переулок, но та не поддалась. Мадам проверила ключ – тот легко поворачивался и затвор со щелчком отходил в сторону, что за чертовщина? Неужто кто-то приставил к двери тачку как в прошлый раз? Или мальчишки шалят и подперли чем-то дверь?- Кессиди, ну попадись мне только, все уши оборву!- Мадам с силой налегла на дверь плечом и наконец приоткрыла ее, но ничего перегораживающего проход не увидела. Толкая, мало по малу, ей удалось открыть ее дюймов на двадцать и выбраться боком.Лишь сделав шаг вперед, мадам почувствовала, как нога наткнулась на что-то мягкое. Опустив взгляд Карла увидела застиранное платье из набивного ситца и светлые волосы.
Шарлотта лежала лицом вниз у самой двери – шею ?голубки? туго перетягивала веревка.
Карла закричала и сбежавшиеся зеваки едва смогли привести ее в чувство. Тут же послали за Ричардсом, который явился спустя полчаса. К тому времени из борделя Осборна успела прибежать Джульетта и увести Карлу в салон.Осмотрев тело, Рид заявил, что тут приложил руку тот же изувер, который убил Крольчиху Додсон и Дорин Грин.
Тем временем явился маршал (его лицо выглядело как после уличной свалки). Он осмотрел убитую, которую перенесли под навес и накрыли мешковиной, а после, когда прибыло двое негров из лавки гробовщика, оставил их разбираться с телом Шарлотты, а сам занялся обеими женщинами. На гудящую от возмущения толпу вокруг он не обратил никакого внимания и, войдя в салон, просто захлопнул перед возмущенными зеваками дверь.
- Эта несчастная лежала просто у нашей задней двери, - Джульетта села рядом с Карлой, обхватив себя руками. - Лежала простоволосая и распростертая навзничь! Кажется... кажется на ней была нижняя юбка и кофточка, может бытьеще - шаль... Мне надо было мадам помогать и я не разглядывала ее особо.- Это она ее обнаружила?- Да. Мадам принимала клиенток, после я к ней зашла -мы пили с ними чай после сеанса. Карла после отослала меня с поручением, а сама вышла, чтобы выплеснуть в канаву воду и едва не споткнулась о нее. Она уже мертвая была. Я как прибежала, ее не разглядывала - мне док Ричардс не позволил. ?Иди внутрь, - вот что он мне сказал. - Иди сейчас же и не выходи, пока я не позову?. Он дал мадам Карле нюхательной соли и ей как будто получше стало - она бледная вся была, ужас. А я так и сделала как он мне сказал - отвела хозяйку внутрь, и мы вас дожидаться стали. Бедняжка, как только вошла, так и села. Там и просидела, пока Ганке ходил за вами, а другие из квартала помогали доку, но я за ними не ходила, сидела с мадам Карлой. Вышла только когда док Ричардс воды попросил. Я вынесла ему кувшин и полотенце, и увидела Джерихо. И доктора Уоррена с Даниелем. Потом и вы подошли.
- Спасибо вам, мисс Нефария. Мисс Софен вы можете это подтвердить? - Женщина кивнула и Фрэнк попрощался с обеими женщинами. Толпа зевак все еще не расходилась. На углу шушукались две торговки.- Убита, бедняжка. За длинный язык и убита, что тут говорить. - Сказала одна из них.- За длинный язык и за характер, - кивнула другая.
- За подлость и за то, что не гнушалась строить козни!Фрэнк заметил, что простая пеньковая веревка, которую Рид снял с шеи проститутки и швырнул в мусорную кучу, уже исчезла - суеверные жители окраин утащили ее на амулеты.Пока дошел до участка, Фрэнк не обращал внимания на разговоры прохожих, однако Артур Стейси с порога заявил, что горожане, переполошившись от убийства уже объявили виновным Ока, мол это он едва вернувшись расправился с оклеветавшей его шлюхой. Уже несколько человек успело явиться в офис шерифа с требованием повесить дебошира без проволочек.Фрэнк не успел ничего ответить, как в дверь постучали и в участок вошел Ричардс. Врачу пришлось пригнутся - его макушка приходилась вровень с потолочной балкой и было заметно, что в офисе шерифа он едва ли не впервые.
- Сейчас же идите к Уильямсу, Кастл! - Рявкнул он с порога. - Я уже зашел к Пиму и Стернсу. Эти несчастные идиоты успели переполошить всю улицу. И они собрались взять больницу штурмом. Сестра Линда прибежала ко мне в истерике. Это нельзя так оставлять!- Черт подери... - Фрэнк выругался и на всякий случай проверил револьвер. - Так быстро! Ну а что же - шериф Дэй?
На это старый рейнджер ответил, что шериф благоразумно предпочел не вступать в разговоры с озверевшей толпой и ретировался в имение Фисков. Тогда возмущенные горожане среди которых были работники предприятий Пима и Стернса попытались передать через него, Артура, наспех подписанное тут же письмо с предписанием для Холлидея явиться в суд.
- Вот оно, - старик развернул бумагу, - они прямым текстом обвиняют его в убийстве.- Виттер?- И не только. Сорок подписей, даже крест кто-то неграмотный вывел...
- Всего сорок? - Протянул Рид, но было непонятно, вопросительно или с насмешкой. - У больницы было человек сто...
- Сотня? И вы один...- Я выпроводил их, маршал, вам не о чем беспокоиться.
- Как они вас не разорвали?- Сомневаюсь, что вы о таком осведомлены, однако в цивилизованном обществе существуют и другие средства влияния, кроме того как бить людей рукоятью револьвера по голове.Слова врача упали, как камни на дно колодца - у Ричардса в отличие от Октавия не было ядовитых зубов, этот бил головой как питон, тем не менее Фрэнк в который раз подумал, что в городской породе врачей есть что-то от рептилий. Уоррен, скажем, напоминает мокасиновую змею. Интересно, а Коннорс кто? Аллигатор?..- Ну я-то никого не бизонил. - Голос Артура Стейси вернул его к реальности и Фрэнк вовремя спрятал ухмылку. - Тянул сколько мог, пока вы ходили - выстроил всех в очередь и пускал подписывать их прошение по одному. После кто-то перевернул чернильницу и пришлось все начинать заново...- Черт подери, а вы я, смотрю, неплохо провели время, Стейси! - Хмыкнул Рид и в его голосе Фрэнку послышалось одобрение. - Горячим головам только и не хватало что бумажной волокиты...- Ну, к тому времени многие в самом деле малость поостыли, другие вспомнили про то, что бросили свои прилавки на милость ворья, за третьими явились жены... Словом к вашему приходу их оставалось где-то тринадцать, а в суд пошли пятеро.Фрэнк с ухмылкой посмотрел на него - старый вояка оказался хитер, как черт. Он так и видел это - Артур, растолковывающий собравшимся, что судья - занятой человек который не даст ход делу без обращения толково изложенного на бумаге. И взбудораженные жестоким убийством горожане, вынужденные выслушивать доводы законника, у которого на поясе - револьвер длиной почти в полфута...
- Вы воевали с индейцами? - Уважительно спросил Ричардс. Его отец-адвокат приехал с Востока и в войне участия не принимал.- Гонял мексиканцев. Как-то поймал и приволок оттуда на веревке бандита по кличке Красный Дьявол - тот бежал за моей лошадью всю дорогу, его потом вздернули...От Фрэнка не укрылось то, что Артур опоясался патронташем и подвесил кобуру с Уокером. Толпа в самом деле могла разорвать его, однако огромный револьвер оказался хорошим аргументом против необдуманных поступков.- Я от них отобьюсь, идите. - Махнул рукой Стейси и Фрэнк вздрогнул.- Бога ради, Артур только не открывайте огонь! Это просто лавочники и клерки!- Я вам что - Ок Холлидей, палить по людям без разбору? - Однако старый рейнджер уже отстегнулот стойки ружье.- Быстрее, черт вам возьми! - Рид уже успел отойти, что при ширине его шага было делом несложным, и сейчас опять вернулся и заглянул в дверь. - Чтоб вы по салунам так ходили! Речь о жизни и смерти!Хоть по словам Стейси, головы многих линчевателей и успели поостыть, однако на улице им встретилось немало горожан, возбужденно переговаривающихся, а у суда пришлось продираться сквозьнастоящую толпу. Некоторые лавочники явились в передниках, а кто-то дажеприволок к стенам суда горшок углей.- Решили сжечь его? - Бросил Ричардс.- Нет, - ответил тот, что держал горшок. - Смолу вскипятить. Вы зачем здесь, док? Мертвому помощь не потребуется!- Смолы тут маловато будет! - Гаркнул другой. - Вздернуть его надо, вот что!Прочие одобрительно заворчали и Фрэнк обрадовался этому ворчанию - значит, еще не все потеряно. Рев толпы намного опасней. Он поднялся на крыльцо здания суда и обернулся к собравшимися.- Предлагаете повесить его? А известно ли вам, что он - болен?- Веревка для него - лучшее лекарство! - Выкрикнул кто-то, однако Фрэнк даже не повернул головы в его сторону. Он узнал голос подстрекателя и напомнил себе разобраться с ним позже. Вместо этого он, возвысив голос, обратился к тем, кто мог его услышать.- Мы идем к судье Уильямсу. Пятеро могут войти с нами при условии что они безоружны.Тут же пять крепких мужчин отделилось от толпы.
- Мы готовы!Фрэнк кивнул.- Пусть решает судья.
Уильямс встретил их во всеоружии - в зале уже находилось человек пять солдат и Джон Сторм,
- Судья Уильямс, вот представители от тех, что требуют немедленного ареста и казни помощника шерифа Холлидея.Уильямс, кивнул одному из солдат, и двоих из пятерки выставили за дверь.- Нас - трое, господа, все честно.- А они? - Возмутился фермер.- Их в расчет не берем. Итак, выслушаем же обе стороны. Начинайте.- А чего тут начинать-то?! Было три потаскухи и одна ведьма, а стало на одну меньше, да еще и сразу не понять ведьмой она была, или потаскухой. - Двое других рассмеялись и в тишине их смех прозвучал слишком громко. - А убил ее полюбовник! Мы и про остальных указали в бумаге!На стол легло прошение. Фрэнк покачал головой. Артур Стейси не только заставил линчевателей несколько раз переписывать его, но и сделать это в двух экземплярах! Теперь ясно, почемудо расправы дело так и не дошло - у них все время были заняты руки...
- И вы требуете его казни через повешение?- На шесте его покатать хотим! - Встрял другой. - В смоле и перьях!- Судом Линча в Таймли не судят с 1872 года, - спокойно заметил на это Уильямис. - Выслушаем же вторую сторону. Доктор Ричардс?- Ваша честь, все о чем говорят эти люди - не имеет никаких оснований! Мой пациент сейчас просто не в состоянии придушить веревкой кого-либо! - Рявкнул Ричардс. - Он вот уже неделю полностью не осознает себя, у него горячка, он не поднимался с постели все это время. Нам пришлось переносить...Сообразив, что док сейчас проболтается, Фрэнк быстро толкнул его и закончил:- ...тяготы и лишения! Вам известно как много испытаний выпадало нам раньше, ваша честь! Но разве толкнуло это наших горожан на путь беззакония? Нет, промысел Господа насылать испытания, дабы укрепить дух смиренных прихожан!
- Отлично сказано, маршал. - Уильямс строго посмотрел на троих просителей. - Пусть же наши горожане вверятся Ему, и позволят нам, смиренным слугам нашей великой страны, ими же для этих целей избранным, действовать так, как того требует Закон.
- Какая-то пустая болтовня... - Пробормотал Ричардс себе под нос, и к веселому удивлению Фрэнка внезапно добавил ругательство, которое очевидно услышал от прислуги. - Дерьмо куриное!- Лишь Отец наш небесный карает и милует агнцев своих на небесах! - Рявкнул маршал, играя рольнедалекого деревенщины, воспитанного в строгой религиозной обстановке. - А здесь на земле, на этой территории, суд в ваших руках, будьте же беспристрастны!Врач возмущенно повернулся к нему.- Что вы такое несете? Как эта проповедь поможет делу?.. - Шепнул он вытаращив глаза. - Вы что,сошли с ума как и ваш собутыльник?Фрэнк на это лишь истово осенил себя крестным знамением, окончательно подтверждая слова врача.- Короче говоря, я не говорю об этих субъектах, - Рид махнул рукой в сторону притихших лавочников на которых странное поведение законника произвело не меньшее впечатление. - Однако лично вы, ваша честь, можете отправиться со мной и собственными глазами удостовериться в том, что Ок Холлидей с самого начала не покидал постели!- Это еще почему?- Потому, что я лично связал его по рукам и ногам! - в сердцах рявкнул Ричардс.- Веревками? – Спросил кто-то из клерков и врач вонзил в шутника испепеляющий взгляд.- Могу вам обещать одно, - прорычал он. - Когда вы окажетесь на достаточно близком расстоянии, я развяжу его…
К счастью Уильямс счел доводы Ричардса убедительными, кроме того его слова подтвердил маршал, а Пим, появившись под конец, принес свои извинения им обоим. Среди тех троих, что явились требовать казни, было и несколько его работников, которым Пим напомнил о том, что Холлидей являлся помощником шерифа. Под этим углом подозрения клерков начинали походить на клевету в адрес городского законника, причем на клевету серьезную, а именно - обвинение в убийстве.Кроме того, настоящий убийца за все время пока городского маршала отвлекали такими пустяками, мог сбежать инесчастные олухи должны были понять как много вреда они уже причинили офису шерифа а кроме того сколько беспокойства помощнику шерифа, врачу у которого и без того дел невпроворот, и городскому маршалу.
- И перепугали сестер!- Добавил рид и Хэнк Пим развернулся к своим работникам.- Да неужели? - Это прозвучало так угрожающе, что Фрэнк едва не расхохотался. Клеркимгновенно выбежали из зала, радуясь что смогли унести ноги.Недовольство прочих просителей купировали угрозой штрафа, который в свою очередь тут же отменили так что фермер и лавочник оба покинули суд с чувством облегчения. К тому времени толпа под зданием суда, изнуренная зноем, ожиданием и отсутствием новостей уже разошлась.
Приближался полдень - солнце жгло немилосердно, от земли поднимался жар и спасения не было даже под навесами и в тени.Тело убитой проститутки забрали работники Бена Гримма чтобы подготовить к похоронам, деньги на которые дало Женское общество - об этом уже похлопотала Мерседес Найт.
Маршал, владелец дилижансной линии и городской врач отправились вофис шерифа. По пути Рид сообщил, что когда он пришел в больницу, Октавий метался в горячке, и Фрэнк попросил его пока не сообщать больному о смерти Шарлотты.
Стернс подошел к ним - как всегда неторопливо. На удивление в этот раз он оказался многословен.- Маршал, со своими работниками я уже переговорил и они более не доставят вам беспокойства. Приношу свои извинения за это недопонимание.- Благодарю вас, мистер Стернс. Со своей сторонымогу вам обещать, что ваши работники не понесут наказания. Их участие не было умышленным, другие люди вовлекли всех прочих в это безумие.- Я рад, что удалось избежать этого варварства. Тем не менее яне допущу, чтобы мои людиучаствовали в чем-то подобном - репутация банка превыше всего. Я не потерплю у себя линчевателей, кто вообще тогда к нам обратиться? К вашему офису, маршал, я не имею никаких претензий, но со своими работниками волен поступить так, как того заслуживают.- Не будьте слишком строги, мистер Стернс, доктор Ричардс мог бы сказать что здесь свою роль сыграл импульс. Толпа напоминает стадо.- Тем не менее в ней у каждого - собственный разум! Хорошего дня, господа.Если Стернс старался выставлять чувства напоказ, то Пим кипел негодованием.
- Это - недопустимо! - Повторял он. - Суд Линча! Довольно было и того, что здесь устроил Роджерс. Меняв городе не было, но мне хватило этих рассказов о ручьях крови и подвешенных у казино трупах четырех человек... Асвиньи Фиска после, по рассказам очевидцев, жрали эту падаль у всех на виду потому, что Роджерс всех выманил на улицу... Черт возьми, это просто - варварство! Иногда мне кажется, что дикари в сравнении с нами и то более взвешены. Попытка линчевать законника, да еще и когда тот безоружен и не в себе! Уж я-то знаю, у меня горячка была. Могу себе представить, что Ок им устроит, когда обо всем узнает. Эти олухи вырыли себе могилы...- Я надеюсь что до этого не дойдет, мистер Пим. В противном случае я этому помешаю. - Если и был удивлен горячим участием Пима в судьбе прострелившего ему руку дебошира, маршал не подал виду. - Вы едете в Аттилан сегодня? Будьте осторожны во время путешествия.- О, я предпринял все возможные меры предосторожности. Я понимаю,вы считаете меня его врагом. Нет, я просто не терплю насилия!
На это Ричардс ухмыльнулся и покачал головой. К счастью, из-за его громадного роста это вышло незаметно - Пим все же был очень вспыльчив и мог бы поколотить даже своего приятеля.Жанетт ВанДин Пим уже ожидала их в участке. Артур Стейси посыпал песком лист бумаги с еепоказаниями, чтобы чернила быстрей высохли.- Я все рассказала, Генри. Она... Она приходила к нам сегодня. Сама пришла, одна... - Ее голос сорвался. - О, как это ужасно!- Прошу меня извинить, миссис Пим, если я был слишком резок с вами в прошлый раз... Не могли бы вы еще раз, буквально в двух словах описать...Пим нахмурился, становясь меж ним и Жанетт, будто стремясь загородить миниатюрную женщину своим телом. Та вытерла слезы.- Маршал, мне кажется моя жена рассказала все что видела и ответила на все вопросы, которые ей задавали ваши люди. Право же, я не думаю, что...- Ах, Хэнк! Прошу тебя, они просто хотели узнать не было ли чего-нибудь странного в том, как это произошло. Им полагается задавать такие вопросы. Помнишь, как те двое механиков стащили детали от колесной пары? Ты ведь тоже ходил и выспрашивал пока не добился ответа?- Это - совсем другое!.. - Он повернулся и сжал ее руки в своих ладонях. - Довольно этих мучений!
- Но это мой долг, - мягко ответила она и посмотрела на маршала. - Ты сам поступил бы так же.- Это не одно и тоже, Жанетт. Я - мужчина!- А я там была и слушала ее. Спрашивайте, маршал. Мне это ничего не будет стоить.
- Прошу вас, - Фрэнк, который уже успел прочестьзаписанное Стейси свидетельство, подвел ее к столу и усадил. Артур в это время вышел в "Резвый мустанг" поговорить с Карсоном. - Вы показали, что вы и мистер Карсон видели Шарлотту утром?- Да, она зашла к нам буквально на несколько минут – я знаю, не полагается этого делать, но я сама попросила Митча. Словом, она угостилась по обыкновению джином – выпила один стакан. Негоже пить спиртное на голодный желудок и ядала ей поесть. Мы немного поболтали. После этого она сразу же ушла.- О чем она говорила с вами?- Да, как всегда – про Ока… Доктора Холлидея. Что его, мол, повесят как тушу на скотобойне, и что он не заслуживает такого обращения. Говорила, что он не по своей воле стал бродягой, что его болезнь таким сделала – превратила его в грязь, она так и сказала – в грязь…Фрэнк понял, что ?голубка? употребила другое слово, но Жанетт решила не повторять его.- И что не случись этого, он бы и не глянул в ее сторону. Она и раньше говорила мне, что он в Аттилане женился на ней, но забыл об этом после того, как протрезвел.
- Она не выглядела испуганной или встревоженной?
- Скорее негодующей. Сказала, что док Ричардс его специально покрывает и пусть лучше не попадается ей на глаза… - Жанетт с опаской покосилась на Рида, но тот лишь хмыкнул и сложил руки на груди, покачав головой.- И что если Ок попадет к ней в руки, то она с него шкуру спустит, и прочие угрозы… У меня утром работы много потому я ее в пол-уха слушала. Она доела и ушла. У меня из головы вылетело бы если б не мистер Стейси.
- Она не упоминала никаких имен или мест?
- Ничего, маршал, только это. Ума не приложу откуда она узнала, что он в городе, должно быть - на улице. Она как фурия, в зал не вошла – влетела! Сказала, что встретила шерифа Дэя и тот пригрозил ей арестом, а про Ока сказал, что вздернет его.- Благодарю вас, миссис Пим, если еще что-нибудь вспомните -прошу вас сразу же передать чтобы я к вам зашел.
Жанетт улыбнулась ему. На ее глазах все еще блестели слезы.- Я убеждена, вскоре все изменится.
- Да и я надеюсь, что – к лучшему.Когда Пимы ушли, Ричардс еще ненадолго задержался в участке.- Я не планировал этого, но так уж вышло, что я захватил с собой деньги для уплаты штрафа, - как бы между прочим начал он. - И сразу же хочу поставить вас в известность, что Бен непредумышленно взял с собой револьвер. Поймите - он член Комитета и носит оружие лишь поэтому.- Однако не на вечерний спектакль.- Он объяснил мне, что был взволнован и позабыл о нем.Фрэнк не мог вообразить, как можно не заметить четырехфунтовый армейский револьвер, однако промолчал и вместо этого аккуратно пересчитав и запер полученные от врача деньги. Совершая эти манипуляции, он внезапно вспомнил Шарлоту и то, как она смахнула серебряный доллар в ящик стола. Некая мысль отвлекла его на мгновение, однако он отогнал ее.- Бен передает вам свои глубочайшие извинения. - Тем временем продолжал Рид. - Этого больше не повторится. Он очень сильно переволновался – вся эта история с этой актрисой… Ему что-то померещилось и очевидно этот фантом вызвал вспышку огромной силы.- Попытайтесь объяснить.- Мой друг полагает, что особа, выступающая в нашем театре под именем Карлотты ЛаРозы – не та, за кого себя выдает. Ну слыханное ли дело, маршал? Да это просто смешно! Однако Бен убежден, что имеет некие доказательства своей правоты, отказываясь рассказать, что они собой представляют. Прошу вас войти в мое положение – я не смог добиться от него ни слова об этих доказательствах, и не могу более тратить свое время на его причуды – у меня работы по горло…- Док, его причуды едва не стоили жизни ни в чем не повинным людям. Ваш друг, возможно, не осознает того, насколько он силен. Меня он тряс за шиворот как котенка, а на моем месте мог оказаться кто угодно. Черт возьми, Ричардс, вы уверены, что ваш приятель не спятил и не решил прикончить актрису прямо на сцене из-за того, что ему просто что-то померещилось?- Абсолютно. Он клялся, что его причины молчать столь же серьезны, как и те, что толкнули его на это безрассудство. Вам же как законнику я бы предложил проверить эту его версию.
- А вы где-то обзавелись значком шерифа, доктор Ричардс? Принесли присягу и заделались законником? – Фрэнк с удовольствием вернул шпильку. – Раз так вольно мной распоряжаетесь? С чего бы мне это делать?- Для успокоения совести Бена, конечно! Быть может услышав о том, что вы занялись этим делом, он поделится с вами своими выводами касательно этой истории и забудет о ней сам.- Вы – его друг, говорили с ним, и он не пожелал объяснить вам свои умозаключения, почему вы думаете, что он выложит их мне?- Полагаю это он и пытался сделать в театре, маршал.- В таком случае он переусердствовал.- Поймите эта тайна гнетет его, думаю он решится все рассказать вам сам и в самое ближайшее время.- Прекрасно, в таком случае пусть приходит в участок. Что до помощника шерифа, который находится на вашем попечении, нельзя ли устроить так, чтобы он остался в больнице еще на несколько дней? Иначе, боюсь, что он может угодить в руки к линчевателям.- Я позабочусь о том, чтобы этого не произошло, у меня уже неплохо получается отваживать от него всяких проходимцев. Отец Адриан навещал его сегодня, но к счастью, ему не удалось проскользнуть мимо, и бутылка индейского самогона осталась у меня. - С неудовольствием пробасил врач.
- Решил вышибить клин клином? - Фрэнк слышал о том, что в некоторых местах горячку лечили лошадиными дозами спиртного.- Он мог с таким же успехом ударить вашего помощника шерифа кувалдой по черепу. Удайся нашему пандре его замысел, вы бы лицезрели сейчас остывающий труп. Но как видите, мой пациент не только трезв, но и – жив.Настойка, которую я ему даю - это опий на спирту крепостью в сорок пять градусов. Я же разбавляю ее водой и даю ему всего несколько капель. Как говорится и волки сыты и овцы целы, он получает оба яда, к которым пристрастился в малых дозах, спокоен как ягненок и засыпает прежде, чем способен осознать это.
- Может, вы и правы, док и лучше ему было бы у вас. Я очевидно не в полной мере представил себе масштабы разрушений, в которые нам выльется его преждевременное возвращение в строй.- С причинами разрушений справляетесь вы, - пожал плечами Рид, - я же лечу тех, кто в них пострадал. И делаю это покуда им требуется помощь. Он в ней пока нуждается.- Чем еще мы можем ему помочь? - Фрэнк имел ввиду себя и прочих городских законников.- Если вы хотите помочь, накормите его наконец! Заставьте силой - так как вы это умеете. Он постоянно теряет в весе. Сироп Пэрриша пока бессилен, а есть нормально этот упрямый тупица отказывается. Возможно под дулом револьвера он изменит свое поведение...- Боюсь, док, после случившегося ему еще долго кусок в горло не полезет. - Фрэнк мог лишь приблизительно представить себе страдания, которые переживал больной и которые по описаниям переживших подобное напоминали что-то вроде удесятеренного похмелья, продолжающегося несколько дней кряду.
- Речь не только о горячке, маршал - утрата веса вообще типична для больных вроде него. Кроме того, я обратил внимание на то, что он по-видимому испытывает боль в суставах, но при чахотке это меньшее из зол. Достаньте у кого-нибудь из китайцев змеиного жиру, Вонг объяснит вам, что с ним делать.
Фрэнк вновь повернул ключ и выложил перед врачом часть принесенного им штрафа.- Нет, Ричардс, змеиный жир ему добудете вы. А вашему приятелю-гробовщику передайте, чтобы шел сюда и никуда не сворачивал. Явыставил караул из членов комитета у гостиницы, салона Фиска и?Резвого мустанга?.- Это излишне!- Вот это, - рявкнул Фрэнк, оттягивая ворот рубашки и Рид увидел багровую полосу на его шее, – это вчерашним вечером с его стороны было излишне. А брат вашей жены не пострадал лишь чудом. Его не пристрелят, но членам Комитета велено задержать его и разоружить если при нем будет револьвер.- Просто какое-то безумие! - Рид клокотал от гнева, однако все еще не уходил и ждал, замерев у его стола - манеры не позволяли ему повернуться спиной и выйти, наговорив оппоненту гадостей. – Эти остолопы… И Бен… И змеиный жир. Черт подери, да я сроду не появлялся у Вонга! Что только подумает доктор Коннорс? Это же сразу вызовет скандал! Надеюсь, это все, маршал?Он направился к двери и обернулся на пороге, когда Фрэнк окликнул его.- Доктор Ричардс!- Вы придумали другой способ втоптать в грязь мою репутацию?Фрэнк взглянул на него. Манеры врача порой приводили его в замешательство, однако все же, с первого дня тот делал для Ока все возможное.
- Я… я хотел извинится, доктор. Вы делаете для него очень много. Я постараюсь сделать не меньше для вашего приятеля-гробовщика. Именно потому я велел членам Комитета позаботиться о том, чтобы он не натворил глупостей.
Рид, озадаченный этой тирадой, криво улыбнулся.- Забавно. Сюзана сказала, что я ношусь с вашим спятившим убийцей, как она – с нашей новорожденной дочерью.Я один купаю его, кормлю и меняю его простыни. А знаете, почему это так? Никто из сестер не желает иметь с ним дело, вот почему! Ни одна из них, даже благочестивая сестра Маргарет – и та боится к нему приблизиться. Хотя, пожалуй, оно и к лучшему...
Ричардс вспомнил, как несколько раз пролистал и со всех сторон осмотрел Библию которую сегодня утром передали для Ока Холлидея. Поскольку Библию принес ее отец Адриан, это было лишним поводом встревожится. Он был в своем кабинете и узнал об этом от сестры Эшли, после чего встряхнул и разве что не обнюхал истрепанный том, а после запер его на ключ в ящике стола. Сестра Эшли, которую он уходя оставил пропалывать маленький огородик под больничными окнами, посмотрела на него почти с ненавистью.- Эта шлюха приходила. Одна из девиц Ведьмы, - сказала она не поднимая головы, когда он прошел мимо. Рид приподнял брови, но сестре было плевать - у нее уже разламывалась от боли спина, а руки ныли будто она весь день носила воду из колодца.
- Мексиканка?- Нет, не Тарантула. Другая паучиха.- Ведьма, Тарантула... - Ридфыркнул, - у девиц Верджа Осборна хоть имена получше и сами они не такие страшилища. Зачем вы ее впустили?- Я не впускала, все сестра Мэгги...
Черт бы побрал сестру Мэгги и ее наивное, доброе сердце! Нахваталась благодетели от Отца Доминго... Рид немного знал старого пеликана - кроме как о славе господней с ним не о чем было разговаривать.Он достал и не зажигая сунул в рот трубку. Задумчиво погрыз черенок и спрятал обратно.- А из горожан никого не было?Сестра Эшли мотнула головой.- Как вы тех отвадили, больше никто не заходил...- А к окнам кто-нибудь подходил?И сестраи врач понимали что речь идет о пациентах.Монахиня мотнула головой.- Нет.- Хм, а он умней, чем я думал...- Рид, конечно, не рассчитывал, что Октавия поймают с ногой переброшенной через подоконник, однако надеялся, что волнения за окном толкнут больного, если тот симулирует свои припадки, на какой-нибудь глупый поступок. Однако Холлидей то ли в самом деле спал, то ли не рискнул что-либо предпринимать, так или иначе, пациент не дал повода усомниться в своем поведении, хотя Рид мог поклясться, что подобные Октавию личности не только узел развязать - сейф вскрыть способны. - Ну ладно. Да, и еще одно, - он указал на грядки. - Больше полоть тут не требуется.- Сама вижу, доктор. - Теперь ее взглядом можно было убить.Вернувшись в больницу, Рид раскрыл принесенную Библию и повторил все манипуляции еще раз - он тряс ее, стучал, после зажег лампу и посветил на обложку и листы, накапал на уголки листов бесцветный раствор, однако те не изменили цвет - значит не были отравлены.
Сама книга была старой и довольно потрепанной, с заломами тут и там. Это просто Библия, твердил он сам себе, он не нашел в ней никаких вырезанных тайников с пузырьками или вложенных между страниц стилетов, так что это - просто книга и ничего больше. Может ли такое быть, что пандре в самом деле просто передалее для того, чтоб монашки читали ее больному.
Черта с два! - ответил он сам себе идостал пузырьки с поташем - для реакции с капустным соком, раствор йода для надписей сделанных крахмалом, и настойку марганцевокислого калия - та проявляла написанноесоком щавеля. Ни одна попытка не увенчалась успехом, но Рид не унывал. Следующий час он брызгал страницы всем что было под рукой, тер их ребром монеты и просвечивал у окна, но написанных невидимыми чернилами слов также не было.
Громадным усилием воли врач остановил себя от того, чтобы напоследок нагреть страницы над свечой ипротереть их свекольным соком на случай если проповедник использовал для записей какую-нибудь телесную жидкость вроде слюны или семени. Он слышал о подобных случаях от Коннорса, который долгое время был коронером и по долгу службы посещал тюрьмы.Когда Рид вошел, Холлидей спал - его грудь вздымалась совершенно так как это происходит у спящих людей, однако врач пристально всмотрелся в его лицо. Ничего необычного - та же бледность и обтянутые кожей кости. Сидящая у постели сестра Маргарет, сморщила нос, от чего Рид догадался что с луковым соком он переборщил.
- Больной?- На все воля божья, - монахиня подняла глаза на маленькое распятие на стене и Рид проследил за ее взглядом.Сам он был агностиком, а верил ли в Бога Холлидей не спрашивал. По слухам тот был методистом, что при всех его пороках было просто невероятно. Оказалось, что на сестру Маргарет забота, которую пандре проявлял к помощнику шерифа, произвела более чем хорошее впечатление, о чем она и высказалась когда они вышли в коридор поговорить. Старушка была все еще взволнована недавними событиями, но это не помешало ей с жаром защищать священника.- Отец Адриан сказал, что приложит все усилия чтобы наставить доктора Холлидея на путь истинный!- О, прошу вас! - Рид закатил глаза. - Вы хотите, чтобы я поверил, будто тот достойный сожаления образ жизни, который вел этот человек и который привел его сюда еле живого, вдруг станет для него откровением и он решит уверовать в Господа? Боюсь, никто в методистской общине не сможет припомнить день, когда доктор в последний раз посещал их собрание. Я полагаю, что они даже лица его не помнят и со времен конфирмации ноги его там не было!
- Вы несправедливы, доктор Ричардс, - чопорно ответила на это монахиня. - Уверовав, он станет абсолютно другим человеком и истово возжелает начать новую жизнь, вот увидите! Что же до методистской церкви, если доктор Холлидей пожелает, он может пройти конвертацию в католичество. Пока же, отец Адриан считает, что Библию можно просто изучать, а после он может устроить ему исповедь здесь, словом он заверил меня, что сделает все возможное для облегчения души несчастного страдальца.- Исповедь? Это пандре вам так сказал? Скорее они устроят здесь попойку! Не удивлюсь, если этот старый мошенник всамое ближайшее время вновь не попытается передать внутри что-нибудь -склянку самогона, нож, даже револьвер!- Да как вы можете об этом говорить?! Подумайте о спасении его души!- Не кажется ли вам, сестра, что в его случае глупо начинать новую жизнь на пороге смерти?- И тем не менее отец Адриан заверил меня, что никто больше не увидит доктора Холлидея за карточным столом!- Однако же, именно карты - это то, чем этот человек зарабатывал на жизнь, кроме того в это просто невозможно поверить. Дорогая сестра, вы не вполне понимаете, что Ок Холлидей из себя представляет. Ну, скажем, представьте себе змею, которая вдруг пожелала летать как птица. Это просто невозможно. Это против природы, если угодно - это против Бога.- И все же, неужели пред ликом неминуемого конца даже вам самому не захотелось бы очиститься от грехов, довлеющих над вами, избавиться от пороков и низменных страстей?- Мне - да, но он - другое дело. Напротив, уверяю вас - он не только примется за старое, он утроит свои усилия. Болезнь сжигает его время на бренной земле как пожар - сухую траву, времени на удовольствия все меньше, а он к ним привык. Увидите, едва выйдет отсюда, он тут же вернется к прежнему занятию. А с вашей стороны было весьма опрометчиво слушать нашего пастора и тем более принимать что-то из его рук! Он вам так однажды что-нибудь подсунет. И его слова на веру вам принимать так же не стоило!..Голоса в коридоре понемногу отдалились и стихли. Протянув руку, Октавий взял Библию, раскрыл на заложенной странице и нахмурился. Он не сомневался, что подарок отца Адриана подвергся тщательной проверке. Он и сам недоумевал на кой черт старый козел вдруг вздумал передавать ему книги. Однако взяв ее в руки (книгой предсказуемо оказалась Библия), он все понял. Падре Андре подошел к делу обстоятельно – он не просто черкнул пару строк, а писал что-то вроде коротких рапортов, при этом начав с конца книги – на свободных от стихов местах.
Больной читал, пока не услышал шаги монахини за дверью, после чего вернул книгу на столик и, закрыв глаза, откинулся на подушки.