часть 3 (1/1)

- И это все?- Я не имею права без его ведома покидать спальню, особенно ночью.- Это немыслимо! Дико!- Я не должна была его ослушаться, он лишь наказал меня.- Он не имел права поднимать на вас руку! – Воскликнул Теодор.Валери вздрогнула и уронила тарелку. Упав та разлетелась вдребезги.- Сколько раз тебе говорила, не трогать без меня посуду?! – Послышался гневный бас Матильды.Она вошла.- Простите, - пролепетала Валери. - Простите, - передразнила старуха. - У тебя видимо руки не из ого места растут! В жизни не видела такой неуклюжей особы! Тысячу раз говорила – не умеешь – не берись! Нет, лезет, куда не просят! Только и можешь - посуду бить! А я потом перед хозяином отвечай! Иди отсюда! – Я хотела помочь…- От тебя одни неприятности! Сама все сделаю! Уходи! - Простите, – еще раз сказала молодая женщина и пошла к выходу, гость последовал за ней.- Почему вы позволяете ей с собой так разговаривать? – Спросил Кризмейр, догнав ее. - Она ведь всего лишь служанка.- Она его служанка, а потому имеет больше прав, чем я.- Но вы ведь его жена. Хозяйка дома.- Неужели вы еще не поняли? Я – никто. Я – его раба. Прошу вас, оставьте меня. Мне сейчас слишком нехорошо.- Возможно, я могу вам чем–нибудь помочь?- Нет. Только оставьте меня, - и она быстро пошла прочь.Теодор, не зная чем заняться, вернулся в столовую. Старуха все еще убирала со стола.- Почему вы так с ней? Вы же видите, как ей тяжело. Вам следовало ей помочь, а не делать еще больнее, - заявил Кризмеир.- Еще чего! Что б я нянчилась с этой маленькой дрянью?- Кто дал вам право ее оскорблять? – Это не оскорбление. Это правда, мистер. Вы ее не знаете. Если она что и получает, то по заслугам.- Даже если на что-то сделала, это не значит, что ее можно ударить.- Разве ж ее кто-то бьет? Я только ругаюсь.- Ваш хозяин поднял на нее руку.- Если вы о том синяке, что у нее сейчас под глазом, так это, скорее всего, она сама себе поставила.- Как вы можете такое говорить? Зачем ей это?- А я откуда знаю? Вашу жалость, наверное, хочет вызвать. Любит она несчастной прикидываться. - Вижу, вы ее не любите. - Эта притворщица кому хочешь мозги закрутит, только не мне. - А ваш хозяин? Что вы о нем скажете?- Он хороший человек.- Он?- Он. И ее очень любит.Молодой человек хотел сказать, что именно он думает по поводу такой любви, но сдержался.- Ладно, мистер. Идите себе, не мешайте мне. Как только Джордж приедет, я вам скажу.Сидеть одному в комнате, томимому ожиданием - не самое приятное времяпрепровождение. К тому же, на Кризмеира навалились нехорошие предчувствия, ощущение ускользания наследства. Если он сегодня же не уедет, то не успеет вовремя, а значит, ничего не получит. Тогда прощай все его радужные мечты. Эти каменные стены на некоторое время совершенно скрыли его от внешнего мира, завладели всеми его мыслями, заставив забыть о его настоящей жизни. Он словно выпал на время из потока своей судьбы и теперь ему мучительно приходилось туда возвращаться.Устав от бесполезного сидения на месте, молодой человек отправился на прогулку. Не без труда обнаружив дверь, ведущую наружу, он вышел. Несмотря на то, что время близилось к полудню, над островом висел густой туман, так что далее пяти шагов ничего нельзя было разглядеть.«Боюсь Джорджа мне опять не дождаться, - подумал молодой человек. - Озеро словно специально задерживает меня. Что за глупость? Не стану же я уподобляться рыбакам в их недалеком суеверии.»Немного постояв в дверях, Кризмеир все же решил окунуться в эту молочную пелену. Он шел вперед наугад, испытывая какое-то странное удовольствие от того, что он не знает, где на самом деле находится. Порой ему казалось, что за ним кто-то идет. Он оборачивался, но никого не видел. Однако кое-кто действительно был. Сначала он услышал какой-то звук, напоминающий сдавленный стон. Потом он сам застонал, наткнувшись на розовые кусты, видимо,попав на клумбу. После чего за его спиной раздалось:- Здесь кто-то есть?Он узнал голос Валери.- Миссис Гленсток. - Откликнулся он. - Где вы?- Я здесь, - глухо отозвалась молодая женщина.Кризмеир повернул назад и нашел хозяйку сидящей у одного из кустов.- Что вы здесь делаете?Она подняла на него глаза, и он увидел в них слезы.- Что с вами?- Ничего. Я… я здесь гуляла…. А вы?- Я тоже. Мне, в общем-то, ничего более и не остается.- Мне очень жаль, что все так сложилось и вам приходится здесь задерживаться. Если бы я могла, я бы сделала все возможное, чтобы помочь вам покинуть это ужасное место.- К сожалению, пока это не возможно. И сколько мне еще придется ждать, никто не знает.- Не стоило вам сюда приезжать.- Вы правы, но я хотел быстрее добраться до города. На дилижансе было слишком долго, а через озеро…..- Вы куда-то очень спешили? – Сочувственно спросила Валери.- Да, должен был получить наследство… Теперь, видимо, не получу….- Почему?- Не успею вовремя.- Боже мой, как жаль.- Жаль. – Согласился Кризмеир.- Всегда невыносимо больно терять близкого человека, - произнесла Валери и заплакала.- Вы кого-то потеряли? – Спросил молодой человек, опускаясь рядом с ней.Она не отвечала, а продолжала горестно лить слезы.- Не знаю, сможете ли вы мне поверить, но я искренне хотел бы помочь, - проговорил молодой человек.- Сама не пойму почему, но я …. Я вам верю. У нас здесь редко кто бывает. В основном торговцы или кредиторы мужа… Я почти не вижу людей. Иногда мне становится так одиноко, что я поднимаюсь на башню, сажусь на самый край и умоляю Господа решить мою судьбу. Темные воды озера зовути манят меня…. Там бы я нашла наконец-то покой… А иногда я прихожу сюда и приношу ему свою боль, свои слезы, свои мольбы….- Вы имеете в виду этот розовый куст?Она закрыла лицо руками и покачала головой.- Вы же не знаете. Вам ни к чему. Ни к чему. Что вам чужие страдания? Не уподобляйтесь мухам, пьющим кровь раненой лани. Я знаю, чужие слезы сладки, но это слишком жестоко. Слишком.- Простите, но я не понимаю, о чем вы.- Что даст вам знание всего того, что я перенесла? Ничего.Она встала и пошла прочь. Но когда она поднималась, Кризмеир заметил в ее глазах нечто такое неизъяснимое, что поддавшись ему, удержал ее за руку.- Что все это значит?Валери странно поежилась, посмотрела на его руку, отстранилась, но своей не выдернула… Побоялась?- Простите, - молодой человек сам отпустил ее.- Под этим розовым кустом лежит мой сын, - сказала она изменившимся голосом и ушла в туман.- Ваш сын? – Кризмеир почему-то не мог поверить в то, что слышит. - Подождите, миссис Гленсток. Подождите.Он поспешил было за ней, но туман был очень густой, и Теодор сразу потерял ее. Он около получаса провел, кружа по двору и зовя ее. Она не откликалась. Наткнувшись на дверь, молодой человек решил, что благоразумнее будет вернуться в дом. Оказавшись под мрачными сводами, Кризмеир направился в гостиную. Здесь у горящего камина он обсох и согрелся.Наступило время обеда. Его нашла Матильда и позвала в столовую. После утреней сцены Кризмеир испытывалк служанке некоторую неприязнь.

Все расселись так же, как и утром.- Что-то вас не было видно. – Заявил хозяин гостю. - Прогуливались, мистер….?- Кризмеир, - подсказала жена.- Сам знаю, - бросил ей муж.- Да, гулял, - нехотя ответил молодой человек.- Не самая удачная погода. При таком тумане не трудно себе все ноги переломать. Или того лучше, в колодец свалиться. Не правда ли, Валери?Женщина едва заметно вздрогнула и испугано посмотрела на Гленстока.- К счастью, я не встретил на своем пути колодца.- Действительно, к счастью, а то выбраться из него невозможно, слишком глубок. Про него тоже много чего плетут местные рыбаки. По их мнению это чуть ли не ворота в сам Ад. Но какой, к сатане, Ад, если там, на дне такой холод, что вода начинает застывать. Его вот вырыли, а вода застывает. Так никчемным и остался.Во время этого разговора Валери испуганно-тревожно смотрела на своего мужа.Когда трапеза была уже почти завершена, Гленсток вдруг спросил:- Мистер Крик… Кризмеир, у вас ничего не пропало?- Простите?- Ну, там, часы, деньги…Теодор, удивившись, все же проверил содержимое своих карманов.- Часы… Мои позолоченные часы…. Их нет!- Такя и думал. Валерии, иди сюда. Слышишь? Подойди ко мне, немедленно!- Приказал Гленсток, женщина безмолвно подчинилась. - Где часы нашего гостя?- Я не знаю, – тихо ответила она.- Ах, ты не знаешь?!

- Я, наверное, потерял их, когда был на прогулке, - вставил поспешно Теодор. – Верно, цепочка оборвалась.- Это мы сейчас увидим. Итак, Валерии, где они?- Я не знаю.- Не знаешь!?!- Клянусь, что не знаю.- Мало того, что обманщица, ты еще и клятвопреступница!- Оставьте ее в покое. Откуда ей знать? Я сам виноват, - вмешался Теодор.- Я сам разберусь. Я жду, - грозно обратился он к жене. - А ждать я, ты сама знаешь, ненавижу.- Но я действительно не знаю, где они, - взмолилась женщина, - Поверь мне.- Тебе? – Гленсток захохотал. - Я скорее черту поверю, чем тебе. Говори! Говори!- Я не знаю ….- Мое терпение лопнуло! Расстегивай платье! Оглохла, что ли? Расстегивай!- Валерии испуганно попятилась, приложив руки к груди. - Я кому сказал? Сколько раз я должен повторять!?! - он схватил со стола нож. - Если ты сейчас же не подчинишься…!- Что вы собираетесь делать!?- Воскликнул Теодор вскакивая с места.- Вам-то какая забота? Часы свои вы получите, я вам это обещаю. Что стоишь? Расстегивай!Лезвие стало медленно приближаться к шее молодой женщины. Дрожащими, плохо повинующимисяпальцами, Валерии принялась расстегивать пуговицы. Лицо ее раскраснелось от стыда и сдерживаемых слез- Прекратите! Что выделаете?!- Возмутился Кризмеир, поспешив к ним.- Не вмешивайтесь! – Нож дернулся в его сторону. – Хватит, - бросил Гленсток жене.Совершенно бесцеремонно он запустил руку ей на грудь под нижнее белье и вынул оттуда часы с обрывком цепочки.- Ваши? – Спросил он у Теодора.- Кажется, мои…, - молодой человек был совершенно оглушен, - но каким образом…?- Лживая гадина!- Воскликнул хозяин и дал жене звонкую пощечину, от которой та едва не упала. - Все никак не отучишься от своих уличных замашек?! Зря я надеялся, тебе никогда не стать приличной женщиной! Воровка!

Валери, с трудом сдерживая рыдания, быстро застегивала платье. Кризмеир, молча, смотрел на происходящее, не зная что и думать.- А теперь проси прощение, - приказал Гленсток. - Ну же!Женщина умоляюще взглянула на мужа, но по нему было видно, что если она хотя бы попытается возразить, то он еще раз ударит ее, такой злостью и ненавистью было искажено его лицо. Ей оставалось только подчиняться. Она подошла к молодому человеку и, отдав часы, прошептала:- Прошу вас, мистер Кризмеир, простите меня, пожалуйста.

Ее же глаза говорили: «Я не виновна! Я не виновна!»- Благодарю вас, миссис Гленсток, - несколько растеряно ответил Теодор, принимая свою собственность.- Кто же так просит? – возмутился хозяин. – На колени! На колени!- Это ни кчему! Я ее прощаю, - сказал молодой человек.- Не вмешивайтесь! Я это не для вас делаю, а для нее. Пусть ей будет стыдно за то, что она сделала. Я даже позволю вам ее ударить, она это заслужила.- Да за кого вы меня принимаете?! Чтобы я ударил женщину!- Воровку! Укравшую, у вас часы! Ваше благородство здесь не уместно! Порок должен быть наказан!- Это скорее относится к вам, чем к ней!- Что?! – Гленсток вскочил. - Хотите сказать, что это я у вас что-то украл?!- Вы страдаете гораздо более худшим пороком!- Да кто вы такой, чтобы заявлять мне подобное!?- вскричал Гленсток- Мистер Кризмеир, прошу вас, простите меня!- Кинулась Валери к ногам молодого человека. – Простите меня! Это я во всем виновата! Я одна! Я не хотела ничего у вас брать! Это вышло как-то случайно..! Простите меня! Ради Бога, простите!- Слишком поздно одумываешься! – Переключился на жену хозяин.- Миссис Гленсток, встаньте! Встаньте!- Попытался поднять Валерии молодой человек. - Я вас прощаю. Вам незачем было это делать…- Она делает то, что я говорю, - самодовольно заявил Гленсток.- Умоляю вас, не ссорьтесь с ним, - зашептала женщина Теодору, - только не ссорьтесь…- Встаньте. Встаньте. Вам незачем так унижаться. Повторяю, я прощаю вас.- Благодарю вас, - ответила молодая женщина, ее глаза сказали гораздо больше.- Ладно. Вставай, - соизволил разрешить муж. - И вон отсюда!Вон! Хватит позора на мою голову! Воровка! Если я еще раз тебя поймаю..! Что ты стоишь? Высматриваешь, что бы еще стянуть? Да таких как ты, кнутом надо пороть до смерти! Вон отсюда! Шелудивая, приблудная собака!- Не смейте ее оскорблять!- Воскликнул молодой человек.- По-вашему я не прав? Вы же сами все видели?!- Вы уже достаточно наказали ее. Довольно.- Это не вам решать, мистер! Это мой дом, моя жена! И я волен делать

то, что хочу!- Это не дает вам права пренебрегать нормами морали.- Ишь ты, какой защитник чужих жен выискался! Идите отсюда, пока не попали под горячую руку.Кризмеир не преминул воспользоваться этим предложением и поспешил разыскать Валери, которая выбежала из столовой вся в слезах несколькими минутами раньше. Еще очень плохо зная дом, молодой человек уже через несколько минут остановился в растерянности. Куда ему следовало идти? Тут он услышал быстрые шаги. Предположив, что это молодая женщина, Теодор пошел на звук. Шаги то приближались, то удалялись, временами впереди на повороте мелькало белое полупрозрачное облако, и он шел за ним. В конце, выйдя к какой-то ведущей наверх лестнице, он все же потерял ее. И вдруг ему вспомнились ее недавние слова: «… я поднимаюсь на башню, сажусь на самый край…» Вихрем Кризмеир взвился по ступенькам! Открыв дверь, венчавшую лестницу, он оказался на необычной площадке, обдуваемой всеми ветрами, врывающимися сюда через окна, никогда не знавшие стекол и ставней.

В одном из таких проемов Теодор увидел молодую женщину, смотрящую вниз, вся ее поза красноречиво говорила о страшном намерении, которое привело ее сюда.- Миссис Гленсток! - Закричал Кризмеир. – Не делайте этого!Она не слышала его, ее мысли уже были слишком далеко.

Хозяйка занесла ногу над бездной. Ему почудилось, что она уже падает! Ее нельзя спасти! И все же он бросился вперед с криком: «Валери!!!» Молодая женщина вздрогнула, обернулась, казалось, замешкалась на мгновение. Он обхватил ее стан и рванул назад, подальше от рокового края. Она вскрикнула от неожиданности и попыталась вырваться.- Тише. Тише. Успокойтесь, - как можно более ровным голосом проговорил Теодор.- Что… что вы здесь делаете? Как вы здесь оказались? – она тяжело дышала.- Я пошел за вами, как только понял, что вы в таком состоянии…- Отпустите меня! Прошу вас, отпустите! – Взмолилась женщина, заливаясь слезами. – Я не могу так больше! Не могу! Отпустите меня! Я устала! Слишком устала! Два года Ада! Нескончаемых мучений, боли и слез! Сжальтесь! Отпустите меня! Иначе он сам…! Он сам убьет меня! А я не хочу, чтобы он принял на душу такой грех! Пусть я сама! Я сама! Я хочу умереть! Иначе мой разум не выдержит! Отпустите меня! Отпустите!- Не надо, Валери. Не надо, - он обнял ее. – Я понимаю, как вам тяжело, но это не выход.- Вы же не знаете! Вы почти ничего не знаете! Вы думаете, что видите сейчас перед собой живого человека? Нет. Я умерла. Моя душа погибла. Она погибла, не выдержав горя. Я ушла в мир иной вместе с ним. Вместе с моим голубочком. Мой мальчик! Мой бедный сыночек! – Ее голос дрожал и срывался.- У вас был сын?- Был… Был! Если бы вы видели этого маленького ангелочка. Он был прелестнейшим существом на свете. Я надеялась, я так надеялась, что он ничего не унаследует от своего отца. Это был чудесный младенец: веселый, нежный… он почти никогда не плакал. А если бы вы знали, как он любил меня…, - по ее губам скользнуло бледное подобие улыбки. – Ни один человек на свете не испытывал ко мне столь светлого и сильного чувства. Он еще не мог ничего сказать, но его голубые глазки светились такой неподдельной любовью… О большем я не смела и мечтать. Слезы умиления и радости текли из моих глаз, когда я видела его, когда прижимала к своей груди… такой маленький, беззащитный, доверчивый… Тогда я была счастлива. Мир вновь воскрес для меня в этом маленьком человечке. Во мне воспарила надежда, но… Напрасно… Напрасно! Этот злой дух снова ворвался в мой хрупкий мирок и уничтожил его, навсегда отравив мое сердце и душу! – она дрожала всем телом, захлебывалась в рыданиях, но продолжала говорить. – Он видел, как горячо я люблю своего сыночка, и черная ревность родилась в его душе. Он считал, что я вся, без остатка, должна принадлежать ему и только ему. Боже, ревновать к младенцу! Господи!И вы знаете, что он сделал?- Я догадываюсь, – глухим голосом ответил молодой человек.- Он… он убил его! Он взял моего мальчика из колыбельки… Я бросилась к его ногам! Я просила! Я умоляла! Я обливала слезами и целовала его башмаки! Но он был глух к моим стенаниям! Тогда я вцепилась зубами в его руку! Я думала тогда лишь об одном – вырвать из его кровавых лап моего мальчика! Я даже расцарапала ему лицо! А он отшвырнул меня к стене! А его… Его он ударил о другую, и кровь младенца обагрила ее…! О, глаза мои! Почему вы не ослепли, видя это?! Я закричала! Я бросилась к моему сыночку! Но он не дал мне! Он схватил меня и стал бить! Бить! Бить! Бить!- Успокойтесь. Прошу вас, успокойтесь. Все уже прошло. Все прошло, - он крепко прижал к себе ее содрогающееся тело.- Он сильно избил меня… но как плохо мне не было, я выследила его. Он бросил моего сыночка в озеро. Я взяла лодку и подобрала его… Бедное мое дитя! Его личико было искажено страхом и криком… Я не могла позволить рыбам растерзать моего мальчика. Я похоронила его, но для того, чтобы он ни о чем не догадался, на его могиле я посадила розовый куст. Вы видели его. Я хотела бы, очень хотела освятить его могилку, похоронить по всем правилам, но где мне взять здесь священника? Я устала… Я не могу так больше… не могу… Дайте мне умереть! – она попыталась вырваться.- Нет. Вы должны быть сильной.- К чему? Зачем мне жить?- Самоубийство - не выход.- Я устала… я слишком устала…- Вам надо успокоиться и отдохнуть. Я уверен, вам станет лучше.- Вы простили меня? - вдруг спросила Валери, смотря ему прямо в глаза.- Да… и для этого совсем не обязательно было подвергать вас всему тому, что он заставил вас пережить…- Но я этого не делала. Я не брала ваших часов.

- Незачем вспоминать об этом.- Нет, надо. Вы мне не верите? Я, действительно, не брала их. Они мне ни к чему, ведь мне даже некому их здесь продать.- Я же видел, как он достал их у вас…- Это только ловкий трюк. Я не стала бы носить их на груди. Он просто хотел еще больше унизить меня, еще больше опорочить меня в ваших глазах. Я никогда в жизни ничего ни у кого не украла, а тем более у вас… у вас – единственного человека, проявившего ко мне хоть какое-то сочувствие. Мне же пришлось просить прощение за вину, которой у меня не было. Пришлось признаться, потому что… Вы сами все видели. Вы мне верите? – с надеждой спросила Валери.- Верю. Конечно же, верю. Мне было тяжело даже представить, что вы сделали это, а теперь я все понял. Это чудовище решило и меня настроить против вас, но у него ничего не вышло.- Спасибо вам, мистер Кризмеир, что вы понимаете меня. Мне здесь никто не верит, даже слуги считают, что я лгу и притворяюсь.- Да, я понял это из разговора с Матильдой.- Это не их вина. Это он настраивает всех против меня. А если вы задержитесь дольше, то возможно и вы…- Я никогда не поверю тому плохому, что о вас говорят, это бы значило признать себя слепым.- О, вы так добры, -она схватила его руку и стала покрывать ее поцелуями.- Что вы делаете? Зачем? Прошу вас, перестаньте. Перестаньте же.- Я не знаю, чем смогу отплатить за вашу доброту…- Но я ровным счетом ничего не сделал.- Вы по-человечески отнеслись ко мне, возможно, вам этого не понять, но для меня это так много значит.- Я только поступаю так, как должен поступать любой порядочный человек.- Благодарю вас за это.- Право, не стоит.- Стоит, ибо это очень много.- Вы преувеличиваете.- Ничуть. Вы самый добрый, чуткий и отзывчивый человек, которого я встречала.«Ну, разумеется, - подумал Теодор, - по сравнению с ее мужем, я просто ангел».- Вы слышите? – неожиданно спросила молодая женщина.-Что?- Этот звук…- Звук? Боюсь, я ничего не слышу. Возможно, вам показалось.- Нет, я уверена. Вот он повторился. Слышите?- Честно говоря, нет.- Это… это скрепят уключины… плеск воды… Лодка! Кто-то плывет к нам на лодке! – она кинулась к окну.Туман уже почти совсем рассеялся, и внизу на темной глади воды, действительно, была видна лодка. Одинокий гребец правил ее к берегу.- Неужели Джордж? – выдохнул Теодор, вставая за спиной Валери.- Нет, это не он. Этого человека я не знаю,- озадачено проговорила хозяйка.- Что могло привести его на наш проклятый остров? Его надо предупредить. Он должен немедленно уплыть отсюда. Мой муж рассердится появлению еще одного незваного гостя.- Да, ему необходимо немедленно отплыть, а я смогу покинуть остров вместе с ним,- радостно произнес Кризмеир.Молодая женщина с тревогой посмотрела на него.- Вы уплывете…?- Если подналечь на весла, то, возможно, я еще успею в город. Еще не все потеряно! Ах, миссис Гленсток, наконец-то я уберусь с этого острова! Вернусь к своей обычной жизни! Разбогатею! – Он был так рад, что не заметил резкого ухудшения ее настроения. – Слава Богу! Я уеду! – В порыве восторга он обнял ее.В это мгновение дверь открылась, и в башню вошел мистер Гленсток. Он был сильно пьян и с трудом держался на ногах, но увидеть всю красноречивость сцены ему это не помешало.- Вот вы где спрятались, голубки! – Зарычал он.- Воркуете!? Я сразу, с его появлением, понял, что здесь что-то не так! Неспроста он здесь оказался! Мистер Кризмеир! Теперь-то я понял, почему вам так нравится защищать чужих жен! Прохвост в обличье порядочного человека! Мерзавец! Прелюбодей! Подлец! Гнусный притворщик!- Не смейте меня оскорблять!- Заткнись! А ты, Валери…! Поганая тварь! Уличная девка! Так и продолжаешь вешаться на шею первого встречного! Ты шлюхой была! Шлюхой и останешься! И ничто не сможет отмыть тебя от этой грязи! Мерзкое отродье! Порождение змеи и жабы! Шлюха! Но я не позволю более позорить мое имя! Я убью тебя! Убью! Как мне давно и следовало поступить! Убью! Убью вас обоих! И тебя! И его! – с этими словами Гленсток достал из одежды приготовленный пистолет и направил на застигнутых.- Прекратите сейчас же это безумие! Дайте нам все объяснить!- попытался остановить разбушевавшегося мужа Кризмеир.- Нечего тут объяснять! Умри, Валери!

Грянул выстрел. Теодор успел закрыть собой молодую женщину. Она вскрикнула… Но ревнивец промахнулся, он был слишком пьян даже для того, чтобы попасть с такого близкого расстояния. Поняв это, гость бросился вперед, сбил хозяина с ног, схватил Валери за руку и потащил вниз. Гленсток разразилсятакими яростными ругательствами, что, казалось, башня заходила ходуном.

Одолев лестницу, молодые люди побежали по коридору, несколько раз свернули… Теодор не знал дома и рвался вперед наугад, а Валери все еще никак не могла прийти в себя. Только под конец она произнесла:- Нет, не сюда. Направо. Теперь в эту дверь.Они оказались во дворе. Хозяйка повела гостя к тому месту, куда должна была пристать лодка. Владелец маленького суденышка как раз привязывал его, когда на деревянный причал выбежала чрезвычайно взволнованная пара.- Куда вы плывете? – Сразу спросил молодой человек у лодочника.- В город… А что?- Зачем вы здесь? – Задала вопрос женщина.- Я сбился с пути, был сильный туман, хотел узнать, куда плыть… А что…?- Город в той стороне! И прошу вас, скорее покиньте остров, - горячо произнесла Гленсток.- А что, собственно, происходит? – удивился лодочник.- Нет времени объяснять. Вам надо немедленно уехать, - заявил Теодор.-И, пожалуйста, возьмите себе попутчика, - попросила Валери, - его нужно срочно доставить в город.- В чем, все-таки, дело?Тут из дома послышались крики и выстрелы.- Скорее. Он может догадаться, где мы, - заволновалась молодая женщина.- Уезжайте скорее, мистер Кризмеир. Да храни вас Бог. Пусть вам сопутствует только удача. Вы -прекрасный человек.- Вы тоже, миссис Гленсток, вы – прекрасная, восхитительная женщина. Очень жаль, что у вас так сложилась судьба…