Глава 14 "Насмешка судьбы" (1/1)

Хэйтем почувствовал, как по его спине пробежали мурашки от этого голоса, но он только крепче сжал зубы и кивнул. Капитан кивнула в ответ и заговорила снова:- 27 декабря 1728 года ?Арабелла? покинула порт Лондона. Я вернулась в Братство, потому что мне некуда было больше возвращаться. Но теперь мне было наплевать на все просьбы Уилла, на милосердие, на сострадание. Я не нарушала Кодекс, но больше не была тем Хранителем Братства, который пытался улаживать дела мирным путем. Дела Братства в то время действительно стали снова приходить в упадок и мне не оставалось ничего другого, как вмешаться. Но теперь все было иначе. Железной рукой я наводила порядок, убивала каждого, кто отказывался повиноваться или нарушал Кодекс. К военным кораблям и кораблям Ост-Индской компании больше не было жалости и снисхождения. Я больше не вела переговоры с экипажами захваченных судов. Если команда сдавалась, мы забирали корабль или топили его, предоставляя команде одну шлюпку на всех. Если команда не желала сдаться, мы вырезали всех, до последнего человека. Я знаю, что это звучит ужасно, но я пыталась хотя бы так заглушить боль, но это не приносило мне никакого облегчения, только пустоту. За два месяца Братство вернуло себе базу в Нассау, добавило несколько линейных кораблей и добилось кое-какого порядка, но теперь этот порядок держался на страхе. Но не порядок в Братстве стал моей основной целью. Я хотела найти того, кто разрушил мою жизнь, кто лишил меня семьи. И я их нашла. А когда это случилось, Береговое Братство ужаснулось жестокости капитана Иоланды дель Барбосса. Хэйтем не смел пошевелиться. Он боялся упустить хоть слово из ее рассказа, но содрогнулся от ужаса, представив, что могла сделать эта женщина с тем, кто сломал ее жизнь. Тем временем, она продолжала свой рассказ:- В марте 1729-го, ?Арабелла? прибыла на Барбадос. Там мне назначил встречу капитан Джек Воробей, чтобы обсудить кое-какие планы, касательно дел Братства. Но когда мы причалили, ?Черной Жемчужины? там не оказалось. Джек опаздывал, и я разрешила своей команде пойти в таверну, а сама осталась на борту. Стыдно признаться, Хэйтем, но в тот день мне впервые захотелось напиться, умереть, сделать что угодно, только чтобы хотя бы на минуту забыть о боли. Я взяла бутылку рома и залезла на грот-марс, на место дозорного, надеясь надраться до чертиков и, если повезет, свалиться оттуда и свернуть себе шею. Но я успела выпить только несколько глотков, как вдруг увидела, как с корабля сошел доктор Вейкер и чуть ли не бегом направился куда-то. Меня это очень удивило, ведь он всегда был таким степенным и невозмутимым. Повинуясь какому-то непонятному мне самой предчувствию, я решила проследить за ним. Я быстро спустилась, стараясь не упустить его из виду, и двинулась за ним, стараясь не привлекать к себе его внимания. Но он шел быстро, постоянно оглядывался, и мне пришлось потрудиться, чтобы он не заметил меня, а в моей душе начали зарождаться страшные подозрения. Он пришел на почтовую станцию, и я увидела, как он отдал работнику станции какой-то конверт. Я знала, что он не был женат, у него не было родственников, кому бы он мог писать письма. Я дождалась, когда он уйдет, а потом подошла к работнику станции и попросила его дать мне взглянуть на этот конверт. Тот сначала отнекивался, но быстро передумал, когда мой клинок прижался к его горлу. Он отдал мне письмо, и я с ужасом поняла, что оно адресовано некоему Томасу Дину и должно было быть доставлено в Лондон. В этом не было бы ничего удивительного, но имя этого человека было мне знакомо. Он когда-то был членом Берегового Братства и капитаном брига, принадлежащего Ордену тамплиеров. Магистр не смог сдержать глухого стона. Он начал понимать. Взгляд капитана тревожно метнулся к нему, но он, взяв себя в руки, кивнул ей, чтобы она продолжала.- За несколько лет до этого, Томас Дин ушел из Братства, поселился в Лондоне и занялся торговлей. Но, оказалось, что он остался тамплиером и даже стал Магистром Лондонского Ордена. Я вскрыла письмо, но ничего не смогла понять, оно было зашифровано. Меня поразила страшная догадка. Я кинулась в таверну и вытащила оттуда своих ребят. Не дожидаясь Джека, мы снялись с якоря и я, сославшись на якобы полученное только что срочное сообщение от Уилла, приказала снова взять курс в Англию. Я решила пока ни о чем не спрашивать доктора, ведь у меня не было веских оснований обвинять его в предательстве, к тому же, я просто не могла в это поверить. В конце мая мы встали на внешний рейд в лондонском порту. Я разрешила команде сойти на берег и увидела, что в первом расчете увольнения оказался и доктор Вейкер. Я не стала возражать, но решила проследить за ним. Я приказала готовить еще одну шлюпку и отправилась за ним. В порту я наняла пятерых мальчишек-оборванцев и потихоньку указала им на доктора, приказав проследить, куда он отправится. Я предложила им неплохую плату и не сомневалась, что эти проныры выяснят все, что нужно, и даже больше. Мы условились встретиться на том же месте вечером. Сама я, как ты наверное догадываешься, направилась на площадь Королевы Анны. Мне повезло увидеть тебя в саду. Я долго наблюдала за тобой, смотрела, как ты играл с маленьким черным щенком, которого называл Тэтчем, но потом к вам присоединился Эдвард, и мне пришлось уйти, чтобы он не заметил меня. Вечером того же дня я узнала, что доктор Вейкер действительно направился в дом Томаса Дина, а потом к ним присоединились еще несколько человек. Они провели в доме пару часов, а потом разошлись. Одному из мальчишек удалось услышать фразу Дина, когда он прощался со своими гостями на крыльце своего дома. Он сказал, что ?теперь можно отозвать своих людей из конторы Кенуэя?. Больше сомнений у меня не было. Предателем оказался человек, который помог моему сыну появиться на свет, который первым взял его на руки! Доктор Вейкер!- Боже! – только и смог выдавить Хэйтем. – Он… он был тамплиером?- Да, Хэйтем. Лондонский Орден тамплиеров оказался виновным в том, что твой отец не получил моих писем. И именно доктор Вейкер написал то письмо, которое его товарищи по Ордену передали Эдварду Кенуэю. Агенты Ордена каким-то образом оказались в его конторе. И на моем корабле тоже завелась крыса, которую я не смогла выявить вовремя. Прежний корабельный врач ?Арабеллы?, доктор Горман, решил оставить службу и начать практику на своей родине, в Ирландии Я наняла Вейкера в команду уже в Лондоне, в 1724-м. Он был настоящим доктором и имел хорошие рекомендации, но, помимо этого, оказался еще и отличным шпионом и предателем. – Ее голос резал предрассветную тишину, как кинжал. - Тамплиеры придумали все это, найдя способ, не пачкая руки в крови, вернуть меня в Братство, ведь Дин хоть и ушел, но продолжал поддерживать торговые связи с некоторыми базами и капитанами, и упадок Братства грозил ему потерей значительной части прибыли и влияния. Тем же самым он рассчитывал помешать Эдварду восстановить Братство ассасинов, полагая, что без моей поддержки и поддержки Братства у него ничего не получится, ведь ему было известно, что Эдвард Кенуэй набирал рекрутов в основном из числа своих товарищей из Берегового Братства. Не только, конечно, но большинство составляли именно они. Хэйтем не смог сдержать рык ярости. Тамплиеры! Снова тамплиеры! Те, кто был виновен в смерти отца, те, кого они. Ведь он никогда не задумывался над тем,на что идут агенты Ордена, чтобы добыть нужную Великому Магистру информацию, исполнить все повеления и приказы Хэйтема. А это значит, что он ничем не лучше тех, кто…Получается, что он, Хэйтем Кенуэй, был таким же, как и те, кто уничтожил его настоящую семью, убил отца, и лишил его самого родной матери! Отрицать было бесполезно. Он, Великий Магистр Хэйтем Кенуэй был одним из них! Он считал братьями таких, как эти люди! Пусть его цели были немного иными, но факты оставались фактами. Он променял свою жизнь на служение Ордену, который отнял у него все, и стал таким же, как и они. Все эти мысли проносились в голове Магистра с бешеной скоростью, сердце колотилось, а лицо сильно побледнело. К горлу подступала тошнота от отвращения к самому себе и Ордену в целом. Он не заметил, как капитан смотрит на него в упор.- Что ты делаешь? – раздался ее резкий и ледяной голос, и Хэйтем, вздрогнув, взглянул на нее. Ее глаза горели гневом и она, не мигая, смотрела на него.- Что?! Я… Я не понимаю, Мадам, что Вы имеете в виду? – немного придя в себя, изумленно выдохнул Хэйтем.- Я спрашиваю тебя, что ты делаешь? – тем же тоном повторила она.- Что, Хэйтем, уже примеряешь к себе их поступки, да? Уже готов винить себя за то, что стал одним из них? Если это так, то я в тебе ошиблась. Я считала, что у тебя хватит ума понять, что ты не несешь ответственности за все действия членов твоего Ордена, начиная с момента его основания. Ты выбрал путь тамплиера, но ты, в отличии от Дина, или того же Берча, шел по этому пути достойно, не бросаясь в крайности. Это было сложно, но ты остался человеком, Хэйтем, а не превратился в подлую крысу, такую, как Вейкер, или в помешанного на власти безумца, как Торрес. Если ты этого не понимаешь, равняешь себя с ними и сожалеешь о своем выборе, значит ты - просто бестолковый щенок!Глупец,который может только повторять заученные правильные фразы перед своим сыном, но сам не может задуматься над их смыслом и следовать своим же словам. И сейчас мне жаль, что я впустую потратила столько времени, пытаясь научить тебя быть сильным и мыслить здраво, Хэйтем Кенуэй! Она резко поднялась и, круто развернувшись, стремительно пошла прочь, оставив ошарашенного Хэйтема неподвижно сидеть на песке. Магистр потрясенно смотрел ей вслед. Она никогда не говорила с ним так, никогда не смотрела на него с таким холодом. Ему стало откровенно не по себе, а в душу стал закрадываться какой-то непонятный ему самому страх. Неужели она разочаровалась в нем? Но почему?! Раньше Хэйтема Кенуэя практически никогда не интересовало мнение о нем окружающих, но здесь, сейчас, он внезапно понял, что ее мнение было для него важно. Очень важно. Кое-как собравшись с мыслями, Хэйтем попытался спокойно обдумать ее слова. Она сказала, что он не несет ответственности за действия других членов Ордена. Это было не совсем так. Он нес ответственность, но контролировать каждый шаг своих подчиненных не мог. И если разобраться, то… Да какая разница, мог он контролировать их или нет, но подобных приказов он никогда не отдавал! И винить себя за действия других он не должен! Тем более, за действия тех, кто вел дела Ордена пятьдесят лет назад! Жалел ли сейчас Хэйтем, что предпочел путь тамплиера тому, к чему его готовил отец? Этот вопрос терзал его всю жизнь, но ответа на него не было. Теперь же, поразмыслив, Магистр мог с уверенностью сказать – нет. Он выбрал этот путь благодаря обману Берча, но разве Берч принуждал его следовать за ним? Нет. У него всегда была возможность выбрать собственный путь, но он оставался с Орденом, потому что Капитан стремительно шла по тропинке, ведущей к уступу, но вдруг резко свернула на, совсем неприметную, узенькую тропку, ведущую еще дальше вглубь острова. Она почти бежала по ней, спугивая проснувшихся птиц и прочих животных обитателей острова. Выбежав на небольшую прогалину, она бессильно рухнула на колени. Ее била дрожь, она задыхалась, а из глаз сами собой текли слезы.- Господи, как? Как я могла сказать такое? – сдавленно прошептала она, закрыв лицо руками. Несколько минут она пыталась справиться с собой и, когда ей это удалось, она несколько раз глубоко вдохнула и поднялась с колен. Сделав несколько кругов по поляне, она снова обессилено опустилась на землю, прислонившись спиной к стволу поваленного давным-давно дерева. Ее душу сковывали страх и отчаяние. Капитан прекрасно понимала, что все, что она рассказала Хэйтему, повергло его в шок, а последнее известие о том, что Орден тамплиеров был виновен во всем произошедшем, оказалось последней каплей. Она видела, что он готов сорваться, но, вместо того, чтобы… Боже, да какая мать пойдет на такое! Что теперь будет?! А вдруг это окончательно раздавит его?! Но капитан Иоланда дель Барбосса хорошо знала своего сына. Она не могла быть рядом с ним, но всегда наблюдала за его жизнью и понимала, насколько сильным эта жизнь сделала Хэйтема Кенуэя. И надеялась, что своими словами заставит его собраться и задуматься, а не погрязнуть в бесполезных терзаниях и чувстве вины. Другого выхода она не видела. Но не слишком ли жестоко? Жестоко или нет, но она готова была пойти на что угодно, только чтобы Хэйтем смог выдержать все то, что на него свалилось. И пусть ее сердце разрывалось от боли и сожалений, она не будет сомневаться. И если ее сын возненавидит ее за всю ту боль, что она причинила ему… Что ж, пусть лучше будет так. Это лучше, чем позволить ему начать винить себя за то, чего он не совершал. Капитан быстро поднялась и направилась дальше по тропке. Через несколько минут она вышла к развалинам какого-то древнего храма и, обогнув их,быстро стала спускаться по скалистому склону вниз, к берегу. Спустившись, она прошла еще несколько метров и вышла к гавани, где был пришвартован ?Бриллиант?. Еще только-только начало всходить солнце, но уже было достаточно светло. Капитан, не желая попадаться на глаза вахтенным, вошла в воду и вплавь направилась к кораблю. Добравшись до?Бриллианта?, она осторожно забралась по обшивке и увидела дремлющего на юте у штурвала Уилла. Она ухмыльнулась, неслышно забралась на борт и быстро скользнула в капитанскую каюту. Тихонько прикрыв за собой дверь, она быстро переоделась в сухую одежду и без сил опустилась в кресло у стола. Откинувшись на спинку, она долго сидела, глядя в одну точку, а потом с тихим стоном опустила голову на сложенные на столе руки и затихла. *** Магистр прошел весь путь до особняка на холме, обдумывая, что он должен сказать капитану, но, войдя в дом, не обнаружил никого, кроме Румейсы и молодого чернокожего парня, который принес на кухню большую корзину с какой-то снедью.- Доброе утро, Румейса-хатун! – мягко поприветствовал он ее. Она слегка присела, опустив глаза, и застенчиво произнесла:- Доброе утро, мастер Хэйтем-паша! Мастер…Хэйтем, позвольте представить Вам нашего кока, это Бенджамен-ага. Он принес завтрак.- Рад познакомиться с Вами, Бенджамен. Должен признаться, что никогда еще не пробовал таких вкусных блюд и прошу Вас принять мою искреннюю благодарность. – улыбнулся парню Хэйтем. Тот на мгновение опешил, но через секунду тоже улыбнулся белозубой улыбкой.- Спасибо, мастер Хэйтем! Для меня тоже большая честь познакомиться с Вами! – он сложил руки и почтительно поклонился, но тут же заторопился: – С Вашего позволения я пойду, мне еще надо накормить команду.- Я думал, что здесь они будут питаться в таверне, разве нет? – с удивлением спросил Магистр.- Простите, мастер Хэйтем, но ведь то, что подает этот горе-трактирщик, невозможно есть! – с возмущением ответил Бенджамен, но тут же снова улыбнулся – Нет, я не допущу, чтобы Вы и команда питались чем попало. Хэйтем невольно рассмеялся.- Что ж, спасибо за заботу, мастер Бенджамен! – он чуть склонил голову и повернулся к девушке, которая с улыбкой слушала весь этот разговор. – Румейса-хатун, Вы случайно не знаете, где сейчас мой сын и капитан?- Мастер Коннор сейчас, наверное, еще спитнаверху, а Госпожа… - тут ее глаза широко раскрылись и она, испуганно глядя на него, тихо прошептала: - Мастер Хэйтем-паша, я не знаю…Она не возвращалась. Магистр мгновенно подобрался. Ведь прошло уже достаточно много времени с тех пор, как она ушла, оставив его там, на берегу. Он начал беспокоиться, но не подал вида, чтобы еще больше не расстраивать эту милую девушку.- Не волнуйтесь, Румейса, я думаю, что она скоро придет. Прошу Вас, покажите мне комнату моего сына. Она кивнула и быстро поднялась по лестнице на второй этаж. Указав Магистру на одну из дверей, она так же быстро и тихо удалилась. Хэйтем вошел в комнату сына. Коннор спал, но мгновенно вскочил, и, заспанно моргая, уставился на отца:- Что? Что случилось?- Пока ничего, Коннор. – скрывая усмешку, ответил Магистр, но внезапно его лицо стало встревоженным: – Я беспокоюсь за капитана. Она до сих пор не вернулась.- Ты не нашел ее вчера? – тоже быстро собрался Коннор, обдумывая, что теперь следует предпринять.- Я нашел ее, и мы долго разговаривали, но потом… - Хэйтем замялся и устало опустился на край кровати. – В общем, мы…- Вы повздорили, отец? – хмуро уточнил Коннор. Хэйтем, немного подумав, неуверенно кивнул:- Не совсем.

- Она рассказала тебе, что случилось после.. ну, после ее встречи с…дедом? – не сдержал любопытства метис.- Да, и, признаюсь, меня это потрясло. Если вкратце, то ее письма перехватывали, а потом прислали отцу подложное письмо от ее имени. Там было написано, что она не хочет возвращаться. Ей пришлось уехать, чтобы… В общем, ей пришлось уехать.- А она сказала, кто перехватывал письма? – Коннор, расширенными от ужаса и негодования глазами, взирал на отца.- Да, Коннор. Это сделали тамплиеры Лондонского Ордена и тот самый доктор Вейкер. – твердо произнес Хэйтем, глядя в глаза сына.- Тамплиеры! Доктор! – выдохнул Коннор, пораженно глядя на него. Тут его глаза сузились и он открыл было рот, чтобы высказать отцу все, что он об этом думает, но, взглянув в усталые глаза Хэйтема, вдруг передумал и только глухо пробормотал что-то на своем языке.- А потом… она ушла, и ее до сих пор нет. – Тихо сказал Хэйтем. – Я боюсь, что… расстроил ее и прошу тебя помочь мне ее найти. Коннор не верил своим ушам. Отец просит его! Хэйтем Кенуэй умеет просить! Но, к своему удивлению, метис не ощутил какого-то особого торжества. Он кивнул отцу, показывая, что готов. Они спустились вниз и вышли из особняка. Постояв минуту в раздумьях, они двинулись вглубь острова. Коннор, пользуясь своим умением, забирался на высокие деревья и внимательно оглядывал окрестности, пытаясь разглядеть среди пышной зелени, в которой утопал остров, хоть что-нибудь, напоминающее белую рубашку капитана, но ничего не обнаружил. Отец и сын потратили около полутора часов, чтобы обследовать весь остров, но никаких следов капитана не нашли. Вернувшись в особняк, они расспросили Румейсу, но встревоженная девушка не смогла сказать им ничего нового. Хэйтем уже всерьез начал беспокоиться. Он видел труп той кошки, которую убил Коннор и понимал, что такой зверь мог напасть и на нее. И если даже такой опытный охотник, как его сын, получил рану в схватке с этим животным, то женщине справиться с ягуаром просто невозможно, несмотря на все ее навыки. Магистр чуть ли не бегом направился к причалу. Коннор едва поспевал за ним, все больше и больше поражаясь переменам, происходившим с его отцом. Нет, Хэйтем Кенуэй не паниковал, был сосредоточен и хладнокровен, как всегда, но в его глазах Коннор ясно видел тревогу и что-то, похожее на раскаяние. Спустившись к причалу, Хэйтем остановился в раздумьях, но тут услышал радостный возглас: ?Мастер Хэйтем!?, а от корабля к ним бежал молодой светловолосый мужчина. Магистр замер на месте и вдруг с удивлением узнал в нем Уилла Тернера Третьего! Тот подбежал к нему, сияя улыбкой, но вдруг остановился в нерешительности.Хэйтем сам шагнул ему навстречу.- Здравствуй, Уилл! – Магистр улыбнулся и протянул ему руку.- Мастер Хэйтем! – Уилл протянул свою и, к немому удивлению Коннора, мужчины крепко, по-братски обнялись.

- Ты совсем не изменился, Уилл. Ну, может, только стал выше ростом – с улыбкой произнес Хэйтем, отстраняясь от друга юности и оглядывая его с головы до ног.- А Вы, мастер Хэйтем, простите великодушно, теперь такой важный джентльмен, что даже страх берет! – Уилл закатил глаза в притворном страхе и оба расхохотались, как мальчишки. Коннор стоял и не верил своим глазам. Его отец, вечно серьезный Магистр Кенуэй, оказывается, не всегда бывает таким серьезным и невозмутимым! На лицо метиса начала наползать невольная улыбка, а в груди снова кольнуло – как он мало знал об этом человеке!- Я давно порывался Вас навестить, мастер Хэйтем, да как-то неловко было. Вы сначала болели, а потом Вам и так, наверное, не до меня было – тем временем принялся тараторить Уилл. – Да и капитан меня на первую вахту поставила, так, что… Хэйтем вдруг вспомнил, зачем они пришли сюда. Он был искренне рад увидеть Уилла, но его снова начала одолевать тревога.- Я правда очень рад тебя снова видеть, Уилл – мягко прервал его Хэйтем – Мы обязательно с тобой еще поговорим, но сейчас я должен найти Мадам. Ты случайно не знаешь, где она? Уилл пораженно уставился на него.- Простите великодушно, мастер Хэйтем, но… ведь она с Вами в особняк ушла. И сюда не возвращалась – медленно проговорил он – Хотя… постойте, Питт может знать. Он меня сменил на вахте, когда только-только рассвело. И, повернувшись в сторону корабля, он заорал во всю силу своих легких:- Питт! Капитан у себя?- Чего орешь, дуралей? – послышался ворчливый голос с палубы – Я не видел, чтобы она приходила. Хэйтем и Уилл переглянулись. В глазах Магистра застыла тревога, и это Уилл разглядел отчетливо. Недолго думая, Уильям Тернер Третий рванул на корабль и через несколько минут вся команда собралась на берегу, выстроившись перед Хэйтемом и Коннором.- Какие указания, мастер Хэйтем? – спросил Николас Дайк. – Может, мы обыщем остров, а Вы пока еще раз проверите особняк? От такой быстроты Хэйтем немного растерялся, но тут же взял себя в руки.- Пожалуй, это разумное решение, джентльмены. Так и поступим. Мы с сыном проверим особняк и его окрестности, а вы разделитесь на группы по пять человек, и…- А что мы, собственно, ищем, джентльмены? – раздался с корабля насмешливый голос.- И с каких это пор команда покидает корабль без разрешения капитана? Все, включая отца и сына Кенуэй, как по команде повернулись в сторону корабля. Капитан стояла на корме и, скрестив руки на груди, с интересом наблюдала за их удивленными лицами.- Вы… Вы все время были здесь, кэп? – неуверенно спросил Питт и, повернувшись к Уиллу, прошипел: - Ты в каюте-то смотрел, олух? Тот смущенно покраснел и отрицательно качнул головой. Капитан оглядела притихшую команду и ухмыльнулась.- Я не знаю, что вы потеряли, джентльмены, но… По местам, разгильдяи! Быстро! – резко крикнула она, и команда тут же засуетилась, возвращаясь к своим делам. Хэйтем и Коннор растеряно, но с облегчением, переглянулись. Капитан насмешливо им улыбнулась, спустилась по трапу на причал и не спеша подошла к ним. Она окинула Хэйтема быстрым тревожным взглядом, но ничего не сказала, только одобрительно кивнула. Сделав им знак следовать за ней, она пошла по тропинке к особняку.