12 (2/2)

- Что вам ясно?- Замолчи, будь добр. Заткнись хоть на пять минут. – Картежник отмахнулся от него и, вновь закашлявшись, выругался. - Ох и ночка, будь она проклята… Где у тебя тут виски?- Что? – Теперь уже Осборн смотрел на него удивленно. – Причем тут виски? Вы сказали, что что-то поняли. Вам что-то известно?- Если я расскажу, ты не поверишь ни единому моему слову. Ясно одно, Вердж, твоя жена, очевидно, готовилась быстро поправить свое положение за твой счет, и... – Законник поперхнулся и схватившись за грудь, закашлялся сильнее. На бумаги брызнуло кровью. - Проклятье, есть в этом доме выпивка?!- Объяснитесь!- Если сейчас же не промочу горло, объяснять тут станет некому!Верджил достал и передал ему графин с шерри и Октавий, задыхаясь, быстро сделал несколько глотков прямо из горлышка.

- Ну?! – Осборн шагнул к нему.

Ок был смертельно бледен и едва дышал, но его взгляд был таким же внимательным.

- Ты узнаешь свое собственное оружие, если его тебе показать?- Разумеется, как и вы – ваше. Мне достаточно взять его в руки.- Были ли на нем какие-нибудь гравировки, отметки, царапины или сколы?Хозяин борделя задумался.- Нет, ничего. Я велел немного укоротить ствол – примерно дюйма на полтора-два, но это и все. Револьвер самый обыкновенный, да и модель весьма распространенная – под унитарный патрон.- Очень жаль, это могло бы здорово мне помочь отыскать его. Впрочем, уже что-то я могу сказать прямо сейчас… - Октавий вздохнул и закрыл глаза, вспоминая. - Это был армейский ?кольт?, 1865 года, выплавленный на заводе в Нью-Хейвене – есть их клеймо. Переделанный чуть позже под унитарный патрон. Продольная царапина длиной с ноготь большого пальца идет по рукоятке – сразу не углядишь, если не знаешь куда смотреть. Она - тонкая и идет снизу-вверх, заканчивается примерно на середине рукоятки. Еще немного выгнут влево боек, это в глаза не бросается.- Да, небольшая царапина на рукоятке там, в самом деле, есть – дерево треснуло, когда обрезали дуло. То же и с бойком. Только я не могу взять в толк, какое отношение пропажа револьвера имеет к тому, что Джун исчезла? Ей незачем было уезжать. Она любила меня. Джун по-настоящему любила и была ко мне привязана, как...- Как была привязана к загородке сбрендившая коза. Верджил, опомнись. Пораскинь лучше мозгами, кому выгоднее всего твое разорение?- Моим врагам и их немало, сэр.- Ну хорошо. И кто же твой самый большой враг в этом городе?- Ванесса Фиск.- Великолепно. А кто мог прийти тебе на помощь, когда старушка Ванесса раскрыла карты?- Не знаю, вероятно, Уэллон, Уильямс или Стернс, согласись он дать мне ссуду.- И один из них отбыл из города, другой, скорее всего, спит с твоей женой, а третий недавно пережил серьезный удар по репутации. У двух них фамилии начинаются на ту же букву, что и у хозяина табакерки, который замешан в адюльтере.- Невозможно! – Отрезал Осборн. - Один слишком стар, второй же слишком…- Слишком умен и осторожен, чтобы скомпрометировать себя. И вот тебе еще факты – тут, пожалуй, придется постараться, чтоб найти доводы против них. Женщина, которая исповедовалась отцу Адриану, была одета в платье точь-в-точь как то, в котором выступала на сцене Джун.- Костюм можно сшить, его можно украсть или заказать такой же. Это еще ни о чем не говорит.- Ладно, она упоминала, что не в ладах с окружением своего мужа. Сетовала, что над ней потешаются, а супруг охладел к ней.- Не могу отрицать – она часто жаловалась на царящие здесь нравы, они были для нее в новинку. Однако во втором я с вами не согласен.- Ладно, мне-то что! Последний довод – она приезжала в коляске.- Коляску также можно…- Украсть? С сидящим на козлах кучером? Украсть для поездки в церковь? – Ок, бледное лицо которого уже раскраснелось от виски, сверкнул на него глазами. – Раз так, то благородная цель извиняет кражу. И все же я уверен, что этой незнакомкой была твоя жена. А таинственный мистер ?У?, очевидно, надоумил ее провернуть это дельце.Ты ведешь дела черед Нельсона?- Нет, мой поверенный сейчас в Новом Орлеане, и пока что я перепоручил ведение всех дел Оулсли. Я не так глуп, чтобы довериться какому-то стряпчему!Октавий сделал еще несколько глотков из бутылки и поставил ее на стол.- Глупец. О, глупец из глупцов! Где ты держишь свои документы? Я надеюсь не в его конторе?- Нет, все бумаги здесь. – Жестко ответил Верджил, вновь усаживаясь за стол. – Но я не понимаю, какое отношение…- Доставай свои бумаги, Верджил, скорее всего мы сейчас обнаружим пропажу одного документа.- И вновь – ошибка, помощник шерифа! Все свои бумаги я держу в запертом сейфе и ключ при мне.- Удивил! С ключа при помощи обыкновенного куска мыла можно сделать оттиск и позже заказать с него дубликат, особенно, если каждую ночь спать рядом с его владельцем. Твоя жена, Верджил – площадная актрисулька, а не белоручка из приличного семейства. Уверен, она сразу же сделала себе второй ключ.- Это оскорбительно! – Однако Осборн снял с шеи цепочку и отпер сейф, который обнаружился в стене за картиной. - Что именно вы собрались найти?- Что-нибудь, от чего можно быстро выручить деньги. Что-нибудь, что можно перевести в векселя и обналичить позже. Что-нибудь незаметное, о чем ты не вспомнил бы сразу…- Вас послушать, так вы сами подобное проворачивали, - хмыкнул Вердж.- Негры сожгли мою плантацию в Джорджии, как думаешь, где бы я был, если бы не умел заключать сделки и вкладывать средства? - Октавий обошел стол и засучив рукава рубашки, принялся разбирать ворох документов, которые хозяин борделя выложил перед ним. - Ага, вот и оно! Право же, женщины ни черта не смыслят в том, как работает бюро по торговле недвижимостью.Джун действительно покинула бордель. Более того, она покинула его богатой женщиной. Письма нескольких торговых домов на востоке уведомляли молодую владелицу в том, что сделки совершились успешно и находящиеся в ее владении земельные участки сменили владельцев. Общая сумма, вырученная от продажи, составила без малого двести тысяч долларов. Джун вела переписку от своего имени, имя Верджила попалось им на глаза всего два раза. В самом начале, когда Джун указала, что ведет дела мужа с его согласия, и в конце, когда не дрогнувшей рукой вывела подпись Осборна на контракте, где одним из пунктов значилась передача участков в ее владение.- Теперь старушке Ванессе останется лишь кусать локти. Думаю, они хотели убедить твою жену совершить похожую сделку с продажей участков Ричарду Фиску…- Фиски, в самом деле, заговаривали об этом, но я не придал этому значения. - Не исключено, что они пытались так же говорить и с ней, но твоя жена обхитрила всех и подалась на Восток.

- Этот контракт – фальшивка!

- Разумеется, фальшивка, ведь твоя подпись поддельная. К твоему счастью, в нем оговорено, что ты передал ей участки, а не что она их наследует в результате твоей смерти, а то пришлось бы ей тебя убивать, а из женщин убийцы неважные. Кстати, об этом – она ведь прихватила с собой и твой револьвер. Ты точно уверен, что это могла сделать она? Не слуги, не твои потаскухи? Не Фил или твой сын, или кто-нибудь еще?Замерев у низкого столика, хозяин борделя на мгновение поколебался, но затем решительно смел стоящие на нем предметы на пол. Тонкая щель, рассекавшая узор столешницы на две половины была практически незаметна и сторонний наблюдатель ее, пожалуй, даже не рассмотрел бы – особенно, когда столик загромождали флакончики и склянки.Верджил нажал на декоративный болт и створки открыли хитро замаскированную нишу. Та оказалась пустой. Октавий заглянул внутрь, затем простучал дно.- Видите? – Обратился к нему Верджил. - Я держал оружие в тайнике, запертым, и Джун знала где. Ни Гарри, ни прислуге и, тем более, моим работникам и моим гостям этого известно не было.

- Великолепно. В таком случае, ты и скажешь мне, почему она стащила его.

- Да откуда же мне знать?- Тебе лучше попробовать, Верджил. Такой же револьвер мы нашли на месте самоубийства судьи Уэллона. Он лежал на полу под его правой рукой.- Под правой? – Хозяин борделя удивленно посмотрел на него, и это удивление не было напускным. - Но ведь судья…- Был левшой, не курил сигар, а курил трубку и не стал бы убивать себя, так как был старым хитрым сукиным сыном, а такие бояться смерти больше всего на свете. Кто-то застрелил его и усадил в кресло, подбросив револьвер. И этот кто-то не знал, или не обратил внимания, что Уэллон – левша. По правде говоря, Верджил, этим своим знанием ты только что спас свою собственную шкуру, ведь с самого начала я думал на тебя. Но теперь я точно уверен, что его пристрелила она.- Это – бред. Ты напился и несешь чушь, - с отвращением ответил Осборн. – Зачем Джун убивать судью? Она – не ты, она и стрелять-то не умеет.- Как видишь, лишь ей одной было известно о том, где взять оружие, и вскоре после этого она покинула тебя и, скорее всего, этот город. Что за дела были у тебя с судьей? Хотел скостить должок? Шантажировать старика карточными долгами и обернуть ситуацию со штрафом в свою пользу?Хозяин борделя молчал и Октавий усмехнулся.

- Верджил, ты просто идиот, если так. Ты должен благодарить Бога за то, что остался жив.- Так или иначе, то как я веду свои дела вас не касается. Я благодарен вам за помощь, помощник шерифа. Если моя жена на самом деле… смогла устроить все это, мне останется лишь продать предприятие и самому как можно скорее убраться отсюда.- Только, прошу тебя, продай бордель до того, как его сожжет толпа. Когда вспыхнут факелы и затрещат трещотки, Вердж, будет слишком поздно. Черт возьми! Как-то я вышел против полусотни всадников с одним револьвером, и они развернули лошадей… Но помешать целой толпе я буду не в силах.Верджил подумал, что убить его сейчас было бы еще легче, чем в то утро в салоне – помощник шерифа был уже до того пьян, что даже не почувствовал бы, что умирает. Стакан он держал наклонно, и виски проливалось на пол при каждом движении, но законник даже не замечал этого.

- Послушай, - начал он заплетающимся языком. - люди начали выражать недовольство твоим заведением, едва в городе организовали общество трезвости, верно? Может они просто озлобились на твою не… негостеприимность? Ну так выйди к этим святошам и пригласи их внутрь... Они все равно сюда войдут, рано или поздно. И когда они будут внутри, я не пошевелю и пальцем.Двоих твоих девиц – Бельчонка и Долговязую Джесс, уже убили прямо у тебя под носом. Будешь ждать, пока лис перережет всех птичек?

- Это твоя парафия, – рявкнул Верджил, - Искать убийц.- Мое дежурство еще не началось.Ок отвесил остолбеневшему хозяину издевательский поклон и вышел, хлопнув дверью.

Когда Фрэнк очнулся, было около десяти часов. Он шевельнулся – и не смог сдержать стона. Всё его тело ныло от укусов, синяков и царапин. Внезапно вспомнив всё, что произошло вчера, он замер. Оглядевшись, он не заметил никаких следов пребывания Джейн в номере. Исчезли ее одежда, ее шляпа и ее оружие.Ещё несколько минут он пролежал, неподвижным взглядом уставившись в потолок, пытаясь найти оправдание для себя и для нее, и не находил его. Они предавались безумствам весь остаток ночи и, вероятно, сон сморил их только на рассвете. Он поднялся, отмечая про себя распухшее после удара об пол колено, и занялся поисками одежды. Брюки отыскались под кроватью, один сапог – у двери, а второй под столом. Поискав рубашку, он обнаружил ее отброшенной на зеркало и решил оставить там, вместо этого вытащив из комода другую - свежую.

Его размышления прервал настойчивый стук в дверь.Когда дверь открылась, Билли Коннорс поднял глаза и остолбенел. Вид у маршала Таймли был совершенно невообразимый - растрёпанный, с воспалённым взглядом чёрных глаз с расширившимися зрачками. Щеки Фрэнка покрывала щетина, на шее и запястьях отпечатались подозрительные следы, будто кто-то его душил или связывал, и Билли мысленно вычеркнул профессию шерифа из своего списка будущих профессий.- Вас ждет помощник шерифа, маршал Кастл.- Спасибо, Билли. – Фрэнк кивнул и захлопнул дверь.- Ну наконец-то. – Артур Стейси упер руки в бока и смерил их мрачным взглядом. – Отыскалась пропажа! А уж было хотел подавать на вас обоих в федеральный розыск! И пол дня не прошло.- Я полагаю, что вы в неоплатном долгу передо мной, - погрозил ему пальцем Октавий. – В борделе убили еще одну девицу. Я взял на себя труд уведомить шерифа Дэя об этом странном самоубийстве и сейчас он с мистером Осборном и управляющим теперь опрашивают всех клиентов, что прошли через зал борделя, а это значит, что справятся они самое меньшее к завтрашнему обеду.

- А я убил все утро на разговоры с кассиром – почти сорок человек прошмыгнули вчера в зал просто так, а некоторые заходили и выходили, и входили вновь…

Октавий широко улыбнулся ему, будто говоря ?славная ложь, но до моей ей далеко? и, слегка покачиваясь, прошел в глубь офиса, где в закрытом шкафу среди папок стояла початая бутылка виски.- Люди раздражены, озадачены и сбиты с толку. Шепчутся по углам, многие были в зале… Некоторые даже считают что проститутку кто-то убил, но это, разумеется, ерунда.- Самоубийство? – Фрэнк, который освидетельствовал смерть девицы вместе с Ричардсом, отложил бумаги об аресте мексиканца с ранчо Митчема, и приподнял бровь. – Кто в это поверит?- В это поверят все. Другого способа нет. – Ок запрокинул голову и как насосом всосал в себя часть жидкости. - Несчастная любовь виновата! Когда-то я сам чуть не утопился от несчастной любви. Как же давно это было. Ах, где она, моя дорогая Клементина!- Должно быть, не нарадуется, что Господь упас ее от тебя. К чему тебе столько побрякушек, Ок? - Спросил Артур. – Ты выглядишь как майский шест – тощий и весь увешан всякой дребеденью!- Никогда не знаешь, что может случиться за столом, - невозмутимо парировал тот, поглаживая подвешенный к цепочке брелок -кроличью лапку. - А кольцо всегда можно предложить, как куш.

Придирчиво изучив свое отражение в отполированном боку кофейника, он поправил узел галстука и запел в полголоса:Закрытых глаз таинственная страстьК губам её припасть сегодня вышло сноваНо вот вопрос и что тут за напастьКак от неё добиться остального?Несмотря на фривольность фраз, тон Октавия говорил об обратном – это был тон смертельно уставшего и больного человека. На запекшихся губах подсыхали следы кровавой слюны, само лицо, лоснящееся от пота, было бледным практически до синевы, но глаза горели лихорадочным огнем.

- Мы собираемся съездить осмотреть место убийства троих вакеро с ранчо Митчема, ты с нами?- Нет, - Фрэнк стоял у стола, потому Октавий сел перед ним на стул, закинув ногу на ногу. – Довольно с меня этих мексиканцев.- Как это ты попал Броненосцу под руку?- Антонио выволок меня на улицу за ноги, так что задушевной беседы у нас не вышло.- Митчем говорил, что убито трое, со слов Карсона именно столько напало на тебя.- У Карсона на меня зуб – я разгромил его бар, вот шелудивый и врет напропалую. Никаких мексиканцев я сегодня в глаза не видел. А сейчас я хочу спать – одна дикая кошка не дала мне сомкнуть глаз всю ночь. Хорошего дня, господа.

Ок открыл дверь свей каморки и замер на пороге – ни кровати, ни его вещей внутри не было. Стены украсили картины и два подсвечника, очевидно заменяющих газовые рожки. Посреди комнатушки стоял стол и стул с бархатной обивкой, а в углу – небольшой столик и два кресла. В другом углу стоял американский флаг, при виде которого лицо Октавия исказилось как от зубной боли.

Вытоптанный земляной пол исчез, на него настелили доски и закрыли ковром. Грубый камин в углу, над которым он кипятил чайник, закрыли ширмой и заглянув за нее, Октавий увидел, что там во всю идут земляные работы – кто-то разобрал кладку и начал расширять устье.Полки заняли книги, плетеный из ивняка ларь для одежды и вещей исчез, его заменили высоким шкафом с крепкими полками. Надо ли говорить, что из комнаты исчез весь запас виски и джина?Октавий медленно повернулся, вопросительно глядя на Фрэнка и Артура. Его грудь тяжело вздымалась, брови были сведены над переносицей, а зубы, хоть и сжатые, оскалились как у дикого зверя.- Какого дьявола?.. – Очень тихо спросил картежник. – Кто вынес отсюда мои вещи?Артур пожал плечами и отвернулся к полкам, где стояли учетные книги.- Дэй распорядился устроить ему в офисе отдельный кабинет. Он и нанял людей, пока вас обоих не было.- Могли бы и нужник переделать! – Рявкнул Ок, но прервавшись на полуслове, прижал к губам платок, стараясь выровнять дыхание.

Обернувшись, он заметил на краю стола свои золотые часы, которые были раскрыты, причем в крышку кто-то уже успел стряхнуть пепел. Походная кружка с серебряной чеканкой, которую вместе с флягой картежник таскал с собой почти постоянно, если удалялся от салунов дальше, чем на десять миль, теперь превратилась в подставку для перьев. Ножик с перламутровой рукояткой, который Оку подарила еще в Техасе одна из проституток, и который он использовал как крючок для шляпы, вбив в стену, лежал тут же - Дэй вскрывал им конверты.Схватив ?Вольтам?, Ок вычистил крышку носовым платком и убрал часы в жилетный карман. Мать и отец на фотографии, казалось, смотрели на него осуждающе.- Дэй, очевидно, поверил в то, что ты уехал из города.

- Только дурак в такое поверит! – Дыхания на вспышку гнева не хватило, и Октавий просто махнул рукой. - Ладно, к черту его, посплю в камере.

Он, в самом деле, чувствовал страшную усталость, потому просто выругался и, прихватив бутылку, отпер крайнюю из клеток, где стоял дощатый настил и лежал набитый соломой тюфяк. – Проклятье! Опять покупать рубашки… Фрэнк, будь другом, разбуди меня, как он вернется сюда – я его прикончу. Слышишь меня? Ему на одну такую рубашку год копить пришлось бы, год говорю вам! Хотя что бы вы понимали… А мои запонки с бирюзой? И где они теперь, эти запонки? Вроде бы я не проигрывал их, значит, их тоже прикарманили…Некоторое время Артур и Фрэнк слышали только это, да еще ворчание, покашливание и шаги, пока оратор кружил и метался по камере, очевидно прикладываясь к бутылке. Но по тому, как шло время шаги становились все менее твердыми, судя по звукам Октавия начало заносить на особенно резких поворотах, он то и дело запинался одной ногой о другую, а речь и выкрики становились все более громкими и бессвязными. По счастью соседние камеры пустовали – мексиканца Фрэнк запер в дровяном сарае, опасаясь, что помощник шерифа может с ним встретиться.

Тем временем сам Ок, который уже вряд ли понимал, где он находится, уже ругал Уилбура Дэя во всю мощь своих легких, и в каждый момент мог вытащить револьвер. Фрэнк прислушался - пайщика крыли отборными выражениями, причем испанский там уступал место латыни, латынь – английскому, а тот в свою очередь разбавлялся французским с дикой смесью из жаргона бродяг и шулеров.- Этого Дэя следовало бы расстрелять из картечницы. Нет, вздернуть! Точно вам говорю – вздернуть, да... На дыбе, а еще лучше привязать к лошади и пустить так на индейскую территорию. Или просто отдать его сиу – пусть бы упражнялись в стрельбе! Ха! Или скальпировали его, а что тут такого? На деньги, вырученные от продажи только одних его прекрасных локонов, эти индейцы смогут купить две лошади...- Так его, проветривай легкие как следует! – Подбодрил его Артур, а затем с сомнением посмотрел на Фрэнка. - Если он начнет стрельбу в участке, нам все же придется что-то предпринять…- Нет, думаю, до этого не дойдет. – Фрэнк проверял седельные сумки. Он обратил внимание на смятый клочок бумаги. Стейси как раз взмахнул краем одеяла, которое он скатывал, и бумага спикировала на пол. Записка, которую бросили в окно кабинета дока Ричардса. Та самая, которая указала маршалу на фотосалон Моделла. Вспомнив описания драки с мексиканцами, Фрэнк нахмурился.

- Он уже был выпивши, когда я нашел его в ?Цветке чертополоха?. Конечно те полбутылки в салуне для него – маковые росинки, но ведь там виски разбавляют водой, а сейчас он хлещет неразбавленный ?индейский? джин.

Артур крякнул и поскреб затылок, бросив озадаченный взгляд на дверной проем, откуда неслись обещания расправы для шерифа Дэя.- В таком случае, думаю, еще четверть часа самое большее и он просто рухнет как срубленное дерево. И проспитвесь следующий день.

- Именно. Проблем с ним не будет.

Будто подтверждая его слова, за стеной раздался грохот - картежник, в очередной раз, споткнувшись обо что-то, с шумом повалился на пол, заставив прутья решетки задрожать, после чего наступила тишина.Фрэнк сделал знак Артуру. Они вошли в камеру и положили храпящего Ока на тюфяк. Перед тем, как прикрыть дверь, Артур забрал опустевшую бутылку и понюхал горлышко. Резкий сивушный запах дешевого джина пополам с камфарой ударил в нос, и старый рейнджер выругался.- Черт, и как это он всякий раз умудряется не помереть от одного глотка этой дряни!

Они заперли дверь, причем Фрэнк с запозданием высказался, что неплохо было бы разоружить Ока, пока тот валяется пьяный, но Артур лишь махнул рукой.Пока Фрэнк обходил улицы, Артур занимался сборами и теперь две жестяные фляги полные воды уже стояли на полу. Там же были моток веревки, патронташи, пара наручников и прочие мелочи.Фрэнк вывел Черепа из стойла, рядом Стейси вскарабкался в седло рослого гнедого жеребца и оба законника направились в западном направлении.

Едва стук копыт затих, Октавий открыл глаза и поднял голову. Через несколько мгновений он уже был на ногах и отпирал дверь клетушки – после случая с чернильницей картежник всегда держал при себе запасные ключи. Он вышел в офис, внимательно изучил оставленные на столе бумаги, затем вернулся в каморку переделанную в личный кабинет шерифа Дэя, и нагнувшись, поворошил кочергой в камине. После этого он вышел, и уже спустя пять минут входил в двери салуна ?Тыквенное поле? на второй улице.- Стаканчик не нальешь? Позавтракать охота. – Законник облокотился на стойку, оглядывая полки. Еще недавно там стояли, выстроенные в ряд бутылки, но сейчас их занимала посуда и чашки.- Извините, доктор Холлидей, но хозяин велел наливать только молоко. Хотите, сами проверьте – ни одной бочки в погребе не осталось.- Проклятье! Ладно, молоко, так молоко…Уже отходя от стойки со стаканом молока, он поравнялся с Броком Рамлоу, у которого в руках была чашка кофе.- Падаль… - Бросил сегундо, толкнув его плечом, и Ок пролил молоко на пол. Поставив на половину опустевший стакан на ближайший стол, он повернулся к управляющему.- Что ты сказал?- Что слышал.Чашка вылетела из рук управляющего и разбилась о стену. Рамлоу отшатнулся – горячий кофе обжег ему руку, а высокая костлявая фигура законника тут же оказалась перед ним.

Привыкший мгновенно реагировать на все мало-мальски напоминающее оскорбление, тот даже будучи в невменяемом состоянии, действовал автоматически – ноги понесли Октавия навстречу обидчику, а руки замерли у рукояток двух револьверов, которые он вновь ?позабыл? сдать бармену. Брок заскрежетал зубами – сам он был безоружен.

- Дружки твои тебе не помогут, - запальчиво выкрикнул сегундо, отступая в глубь зала, - я видел, как они уезжали.- Как забавно. – Октавий ожег его взглядом, двигаясь следом по проходу меж столов. В вытянутой руке у него был флотский револьвер, дуло которого смотрело Рамлоу в лоб. - Я хотел то же самое сказать о твоих.- Ты убил Джанко, Баррета и Симпсона, - сказал Рамлоу, постаравшись, что бы его услышали сидящие в зале посетители. – Убил и до сих пор на свободе, как это так?- Они были ворами и скотокрадами. – Октавий в свою очередь возвысил голос. – И они напали первыми, так что это была самозащита. А Хуан вообще застрелил шерифа Паркера.

- А это неизвестно, кто еще первым начал стрелять, - возразил Брок, все так же громко. Двое противников из-за этого походили на читающих свои реплики артистов театра. - Мы к этому инциденту непричастны...- Тебя Брок, послушать, так вы с парнями везде не причем... В особенности вас не касаются перегоны лошадей и скота в Мексику.- Без доказательств это все - пустая болтовня, - усмехнулся Рамлоу. – Я уже давно веду дела честно, законник.- Ага, а я в таком случае – благочестивая католическая монашка, черт меня побери! – Несмотря на накалившуюся обстановку, по залу прокатились смешки. - Зря ты, Брок улыбаешься. У Хуана в руках оказался дробовик, который принадлежал вам, будешь спорить?- Да, дробовик наш, я и не отрицаю этого... Только вот он его украл.

- Ай, до чего же все складно у вас получается!

- А ты докажи обратное.- Докажу! Хотя бы потому, что все твои слова такие же лживые и гнусные, как ты сам.- Странно узнать такое от самой большой навозной кучи в долине, Холлидей.

При этих словах Октавий медленно снял шляпу и положил ее на стол.- Забирай свой револьвер из-под стойки, и сходим на двор потолкуем.- Пошел ты!- Забирай, - глаза за красными стеклами сверкнули. – От меня живым после таких слов еще никто не уходил!- Значит, я первым буду!Роллинс после этого окрика выхватил нож из-за голенища, но опоздал. В следующую секунду Ок развернулся к нему и выстрелил, ранив ковбоя в плечо. Переведя револьвер на Брока, он выхватил второй и направил его на привставших из-за стола Головореза и еще одного ковбоя со шрамом на лице. Роллинс зажимал простреленное плечо и, поравнявшись с ним, Октавий отбросил нож носком сапога подальше.- Брок, только дернись и я уже не буду так добр. А теперь – пошли вон, и чтоб я вас не видел.- Думаешь, испугал? Я убью всех вас - Кастла, Стейси, Мердока и Дэя, а тебя – последним, легочник!Октавий издевательски расхохотался.- Удачи, красный кушак!Весельчак дожидался у коновязи за салуном ?Цветок чертополоха?, там же где Холлидей оставил его вчерашним утром. Кто-то сердобольный бросил под ноги лошади немного кукурузных початков и наполнил поилку водой. Ок потрепал своего четырехногого друга по холке.- Нам предстоит прогуляться в горы, дружок. Скакать нужно будет быстро, как ветер, так что брось свои кочерыжки…

Он вскочил в седло и, засвистев веселый мотивчик, тронул поводья, еще не подозревая о том, что его фляжка с запасом виски осталась лежать под лавкой в камере.Фрэнк обходил узкую площадку по краю, стараясь не затоптать следов сапог двух мексиканских батраков и копыт их лошадей. Третий вакеро по кличке Скорпион стоял, уперев кулаки в бока, и внимательно осматривал землю под деревом. Цветистый платок закрывал нижнюю половину его смуглого отталкивающего лица.Ругаясьдвое мужчин уже целый час кружили вокруг, то пригибаясь к самой земле, то отстраняясь, что б не затоптать след.

- Веревка самая обыкновенная, пеньковая, такую веревку и искать-то нечего, ее откуда угодно могли отрезать или украсть. Беда в том, что вокруг полно следов от повозок и лошадиных копыт – недалеко начинается северная ветка железной дороги.

Они вышли через проем в изгороди из колючей проволоки и еще раз обошли вокруг, но никаких следов кроме отпечатков подков и колес на тропе не нашли. Там, где шли лошади, трава была выщипана, старые борозды от колес повозок четко проступали на земле.- Убийца мог пустить лошадь по этим следам,

- Заставить скотину ступать точно след в след, как зайца?

- Может, это были индейцы? Они знают множество трюков.- Но лошади у них обычно без подков, а мокасины - без каблуков. Тут на каблуке даже крест из гвоздей – от сглаза. Значит, это белый.Фрэнк с уважением посмотрел на старика.

Артур не был новичком. Меньше чем за треть часа он смог сообщить маршалу, как были убиты вакеро, из какого оружия, с какого расстояния стрелял одинокий убийца, и на какой лошади тот скрылся.- Он ехал по траве. Одна лошадь американской породы, недавно подкованная. Трава примялась там, где не выпала роса, и осталась примятой.Рядом со следом убийцы – два других. Вот они встретились – двое выбежали навстречу, ага… Один упал здесь – видишь пятно крови?- Здесь столько следов, что сразу и не понять, сколько их было. Второй вакеро был босиком – побежал наискосок и убийца еле достал его. Вот его след – у самой колючей проволоки… - Умно. Он хотел протиснуться под загородкой, а всадник несся за ним во весь опор с оружием.- Он и пролез бы, но не успел - убийца застрелил его в спину, но сам едва не напоролся… Возможно лошадь все же пострадала – смотри тут застряла шерсть и видны следы крови…

- Si, el caballo negro! – Закивал мексиканец, когда Фрэнк указал ему на клочки шерсти на проволоке.- Вороной конь? А сам всадник?

Но мексиканец оставался безучастным.- Мерзавец, вот кто он! – Пробасил Артур Стейси. - Так обращаться со скотиной! И стрелятьчеловеку в спину пока тот пытается спасти свою жизнь – ниже некуда. Тот мексиканец, он их всех нашел, когда проверял изгороди.По знаку законников он тронулся следом, также обходя следы и ведя под уздцы лошадей. Так они дошли до пересохшего ручья.- Пройти вниз по течению он бы не рискнул - следы отпечатались бы в иле. Но ему нужно было попасть на ту сторону. Значит, он перескочил через ручей, а прыгать ему всего удобней было бы вон там... А если лошадь, что несла его, поранила ногу о проволоку, то…Кастл направился, было к тому месту, где края русла практически сходились, и быстро осмотрел берег высохшего русла, траву и ветки ближайших кустов, но ничего не обнаружил кроме нескольких капель крови.

- Да, он перескочил ручей, а там трава была росная и уже выпрямилась, так что след теряется. Ничего не попишешь. Придется ехать на ранчо. Может, кто-нибудь что-нибудь видел… Если у них есть собака, то этого рубаку можно будет выследить до реки. Мне кажется, он держался воды, к тому же лошадь могла захромать.Когда они спешились у длинного низкого барака, куда перетащили тела, Фрэнк послал за управляющим. Артур взял фонарь и первым вошел внутрь. Тела лежали на земляном полу, накрытые холстом.

- Их застрелили около двух дней назад, тела успели окоченеть и еще не отошли. – Артур поднял руку мертвеца, рассматривая ладони. – Этого тащили по траве. У него травинки прилипли к ладони и земля под ногтями. Это его застрелили возле изгороди, смотри – рубаха на спине как будто порвана.- Разве это не койоты постарались?- Если у них при себе не было гвоздей, но не они. Это не зверь, а человек. Убийца спешился и попытался вытащить тело из-под проволоки. Несчастный полз головой вперед, а тому, кто его убил, нужно было добраться до головы, только зачем…Фрэнк всмотрелся в лицо убитого батрака и нахмурился. Перед ним лежал Алехандро Монтойя. Койоты со стервятниками уже успели попробовать Орла на вкус, но узнать его было можно

- Я знаю, зачем. - Фрэнк достал нож и разжал мертвецу рот. Двух верхних передних резцов не хватало.И Артур и Фрэнк присутствовали при ссоре Алехандро и Октавия в салуне.

Маршал сделал знак, и мексиканец подошел ближе. Далее они обменивались знаками – Скорпион не знал английского. Батрак обошел тело Монтойи, сделал знак от сглаза и быстро закивал головой, когда Фрэнк показал ему, что во рту мертвеца не хватает зубов.- El vivo muerte!- Живой мертвец? – Фрэнк вопросительно посмотрел на Артура.- Не ?живой мертвец?. Смерть воплоти. Холлидей. Он только что подтвердил твои слова.Фрэнк нахмурился.- Я ничего не говорил.- Итак, если это, в самом деле Ок, то он приезжал сюда совсем недавно. Застрелил всех троих и преспокойно вернулся в город. К счастью, мы заперли его в камеру. – Артур тяжело вздохнул. - Останется лишь предъявить обвинение.

- Он вырвал Орлу зубы… Кажется я знаю, зачем он ходил к дантисту.

- А он ходил? – Старый рейнджер нахмурился. - Если так, то очевидно, что бы продать Коннорсу резцы. Бедный Монтойя, что за собачья смерть...- Жаль, что этого батрака даже не удастся вытащить на суд. – Фрэнк кивнул на Скорпиона.

За все время мексиканец даже не сообщил своего имени, которое Фрэнку позже назвал управляющий ранчо – Максимус Гарган.- Суд! – Артур хмыкнул. – Если бы это были белые, началось бы долгое разбирательство. Но в суде все доказательства мексиканцев ничего не будут стоить. Они просто устроят балаган с их присяжными, прокурорами и адвокатами… И пока вся эта братия будет очинять перья, толпа подогретая страхом перед убийцей и Митчемом станет хватать на улицах кого попало чтобы вздернуть по суду Линча. Пока мы здесь околачиваемся, Ока быть может уже давно повесили. Но оговаривать его Гарольду не с руки – если Ок останется в живых, станет мстить как индеец до тех пор, пока не отправит Митчема на тот свет. А вот обратить народный гнев против несчастных мексиканцев, тут Гарольд расстарается.- В городе появился новый шериф – Дэй. Он сможет отдать убийцу под суд по доносу любого из батраков.

- Или это может сделать маршал.- Хотите сказать, что я должен отдать под суд помощника шерифа? За убийство двух мексиканцев?- Эти мексиканцы - люди, - Фрэнк не думал, что в сердце рейнджера еще осталось место человеколюбию, однако Артур и сам развеял его сомнения. - …люди братьев Лопез. Они сезонно подвязались работать на ранчо – слишком никудышные из них погонщики гурта, так что на перегон в Колорадо сеньоры их не взяли. Если в Таймли не устроят суд, братья Лопес сами линчуют этого бедолагу.Он показал глазами на Скорпиона.- Почему - его?

- А ты покажешь на Ока?

- Нет, но…Старый рейнджер только хмыкнул и отвернулся.- Как умер Паркер?- Хотите спросить, не убил ли Бена Паркера его же собственный помощник? Поговаривают, Рамлоу - управляющий на ранчо Моник Рембо, организовал перевалочный пункт для скотокрадов – они угоняли табуны из Мексики, а скот с небольших плохо огороженных ранчо в Аризоне, ставили свои клейма и перегоняли на дальние пастбища. Вроде бы даже федеральные стада угоняли. Только никаких доказательств этому не было. Паркер поехал туда один, с ордером на обыск, а вернулся привязанным поперек седла мертвецом. Октавий на каждом углу повторял, будто бы шерифа в спину застрелил один из батраков, а он не успел вмешаться.- Оружие шерифа осматривали?- Осматривали, я это знаю точно, потому что Линкольн потребовал об этом отчет, который я читал. Правда, его составлял наш общий знакомый. Ни одного выстрела, вообще. Револьвер оставался в кобуре. Из револьвера самого Октавия было убито трое – Симпсон, Баррет и мексиканец Хуан, который и стрелял в Паркера. У мексиканца при себе был нож, но шерифа-то застрелили. Дробовики на ранчо были, но из них не стреляли. Спросите меня - дело мутное.- И Брок Рамлоу сейчас в городе. Не мог ли Орел быть с ним как-то связан? Он ведь работал у Митчема на ранчо. Октавий мог что-то об этом выяснить, и никому не сказав, приехать проверять. Больно далеко ехать ради мести пьяному батраку. Октавий – южанин, но даже он не настолько сумасшедший.- И все же я быстрее поверю в то, что перепившийся дебошир сделал такой крюк нам назло, чем в то, что он вдруг вспомнил о своих прямых обязанностях. Ок Холлидей, он как эти ковбои – лучше даст себя выпороть, чем согласиться на работу, которая обходится без ?веселья? - стрельбы и попоек.Фрэнк вышел на улицу и задумался. Кроме убитой в борделе Верджа Осборна проститутки на его руках было еще несколько других дел, к счастью не требующихспешки. В деле об убийстве судьи Уэллона вроде бы начали появляться проблески. Он уже опросилмолоденькую горничную и, велев ей держать язык за зубами, пообещал исполнить ее просьбу – не трогать ее отца-адвоката. Юбула плакала, заламывая руки, и умоляла маршала так горячо, что тот невольно уступил.Брок Рамлоу, что ему известно об этом человеке? Управляющий крупного ранчо и доверенное лицо Моник Рембо - скотокрад, который угоняет скот и лошадей? В сущности, вскоре у него не останется в долине конкурентов.После того, как Кессиди поджег дровяной сарай, дрова решили свозить в старый сарай на окраине, где размещалась церковь для вольноотпущенных рабов. Земля, на которой стоял новый, пострадавший при пожаре сарай принадлежала городу. А старый находился на земле Бартонов, которые сейчас перегоняли стадо в Техас. Делами должен был заняться Клинт Бартон.Фрэнк знал, что Клинт – средний сын Бена Барта, был себе на уме и имел вздорный нрав. Он всегда охотно участвовал в стрелковых турнирах, был рисковым малым и смотрел на дело отца пренебрежительно. Сделав предложение простушке Морс без роду-племени, зато с большими долгами, он внезапно оставил гулянки в кругу друзей и записался в Общество трезвости а через год его выбрали председателем. Карсон говорил, что Клинт и Барбара уже обвенчались тайно и собирались уехать в Европу.Старший сын, Бернард, владелец двух или трех скотобоен за городом, так же не долго засидится в Роковой долине. Скорее всего, едва какая-нибудь красотка окрутит его он, как и его брат, тот час снимется с насиженного места. Оставались Бен и его младший сын – Джонни. Но разве ребенок и старик смогут дать отпор скотокрадам? Были ещехозяйства Александра, но овцевод скорее всего не станет вмешиваться в разборку рэнчеров. Митчему все равно, а может быть он даже в доле с Броком. Мелким владельцам вроде Эльрика Уайтмена, ввязываься в это дело себе дороже, если только…- Барт и прочие со своим гуртом сейчас меньше чем в одном дне пути до Таймли. Конечно, они пройдут мимо, но, все же, как вы думаете, не повернут ли они по путив Техасчасть стада в город, что бы отправить его с полустанка?- Вполне вероятно.

- А Брок гнал гурт вместе с ними?- Гнал, пожалуй, если можно это проделывать сидя в салуне. Он, вроде бы, выезжал им навстречу, но пробыл при Бене Барте меньше месяца – видимо, не любит работать по указке. Ну а с каким шумом они вернулись в город не мне вам рассказывать.- Да уж…. – Фрэнк вспомнил замшелый рог Старого Ворчуна в каком-то футе от своих ребер. - Боюсь, если речь о кражах федерального скота, то теперь без агентов Пинкертона не обойдется.

- Мы тоже так думаем, маршал! – Раздался голос позади них и Фрэнк приставил ладонь козырьком ко лбу, разглядывая всадника.На стройной гнедой лошади американской породы сидел… бармен из салуна ?Резвый мустанг?! Заметив взгляд Кастла, тот улыбнулся маршалу и притронулся к полям шляпы.- Агент частного сыскного бюро Алана Пинкертона, Митчелл Карсон. К вашим услугам.