Глава 17 (1/1)
*****— Опять ты напялил это?Альфред недоуменно осмотрел себя.— А что тебе не нравиться?— Ты еще спрашиваешь? – закатил глаза Артур, — Я же подарил тебе приличный выходной костюм, а ты снова непонятно в чем.— Но…
— Возражения не принимаются, — отрубил Англия, — Иди, переодевайся.Альфред недовольно качнул головой, слегка скривив губы, но все-таки направился в свою комнату.?Пока все недурно. Совсем недурно?Действительно, жаловаться было не на что.Англия с полным удовлетворением отметил, что процесс концентрации и специализации мануфактур достиг своего пика, и ни одна страна Европы больше не могла соперничать с ним в разнообразии отраслей промышленного производства. В целом же, Артур разделил шерстяную промышленность на различные части, закрепившиеся в определенных местах, где все производство целиком сводилось к этим отраслям: тонкие сукна производились в Сомерсетшире, грубые ткани – в Йоркшире, а полушерстяные материи – в Кендале.
Кстати говоря, этому во многом способствовало и то, что Англия нашел применение тем самым безземельным крестьянам— они оказались прекрасной дешевой рабочей силой. Ведь их было просто огромное количество, а прав, как таковых – нет.Кроме того, Голландия за последние годы сильно сдал, хотя и по-прежнему оставался в ряду первых, но Артур уже интуитивно ощущал, что скоро нащупает нечто такое, что позволит ему раз и навсегда оставить всех позади.Это было даже не желание и не уверенность, а твердое знание – Артур так четко представил себе это, что ему пришлось даже несколько дней убеждать самого себя, что этого пока нет.Но к своему удивлению, через некоторое время, после того, как подуспокоилось его злорадство, а гордыня перестала распевать хвалебные дифирамбы, он почувствовал сильное разочарование.?Да, он больше мне не соперник. Теперь стало так просто и… скучно?Их непрекращающееся состязание – кто лучше? – стало чем-то привычным и само собой разумеющимся.?И где эти времена, когда я ломал голову и в спешном порядке собирал информацию о нем, одновременно топя испанские корабли??Жизнь, потерявшая остроту, свою особую пряную прелесть – танцы на острие ножа – вызывала у Артура почти физическое неудовлетворение.Но ведь он получил то, что хотел.?С Альфредом тоже все стало на свои места?
По крайней мере, тот больше не нес этого бреда про колонии и метрополии, который на деле именовался правдой.Америка, продолжая расти и развиваться, довольно быстро из угловатого подростка превратился в молодого мужчину. Возмужавший Альфред стал значительно выше его самого, что дико бесило Артура.Из мыслей его вырвал пронзительный крик из соседней комнаты.— Очень смешно, — поморщился Англия.Все дело было в том, что Америка обладал весьма своеобразным чувством юмора.Однажды, когда они купались в чистейшем озере неподалеку от дома Альфреда, он, зайдя на приличную глубину, с неожиданным воплем взмахнул руками и скрылся в прозрачной толще.
Англия испуганно выдохнул и, не раздумывая, бросился вылавливать его, совершенно забыв о том, что тот все свое детство буквально не вылезал из рек, протоков и других водоемов, которые в избытке омывали его территории.— У тебя сейчас такое дурацкое выражение лица! — хохоча, ткнул в него пальцем Америка, искренне удивляясь последовавшему бурному потоку непечатных выражений.И это при том, что Артур никогда в жизни себе не позволял при нем ни одного подобного слова!..Да, это хотя и произвело на Америку неизгладимое впечатление, но, видимо, совсем не то, какое хотел Англия.— Вау… — восхищенно выдохнул он, когда красный от злости Артур закончил свою тираду тем, каким образом и в какой позе он любит весь этот мир, — Я тоже так хочу…
Ко всему прочему, бывало, что Альфред, расхаживая по дому, трагично вскрикивал и, сталкиваясь со встревоженным взглядом запыхавшегося Артура, начинал громко смеяться.— Прости, никак не привыкну к твоим друзьям, — разумеется, он их не видел, но никогда не упускал случая, чтобы подколоть его.— Что ничего нового твою маленькую голову не посетило? – язвительно отозвался Артур.В ответ последовал глухой удар чего-то тяжелого о пол.?Так… Что это он еще там уронил??Англия нехотя поднялся с кресла и направился к источнику шума.— И откуда у тебя только руки раст… Альфред?.. Альфред!Он подбежал к лежащему на полу Америке, который крепко сжимал ладони на глазах и вздрагивал всем телом.Альфред был уже переодет в костюм, который, по мнению Артура, ему очень шел.Но сейчас это не имело значения. Вообще никакого.Артур сел рядом, осторожно приподнял его голову над полом и положил к себе на колени.— Альфред… Альфред… Ну скажи что-нибудь!Страх, парализуя все тело, ледяной рукой провел по грудной клетке и остановился на сердце.Америка медленно убрал дрожащие ладони со своего лица — зрачки Англии резко расширились.— Я… ничего не… вижу… — сдавленно прошептал он, из его глаз текли кровавые слезы, смешиваясь с прозрачными каплями, — Артур…Внутри все куда-то провалилось, когда Альфред, невидяще смотря вверх, коснулся испачканными пальцами его щеки.*****Как бы ему не хотелось остаться, он не мог позволить себе подобного – то, что творилось дома, не терпело отлагательств. Вконец запутавшиеся и озлобленные люди, уставшие от политической неразберихи, оказались серьезным поводом для беспокойства.Англия бережно положил потерявшего сознание Альфреда на кровать и, оставив на его глазах холодный компресс, на котором незамедлительно выступили бордовые пятна, погладил его по пшеничным волосам.— Я вернусь.*****?И все же… Что с ним происходит??Однозначного ответа на этот вопрос пока не было, и Англия устало вздохнул.Ему удалось кое-как разобраться со своими проблемами – политическая ситуация была стабилизирована — и он, не раздумывая, бросился обратно.Ступив на порог помрачневшего дома со зловеще темными окнами, Артур ощутил дикую тревогу и, не разуваясь, бросился по ступенямнаверх.?Только бы он еще…?Но Америка все также лежал и, похоже, за это время так и не приходил в себя.Белая повязка на его лице приобрела бордовый цвет. Из-под нее виднелись засохшие темно-красные дорожки, проходящие по щекам, подбородку, шеи и теряющиеся где-то в воротнике элегантной рубашки.
Вид крови нисколько не пугал немало повидавшего за свою жизнь Англию, но осознание того, что он бросил Альфреда в таком состоянии, было весьма болезненным.Он подошел к нему и принялся осторожно снимать прилипшую к коже ткань, после чего набрал теплой воды и, намочив чистую тряпку, принялся смывать с мучительно бледного лица остатки его физических страданий.Артур, уже не спавший которую ночь подряд, закрыл руками лицо. Его голова кружилась, и он едва ли не падал на пол от усталости.Послышался хриплый вздох и легкая возня.Англия убрал руки и открыл глаза.?Очнулся…?— Ты как? – Артур заботливо погладил пришедшего в себя Альфреда. Тот похлопал ресницами, концентрируя свой взгляд на нем.— Я снова тебя вижу! – радостно сообщил тот, но его широкая улыбка начала медленно сходить с лица, — Вот только…— Что? – старательно скрывая тревогу в голосе, спросил Англия.— Все какое-то… мутное…— Америка прищурил глаза, оглядываясь по сторонам.?Может, остаточное явление? Ведь у него зрение пропадало полностью… почему-то… И эта кровь… Откуда она??— А знаешь, я так и не понял, что вообще произошло, — словно читая его мысли, сообщил Альфред и задумчиво посмотрел в потолок, — Я ведь просто подумал о том, как было бы здорово, если бы все люди были равны в своих правах и свободах…Англии понадобилась вся его хваленная выдержка, чтобы не треснуть того по голове.?Недоумок… Я и так договорился с властями, чтобы они немного ослабили контроль за ним, а он опять со своей демократией и равенством… Свободой… Какая еще свобода к чертям собачим?!?Артур сделал глубокий выдох, краем глаза видя, как недоуменно посмотрел на него Альфред.?Похоже, ему начало даже казаться, что он неожиданно стал самостоятельным, раз я тут не сижу сутками напролет… Маленький глупый Америка… Ведь это резкое повышение кровяного давления в твоем мозгу совсем неспроста, значит кто-то уже успел рассказать о твоих опасных мыслишках моему начальству, которое и приняло решение тебя на время ?ослепить?, чтобы сделать еще более зависимым?Англия еще раз тяжело вздохнул.— Артур? – Америка понял, что тот до чего-то додумался, но отчего-то решил ему ничего не говорить.— Боюсь, — Англия угрюмо уставился в пол, — Твое прежнее зрение к тебе уже не вернется.Альфред несколько секунд смотрел на него в совершенном шоке, переваривая смысл сказанного.
— Как же так?.. Значит, у меня всегда так будет… плыть перед глазами?Америка обреченно опустил голову.?А он ведь даже не спрашивает: почему? Зачем? За что?.. Странно, отчего так??Неожиданно тот резко поднял голову и уверенно улыбнулся.— Нет, отчаяние – это для слабаков, — самодовольно заявил Альфред, Артур удивленно поднял брови, — И потом, ты же всегда будешь со мной.
Выражение лица Англии не изменилось, когда Америка положил ему крепкую ладонь на плечо – все тоже размеренное спокойствие – но внутри все задорно отстукивало неизвестный мотив, ритм которого задавало ошеломленное сердце.Альфред, щурясь, внимательно всматривался ему в лицо, и от этого пронзительного и одновременно немного беспомощного взгляда Артуру захотелось сбежать куда-нибудь подальше.— Фигово выглядишь, — сверкнул зубами Америка, — Шел бы ты спать.— Уже, — Англия чуть ли не с облегчением начал подниматься с кровати, но был остановлен ощутимо сильными руками.— Я знаю, что ты все время был здесь, пока я не очнулся. Ты и представить не можешь, как это важно для меня, — счастливый Альфред принялся тискать его в благодарных объятьях.Англия запыхтел, пытаясь высвободиться, но Америка и не думал его отпускать. Еще немного подергавшись для приличия, Артур затих, безвольно опустив руки и ощущая горячее дыхание, скользящее по его макушке.?Альфред – ты такая скотина… Ну, почему ты все время заставляешь чувствовать себя последним ублюдком??*****После того, как Англия стал невольным свидетелем откровенной сцены между Швецией и Данией, он уже совсем другими глазами смотрел на окаменевшего в своей суровости Бервальда и самоуверенного Хенрика с жутким прожигающим насквозь взглядом.
Исчез тот странный животный страх, который все это время с садисткой улыбочкой скреб живот стальными когтями, от каждой встречи со Скандинавами.Слишком уж человечным было лицо одного, пока другой почти с отчаянием цеплялся за его спину в момент оргазма, чтобы и дальше верить в сказки о беспощадных варварах с Севера.— Все скл’дыв’ется не с’мым лучш’м обр’зом, — сообщил Швеция, как всегда, без единой эмоции, — Я вынужд’н пр’кратить пост’вки.Если учитывать, что импортируемое железо предоставляло возможность для развития металлургии Англии, дававшая явное преимущество перед ограниченным в природных ресурсах Голландией, то подобная новость была, мягко говоря, не из приятных. И неожиданной, если учитывать их давнее сотрудничество.— Хм… — Англия попытался сложить вертящиеся на языке слова во что-то более дипломатическое, — Я могу узнать, с чем это связано?
— Безусл’вно, — серьезно кивнул немногословный Бервальд, — Дания объяв’л мне в’йну.
Англия мысленно усмехнулся: отныне из уст Швеции это звучало как нечто интимное.— Он з’ключ’л союз прот’в меня с друг’ми… г’сударств’ми, — последнее слово он прямо-таки выплюнул, очевидно, расценивая подобное, как личное предательство.?Уверен, что он тоже уже подыскивает себе союзников, если уже не нашел?— Поэт’му я вынужд’н вр’менно отк’заться от выв’за, — хмуро закончил Швеция, похоже, посчитав свой разговор излишне откровенным.*****— Но мне же совсем нефиг заняться, — заныл Америка, — Ну почему я не могу даже с кем-нибудь просто пообщаться, а?У Артура опять зарядил дождь на две недели вперед, превращая улицы в унылую серость.Поэтому вновь оказавшись здесь, в своем островке покоя, в котором, конечно же, опять полноправным хозяином было солнце, он, не раздумывая, вытащил на пикник Альфреда, пришедшего в полный восторг от подобной инициативы со стороны старшего брата.— Альфред, — произнес Англия тоном, не терпящим никаких пререканий, — Забудь об этом.— Но почему?— Да знаю я, с кем ты хочешь пообщаться, — раздраженно отозвался Артур, — Опять будешь курить на пару с этим… В общем, все. Забудь.Америка обиженно надулся и, скрестив руки на груди, бурчал о том, что Голландия не такой уж и плохой.— Тебе меня, что ли, мало? – теперь уже Англии впору было строить из себя оскорбленного.— Если бы ты все время мог сидеть вот так рядом, — чуть мечтательно отозвался Альфред, подняв голову к нежному кружеву облаков, — То, конечно же, нет. А так… Мне скучно. Мне очень скучно-о-о-о…Он знал, что это всегда действовало.И в детстве, и сейчас.Может, потому что Артур всегда чувствовал определенную вину?— Ладно, можешь общаться с кем-то другим… Только, если это не Голландия и, само собой, не Франция.Голубые глаза хитро блеснули.— Хорошо, — Альфред пошевелил пальцами босых ног, — Значит, ты не запрещаешь общаться с ним.— С ним, это с кем? – напряженно спросил Артур.— О, он такой классный! – охотно ответил Америка, очевидно, уже давно ожидая этого вопроса, — С ним так весело!— Ну? – нетерпеливо протянул Англия, желая услышать имя таинственного незнакомца.Но младший братец вовсе не торопился раскрыть главную интригу.— Я, конечно, не мог разглядеть его издалека, но когда он подошел ближе, я увидел, что он выше меня, — Америку, разумеется, подобное не устраивало, поэтому он добавил, — Совсем немного. Чуть-чуть. Так вот… Сначала он спросил что-то на странном языке – я такого никогда не слышал – а потом заговорил на английском с таким смешным акцентом…Альфред заулыбался, вспоминая.— А какого цвета у него были глаза? — уточнил Англия, хотя он уже начал понимать, о ком говорит Америка.— Тоже какие-то странные. Я еще, когда смог их рассмотреть, удивился. Какие-то… фиолетовые…
?Я так и думал… Черт, только России мне тут для полного счастья не хватало?