Глава 4. Jingle Bells (2/2)

***С кем Джек говорил так долго? Стена скрыла его оппонента, но во взгляде Повелителя тыкв Салли ясно различила плохо скрываемое напряжение, если не... ненависть?Рано я стала легкомысленной, ох, рано. И всегда, видимо, будет рано...Но потом Джек сделал над собой усилие, пожал кому-то руку, его позвала Зельдаборн с крыши...

Салли приготовилась смотреть, жалея, что не слышит слов сквозь плотно прикрытое окно.

Вот гость отошёл от стены, и сейчас он повернется лицом, и она узнает, кто...Знакомое головокружение накатило тошнотворной волной. В глазах потемнело, и девушка вцепилась в подоконник, чтобы не упасть. Ни о каком наблюдении уже не могло быть и речи – доползти бы до этого свадебного гроба...

Уши словно набили войлоком, воздух стал пресным и горьким, как дистиллированная вода, руки окоченели...Салли оттолкнулась от подоконника, сделала шаг, другой... И почувствовала на своей шее осклизлое прикосновение, а у самого уха – шёпот.Твое время почти кончилось...Повелительница тыкв попыталась скосить глаза, чтобы рассмотреть источник голоса, но не увидела ничего, кроме темной ткани. То, что держало ее за шею, не спешило ее душить – только держало и словно чего-то ждало. А перед мысленным взором Салли, как гонимые ветром листья, проносились воспоминания ее жизни......Выжигаюший свет и жар... А потом полумрак и прохлада лаборатории... Оценивающий взгляд Дока, в котором умирает надежда. Я, прикрытая простыней, лежу на холодном столе. А в голове угасающие обрывки чужих мыслей и чувств......Док морщится и кривится, но даже ему иногда нужны ингредиенты в лавке ведьм. Он отчего-то не любит ходить туда сам и посылает Гарика. А тот мало когда не перепутает яд гремучей змеи (который гораздо дороже) с ядом гадюки. Поэтому создатель однажды, плюнув на то, что "все будут глазеть", посылает меня к ведьмам. А там низкорослая ведьма, узнав, откуда я пришла, берет меня за локоть и лукаво говорит:– Милая у тебя мордашка. Даже странно... Знаешь, что? Вот тебе рецептик и ингредиенты на первое время, попробуй свари зелье и добавь папочке в суп. А потом гуляй на все четыре стороны, надоело, небось, взаперти сидеть такой молодой... Где мои семнадцать лет, эхх...Я не хочу травить создателя, это было бы как-то неправильно, он же дал мне жизнь...– Это безопасно, дорогуша! Поспит сладенько – и дело в шляпе... Тебе нужнее это время, бери, пока я не передумала, это ж денег стоит!Я сомневаюсь, но рука сама тянется взять...

Я просидела в башне уже семнадцать Хэллоуинов......Тонкая струйка зеленого зелья вытекает изо рта уснувшего ученого. Первый Хэллоуин, в которой я сбежала из башни... Ночь, улица, фонтан... И в первый раз – таинственный Повелитель тыкв. Дышать становится как-то трудно......Я не знала, что за пределы города лучше лишний раз не выходить. Просто мне нравится стоять на этом холме, похожем на спираль... А Повелитель тыкв оказывается, ходит сюда часто... И так по-доброму говорит со мной и объясняет, что за пределами города бродит разная нежить. И не вся она такая милая и безобидная, как хэллоуинцы.

Значит, это и есть Спиральный холм."Зови меня Джек. Все так и делают".А меня зовут Салли!Что ж, кажется, я буду сюда наведываться чаще...Ахх, как сладко и щекотно отчего-то......Джек... Мысли часто возвращаются к нему и к разговору...Как же томительно сидеть в башне и выполнять однообразные поручения создателя! Дыханье лягушки неплохо маскирует зелье Мертвого сна. Доктор всё чаще меня подозревает, но ещё разок...

"Да всё в порядке с вашим супчиком, Док, я пробовала! Видите, на губах ещё зелёное осталось? Приятного аппетита!"...

...Но в этот раз, бродя по кладбищу в ожидании неизвестно (известно) чего (кого), я забредаю не туда. Из ярко освещенной пещеры раздается гулкий хохот и шум работы больших механизмов – уж я-то их насмотрелась! Я осторожно заглядываю в зарешеченное окно и вижу какое-то странное существо. Если бы оно не двигалось, я бы решила, что это просто старый мешок. Такой он уморительный!

Но всё веселье мгновенно истлевает, когда взгляд черных прорезей мешка останавливается на мне. Можно ли так отчетливо испытать страх в далёком воспоминании? Теперь я точно знаю – можно.

Меня затягивает этот магнетический черный взгляд. Мне бы бежать, но руки и ноги слушаются ещё хуже, чем обычно. Зачем я ему?.."Оставь её, Уги! Ты забыл, что теперь не можешь получать всё, что захочешь? Или тебе напомнить?"Как Джек узнал, что я тут?..

..."Я же просил не выходить из города, Салли. Здесь опасно. А ты... смотришься такой хрупкой".А я уже почти забыла о странном мешке."Спасибо, что вытащил меня оттуда... Джек. Мне было как-то плохо и неприятно там...""Это страх"."Как ты узнал?""Зиро, мой пёс-призрак, вдруг забеспокоился и повёл меня к подземелью старого... друга Уги"......Мы возвращаемся в город через поднятые ворота."Я тебя редко вижу в городе, где ты живёшь, Салли?""В лаборатории доктора Финкельштейна"."Мы могли бы стать друзьями"."Оо, я никогда ни с кем не дружила! Это, наверное, здорово! А как это?..""Ну это значит иногда видеться, разговаривать, я могу сопровождать тебя на кладбище, если уж тебе там так нравится...".

Но тут вдруг, прерывая этот приятный разговор, появляется из ниоткуда мой создатель со всей скоростью сервопривода своей коляски и хватает меня за руку – так и оторвать недолго."Ах ты, несносная девчонка! Где тебя носит?! И с кем?!""Позвольте, доктор", – обращается к нему Джек."А ты! Ты-ы! Ты тут зубы не точи, я сделал ее для себя вот этими вот руками, она моя собственность, неблагодарная, между прочим! Тебе мало вампирш, демонесс и прочей нечисти?! А это моя... женщина, понял?!""Ладно, Док, не кипятитесь, я всё понял. До свидания, Салли. Жаль..."Женщиной Док меня ещё не называл, интересно, с чего бы он повысил меня из "девчонки"? Я чувствую, здесь есть нюанс, но какой?..*****...Я снова сбежала, оставив позади бесчувственное тело создателя. Кажется, я сама становлюсь какой-то бесчувственной – по крайней мере, по отношению к нему... Все чувства теперь стремятся наружу, прочь из башни, на волю... Мне повезло – я встретила Джека, но... Я стала призраком, как Зиро, что он теперь смотрит сквозь меня?.....Случайная встреча на кладбище. Ну как встреча... Я не хочу быть замеченной. Ведь, кажется, я подслушала то, что Повелитель тыкв желал бы скрыть... Тем более, что он вряд ли счёл меня достойной быть ему другом......Джек окрылён новой идеей – провести... Как он сказал? Рождество. Подарить... подарки. Как это приятно, наверное, получать подарки! А дарить – ещё приятнее?.....Стремительно приближающиеся камни мостовой – и я снова на свободе. Надо только пришить эту руку и эту ногу. Интересно, ему понравится зелье с бабочкой?.. Это... подарок. Дарить и вправду приятно......Цветок чертополоха обращается украшенной веточкой, а потом сгорает в пламени. В руке остаётся только обугленная палка. Что это?.. Ветка была так похожа на эту "ёлку", которую показывал Джек. Рождество... Огонь... Я должна его предупредить!..

...И дальше, всё быстрее и быстрее, как на раскручивающейся карусели, мельтешат воспоминания, сливаясь в бесформенные пятна теней и света......"Салли, я и не думал, что ты..." Он снова видит меня!....."К тебе стремился я душой..."

..."Сердце не носят на шее"......"А пока... Нам лучше не быть вместе"......"Я могу сжечь тебя одним прикосновением"......"И пусть огонь отдаст то, что взял без спроса... Береги свою чистую кровь"......"Салли! Выходи за меня замуж! Здесь и сейчас!"......"Я твое Пламя, а ты – моё!"......"Очнись! Я люблю тебя!"...... Вдох-выдох...Это уже не карусель, а чёртово колесо, с которого её вот-вот сбросит – прямо ...во Второй огонь.

Первый, Второй, Третий, Четвертый... Взметнулись рыжие искры, мелькнули медные пряди...И Темнота. Как та, что была до рождения мира. Моего мира.Но, оказывается, помимо Темноты, в мире ещё существовал звук. Звук шагов. Хельгамина со сказочной быстротой скатилась с последних ступенек, но фигура была быстрее. Гортанное шипение – и она уже юркнула сквозь незапертую дверь лавки. Ведьма ринулась за ней, но дверь хлопнула перед самым ее носом, сам собой упал в петлю массивный крючок, и пока Хельгамина с ним возилась, существо уже растворилось то ли в тени, то ли в толпе.

Ведьма с опаской повернулась к девушке – та стояла неподвижно, как статуя, широко раскрытые глаза уставились в одну точку, кожа – светло-серого цвета.– Кто это был?! Что оно тебе сделало?.. – она подбежала к Салли и легонько тряхнула ее за плечи.К ее облегчению, девушка мгновенно пришла в себя и, крепко обняв старшую подругу, уткнулась ей в плечо.

– Не знаю... – слова звучали глухо, а голос подрагивал. – Но из меня как будто всю память вынули грязными руками и перетряхнули...Хельгамина отстранила Салли от себя и внимательно в нее вгляделась.– Свадьбу надо отменять, – сказала она серьезно. – Пусть Джек берет своего волколака и сражается не с Болотными ведьмами из сказки, а с реальной опасностью.– Нет! – воскликнула Салли в ужасе. – Мы столько готовились... Ни за что! – и, видя, что ведьма – сам скепсис, добавила: – Они только этого от нас и ждут!– Кто? – выгнула бровь Хельгамина.– Они... Те, кто постоянно нападает на меня. Те, кто насылает на меня головокружение. Те, кто сейчас пытается сорвать мою свадьбу – нашу свадьбу! – Салли чувствовала в себе закипающую злость, такую приятную... как Пламя. Там где есть злость, нет места страху. – Так... – она огляделась, прошла по лавке, привычным жестом извлекая с дальней полки пузырьки и мешочки. – Я возьму Перечный порошок, Взрыводел, Воспламеняющее зелье (пусть будет)... А небольшого кинжала у вас нет?– И Умиротворяющего бальзама не забудь хлебнуть на дорожку, – хмыкнула Хельгамина, наблюдая за этими приготовлениями. – Ты как будто на войну собралась...– Это война ко мне собралась... – опустила глаза Салли. – Но я не сдамся! – она тряхнула головой, и тщательно выпущенные из прически пряди колыхнулись в такт.Хельгамина покачала головой. Да уж, совсем не та робкая девушка, которая пришла учиться к ним четыре месяца назад. Повелительница тыкв. С кем поведешься...Сверху раздался возвышенный голос Зельдаборн.– О-о-о, я ухожу в гнилую то-опь, чтобы сгинуть там навеки, но и тебе, скелет, будет непросто разорвать путы, в которые мы упрятали невесту! Но если разорвешь их – знай! Будет она твоя-а-а... – и ведьма, постепенно спускаясь по лестнице, изобразила собственное утопление.– Фух, – сказала она нормальным голосом. – Кто прима трагедии? Я – прима трагедии. Но увидев лица Хельгамины и Салли, страдальчески нахмурилась и спросила:– Что?

– Угадай, – очень развернуто ответила ей сестра.– На Салли кто-то напал, – Зельдаборн описала ладонью круг и поджала губы.

– В точку, – Хельгамина показала большой палец.

– А где Боб, кстати? – спросила Салли с подозрением.Никогда не доверяй скелетам...– Я его выпустила попастись – махнула рукой Зельдаборн. – Руки прочь от моей заводной игрушки! Кстати, почему ты ещё не в гробу?!– На Салли кто-то напал, – едко повторила Хельгамина слова сестры. – Так что прости, мы тут немного задержались!

– И где останки этого кого-то? – заоглядывалась Маленькая ведьма.– Упустили, – мрачно изрекла Хельгамина. – Дверь была открыта.

– Ээ... – разочарованно протянула Зельдаборн. – Всему вас учить... А я думала веник с совочком предложить. Для пепла, – она выжидающе глянула на Салли. Но та только покачала головой.– Это не пыталось меня убить. Оно просто держало на моей шее руку и вызывало воспоминания... В основном о Джеке.

– Хмм... – сестры переглянулись.

– Ладно, если ты всерьёз настроена продолжать веселье, тогда полезай в гроб, – со вздохом скомандовала Хельгамина.– Да, а то "мы же отстаем от графика"! – спародировала Зельдаборн Мэра.

"Прима комедии, скорее. Или фарса", – подумала Салли, но послушно легла на черные атласные подушки и позволила себя обмотать шелковыми нитями тутового шелкопряда. Захлопнулась сверху крышка. Хорошо, что хоть не забивают... Темнота.Нет, не хэллоуинке же бояться темноты!

Темнота до оживления.Темнота заточения.Темнота ее нового сна.Кто-то в темноте...Звуки сквозь плотно закрытую крышку пробивались с трудом, но вскоре Салли почувствовала, что ее подняли, перенесли и положили вновь. И потом началось плавное движение – очевидно, ее везли в катафалке на площадь. Скорее бы отсюда выбраться! Дышалось сквозь нити неплохо, но это определенно не та часть сегодняшнего дня, о которой она будет вспоминать с ностальгией.

Резкий толчок – катафалк остановился, как понадеялась Салли, на площади. Значит, скоро Джек должен, наконец, извлечь ее из этих тенет. Она закрыла пока глаза и постаралась... отдохнуть? Да, пожалуй, ведь для нее день начался давным-давно. И за это время она успела дважды увидеть зловещую тень.

Кто это? Умертвие? Ещё какой-то неизвестный враг?.. Хэллоуин, кого так прогневала полуживая девушка, вся вина которой – влитая насильно кровь?

"А может, ты встала у кого-то на пути? – шепнул внутренний голос. – Кого-то, кто уже почти осуществил свой план".Салли опустила руку на пояс и покрепче сжала мешочек с Перечным порошком.

***Драгоценный гроб с Салли с чествованиями погрузили в катафалк – ни у кого это не вызывало абсолютно никаких негативных ассоциаций, Джек и сам поднялся из такого на Рождество перед тем, как полететь. Какой город – такие и традиции. Но вот Санта выглядел так, как будто его сейчас стошнит. Смотреть на него было жалко, и Повелитель тыкв, поймав его взгляд, в который раз виновато развел руками. Мистер Клаус только с возмущением сощурился и поджал губы, как бы говоря: "Варвары!" Да, хорошо, что он оставил супругу дома – им только женских обмороков не хватало...Джек на волколаке подъехал к окну катафалка и, просунув руку внутрь, отстучал пальцем по крышке простой ритм. Через мгновение изнутри послышался ответ. Всё в порядке.

Повелитель тыкв всю дорогу краем глазницы следил за Валентином, но тот пока вёл себя благонадёжно и до обидного не давал ни одного повода изгнать себя из города. Наоборот – трудно было представить гостя более толерантного к местным устоям. В отличие от Санты, от одного взгляда на лицо которого, самогон из пауков бы скис. Но в Санте Джек был уверен, а этот незваный торговец "долго и счастливо" с каждой приторной улыбкой казался всё гаже и гаже.

А может, я просто переношу на него свое чувство вины...Если вспомнить, то как вообще пришла Джеку эта идея – обменяться валентиновскими сердцами?

Тогда, после первой победы над Бугименом, он не забыл дорогу в Праздничную рощу. И символ сердца, чем-то смутно знакомый, прежде заглушенный для него манящим мерцанием ёлочных украшений, теперь привлёк его внимание. А то, что открылось за той дверью... Да, на первый взгляд, мир Валентина кажется идеальным. Показался он таким и Джеку. Город-картинка, город-чарующая дымка. И столько счастливых пар на улицах. Они держатся за руки, смотрят друг другу в глаза и будто никого не замечают кругом. Даже его не сразу замечали.

А потом... Потом он и забрел в лавку Валентина – единственного, кто не сбежал при виде хэллоуинца без плоти. А Валентин выглядел лишь ошарашенным, да и то не долго. И ещё, пожалуй – довольным. Видно, решил, что его слава распространилась аж на потусторонний мир."Добро пожаловать в Валентин-таун, мистер...?""Джек Скеллингтон, к вашим услугам"."Весьма польщён! Меня зовут Валентин. Ищете что-то конкретное, мистер Скеллингтон?""Не знаю, но я никогда не видел столько счастливых лиц, как в вашем чудесном городе".Валентин горделиво приосанился."О, тешу себя мыслью, что это и моя заслуга. "Долго и счастливо" – наше кредо, и я делаю всё возможное...""В чём же секрет?""Обратите внимание на эти сердца..."Так и зародился план привести сюда Салли. Не план – горящая идея. Как всегда.

"Вот, мистер Скеллингтон, пожалуйста, посмотрите... Тут кратко выписана основная информация про талисманы... Ничего особенного, связь она и есть связь..."На том дело и кончилось. С указанными бумагами Джек ознакомился бегло, покоренный обходительностью и обаянием хозяина лавки. А в следующий раз пришел сюда уже с Салли.

А теперь хозяин стал (почетным) гостем, которому он к тому же должен услугу и который никак не желает раскрыть своих истинных планов. Джек скрипнул зубами, пока никто не видит – и который так бесстыдно отвлекает на себя внимание от главного события сегодняшнего века.

Процессия медленно дошла – докатилась до Кислотного фонтана. Хэллоуинцы в беспорядке запрудили площадь, стараясь встать поближе к помосту, сооруженному в центре. Здесь должно было состояться Извлечение невесты из паутинного савана.

Джек спрыгнул с волколака и открыл дверцы катафалка. Оркестр заиграл свой самый живенький похоронный марш, и гроб, обвитый белоснежными эустомами, лег на помост, слегка стукнув.

Джек подошёл и с нежностью погладил полированную крышку. Открыть эту дверцу вдруг стало важнее, чем все порталы вместе взятые. В этот момент он даже почти забыл о нежеланном госте, да и обо всех остальных тоже. Только он и Салли.

С негромким скрипом отхлопнулась крышка, а под ней неподвижно лежала замотанная белыми нитями фигура. Эти нити предполагалось разрывать голыми руками, что порой порождало разные свадебные курьёзы ("болотные ведьмы" иногда шалили и вплетали неразрывные побеги ядовитого вьюна). Но Повелитель тыкв просто зажёг небольшой огонёк к радости зрителей и провел им по верхней части фигуры. Салли Хэллоуинское пламя повредить не могло, зато лёгкие нити с готовностью почернели и опали с нее. Девушка вздохнула и открыла глаза.

– Ты спас меня от болотных ведьм! – счастливо улыбнулась она. Это были единственные сценарные слова, в которые ее посвятили, но они звучали так искренне после бесконечности прошедшего дня... – Чтоб мы наконец-то навсегда остались вместе!Джек зачем-то оглянулся на Валентина, но не прочитал на этом лице, вылощенном тысячами и десятками тысяч свадеб, ничего.Но пришел ты к нам.Санта, увидев живую и улыбающуюся Салли, сразу ожил и вроде даже примирился с остальным.

Джек подал девушке руку, и она выпорхнула из гроба, как только что рождённая бабочка из своего кокона. Ничто уже не выдавало всех потрясений, которые ей довелось пережить за сегодня, разве что на боку висела пара маленьких мешочков и пузырёк. Джек с восхищением оглядывал свою Повелительницу тыкв – от цветка чертополоха в причёске до последнего вороньего перышка подола, и в глазницах то и дело мелькал огонек.

– Встаньте рядом, что ли, – послышался сварливый голос Финкельштейна, и все увидели, что он наводит на Скеллингтонов какое-то оптическое устройство.– Что это, доктор? – спросила Салли с любопытством. Было похоже на подзорную трубу, выходящую из небольшого ящика.– Усовершенствованная камера-обскура. Вы получите потом ваши, мм, лица на тонких металлических листах. Ну и физиономии всех, кто влезет в поле обзора объектива, – добавил он, недовольно поглядывая на Мэра, который встал слишком близко к Джеку. – На память, так сказать. Это как мгновенная картинка – давно хотел попробовать. А тут вроде повод...– Оо, Док, это так здорово! Спасибо вам большое, просто потрясающий подарок! – Салли отпустила руку Джека и, с непривычки путаясь в длинном, пышном платье, подошла к своему создателю и поцеловала его в лысую макушку. Тот так и застыл с аппаратом на коленях. А Салли, подумав, наклонилась и обняла его за шею.– Спасибо, – за что она благодарила, она не знала. За возможность, спустя годы, увидеть свое счастливое лицо на собственной свадьбе, за то, что отпустил ее, за то, что создал... Не легкомыслие – счастье – снова заполнило всё ее существо, и угрозы потускнели перед этим натиском.

– Ладно, ладно... – бормотал растроганный учёный, неловко гладя ее по спине. – Ты оказалась не так уж и плоха, в конечном итоге. Даже собой... Я не жалею, что вложил в тебя те части.Девушка отстранилась и удивлённо улыбнулась нежданному (нет, такому долгожданному!) принятию.– Иди, вставай ровно и не шевелись, я проверю эту машинерию, – подтолкнул он ее к Джеку.

Салли послушалась, щёлкнул затвор, и первая зарисовка момента легла на лист металла внутри аппарата.

Щелчок.Задумывая черные дела,На небе ухмыляется луна...Мэр читает праздничную речь, которая в разных вариациях предваряет все значимые события...Щелчок.Повелитель тыкв очерчивает вокруг себя и Салли огненный круг, и там они повторяют свои обеты. Никто не слышит слов за шумом огня. Так и задумано.Ты моё Пламя, а я – твоё.

Щелчок.

– Поцелуешь меня?– Прямо на глазах у всех?– Это же свадьба, а не Хэллоуин, тут так принято...– Да не шевелитесь же, получится нечётко, сами потом будете жалеть!Щелчок.Танец?.. Да, именно вальс. Я же не зря так часто тебе предлагал в перерывах между попытками вызывать огонь и нападениями на тебя?– Ну всё, я умываю руки! Снимайте сами эти ваши танцы!Щелчок.

Чпок! Пшш... Хэллоуинцы одновременно открывают бутылки, которые они держали в руках, и ввысь взмывают сотни светящихся разноцветных бабочек. Тебе нравится? Да, это сюрприз. Я догадывался, что первая, традиционная часть торжества придется тебе не по вкусу. Да, это я попросил Зельдаборн выведать у тебя рецепт. Теперь каждый может коснуться этой красоты...– Нет, ну вы издеваетесь!

Щелчок.

Салли сматывает уцелевшие нити от своего покрова в плотный, белый клубок, становится спиной к толпе...– Так-так-так, - слышится голос Зельдаборн, – А ну-ка посторонитесь, дамы, мне больше всех надо! А кому Перечного порошка в глотку напихать?! Ай, нога! Уйди, Хельги, по-хорошему прошу, уйди! А ты... Так, с твоим Страшнозельем на будущий Хэллоуин мне все ясно! Э-эй, Демон, она тебя Приворотным зельем поила!! АЙ!!!Салли усмехается и, не глядя, бросает свадебный клубок за спину. Только бы Зельдаборн оказалась достаточно проворной, а то ждёт их город вендетта и разрушения от Маленькой ведьмы.

– Йу-хуу!!! ОН МОЙ!!! Все, я следующая выйду замуж!!!Отлично!Щелчок.– Подойди к нему, не бойся, я его укротил. Он тебя признает. Его зовут Инф или Инфин. Зиро – ноль, а волколак – бесконечность.– Здравствуй, Инфин.– Садись!– Что?!– Я следом!– Стойте, стойте, ненормальные! Вот так хорошо, ага!Щелчок. Щелчок. Щелчок.– Всё, специально подготовленные листы кончились, теперь можете шевелиться! Заберёте через несколько дней. Если там хоть что-то получилось, больно вы скачете...Салли очнулась от какого-то полусна и чувства нереальности происходящего, в котором находилась с тех пор, как ее вынули из гроба. Прямо на улице установили столы и выставили годовой запас напитков Старого упыря под скромный набор закусок для тех, кто в этом нуждался.

Санта, наконец, вылез из саней и, неуклюже переваливаясь, направился к молодожёнам.

– Ну что, моя девочка, поздравляю тебя! Я вижу по твоему лицу, что ты нашла своё счастье. Пусть так и будет! – старик постарался не смотреть так неодобрительно. – Я думаю, устраивать сейчас снег – не самая хорошая идея, а другого подарка у меня нет. Миссис Клаус, правда, хотела мне всучить гостинец, но я смотрю, вы тут все фигуру бережете... – он боязливо окинул взглядом немногочисленные малоаппетитные кушанья.

– Можете простить мне сувениры, которые я увез в свой первый визит, – предложил Джек.

– Ладно уж, – проворчал Санта. – А вот это для пропавшего зомби-мальчика, – он достал из-за пазухи чудом уместившийся там самый настоящий рождественский подарок – в коробке и с бантом. – Подарите ему на Рождество от меня.

– Спасибо! – Джек бережно принял подарок, глядя на него, как на чудо. – Обязательно передам! А пока прошу вас, пользуйтесь нашим гостеприимством! – он окинул широким жестом темную, мрачную площадь, хищно скалящиеся тыквы, грубые деревянные столы, которые ломились разве что от криво выдутых бутылок, нежить всех мастей... – Хмм...– Ничего, – ухмыльнулся в бороду Санта. – Иногда полезно заскучать по дому, – и уже без особой боязни отошёл куда-то. – А на Рождество с меня ёлка на эту площадь, – добавил он, полуобернувшись.И очень вовремя – откуда-то, как снег на голову летом, выскочили Шито, Крыто и Корыто и возбужденно затараторили:– Ну это было круто – с огнём!– И с гробом!– И вообще!– А мы тут...– ...сочинили...– ...вам поздравление!Крыто вытолкнула вперёд Корыто, он поковырял мостовую ножкой, откинул руку в сторону и принялся читать наизусть "поздравление". Когда он сбивался, Шито сердито ему подсказывал, а Крыто, несомненно, автор, поблёскивала искорками глаз в тени.

– В чёрном-чёрном городе, на чёрной-чёрной улице... – было много упоминаний летающих гробов, замшелых крестов, воющих привидений и прочих милых подробностей. Но закончилось всё неожиданно искренним пожеланием в стиле "долго и счастливо" – только настоящего, хоть и по-хэллоуински.Салли распростерла руки, но ребята уже аккуратненько слиняли, чтобы не подмочить репутацию излишними нежностями. Впрочем, Крыто передвигалась, как настоящая леди, в своем длинном платье и даже отставила мизинчик в сторону, взяв со стола металлическую кружку. А Корыто, воровато оглянувшись, сунул девушке в руки контрабандную бомбу-вонючку ("на всякий случай").Джек от души надеялся, что большей части хэллоуинцев и в голову не придет одарить их подарками (памятуя об их специфических представлениях), но вот и Мэр нерешительно толокся подальше от троицы и теперь подошёл, сверкая довольным лицом и свежим, хрустящим свитком.– Держите! – и он торжественно передал Повелителю тыкв свиток.– Что это? – полюбопытствовал тот.– Ну как же? До-ку-мент! Здесь записано, что в ночь с двадцать первого на двадцать второе июня 1994-го года вы сочетались законным браком, засвидетельствовал... Мэр.

–Охх!.. – Джек и Салли переглянулись и одновременно рассмеялись. А градоначальник, казалось, обиделся.– Спасибо, Мэр, – утешил его Джек. – С вами не пропадёшь! Не знаю, что бы я без вас делал...– О, не стоит, Джек! – мгновенно разулыбался Двуликий и попятился назад, наступив на ногу бесшумно подошедшей Джуэл. Она не издала ни звука, а только тревожно оглянулась на своего создателя, который разговорился о чём-то с Сантой. Мэр рассыпался в извинениях и протянул к ней руки, но она опустила глаза, ускользнула, отвернулась... Градоначальник вздохнул и отошёл.– Салли, – обратилась Джуэл к девушке. – Доктор не снабдил тебя скелетом... Что было необязательно, когда ты была из ткани и листьев. А сейчас... Вот, – Джуэл протянула Салли какой-то свёрток и опять оглянулась на Финкельштейна. – Теперь тебе надо больше заботиться о сохранности этого тела. Я сконструировала его для тебя – это что-то вроде внешнего скелета, надеваешь, и он защищает тебя от ударов извне, чтобы сосуды с кровью не повредились...Салли развернула подарок – лёгкая, но прочная ткань с нехарактерным для ткани звоном заструилась в руках. Она была не сплошная, но полосы, очевидно, прикрывали места, где шли сосуды, расположение которых Джуэл было известно не хуже Дока.

Повелительница тыкв только потрясенно покачала головой, с благодарностью обнимая сводную сестру и шепча что-то, что только им двоим и было понятно...– Ну вот, Джуэл, а ты говорила, что ничего не можешь создать! – с восхищением сказал Джек. – Салли это просто необходимо!Джуэл ответила несмелой полуулыбкой, а потом умоляюще сложила руки.– Только ему не говорите!

Не было смысла уточнять, о ком речь, и Джуэл тоже отошла, уступая место сияющей Зельдаборн с паутинным клубком в руках (похоже, она теперь с ним не расстанется) и снисходительно усмехающейся Хельгамине.

– Мы не знали, что подарить тебе, Салли... – начала Большая ведьма.– Оо, ничего не нужно, вы подарили мне сначала полёт, а потом саму жизнь! – воскликнула девушка. Метла и Эостре. Этого не забыть.

– ...поэтому вот, держи. Ты спрашивала как-то, – Хельгамина не стала упоминать, что буквально несколько часов назад, и протянула Салли маленький дамский кинжал в простых черных ножнах. – Я использовала его, ещё когда училась у Гизелы... Пыталась учиться. Для того, чтобы взять кровь или кость.

Кровь или кость. Да, Салли помнила... И от этого мрачные предчувствия, которые она так тщательно загоняла вглубь, опять начинали клубиться, как ядовитые испарения над топью болотных ведьм.

Видимо, на ее лице это отразилось, потому что Зельдаборн с осуждением крякнула:– Тоже мне подарок, сестрица! Нет бы подарила, я не знаю, зелье для разжигания страсти, хотя им это, скорее всего, не нужно, в отличие от тебя...– С этим, мне думается, смогу помочь я, – сказал Валентин, выросший из мрака, как призрак. – Раз пришло время подарков...Джек не забыл о нем, нет. Но Владыка сердец всю церемонию держался в тени и только "расширял свой кругозор", поэтому Джек выпустил его из виду. А сейчас... Он ждал чего-то. Что гость проявит, наконец, себя и свои истинные цели.Салли, только сейчас поняв, кто явился к ним собственной персоной, тихо вскрикнула и схватилась левой рукой сначала за грудь, где пульсировало сердце, а потом за правую руку.

Бессознательно встав, между ней и Валентином, Повелитель тыкв изо всех сил старался не скалиться раньше времени.Ну дай мне повод!Рука Валентина опять скользнула к поясу, и он вынул из мешочка небольшую бутылочку.

– Что это? – спросил Джек, хотя ответ ему уже был известен.

Что это, изысканное оскорбление? Угроза? Намёк на то, что мы в твоей власти?– Я думаю, в тот раз вы по достоинству оценили этот напиток, – с хитрецой улыбнулся старец. – Вино Валентина, конечно же. Ничто так не разжигает страсть... И все остальное.

– Оо, а можно мне? – встряла греющая уши Зельдаборн.Валентин посмотрел на ведьму, как на пустое место.– И вы дарите его нам на свадьбу? После всего, что было? – Джек ждал чего-то подобного, но все равно поразился такой беспардонности.

– Да, а что тут такого? – легкомысленно рассмеялся Валентин. – Это вполне традиционный подарок на наших свадьбах.

– Да? – оскалился в ответной улыбке Джек. – Хорошо, давайте его сюда! – он почти выдернул бутылочку с катализатором у Валентина из рук и с размаху швырнул о камни. Темная жидкость шипела и пенилась, пока не встретила яростную струю Хэллоуинского пламени.

– А вот так у нас традиционно поступают со всякой мерзостью! – дерзко сказал Повелитель тыкв.– Что ж... – улыбка Валентина не сползла с его лица, но стала какой-то приклеенной, как плохо наложенный грим на мертвеце. – Так даже интереснее, – изрёк он. – Я, пожалуй, достаточно воспользовался вашим гостеприимством и расширил свой кругозор. Вынужден откланяться – в делах любви покой нам только снится, сами понимаете, – он слегка поклонился. – Живите "долго и счастливо", как говорится! – один уголок рта приподнялся выше другого, а может, это тень так легла.Валентин развернулся и пошёл прочь. Нежить, которая уже не пировала, привлеченная сожжением чего-то и зловещим видом своего короля, расступалась перед высоким гостем. Скеллингтон всё ещё стоял, сжав кулаки, и смотрел ему вслед.

Отойдя на несколько шагов, Владыка сердец вдруг обернулся и впился взглядом в лицо Салли. Она хотела опустить глаза, но что-то не давало ей разорвать зрительную связь.А Валентин почти осязаемо щупал ее лицо взглядом – это было неприятно, как касания слизняков.– Я уже вижу в твоих глазах изменения. Подождем. Дальше будет всё быстрее, даже и без вина. А сейчас ещё слишком молодо-зелено... – и повернулся спиной.Салли вздрогнула всем телом и покачнулась, точно у нее выбили опору.– Я изгоняю тебя из Хэллоуин-тауна! – зло крикнул вслед Валентину Джек, обняв девушку за плечи. – Больше ты сюда не явишься!– А больше и не надо, – бросил через плечо Валентин. – Тут и без меня дело сладится. И это, – он показал ладонью на пояс Салли, где к пузырьку и мешочкам прибавился кинжал, – тебе не поможет.

***Jingle bells, jingle, ик, bells...Санта и сам не заметил, как оказался рядышком с доктором, как его... Франкен... Эйн... Финкельштейном и сам затянул надоевшую песенку. Брр, это всё их самогон из пауков виноват, неужто и впрямь из пауков?.. Наверное, просто название такое. Пьется, как талая вода, в крови горит огнём, в голове разлетается разноцветными хлопушками... Если бы он знал, что на утро и в голове, и во рту как червивые бородавки будут, то пить бы он не стал. Блажен незнающий...Джек уже посадил свою прекрасную невесту на жуткого волколака и увез куда-то, и хэллоуинцы праздновали в своем режиме.

А пока Санта доверительно рассказывал Доку, как он испугался, когда его похитили сюда и особенно испугался Уги. И, ууу, мерзкая троица! Хорошо, что они почему-то к нему не подходят, хотя кидают насмешливые взгляды и перешептываются.

Финкельштейн осоловело кивал и отвечал невпопад.– А она... Как я вылепливал каждый изгиб этих скул из специального ударопрочного фарфора! А потом мозг... Обе половинки... Чудом уцелевшие... Я надеялся!.. Э-эх!..Джуэл с опаской и неодобрением смотрела на мужа.– Да ты просто чёртов гений, да простят меня эльфы! Создать такое совершенство!.. А миссис Клаус совсем меня закормила... Как на убой! Ну вот скажи, мне подарки разносить, а я в трубу не лезу!Олени также с опаской и неодобрением смотрели на господина Клауса. А ещё – на ошивающихся неподалеку вампиров, которые так и норовили погладить их по жирным, лоснящимся бокам. Конечно, летом-то застоишься...– А она потом р-раз – и сбежала!.. Другой, третий... Несносная девчонка... Впрочем, теперь пусть Джек с ней справляется! – учёный мстительно расхохотался.– ...И главное, сидишь целыми днями, только письма от деток читаешь. Ничего не происходит!– Зато у нас только и делает, что происходит! – неожиданно в струю отреагировал Док. – То туман, то руку сожгут, то полгорода попропадает... Со мной в том числе.

– Оо, ты тоже был у него в плену? – с сочувствием спросил Санта.Док промолчал, уткнувшись в свою кружку.

– Ладно, главное, выбрались... – миролюбиво сказал добрый волшебник. – Давай за это!

Финкельштейн, не глядя, чокнулся.– Что-то у вас тут весело, как на похоронах! – возвысил голос опьяневший Санта. – Давайте хоть песню споём! Ох, что-то все повылетали... Ну да хоть вот эту:Jingle bells, jingle bells, jingle all the way!

Oh what fun it is to ride

In a one-horse open sleigh...* В нашем переводе здесь почему-то "Быть или нет быть?", хотя в оригинале ясно слышно "Trick or treat?" ("Сладость или гадость?").** Цитата, как всегда :)*** Эустома яркий цветок, который часто можно встретить в свадебных букетах. Однако ее применяют и для траурных церемоний.**** Волколак (здесь) – неразумное животное типа большого ездового волка, как во второй части "Властелина Колец". На них там ездили орки. "Скелет на волколаке" у меня вроде "принца на белом коне".

***** Ну очень мне охота Джека оправдать за игнорирование чувств Салли в каноне. Логичные теории – мое всё!)Ох уж эта куцая любовная линия в мультике, которая на одной только Салли и держится!Но вот каким тоном Джек произносит "Салли", когда просит ее сшить костюм, какая там музыка... Всё-таки какое-то особое отношение ощущается. Бережное – вот отличное слово!Как он ей осторожно машет ручкой, когда она ему дарит зелье с бабочкой, как будто и рад бы, но что-то мешает...А потом у него такое лицо глупо-потрясенное, когда он увидел Дока с вновь созданной Джуэл...

В общем, я готова просеять все детали через тенденциозное сито своего восприятия, чтобы намыть самородков достоверной большой и чистой взаимной любви??

Уж простите мне эту слабость!)