17 глава. Дитя (2/2)
Краска жирным пятном капнула на пол, но я не придала этому особого значения.
— В город, прогуляешься. — Ты выгоняешь меня? — я прищурилась. Но мой нелогичный вопрос заставил меня улыбнуться, хотя улыбка была больше похожа на усмешку. — Я… я пойду с тобой, давно не пугал местных своим присутствием, — и Арей тоже улыбнулся. Я кивнула и быстро натянула на себя брюки и ботинки. На улице было прохладно, несмотря на июль, поэтому пришлось захватить еще шерстяную кофту. В городке было малолюдно, люди шли по своим делам, не обращая на нас с Ареем никакого внимания. А мне вдруг стало интересно, как местные относятся к тому, что мечник не стареет? Он живет тут уже несколько веков, но вряд ли особо скрывался, выдавая себя то за своего сына, потом за внука и так далее. Да и со мной так же. Наверно, это были какие-то специально предусмотренные чары.
— Даша! Даша! — сзади раздался чей-то крик. Мы с Ареем одновременно развернулись и увидели бегущую к нам женщину лет сорока-пятидесяти.
— Что-то случилось? — как можно вежливее спросила я, хотя мне совершенно не понравилось, что нашу прогулку прервали.
— Я вас помню, — быстро заговорила женщина. — Мне было тогда лет десять, когда вы помогли моему отцу… — Погодите, — я подняла руку. — Помедленней и сразу к делу. Незнакомка кивнула, сделала глубокий вздох и продолжила. — Моя соседка рожает… А вы же знаете, что последний врач недавно умер, а роды никто не может принять… Она очень плоха… Мучается уже несколько часов. Да еще и рожает ублюдка… Я нахмурилась. Мне не хотелось иди помогать ребенку вылезать на этот свет. Какая разница? Он все равно будет проклят. Да, с эйдосом, но его живо заберут под каким-нибудь предлогом. Этот ребенок быстро окунется в серость городка, станет таким же серым, как и все остальные. Какой смысл? Но Арей, возможно, думал иначе, он подтолкнул меня, словно говоря, что я должна помочь. И этот, казалось бы, еле заметный жест напрочь изменил мое настроение. Я пошла вслед за женщиной, мечник сопровождал нас. Наверно, решил проследить, чтобы я не сбежала. Забавно. Когда-то давно именно он надсмехался над моим желанием помогать всем этим людям, а теперь… Роженица действительно была плоха. Лоб был покрыт испариной, голос хрипел от бесконечных криков. Казалось, еще чуть-чуть и она отключится. От живота исходили какие-то странные волны, а запах был ужасным… Это был не запах Жизни, это был запах чего-то другого… Я тут же приступила к работе. Никогда не принимала роды, но в голове быстро созрел план действия, будто кто-то сидел в ней и диктовал мне, что делать. И когда, наконец, была перерезана пуповина, я поняла, что беспокоило меня в начале. — Ты ведьма? — спросила я у измученной новоявленной мамаши.
Та, кое-как сфокусировав свой взгляд на мне, после перенесённой боли, недобро зыркнула, и тут же отвела глаза. В комнате почти никого не было кроме той женщины, что привела меня сюда и молоденькой девки. Арей куда-то делся еще где-то в середине процесса родовспоможения.
— Да, ведьма, — зло выплюнула роженица. — И кому же ты продала эйдос своей нерожденной дочери? — спокойно спросила я, хотя в душе поднималась волна ярости. — И главное, зачем? — А чтобы выбраться из этого гребанного места! — крикнула она, чуть ли не подскакивая на кровати. Она быстро восстанавливалась после родов, и тут без магии точно не обошлось. Я стиснула зубы, крепче сжав кулаки. Но я могла ее понять… — Девочка останется у меня. — Что? — на этот раз ведьма вскочила на ноги. — Я мучилась и рожала ее… — Ты рожала ее, — зло проговорила я, — так как никто бы в этом городе не смог бы вырезать из тебя плод. Но я не позволю тебе продать девочку первому попавшемуся стражу Мрака, чтобы ухватить себе частицу темной силы. — Да кто ты такая?! — взвизгнула мамаша, подходя ко мне вплотную.
В моей руке материализовалась коса и грозно зазвенела. — Я та, кто однажды придет за тобой, — прошипела я. Злость… Гнев… Один грех сменился на другой. Но он лучше безразличия, ведь я опять ощущала эмоции.
Ненависть. Как же я ненавидела всех тварей Мрака и тех, кто связывался с ним, подставляя невинных. Мерзкие моральные уроды, мелочные и пустые, они просто отвратительны. Женщина и девка не вмешивались, они вообще не понимали, что происходит, и старались не привлекать к себе внимания. Лишь ребенок в грязно-белых пеленках громко плакал, нарушая тишину. Женщина пыталась его убаюкать, но все попытки были тщетны. Ведьма будто съежилась и отошла обратно к кровати. Она уже не возмущалась, когда я взяла девочку на руки и просто вышла из комнаты. Коса к тому времени исчезла, чтобы не мешать мне. К тому же, как-то не хотелось, чтобы жизнь младенца вот так просто оборвалась.
Я все еще была зла, когда в коридоре натолкнулась на Арея.
— Чего так долго? — недовольно спросил он, но почувствовав мое настроение, замолчал. — Ты где пропадал? — грозно спросила я, нахмурившись. — Кто это? — мечник не стал отвечать на вопрос, ведь ответ, в принципе, был не так уж и важен. — Ты забрала ребенка у матери? — Матерью не может называться сука, которая продала эйдос собственной дочери, — с досадой ответила я.
— О, — Арей почесал бороду, он чувствовал, что с девочкой что-то не так. — И что ты собираешься с ней делать? — Мы, — я усмехнулась. — Познакомься, это твоя подопечная Улита.