Часть вторая (1/1)
Скажите своим синякам "До свидания!". Новые супербезопасные грабли!
Франция возмущенно махал руками, бегал по комнате, ругался на своем квакающем языке – в общем, старательно действовал мне на нервы. В чем-то я почти благодарен своей соседке, даже ночью караулящей под моими окнами, ожидая малейшей возможности начать скандал. Успокаивало только одно – ее крики на улице, где она ругалась с миссис Браун – милейшей старушкой-одуванчиком, живущей с тремя кошками. Бедная ирландка, она еще не знает, с кем связалась.Лягушатник, наконец, успокоившись, устало свалился в кресло, таращась в окно и, судя по всему, горя желанием отправить предмет своей ненависти (нет, чтобы тихой!) на тот свет. Я флегматично хмыкнул, делая последний стежок и с удовольствием осматривая труд последних четырех часов, в течение которых никакие вопли винососа не могли отвлечь меня от черного единорога на белом фоне. Почти всю ночь они с О’Нейли, каждый на своем родном языке, очевидно, интуитивно (и вполне успешно) понимая друг друга, громко перекрикивались через окно моей спальни, не давая спать. Постоянный спутник в последние суматошные годы – раздражение – тихо зашевелился. Сначала приперся этот, по вполне понятной и логичной причине, а потом на мои возмущенные вопли принеслась эта, требуя тишины и спокойствия. Интересно, почему кроме нее никого шум из моего дома не волнует? Не то, что бы мне этого хотелось… просто, любопытно.Я скривился, сердито посмотрев на Францию. А из них бы получилась просто прекрасная пара… Пришлось с сожалением отказаться от столь соблазнительной мысли. Все-таки, как бы мне этого ни хотелось, но мне же просто по-человечески будет жалко эту мисс. Хотя, еще одна такая ночка, и они не отвертятся.- Арти-и-и, - проныло это волосатое создание. Я изучал свою вышивку, изогнув губы в издевательской усмешке.- Арти-и-и, пошли со мной в кафе!Я проигнорировал его, поднимаясь с кресла с единственной целью на сегодняшнее утро – позавтракать. Однако мое движение поняли превратно, хвостиком посеменив за мной и лопоча что-то о прекрасном виде за окном. Мельком взглянув на то, что так восхитило этого кошака, я чуть не прыснул от смеха. Едва ли собравшуюся по делам Маргарет (или как-там-ее?) можно назвать красивым пейзажем, чего не скажешь о питомцах миссис Браун, провожающих женщину напряженными взглядами. Милые животные, особенно, если они тебя любят, а твоих соседей - нет.- Ну да, конечно, - рассеяно протянул я и, ненароком свалив на Францию специально поставленную в коридоре для таких вот нежелательных гостей этажерку, быстро задал провокационный вопрос. – О чем ты думаешь?Морщась и шипя что-то нелицеприятное (мне удалось расслышать «сэ дэгё»), он ответил:- О том же, о чем и ты, cher!Мерзко растянув губы в улыбке, я с размаху ударил его по голове, негодующе воскликнув:- Чертов изврат!И, гордо задрав нос, слетел по лестнице, пока лягушатник не прокомментировал мой выкрик.Уже на кухне он опять прицепился ко мне.- Mon rouge-gorge*, ну сходи со мной в кафе!Я фыркнул.- Нет. Я на тебя обиделся.- Да за что?! – возмутился Франция, сверкая глазами. А то, я не знаю, что его коробит – сорвалась «приятная» (ну, ему-то точно – приятная) ночь. Он вздохнул. – Артюр, я знаю, о чем ты сейчас думаешь.- Really?* - вздернул я бровь, не обращая внимания на привычные саркастичные взгляды.- Ты полагаешь, что я огорчен, что не затащил тебя в постель, так?Я чуть смущенно кашлянул.- Глупости. С чего я должен забивать голову мыслями о тебе, лягушка?Виносос покачал головой.- Ouais, bien sûr…* Ну, так как? Пойдем?- Нет, иди без меня!Франция, снова став самим собой – легкомысленным франтом, жалобно сложил ладони в молящем жесте.- Che-e-er, я не могу без тебя! – я даже оторопел от такого беспомощно-несчастного тона, чуть не потеряв самообладание и не начав ошарашено моргать, но продолжение испортило все мое внезапное умиление. – У меня же денег нет!Целых три секунды я раздумывал, сидя с перекошенным лицом, но чувство справедливости победило, и я совершил самую кощунственную вещь – вылил всю кружку чая ему за шиворот. И не надо было так вопить – не настолько напиток был горячим... Я почти от сердца оторвал, а он... ни капли благодарности. И вообще, я, может, даже извинился бы! Перед чаем. Ладно, и перед пижоном – тоже, если бы он не покрывал меня французским матом. Нет, французского мата я не знаю, но зато я прекрасно знаю Францию и точно уверен, что таким голосом можно выражаться только очень неприлично.- Ладно-ладно, - проворчал я. – Иди, переоденься, что ли. Уверен, что ты притащил с собой шмотки. Только, прошу тебя, что-то приличное, а то потом мы пойдем в магазин. Я хотел купить себе новые грабли, заодно зайдем в продуктовый супермаркет.Пренебрежительно повертев для приличия носом, мсье все же соизволил согласиться, с подчеркнутым высокомерием кивнув. Я только махнул на него рукой, пообещав:- За такие выкрутасы ты отсюда вылетишь, если не поторопишься. Веришь мне?Он поверил и послушно удрал наверх. В свою комнату на втором этаже, чтоб его...Я постучал пальцами по столу. Так, что мне еще нужно, кроме грабель? За сосредоточенным вспоминанием недостающих вещей я не заметил, как в комнату вернулся Франция. Он крепко обхватил меня со спины, утыкаясь носом в макушку. От неожиданности я чуть слышно охнул и дернулся вперед, но хватка только усилилась. Я вздохнул. Франсуа неисправим.- Так, Бонфуа...- Но Арти, - взволнованно запротестовал он, перебивая меня. Раздражение, удовлетворившееся, было, испорченной французской одеждой, подстегнуло к активным действиям.- Хорош болтать! Просто убери руки и покажись мне! Надеюсь, твой наряд меня не устроит, и ты останешься здесь.Долгую секунду виносос не двигался, и я уже, внутренне похолодев, решил, что он меня не отпустит, но он резко расцепил руки, словно шутя хлопнув меня по голове. Я поджал губы и, стараясь веси себя, как ни в чем ни бывало, придирчиво осмотрел этого ненормального. М-да, впрочем, я ожидал от него худшего, а светлые узкие джинсы и глубоко-синяя полу расстегнутая рубашка еще попадают в ранг приличной одежды.- Застегнись, - коротко бросил я, задвигая стул. – Все, идем.***
До Хай-стрит мы добрались минут за десять. Я уверенно направился к небольшому угловому магазинчику, не особо волнуясь, следует ли за мной французский кошмар, и собирался открыть дверь, как она распахнулась, и на меня вылетела Матильда, рявкнув прямо в лицо:- Каланья!- Доброе утро, мисс О'Нейл, - мгновенно отреагировал я, едва успев отпрыгнуть в сторону, освобождая этой разъяренной фурии дорогу. Позади задавленно пискнули – это Францию буквально впечатали в стену. Гневно фыркнув, ирландка оставила меня самостоятельно отлеплять от каменной кладки соседа, похожего на пришпиленную булавками лягушку.Пару мгновений полюбовавшись этой дивной картиной, чтобы отпечатать ее в памяти на долгие годы, я, тихо смеясь, помог винососу спуститься со стенки на землю.- Что бы все это означало? – приподнял я брови, не давая упасть еще не пришедшему в себя французу.- Ça t'intéresse?* - от нервного потрясения "несчастный" сорвался на родной язык. Я пожал плечами и вошел-таки в магазин, потащив за собой Францию.Молодой служащий как раз приглаживал растрепавшиеся волосы и поправлял очки на носу. Я вежливо кивнул ему, здороваясь:- Здравствуй, Деннис. Что у вас случилось?Слабо улыбнувшись, он, скользнув взглядом по Бонфуа, с подчеркнутой корректностью пояснил:- Мисс хотела приобрести метлу, но выбирала ее несколько дольше, чем это делают обычно. Когда она, наконец, остановила выбор на одной из предложенных, я имел смелость сделать некорректное предложение.Я озадаченно моргнул, Деннис тут же закончил:- Я предложил мисс долететь до дома самостоятельно.Усмехнувшись, я прокомментировал:- Mighty nice*, - встряхнув лягушатника, я скомандовал. – Хватит на мне виснуть. – И уже обращаясь к терпеливо ожидающему продавцу. – Я хотел бы приобрести у вас грабли. Желательно, точно такие же, как и прошлые. У вас они еще остались?- Да, разумеется. Подождите минутку, - кивнул головой юноша и скрылся в подсобке.Франция, неохотно отступил от меня, и буркнул:- Сдалась тебе эта гадость.Я с удовлетворением вспомнил, как сломались предыдущие грабли, и небрежно ткнул скривившегося Бонфуа в лоб пальцем.- Между прочим, на них наступать очень неприятно, - перехватил он мою руку и оттолкнул от своего лица.- Между прочим, я очень не люблю незваных гостей, топчущих мои клумбы, - парировал я. Возразить на это франту было нечего, и он отвернулся, сделав вид, что его очень интересуют скляночки на полке. Я на секунду нахмурился, размышляя, на самом ли деле он не знает английский, как и прикидывается. А как иначе объяснить тот факт, что он внимательно читал этикетки на баночках с пестицидами? Ладно, пусть это будет совпадением.В зал вернулся Деннис, держа в руках новенькие грабли.- Вы хотели что-то еще, сэр?- Да, - спохватился я, задумавшись о наболевшем. – Мне, пожалуйста, соляной кислоты и секатор.За спиной кто-то закашлялся от неожиданности, но выражение лица продавца нисколько не изменилось. Он кивнул и, взяв с витрины искомое, запаковал покупки. Расплатившись, я сунул под мышку коробку, подхватил грабли и, кивнув на пожелание приятного дня, вышел на улицу. Теперь – домой.- Подожди-подожди! – схватил меня за плечо виносос. – А продукты? Я смотрел, у тебя дома...- Не трогай меня! – рявкнул я, самостоятельно вырываясь из его хватки и поворачиваясь к нему. – Еще раз так сделаешь – у меня есть секатор!Сердце колотилось, как сумасшедшее, но, к счастью, Франция не мог этого заметить. Хмыкнув, я прислонил к стене грабли и быстро сунул оторопевшему Бонфуа кошелек.- Сам купи, - бросил я и постыдно удрал домой, чуть не забыв злосчастные грабли.Кажется, он обиделся. Ну и черт с ним, раз он ничего не понимает!***
Все же этот идиот прав – радиотелефон гораздо удобнее обычного, иначе я сейчас не смог бы сидеть в кресле, пить чай и отстраненно слушать американскую болтовню. Иногда даже Франция может дарить что-то полезное.- Арти! – чуть не оглушил меня Альфред. – А у тебя что? Как дела?- Не кричи, - строго сказал я, морщась. Какой же он еще ребенок. – Все как обычно. Пару дней назад Франция опять вытоптал мне весь садик.- Ну, так уж и Франция, - хихикнул Америка, почему-то находящий эту ситуацию очень забавной. – Может еще кто...Я тяжело вздохнул, поражаясь, эм, недалекости своего брата. Как вообще можно быть настолько наивным? Его извиняет только то, что он не знает лягушатника так, как я.- У "еще кого", - насмешливо передразнил я его задумчивые интонации, словно он и сам сомневался в только что сказанном. Еще не все потеряно, - следы хоть человеческие.Америка громко расхохотался, заставив меня отодвинуть трубку от уха и недовольно поморщиться. Ну и зачем так активно на все реагировать?- Что, совсем достал? – без малейшего сочувствия полюбопытствовал Альфред. Ему интересно, а мне рядом с ним жить, между прочим!- Не задавай глупых вопросов, - буркнул я, но после непродолжительной паузы все-таки продолжил, чувствуя, что от меня без подробностей не отстанут. – Каждый день мне названивает, работать не дает.- Да выкинь ты свой телефон! – не сомневаюсь, что мальчишка закатил глаза, поражаясь мне. Все так же уверен, что старшие глупее его? Бедняжка...- Да выкидывал уже, три раза, - откликнулся я, рассеяно кроша печенье.Америка удивился.- И что?- Да он обратно на выброзвонке приползает. – Обреченно сознался я. С кухни донеслось:- Mon cher? Ты дома?Он уже пришел?! Черт, как не вовремя! Я же как раз собирался...- Альфред, мне пора, потом позвоню.- Кто-то пришел? – спросил Америка и подозрительно уточнил, каким-то чудом догадавшись о происходящем. – Франция? Нет, в самом деле, он?Разбираться с братом не было времени, и я торопливо попрощался, настороженно прислушиваясь к шагам на кухне.- Не бери в голову, хорошо? See you!- Подожди...Но я уже бросил трубку и поспешил на кухню. Только бы он не нашел...В дверях гостиной уже стоял лягушатник, держа в руках салатницу. Под ногами у него вертелся белый, неприятно знакомый комок шерсти. И когда он успел его-то притащить?- Откуда он? – с перекосившимся лицом ткнул я пальцем в кота, но эти двое поняли меня неправильно.- О, Шат тоже рад тебе! – сообщил улыбающийся француз, с сомнением осматривая несчастный салат. Будто я заставляю его есть! – Иди, погуляй, - это он, очевидно, все же к коту.Обманчиво белое и пушистое чудовище потерлось о его ногу и послушно ускользнуло на кухню, где было открыто окно. Я скрестил руки на груди, недовольно глядя на винососа.- Ты не ответил.- Я оставил его у Лауры, - озадаченно нахмурился Франция, искренне не понимая, почему всем так не нравится его питомец, - но она прислала его сюда в клетке, написав, что устала от него. Даже и не знаю, в чем дело...- Hold it!* - распахнул я глаза. – Бельгия знала, что отправляешься ко мне? Скажи, что это не так!- Конечно, это так! – возмутился он. – Почему нет?Я застонал. Если об этом узнает Венгрия, то я даже представить боюсь, чем все это кончится!- Не важно, Ф...Я замер, моргая. Франсуа все же рискнул попробовать салат и теперь с некоторым изумлением на лице пережевывал всю эту траву. Наконец, он вынес вердикт.- Какой вкусный салат! Сам купил?Я кинулся на него с кулаками, забыв про то, что эта скотина продолжает держать в руках салатницу, разумеется, упавшую, разумеется, мне на ногу и, разумеется, разлетевшуюся вдребезги. Шипящего от боли меня, противно воркующий француз дотащил до кресла, явно намереваясь заняться "лечением", за что получил по голове. Пожав плечами, он торжественно произнес:- Я пойду за аптечкой, а ты пока тут не умирай, mon malheur*. – Я фыркнул, но дождался, пока он уйдет, прежде чем тихо сознаться, отвечая на его вопрос:- Да. – Вот ведь, догадливый придурок...Франция пропал надолго, я даже успел осмотреть пострадавшую ногу и убедиться, что она осталась цела, и ничем мне не угрожает. С улицы донеслись возмущенные крики. Что опять случилось у мисс О'Нейл?В комнату влетел белый французский кот, прячась у меня за спиной, сворачиваясь компактным комочком. Я нахмурился, не понимая, что произошло. Может, ирландка перепутала Шата с многочисленными кошками миссис Браун? Но нет, в дверь требовательно задолбили. Нахмурившись, я вытащил кота, пытаясь разобраться в происходящем. Впрочем, увидев, ЧТО это отвратительное создание, жалобно щурящее глаза, держит в зубах, я простонал:- Damn it! – неужели, Франция научил своего зверя таскать нижнее белье?!Смущенно кашлянув, я протянул отобранную вещь пылающей гневом Матильде и попытался извиниться, в мыслях представляя, что я сделаю с лягушатником, но она потребовала:- Где кот?Я растерялся, не ожидая такого, и замер с приоткрытым ртом. Ну, если так подходить к вопросу, то животное, скорее всего, на шкафу, но оттуда его не сгонишь. Лучшего момента появиться Франция просто не мог выбрать.- Chéri, куда ты делся? – заметив стоящую в дверях разъяренную соседку, он нахмурился. - О? Bonjour. В чем дело?- Это его кот, - быстро перевел стрелки я и, проходя мимо обеспокоенного француза, в полголоса пожелал ему удачи. – Break a leg!*Думаю, она ему очень понадобится._____________* Mon rouge-gorge (фр.) – малиновка (птица-символ Англии – именно малиновка)
* Really (англ.) – Неужели?* Ouais, bien sûr… (фр.) – Ага, конечно…* Ça t'intéresse? (фр.) – Тебе не все равно?* Mighty nice (англ.) – Очень мило.* Hold it! (англ.) – Подожди!* Mon malheur (фр.) – несчастье мое*Break a leg! (англ.) – Ни пуха!