Часть 10 (2/2)

Изая кружится возле него со скоростью, вызывающей восхищение и раздражение одновременно.

Двойственность таких суждений в очередной раз заводит Хейваджиму в тупик, и он сжимает зубами сигарету как можно сильнее.

-Глядишь и проглотишь. – Брюнет смеется отрывисто и почти не слышно, зная, что сегодня ему разрешено питаться чужим недовольством. Пусть на руке еще осталось тепло. Он не был столь сентиментален, чтобы признаться, что это чего-то стоит.Возможно, в этом и есть вся ошибка, потому как замечая на горизонте летящую деревянную скамейку, Изая обреченно вздыхает, раскланивается перед прохожими и думает о том, что Шизуо был бы просто не выносимой девушкой, хотя платья бы ему определенно пошли.И судя по тембру крика и всполоху голубей возле покосившегося дерева, он сказал это вслух.

Хотя это смущает куда меньше, чем обещание Хейваджимы пополнить его гардероб.

-Вот она, знаменитая сила шантажа и угрозы. – Бармен смеется, запрокинув голову, и перекинув через плечо остолбеневшую тушку Орихары.А тот хлопает глазами, что-то жалостливо бормочет про ужасающий вкус, и отрицает принадлежность к трансвеститам.

Не подалеку обиженно хмыкают.

И Изая почти не отвергает свой педагогический талант и умение Шизуо двусмысленно расшифровывать его фразы.Информатору совсем не хочется снова ощущать протертой подошвой ботинок землю и мелкие придорожные камушки.И пусть плечо у Шизуо слишком острое и неприятно давит на живот.Пусть его поразительно гладкие, взъерошенные волосы щекочут шею и плечи.

Ощущая такую вот близость, у Изаи перед глазами целое собрание сочинений из жизни одного вредного и жутко самодовольного человека, что кажется по ошибке выкрал чужое счастье.Он не собирается объясняться и заманчивый, отдающий запахом похоти шепот, прямое или возможно косвенное тому подтверждение.Шизуо не знает. У него в голове туман.

И на губах сладко до тошноты.

Он хочет опустить руки, но поворачивает голову.Ему кажется что надо отвернутся и поискать крепкий дорожный знак, но рассудок оказывается предателем и выдает кажется не существующие картины прошлого.Например, подернутой тиной и дымкой сна пруд.И чужие бесстыдные глаза, в которых он отражается так четко, так явственно.Ему мнится, будто это чье-то прикосновение, и растянутая в пол лица ухмылка совсем не ровня приоткрытому восхищению в полосках едва посиневших губ.В голове верится розовая бумажка, витиеватый подчерк, россыпь голубей по округе, летящий шарик шоколадного мороженного и громкий смех, что кажется никогда не мог принадлежать ему.Но Хейваджима верит, со всей несвойственной ему наивностью.Потому что у Орихары действительно приторные губы. Пусть немного суховатые и потрескавшиеся от вечных ухмылок в сторону и маниакального смеха из мультиков со злобными гениями.В конце концов это не имеет смысла, когда опутываешь руками что-то удивительно хрупкое. Но несущее одно лишь разрушение.И довольные стоны, приглушенные сгущающимся сумраком, кажутся неестественными. В них не хватает азарта, но это не тот случай, и Изая, заглатывает воздух слишком быстро, чтобы можно было успеть на него наглядеться.

Все равно, Шизуо не собирается открывать глаза.Хотя бы потому, что ему ответили.