11. Пустота внутри тебя (1/2)
Бег по наклонной плоскости… Давно забытое чувство реальности пронизывает тело, возвращая приятные воспоминания, казалось бы, стертые под толщей веков. Оказывается, так легко вспомнить его. Ощущение давно потерянной жизни…
Алхимия накладывает на все свой отпечаток, покрывая окружающий мир – или межмирье? – единым узором из линий, рун и фигур. Дорога появляется перед ногами и исчезает за спиной. Нет единого проторенного пути. И ты волен идти, куда пожелаешь…Белые огоньки вокруг. Не звезды, нет. Такими в этом мире кажутся души алхимиков, использующих энергию этого места. Порой то один, то другой светлячок вспыхивает красным – значит, алхимик платит кровавую дань…Перед глазами мелькают образы. Так быстро, что кажется это всего лишь рисунки, сыплющиеся из разорванного путевого дневника. Одинокие снежные горы, и вот уже гордые степи. Темный лес, разрушенный город, бессмертная пустыня… Где же, где же… Это смутное чувство, похожее на чувство грядущей опасности, полузабытое, но от этого не менее ощутимое… Откуда же?
Телепорт раскрылся в очередной раз, выпустив своего создателя в другой мир, полный природной энергии. Значит, это и есть то место… Парень огляделся по сторонам, пытаясь хоть что-то вспомнить. Но все оказалось бесполезно, слишком много всего произошло, и, даже если он и бывал здесь когда-то, время изменило все до неузнаваемости.Сейчас он стоял на берегу моря. Соленый влажный ветер трепал волосы, развевал полы легкого полупальто из мягкой светло-коричневой кожи. Мелькавшее в щелях рваных туч солнце слепило глаза на секунду, чтобы затем вновь исчезнуть в плотной череде облаков. В воздухе стояла слабая смесь запахов морской воды и цветущего вереска. Вокруг не было ни единой живой души.
Внезапно размытое ощущение вспыхнуло в полную силу. Но теперь это было не то чувство беды, что преследовало его ранее, а нечто другое, напоминающее скорее… раздражение. Причем подозрительно знакомое раздражение, направленное на конкретную персону…
― А я-то думаю – что у меня так зубы сводит… Давно не виделись, Вириан.
В воздухе за его спиной появилась женщина. Темно-алое платье, идеально ей подходящее, сложная прическа из множества кос, ― казалось, эта леди появилась здесь с разгара какого-то светского бала. Однако, взглянув ей в глаза, можно было увидеть лишь вселенскую скуку да раздражение на этот вдоль и поперек изученный мир. Темно-алые глаза слегка прищурились, и в них зажглась маленькая искорка интереса.
― Так я и думала. Пятьдесят лет скрываться ото всех и пробудиться с таким размахом… На такое способен только ты, Войд.
― Войд… Давненько же меня так не называли. А ты ни капли не изменилась, Вириан,― неожиданно добавил он, не оборачиваясь к собеседнице. Ему не нужно было смотреть на нее, чтобы понимать это.
― О-ла?! И в чем же?
― Все так же продолжаешь сеять в этом мире разруху. Правда, теперь ты стала больше смахивать на леди. Жаль… Все же ТОГДА ты была куда красивей… Зачем тебе понадобилось это бессмертие?
― Странно слышать это от тебя, который прожил три тысячи лет.
― И все же?
― Пусть даже оно порой навевает скуку, но эта сила того стоила. Видишь? Стереть горы в пыль, превратить море в пустыню, а города – в развалины… Я могу крутить этим миром как хочу. Разве это не замечательно, а? Что скажешь, наместник Бездны?
― Сила… Так это все, что тебе было нужно… Эрула была права…
― Эта тварь! Не смей произносить ее имя! – равнодушие слетело с нее в мгновение ока, сменившись бешеной ненавистью. ― Я должна была убить эту бесполезную девку первой! Эту тварь, которая посмела объявить себя богиней!
― Она и есть богиня. Не забывай этого…
― А то что? Что ты мне сделаешь?! Я уже один раз снесла тебе голову и с превеликим удовольствием сделаю это еще раз! И еще! Еще! Пока твой настырный дух окончательно не сотрется с лика МОЕГО мира!
В руках женщины соткался шар из красного света. Она подняла его в одной руке над головой и, усмехнувшись, неожиданно спокойно произнесла:
― А знаешь, Войд… Служить тебе было не так уж и плохо. И я бы сохранила тебе жизнь, не вступись ты за ту дрянь. Но ты – Ваятель Пустоты, и раз ты пробудился, то скоро появятся и остальные. Прости, ничего личного, просто я не хочу исчезать. Поэтому исчезнешь ты. А вместе с тобой и этот мальчик. Твой наследник, если не ошибаюсь? Как все прекрасно складывается. Я избавлюсь и от тебя, и от него одним ударом.
― Тебе нужен я,― хрипло прорычал Войд. В его черных глазах загорелись зловещие искры. ― Оставь парня!
― Ни-за-что! – мило улыбнулась колдунья. ― С какой стати мне оставлять в живых того, кто может выдержать твою силу. Нет уж, я так рисковать не буду. Убить тебя я не убью, но без этого тела ты – ничто по крайней мере еще два десятка лет. Ну же, дай мне напоследок на тебя полюбоваться. Я буду скучать, Повелитель Теней!
Последних слов он уже не слышал. Накопленная ярость пересекла невидимую планку и с ревом выплеснулась на волю. Весь берег моментально оплело серым туманом. Тумана было так много, что человеческая фигурка в нем казалась ничтожной. Неожиданно плотная пелена остановилась и, подгоняемая порывами ветра, с большой скоростью потянулась в одну точку, скручиваясь и сжимаясь по пути. В вытянутую правую руку парня лег уже небольшой шарик, но сила и давление, в нем заключенные, могли сравнять с землей целый квартал. Искры в глазах его вспыхнули еще ярче, и он изо всех сил метнул смертоносный шар в колдунью. Однако та только улыбнулась. Свободной рукой женщина поймала туманный шарик и слегка сжала его в кулаке. В ту же секунду прогремел взрыв…
В сплошной пелене дыма, развеянного по всему небу, зазвучавший смех показался кощунственным. Но он звучал, назло всем и вся, не оставляя ни малейшей надежды:
― Ну теперь-то тебе понятно?! Да, когда-то ты был всемогущим богом, но теперь между нами разрыв в пять сотен лет!Алый пульсар сорвался с ее рук и на огромной скорости устремился к цели. Ничто не стояло между ними и ничто не могло больше защитить парня от удара.
― Прощай,― добавила Вириана совершенно другим тоном, в котором слегка слышалось сожаление,― мне будет тебя не хватать, хозяин…* * * * *Сначала я думал, что это сон и что вот-вот я очнусь где-нибудь на окраине Валлайдара с жуткой лихорадкой и явным сотрясением мозга. Еще бы, ведь на здоровую голову такие вещи не снятся. Сначала мне снилось, что я оказался в замке моего былого учителя, бывшего придворного мага Аэрнии, ведьмы Гилоры. Потом, что я ни с того ни с сего схватился с охранницей Вилеены, пришедшей в этот замок. Охранница оказалась эльфийкой, что само по себе невероятно, и я смог победить ее, что еще невероятней. И вот, теперь я говорил с какой-то колдуньей о богах, Ваятелях и прочей ерунде. И, что самое интересное, все это занимательное действо я наблюдал со стороны, осознав, правда, при этом, что мой небольшой рост может давать изрядное преимущество.
Но на сей раз, даже будучи сном, это было слишком реально. Огромный красный шар несся прямо на меня, я чувствовал жар, исходящий от него. Думать о том, реален он или нет, было уже некогда. Поэтому я просто сделал то, к чему привык за несколько лет. Закрыв глаза, я сразу почувствовал то легкое покалывающее ощущение, что обычно бывало при входе в Астрал. Оглядеться по сторонам, заметить тонкую ниточку света, обозначающую портал, легко потянуть ее на себя, одновременно накладывая первый попавшийся телепорт… За годы моей службы элементалистом я не раз повторял эти действия. Действия при отступлении из зоны столкновения при условии, что, кроме меня, отступать больше некому… Все получилось и в этот раз. Портал вспыхнул у меня под ногами, и пылающий шар исчез вместе с морским берегом, кровавым небом и колдуньей…
…Приземление оказалось не из тех, которыми можно гордиться. В самых разных вариациях поминая демона, я кое-как поднялся с груды каких-то черепков, накладывая при этом наспех выстроенный щит. Я не мог ручаться, что не попал в тесную компанию каких-нибудь повстанцев или вовсе во вражеский штаб. Потому осторожность не мешала. Однако она оказалась излишней. Комната, в которую я благополучно провалился, пустовала не меньше нескольких месяцев. Толстый слой пыли на полу, минимум мебели…
― Похоже, хозяева давно покинули это место,― неожиданно прозвучало прямо у меня за спиной.
― Кто здесь?! – нажитые за три года рефлексы дали о себе знать. Я тут же отскочил к стене и, развернувшись, зажег световой шарик-обманку. Но комната была пуста. Странно… Не примерещилось же это, как давешние сны?
― Хочешь сказать, что ты меня не видишь? Странно… ― недоуменно вздохнул голос снова откуда-то из-за спины. ― Большую часть своих сил я уже вернул, но ты можешь меня только лишь слышать… Не понимаю… И погаси уже эту ерунду, все равно ей только тараканов гонять!
― А ты… собственно, кто? – здравый смысл потихоньку приходил в себя и голова медленно, но верно начинала соображать. ― Постой… Я могу тебя слышать, но увидеть не в состоянии… Ты дух?
― В какой-то степени,― с готовностью ответил голос. Кажется, ему, в отличие от меня, сия безумная беседа действительно доставляла наслаждение. ― О, понял! – неожиданно воскликнул он. ― Ты ведь смещал потоки, когда создавал свое заклинание?
― Заклинание? – я не сразу понял, что речь идет о телепорте. ― А, возможно произошло самосмещение. Это один из побочных эффектов.
― Ясно. Тогда поднимись и помоги мне. В одиночку мне их не распутать.
В мыслях я вновь помянул проклятого, но все же закрыл глаза и вошел в Астрал. Смещение энергетических потоков было главной погрешностью сего метода телепортации, а потому моей основной головной болью. Однако устранять последствия перехода я тоже прекрасно умел. Несколько слов на мертвом языке – и заключенный в них круг распустился под моими ногами. Оставалось лишь запустить реакцию. Пальцы привычно скользнули по лезвию чакры, оставив на нем прозрачно-алую полоску. Пары капель оказалось достаточно. Круг сомкнулся, засияв и выплеснувшись силой, сдвигая потоки к начальным положениям.
― Необычная магия… ― голос не изменился, но звучание его стало слегка задумчивым. ― И достаточно сильная, раз ты можешь использовать ее на нижних уровнях. Но ты все равно меня не видишь, угадал? Поднимайся выше.
Нет, он точно издевается! Я тут же пожалел, что у этого парня нет осязаемой физиономии, которую вполне осязаемо можно послать.
― Не понимаю, о чем ты говоришь,― подчеркнуто спокойно произнес я. ― Это наивысший уровень Астрала. Подниматься некуда.
В ответ на это голос неожиданно рассмеялся:
― Что? Ты астральный маг, и не знаешь о Бездне?!
― Я не маг. Я алхимик, и я знаю о Бездне.
― Алхимик?!…― Вот, значит, как… Алхимия стала такой могущественной…
― Нет, сомневаюсь… ― после долгих прогулок по Астралу глаза вновь выжигало огнем, но с невидимым собеседником об этом можно было не беспокоиться. Поэтому я, как обычно, плотно завязал их черной тряпкой. ― Большая часть того, что я умею, недоступна ни для кого, кроме меня. А уже из них половину я сочинил сам. Большая часть алхимиков считает Астрал выдумкой предков.
― Значит, ты можешь то, к чему они неспособны? Так я и думал…
― То есть?
― Ты можешь подняться до самих Врат, но перейти черту не способен…Хотя вряд ли… ты ведь можешь платить кровавую дань в Астрале, а это куда тяжелее…
― Эй!
― Тогда все просто. Ты либо не можешь освоить этого самостоятельно… либо банально опасаешься подойти к Вратам на достаточное для контакта расстояние…
Мое терпение медленно подошло к точке кипения и выплеснулось наружу:
― Хватит меня игнорировать! И ничего я, демон дери, не опасаюсь! – только выпустив пар, я понял, что ору не в Астрале, а посреди так изящно мною пробитой комнаты. Повязка моментально слетела с глаз. В голове при этом зашумело, но меня такие мелочи не волновали. Однако, зря – едва я попытался встать, меня занесло, и я рухнул на старый деревянный стол, с грохотом обрушившийся под моим весом.
― Тебя могли убить уже бессчетное количество раз,― тут же возник надоедливый голос. ― Ты так каждый раз из Астрала выбираешься? Постой… ― неожиданно он сбился. ― Как я сразу не понял! Ты что, полукровка?!
― Не понимаю, о чем ты,― с горем пополам я выбрался из груды обломков. ― Какой еще полукровка?
― Спрошу иначе. Кто из твоих родителей мог подниматься в Астрал? С твоей силой ты не мог этого не чувствовать.
Голова окончательно треснула и разлетелась на куски… Откуда он знает?! Ведь… ведь… никто… никто не мог…
― Кто… ты? – голос хрипел, отказываясь подчиняться. ― Откуда… ты знаешь об этом? Ты ведь не дух кристалла… Я умер после того, как сбежал из дома…
― Почему же? Я дух, занявший твой кристалл. Новый дух. Посмотри сам, если не веришь.
Дрожащие пальцы, путаясь и срываясь, вытащили на белый свет длинную цепочку с небольшим кулоном-крестом. Но теперь он был абсолютно другим. Прозрачно-белый кристалл исчез, словно его никогда не было. На месте его был такой же прозрачный камень. Только угольно-черный. Я многое слышал о нем, но вживую видеть не доводилось. На моей ладони лежал легендарный черный бриллиант.
― Как… Разве такое возможно… Достаточно…
― Отец? Вряд ли,― дух продолжал размышлять вслух, то ли игнорируя меня, то ли просто не слыша. Все возможно, я и сам не слышал свой голос, тонущий в ревущем гуле… ― Значит, мать…
― Хватит…
― Да, скорее всего. Это ведь она учила тебя, да?
― Хватит!
― Это ведь она запечатала тебе путь к Вратам?
Я осекся на полуслове. До меня с трудом доходили слова, произносимые духом. То, что я за тринадцать лет заставил себя практически забыть, возвращалось. И, самое страшное, я не мог усомниться ни в одном из его слов, даже если бы очень сильно того захотел…
― Кем же она была… Эта женщина… ― голос зазвучал совсем тихо. Моментально растеряв прежний азарт, он казался смертельно усталым и одиноким. ― Раз еще тогда пыталась спорить с судьбой…* * * * *?…Однажды, давным-давно, в одну маленькую, спрятанную высоко в горах деревеньку въехал отряд всадников. Сотня знатных мужей, в любой миг готовых броситься в бой за честь свою и своего народа. Золотой чешуей блистали их брони, грозно гремели копья и щиты, в нетерпении кусали удила рыжие кони. Во главе же отряда шел прекрасный благородный рыцарь. Доспех его был из чистого серебра, снежно-белого жеребца вел он под уздцы, а на тяжелом щите его переливался герб – человек верхом на крылатой кошке. Увидела его жрица бога Аррэна и влюбилась без памяти. А рыцарь тот полюбил прекрасную деву. И, возвращаясь в родные края, увез с собой возлюбленную…?
Когда я был совсем глупым и ничего не знал о жизни, я верил в эту мамину сказку. Рассказывая ее, она всегда улыбалась, словно радостно было ей вспоминать эту историю. Всегда улыбалась…