III. (1/1)
—?Ты живёшь здесь? —?Маринетт не сумела скрыть удивление в голосе.Коридоры были тёмные и холодные, а комната, в которую её привёл Агрест больше напоминала балетную студию. Зеркала отражали тьму, нарушаемую только мягким светом, льющимся из высоких окон.Одно из них было приоткрыто, и сквозняк тревожил листы с нотами.—?Если это можно так назвать,?— уклончиво ответил Адриан, садясь за инструмент.Рояль был единственным живым пятном в комнате.Маринетт ощущала запах пыли и лака для дерева, ей было волнительно и чуточку страшно.?Что же я творю???— спрашивала она саму себя.—?Что желаете услышать, миледи? —?насмешливо протянул Адриан, разворачиваясь к Дюпен-Чен. —?Бетховен? Прокофьев, Бах? —?Одна часть его лица была залита уличным светом, вторая погружена в темноту комнаты. —?Может, Шуберт? Моцарт?..—?Не знаю,?— растерянно отвечала Маринетт, несмело подходя ближе. —?На ваше усмотрение, милорд.Агрест усмехнулся. Его взгляд пробежался по комнате, пальцы дрогнули и непринуждённо легли поверх клавиш.?Возможно, ничего такого в этом и нет?,?— вновь подумала Маринетт, прислоняясь к боковой части рояли.Пальцы Адриана, белые пауки, пришли в движение, темнота вокруг них всколыхнулась и обратилась вслух.Маринетт не могла оторвать взгляда от Агреста: он прикрыл веки, и чуть склонил голову, будто позволяя музыке подхватить его бархатистым течением и унести как можно дальше.Перед глазами Маринетт возникали причудливые картинки: святые с кровью вместо слёз, величественные грозы над морской пучиной, голубь, выпускаемый из детских ладоней, зеркальный тоннель… Одиночество.Сердце Маринетт неприятно сдавило. Она не привыкла сопереживать кому-нибудь настолько сильно.А уж тем более сопереживать музыке. Гармонично подобранному набору звуков.Она всегда была дальше этого сентиментального клише.И всё же музыка, распробованная на вкус, одарившая её кожу касанием крыльев, размягчила Маринетт. Стёрла грани реальности.Странная комната исчезла совсем как и жизнь за её пределами.Условности посыпались прахом.
—?Где твоя семья, Адриан? Почему ты один? —?спросила Дюпен-Чен, не думая о том, что лезет слишком далеко в чужую душу.Осознание пришло позднее, когда с и без того бледного лица Агреста, сошли все краски.Он поднял на неё глаза. Взгляд был холоден, озарён северным сиянием и ненавистью.—?У меня нет семьи,?— со смешком заявил Адриан, будничность его тона никак не вязалась с выражением глаз. —?И никогда не было.—?Извини,?— торопливо оправдалась Маринетт, всерьёз озадаченная реакцией Адриана. —?Я не знала.Агрест миролюбиво улыбнулся, но глаза остались холодными и нелюдимыми.—?Я не удивлён, ты явно любишь лезть не в своё дело, да?Маринетт зарделась. Мигом ощутив себя оскорблённой до глубины души, она испытала страстное желание уйти прочь.Она нахлобучила берет, сердито поправила шарф и ни разу не взглянула на Адриана.?Вот ещё!— возмущалась она про себя. —?Сдался мне этот Агрест, пусть дальше сидит в гордом одиночестве, в своём пыльном особняке!?Полная решимости, Дюпен-Чен направилась к выходу.—?Маринетт!Она скривилась, когда услышала его оклик, небрежно брошенный в спину.?Ну конечно-конечно?,?— подумала она с обидой.И остановилась. Медленно набрала воздуха в грудь и только после обернулась, надевая на лицо маску вежливого равнодушия.Маска мигом сползла обратно, подлинное удивление выступило на лице Маринетт.Адриан оказался ближе, чем она предполагала.—?Скажи, если бы я всё же был убийцей.—?Что? —?невольно перебила его Маринетт, застигнутая врасплох.Адриан нахмурился.—?Ты бы осталась послушать, как я играю? —?терпеливо закончил он фразу и вытянулся в ожидании, будто бродячий кот, завидевший человека.Маринетт смутилась.—?А. У меня был бы шанс? —?уголок её губ дёрнулся. —?Я имею ввиду, разве сказав правду, тебе не пришлось бы меня… —?в горле стало сухо, и Маринетт судорожно сглотнула. —?Убить?Взгляд Адриана наполнился пониманием. Он прищурился.—?Допустим, нет, я не стал бы этого делать.—?Тогда я бы ушла,?— слабым голосом озвучила свою мысль Маринетт, нащупывая за спиной дверную ручку. —?Извини, но меня учили, что убийцы не самая подходящая компания на вечер.Чёртова ручка никак не находилась.—?Но ты не была уверена в моей безгрешности,?— парировал Агрест и сделал маленький шаг вперёд.—?Как и в твоей причастности,?— быстро нашлась Маринетт, чувствуя как сердце бешено отдаёт в груди.—?Верно,?— Адриан вздохнул и раскрыл дверь.Маринетт почувствовала себя дурой.—?Но ты должна знать, что настоящие убийцы никогда не предоставляют выбор,?— произнёс Адриан у неё за спиной.—?Я знаю,?— тихо ответила Дюпен-Чен, выходя в коридор. —?В первую очередь они лишают выбора самих себя.Ответа не последовало. Маринетт спустилась по лестнице, почти бегом и обернулась у самых дверей.Агрест наблюдал за ней сверху, оперевшись о балюстраду.—?В какой-то момент я проявила к тебе сочувствие,?— заговорила Маринетт, тихо поражаясь тому, как сухо и холодно звучит её голос. —?Но сейчас я вижу, что ты сам виноват в своём одиночестве.Она смягчила жёсткость своих слов быстрой, печальной улыбкой и вышла наружу, в остывающую ночь.Двери за её спиной хрипло сомкнулись, словно предупреждая: больше её внутрь просто так не впустят.*Джина была рада возможности увидеть внучку. Она, конечно, так и не смогла стать ей настоящей бабушкой, из тех, что окружают свою родню хлопотами и заботой.Джина делилась с маленькой Мари впечатлениями и опытом, рассказывала о случаях на работе вместо сказок на ночь, катала её по городу на мотоцикле, и детский смех был доказательством?— из неё вышла не самая ужасная бабушка.Но взрослая Маринетт кажется незнакомкой. Джина действительно рада её видеть, но понятия не имеет, что с этим делать.—?Ты здорово выросла,?— протянула она, разливая кофе по чашкам. —?Напоминаешь Сабин в молодости.—?Нет! —?резко воскликнула Маринетт и более спокойным тоном добавила. —?Я на неё совсем не похожа.Мадам Дюпен с удивлением уставилась на внучку и поймав на себе дерзкий взгляд синих глаз, лишь покачала головой.—?Моя мать была трусихой, не так ли? —?спросила Маринетт резко.Джина не торопилась с ответом. Она быстро взялась за свой кофе.—?Ты не в том возрасте, чтобы я читала тебе нотации,?— морщась от горечи и бросая в напиток рафинад, сообщила Дюпен. —?Но бога ради, откуда такие мысли?Маринетт пожала плечами, словно расхотев обсуждать затронутое.—?Она ушла из полиции,?— выплюнула она. —?Спасовала при малейшей трудности, а потом вышла замуж и…Маринетт утопила взгляд в нетронутом кофе.—?И решила отдать тебя моей сестре,?— продолжила за неё Джина, мягко улыбнувшись. —?Это не трусость. Это человечность.Маринетт вскинула на неё ядовитый взгляд.—?О да! Если человечность означает подобную слабость, то я не хочу быть человеком,?— она заглянула бабушке в глаза. —?Скажи, что было такого ужасного в том деле, из-за которого мать всё бросила и нашла своё счастье в продаже выпечки?Джина вздохнула и прикрыла глаза рукой. Воспоминания зашевелились в голове, как встревоженные топотом чужих ног змеи.—?Ты понятия не имеешь как оно было на самом деле.Голос её прозвучал совсем по-старчески.—?Трупы детей, тотальный ужас… Родители боялись отпускать детей на улицу без присмотра, весь город был в панике.—?А улики? —?Маринетт словно вовсе не впечатлилась словами бабушки.—?А их не было,?— последовал лаконичный ответ.Джина достала папиросы и коробок спичек.—?Хм… А убийство журналистки? —?Маринетт скрестила руки на груди. —?Тоже без улик?Тихо брякнула керамическая пепельница, придвинутая к раскрытому окну. Джина затянулась и резко выпустила струю дыма.—?Дьявол, Мари,?— она покачала головой, невесело рассмеявшись. —?Есть кое-что, но информация засекречена…—?Знаешь, родители говорили, что ты бросила курить,?— невинным тоном проронила Маринетт. —?Уже представляю выражения их лиц…Джина чуть не поперхнулась дымом.—?Впрочем, времени прошло много,?— торопливо исправилась она и скривила губы. —?И незачем было пытаться меня шантажировать! Я бы и так сказала.Маринетт в ожидании замерла. Взгляд синих глаз выдавал тягучее нетерпение.—?С одежды Шамак был снят волос,?— мрачно проговорила мадам Дюпен. —?Только спустя два месяца после убийства, лаборатории удалось установить, кому принадлежал этот волос.—?И кому же?—?Натали Санкёр,?— Джина потёрла переносицу. —?Она работала на Агрестов.—?Её арестовали? —?с тенью надежды в голосе спросила Маринетт.Джина фыркнула.—?А ты попробуй арестовать труп,?— ёмко ответила она. —?Санкёр обнаружили Агресты в её же комнате, с перерезанным горлом.Джина замолчала, зябко поёжившись. Воспоминания причиняли тревожный дискомфорт.—?Это не самое страшное,?— прошептала она, возвращаясь к столу и почти падая на стул. —?Их четырёхлетний сын взял всю вину на себя, он описал содеянное в точных подробностях, но…—?Физически он не мог этого сделать,?— закончила за бабушку Маринетт и поднялась на ноги. —?А что остальные Агресты?Джина слабо качнула головой.—?Их даже дома не было на момент убийства.—?А с кем был оставлен сын? —?Маринетт нахмурилась.—?С Натали, конечно,?— Джина смерила её таким взглядом, будто та не знала столицу Америки.—?А, ну да,?— пробормотала Маринетт.—?Нам пришлось всё списать на самоубийство,?— закончила рассказ Джина, обняв себя за плечи. —?Я лично порекомендовала мадам Агрест детского психотерапевта, но не думаю, что та воспользовалась моим советом.—?Возможно, эту женщину убил тот самый маньяк, что мочил детишек,?— озвучила свои раздумья Маринетт.—?Возможно,?— миролюбиво согласилась Джина. —?Но в нашем случае было проще припаять суицид. Никто даже не придрался.—?А что Агресты? —?Маринетт принялась наворачивать вокруг стола. —?Что с ними стало?—?О, с ними всё в порядке, мсье Агрест до сих пор ведёт практику, принимает клиентов… —?Джина вздохнула, вмяла окурок в керамическое дно и улыбнулась примирительно, бросив взгляд на Маринетт. —?А теперь ты рассказывай, как тебе жизнь в Париже?—?О, хорошо что ты спросила, – Маринетт словно и не заметила грубой смены темы. — Тебе столько предстоит узнать…Джина слушала Маринетт и никак не могла отделаться от чувства, что та умело от неё что-то скрывает.*Маринетт вернулась домой с чётким знанием: четырехлетний Адриан знал убийцу. И наверняка знает его до сих пор, возможно именно поэтому прячется.Она ощутила приступ стыда, в памяти зазвучали собственные слова, сказанные Агресту вместо вежливых фраз на прощание.?А что если,?— вровень с возникшей мыслью учащённо забилась жилка под горлом. —?Что если убийца всё ещё рядом с Адрианом, держит его рядом с собой, угрожает??Маринетт не спала всю ночь, перед закрытыми глазами вставали жуткие картины истерзанных детей.Она понимала свою мать, понимала и не желала себе в этом сознаваться.У Маринетт в ушах никак не смолкало звучание Ноктюрна.
Маринетт никогда не стремилась стать похожей на свою маму.