Новая цель (1/1)

У Джека и раньше были такие дни, когда, вроде, все хорошо и нужно радоваться, но на душе погано как никогда. Чувство терзающей душу победы, вгоняющего в депрессию и хандру успеха, доставшегося слишком высокой или, как это бывает еще чаще, неожиданной ценой. Невольные наемники Комитета сидели в конференцзале штаб-квартиры в России и молчали, обдумывая произошедшее.Джокер бросил взгляд на пустое кресло рядом. Туда, где должна была сидеть Люси. Теперь она выбыла из игры, на время. Джек вспомнил, как навестил ее сразу после задания. На девушку было страшно смотреть. Она как раз вышла из душа и усиленно поливала небольшую комнату потоками освежителя воздуха с ароматом цветов. Лишь бы избавиться от запаха останков Брюса Уэйна.—?Эй, ты как? —?спросил он, входя в комнату не дожидаясь приглашения. В руке он держал бутылку хорошего виски?— подарок Фримана. Девушка нервно ухмыльнулась и, дрожащими руками налив полный стакан, осушила залпом, почти не скривившись.—?Меня тошнит,?— ответила она. —?Мне кажется… я уже третий раз иду в душ.Джокер и сам чувствовал себя на редкость паршиво. Нет, невольный гангстер Готема не был мягкосердечным или чрез чур впечатлительным парнем. Он часто смотрел в глаза смерти и сам отправил в вечный путь по Долине Смертной тени не одного сукиного сына, но никогда раньше не наблюдал гибель ребенка. Тем более такую грязную и внезапную.—?Да,?— сказал он, осушив свой стакан. —?Грязное это дело. Совсем не те супергеройские разборки из исторической хроники, да? Жалко маленького мудака.—?Жалко.—?Люси, слушай, если нужно…там… поговорить или еще что?— обращайся. Просто, я все-таки…—?Ты не мой отец, Марти,?— резко ответила она. —?Моего отца ты зарезал нахрен и спасибо за это. Просто я… о чем говорить, Джек? Я оперативник Комитета. Я готовилась ко всему, но… Господи, в один день мне чуть не размозжила голову родная мать, а маленький ребенок взорвался и окатил меня кишками! Я все утро вымывала его внутренности из своих волос. Так не должно было быть, Марти. Мы должны были просто накостылять им, скрутить и арестовать, как в старые времена, но это… это слишком. Понимаешь я…?— Люси осушила еще один стакан. —?Я выросла на этой хронике. На борьбе супергероев и суперзлодеев. Я знаю, как все это происходило, как должно происходить. Это должно было быть круто, с адреналином, схваткой и радостью победы, но… Господи боже, я никак не могу забыть его взгляд. Когда он начал раздуваться… Я хочу быть героем в мире, где злодеи строят планы захвата мира и грабят банки, а не убивают ебаных детей! Я не хочу быть частью такого мира, где мальчика девяти лет взрывают нахер дохлые чернокнижники! И я не знаю… не знаю, смогу ли я быть частью команды теперь. Прости, Марти.—?Нда, а по-другому и не бывает,?— будто сам себе ответил Джек, глядя сквозь Люси. —?Вот так живешь, живешь, веришь во что-то, к чему-то стремишься и считаешь, что понимаешь этот гребаный мир. А потом все переворачивается с ног на голову, и ты сходишь с ума, в один единственный, невероятно дерьмовый день, Люси. Знаешь что? То, что ты увидела?— это реальность, такая, какая она есть на самом деле. И дети, десятками мрущие на загаженных улицах, и убийцы, потрошащие прохожих за пару четвертаков на очередной косяк. Есть ваша супергеройская реальность, со всей этой пафосной хренотенью, а есть реальный мир без супер сил. Жестокий, бессмысленный и жадный до страданий, детка. То, что ты увидела?— это реальность, без пафоса супергероизма. Я в ней живу уже много лет.—?И как тебе это удается, Марти? Я думала мой отец был возвышенным психом, превратившимся в Джокера в Аркхэме. Думала, ты был просто гениальным шизофреником. А ты вот какой, оказывается. Преступник с руками по локоть в крови. Ты вменяемый, черт, да ты адекватнее половины моих знакомых и это пугает до усрачки! Как можно видеть все это и не свихнуться? Как можно жить в этом кровавом дерьме, да еще и жениться, да еще и заводить детей?!—?Как мне удавалось жить среди жестокости и мрази, да еще и пытаться быть счастливым, Люси? —?Джек пододвинул бутылку к дочери. —?Найди ответ на самом дне, между двумя последними каплями виски и кусочком льда, рыжик.—?Там нет ответов. В бутылке,?— грустно ответила Люси.—?Есть. Ну, по крайней мере я пару раз их там находил, когда совсем сильно припекало.Джек достал из кармана подаренный высокотехнологичный смартфон ?Старр Индастрис? и, немного повозившись, нашел нужную песню. Навороченный динамик ожил, наполняя комнату чистым звуком давно ушедшей эпохи:There is a house in New Orleans,They call the Rising Sun,And it's been the ruin of many a poor boy,And God I know I'm one—?Эта песня,?— сказала Люси. —?Я ее знаю! Мама часто слушала ее и…—?О да. Это моя любимая песня, детка. Пой со мной, легче станет. My mother was a tailor! Sewed my new blue jeans, мy father was gambling man, down in New Orleans!Люси поддержала, пытаясь хорошей музыкой заглушить боль, пропуская через себя историю потерявшего все азартного игрока и повесу, закончившего жизнь в ?Доме восходящего солнца?, когда-то давно, в Новом Орлеане.Хлопок двери вывел Джокера из задумчивости в реальный мир. Он поднял взгляд на сидящих за столом невольных борцов со временными аномалиями и не смог сдержать ухмылки. Им дали время отдохнуть и сменить костюмы, и теперь команда путешественников во времени выглядела так, будто ничего не случилось. Диане пришлось сменить имидж, лишь бы не походить на себя прежнюю. Вместо смеси алого и золотого, амазонка теперь носила темно синий с багровым закрытый наряд. Анна Савёлович лично следила за созданием нового костюма, доходчиво объяснив амазонке новые правила и дресс-код Комитета, не допускающего классическое боди и мини-юбки, полюбившиеся супергероиням прошлого. В две тысячи тридцать втором году мета-люди Комитета обязаны носить только закрытую броню. Старр ввела эти изменения, посчитав, что излишняя сексуальность и откровенность в выборе костюмов непрактична, сильно отвлекает оперативников мужчин, да и просто вульгарна. С этим можно было поспорить, но Диана не решилась идти на конфликт с белой королевой амазонок. К тому же, с внешними данными Старр были резоны говорить про ?отвлечение?.Супермен сменил костюм времен Режима на старую, более нелепую версию своего одеяния. Ту, что с красными трусами поверх синего трико?— источника бесконечных насмешек Бэтмена. И выглядел Кларк Кент задумчивым и растерянным как никогда. Джокер не винил его в этом.—?Рад, что дождались! —?бодро бросил Фриман, влетая в конференцзал. —?Я переговорил со Старр. Она со скрипом, но огласилась принять вас в Комитет на официальной основе. Если мы хотим эффективнее противостоять кризису времени, вам потребуется полный доступ к ресурсам организации. —?А где Люси?—?Как говорят русские: бухает,?— ответил Джек, улыбаясь.—?Бухает? —?спросила Диана, подняв бровь. —?Это что значит?—?Пьет,?— пояснил Фриман.—?Нет, не пьет, Гендальф. На английском это что-то вроде ?she get drunk as fuck?, или что-то подобное. Нажирается до зеленых соплей.—?Она нужна нам. Я верну ее в строй и…—?Эй, оставь девочку в покое! —?резко сказал Джокер. —?У нее на глазах ребенок к херам взорвался. Дай ей прийти в себя.Фриман понимающе кивнул. Джек пригляделся и заметил в волшебнике то, чего не хотел бы подмечать. Напряжённая поза, бледность кожи, неспокойные руки, поджатые губы?— все это говорило о серьезном стрессе. Гендальф был чем-то серьезно обеспокоен и он не был таким, когда малолетний Шиннок воскрешал мертвецов в Готеме.—?Где Бэтмен? —?спросил Супермен. —?Вы его отследили?—?Мы его взяли,?— ответил волшебник, переминаясь с ноги на ногу. —?Собственно, вот и он.Все замерли и, раскрыв рты, устремили взгляд на дверной проем. Бэтмен в черном костюме старой версии вошел в зал как к себе домой и, бросив на Джокера холодный взгляд, опустился в кресло. Шлем он не снимал, но в этом и не было нужды. Джейсон Тодд уже составил отчет, потому все в группе знали: этой версии Брюса Уэйна не больше двадцати пяти лет.—?А вот и он,?— засмеялся Джокер. —?А вот и человек?— летучая мышь! Прячьте фрукты и мелких грызунов.Бэтмен не ответил на колкость. Слово взял Супермен:—?Быстро же тебя взяли. Хотел сказать, что стареешь, но…—?Меня не интересуют остроты злоупотребивших властью тиранов и психопатов-убийц. Я здесь, чтобы вернуться обратно в Готем моего времени.—?Бэтмен пообещал помочь разрешить кризис времени, если мы представим ему ресурсы Комитета.—?Это так,?— кивнул Уэйн. —?Вы можете и дальше коситься на меня и обвинять во всех грехах?— ваше дело. Меня не волнует ваше мнение.—?Отличное пополнение команды,?— саркастично хмыкнула Диана.—?Я не часть вашей команды. Карен Старр не оставила мне иного выбора, кроме как оказать ей посильную поддержку. Если разрешение временного кризиса?— единственный способ вернуться?— я помогу. Готем моего времени нуждается во мне, и я пойду на этот временный союз. Но мне не нужна команда, только ресурсы ?Старр Индастрис?. Я работаю один.—?И зачем ты тогда вообще сюда пришел? —?вспыхнул Супермен.—?Потому что Пауэргерл меня попросила. Больше мне нечего вам сказать. Делайте свое дело, а я буду делать свое.Бэтмен встал из-за стола и, без лишних слов, вышел из конференцзала, оставив всех в мрачном недоумении.—?Вот гондон,?— фыркнул Джек. —?Строит из себя мрачного волка одиночку, серьезного как чертов Чак Норрис, а сам носит дебильный шлем с ушами и наряжается в мышь летучую. Гребаный абсурд.—?Весь наш мир?— гребаный абсурд, Джек. Изучение магии меня в этом только сильнее убедило.—?А я думала наш Бэтмен невыносим,?— задумчиво протянула Диана. —?А в молодые годы он был еще хуже.Фриман тяжело вздохнул и, громко откашлявшись, начал:—?Ладно, теперь о деле. Ситуация такая: наслоение времен?— не исключительно наша забота. Подобные аномалии происходят повсеместно. Не только в рамках нашей вселенной, но и во всех известных нам параллельных. Ордену магов известно почти две тысячи различных измерений и в каждом прогрессируют те же что и у нас аномалии. Затронуты, так или иначе, все планеты и звездные системы. И что хуже: интенсивность и размеры аномалий растут. Путешествия во времени больше невозможны, а наши оракулы внезапно лишились дара предвидеть будущее. Пророки, даже самые сильные больше не могут заглянуть даже на день вперед.—?Может,?— взял слово Джокер. —?Они не видят будущего, потому что его нет? Фьют, ха! Просто пытаюсь разрядить обстановку. Дерьмовый расклад, Гендальф.—?Не то слово,?— мрачно согласился Фриман. —?Два часа назад состоялся первый за триста тысяч лет сбор магов вселенной. Собрались все, темные и светлые. Те, кто еще вчера готовы были вцепиться друг другу в глотки, собрались вне измерений на большой Совет. Даже Набу Мудрейший появился, собственной персоны. А ведь все думали, что он мертв. Я только что оттуда.—?И? —?спросила Диана. —?Что сказали маги?—?Нихера,?— вдруг выругался Фредди. —?Три дня мы только тем и занимались, что обсуждали и обвиняли. Обсудили все, что только можно, но обвинить никого конкретно не удалось. Ни один мало-мальски сильный маг во вселенной не имеет понятия, что творится со временем. Складывается ощущение, что нечто нанесло спирали времени смертельную рану в самое фундаментальное ее естество. Так, что оказались повреждены не одна, как обычно, а абсолютно все временные линии. Но это невозможно. Во вселенной нет существ, способных на такое. Даже Люцифер не может повредить время так, чтобы оно фундаментально пошло по швам. И тем не менее?— это случилось.—?А что ты хочешь от нас? —?спросил Супермен. —?Что мы можем сделать со временем, если даже ваши волшебники ничего не смогли?—?Есть пара идей. Совет магов предложил вызвать Люцифера. Кто-кто, а он то уж точно должен знать, что за создание может ранить время. И как его остановить. Проблема в том, что Люцифера призвать невозможно. Он появляется сам. Но у меня есть на примете человек. У него есть личная вещь дьявола?— на крайний случай. Через кольт можно будет его вызвать. Не факт, что он поможет, но стоит попытаться.—?Константин? —?спросила Диана.—?Константин.—?Отлично! —?с фальшивым энтузиазмом воскликнул Джокер. —?Если есть зацепки?— это уже хорошо. И плевать, что на фоне того, что ты нам тут порассказал, наши дела кажутся танцем личинок мандавошки.—?Нам нужны еще люди,?— холодно ответил Супермен.—?Они будут,?— Фриман кивнул. —?Старр уже занимается подбором кандидатов в команду. Они будут ждать нас в ?Резервации?. Вылетаем завтра утром. Надеюсь, никого в космосе не укачивает?Джокер округлил взгляд.—?Мы полетим… в космос? Ты шутишь?***Челнок нес команду Комитета через космические просторы прямиком к Резервации. Длинный шаттл?— точная копия криптонских межпланетных транспортных судов летел удивительно ровно и плавно, да и сам больше напоминал туристический прогулочный корабль. Пассажирский отсек разделялся на три секции с массивными иллюминаторами, за которыми открывался просто потрясающий вид на удаляющуюся Землю и звездные дали. Джокер очарованно смотрел на светящийся земной шар и не мог поверить в реальность происходящего. Он специально отошел подальше от остальных членов команды и полностью погрузился мысли и созерцание космических красот.Супермен читал хронику с мрачным и задумчивым видом, Диана ушла проверить груз, а Люси тихо и мирно спала. От девушки разило таким адским перегаром, что, едва она ступила на борт, весь шаттл завонял так, будто в нем открыли пивную для байкеров.Земля очаровывала, и даже обломки космических станций и бесконечные спутники не могли обезобразить ее дивную красоту. На миг зрение сместилось на едва уловимое отражение в иллюминаторе. Выдерживая образ, Джокер носил тот же грим и фиолетовый костюм, со всеми опасными принадлежностями клоуна-принца преступного мира. Он, может, и решился бы избавиться от приклеившегося имиджа, но что-то удерживало.?Клоун свободен в своем безумии. Джек Логан свихнется, со всеми этими парадоксами времени, магией, богами и прочей херней. А Джокер будет как рыба в воде?—?Любуешься?Джек не без труда перевел взгляд с иллюминатора на подошедшую к нему Чудо женщину. Дина встала рядом. Так близко, что он мог почувствовать запах ее духов. Наметанный глаз скользнул по стройному, мускулистому телу воительницы, задержался на губах, слишком пухлых для женщины, привычной к постоянным боям. Джокер мысленно изумился тому, насколько невозможной была красота стоящей рядом с ним женщины. Война, побои и насилие?— мужское дело, и не потому, что женщины на них не способны. Нет, Джокер просто знал, что за право заниматься насилием и войной женщины платят слишком высокую цену. Теряют красоту, превращаются в мужеподобных, лишенных женственности существ неопределенного пола. Озлобленных и озверевших. Но Диана своим существованием обманывала даже законы физиологии. Джек помнил, как сильно Карен Старр разукрасила лицо Чудо Женщины, но сейчас, стоя рядом с ней, он видел лишь чистую, даже нежную красоту греческой женщины.?Вот уж точнее прозвища не найти. Чудо женщина?Диана почувствовала на себе слишком долгий оценивающий взгляд и нахмурилась. Джек вздрогнул, поняв, что угодил в неловкое положение и поспешил сгладить углы:—?Да. Просто не могу поверить, что вижу Землю из космоса. Прямо как Армстронг и другие. Просто, понимаешь, пару дней все было иначе. Я крутился как белка в колесе, пытаясь выжить и спасти жену. Искал лишний доллар на оплату счетов и только и думал, как бы чокнутый урод в костюме летучей мыши не отправил меня за решетку. А сейчас, после всех этих магов, богов… космоса… черт, весь мой мир будто сжался до чертовой песчинки. Сдует, и не замечу.—?Твоя жена. Расскажи мне о ней. Если не трудно, Джек.—?Зачем?—?Я хочу знать. Она, наверное, была удивительной женщиной, если из того, кто ты есть ты превратился в чудовище. Когда ее не стало.—?О да,?— засмеялся Джокер. —?Дженни и правда удивительная, Диана. Она из тех женщин, кто привык жить на полную катушку, даже копаясь в грязи. Избалованный мотылек, летящий на пламя темной ночью. Не знаю, почему она осталась со мной и не ушла к какому-нибудь богачу. Она не очень красива, если по совести, и довольно глупа. Она любит играть до победы, или пока не проиграется в пух и прах. И никогда не унывает, даже находясь перед чертой смерти. Не уверен, что она даже понимает, где эта черта проходит. От таких женщин нужно бежать. С ними не найти счастья. Никогда.Джокер грустно улыбнулся.—?Вот и я не нашел.—?Но… я не понимаю.—?Люблю ее, такой, какая она есть. Что тут сказать: я же псих.?Или любил,?— подумал Джек. —?А может, она была единственным лучом света в моей гребаной темной жизни. Единственной спасительной соломинкой не дающей отчаяться. Возможно, я и не любил ее никогда по-настоящему. Просто не мог ее потерять и остаться совсем один в мире, в котором мне не место?—?Значит, ты мелкий преступник,?— ухмыльнулась она. —?Почему? Если ты не сумасшедший, то тебе все дороги открыты! Ты гений, Джек. Почему ты тогда…—?Не задавай этих вопросов, амазонка,?— хмыкнул Джокер. Вопрос внезапно сковырнул что-то в его душе. —?Ты все равно не поймешь. Ты, и твой летающий парень.—?Кларк не мой парень,?— резко ответила Диана. —?Мы близкие друзья?— не более.—?В хрониках писали другое.—?Не в моем времени.—?Это сути не меняет,?— ответил Джек, глядя на нее. —?Посмотри на себя, ?Чудо Женщина?. Ты же само совершенство. Ты самая красивая женщина, что я когда-либо видел в жизни, а я видел многих?— и это вгоняет меня в ступор. Я смотрю на вас с Суперхреном и знаешь кого вижу? Гребаных богов. Гребаных греческих богов, со всеми вытекающими.Диана нахмурилась, сурово глядя в глаза Джокера. Сравнение ей явно пришлось не по вкусу, не смотря на родство с богами пантеона. Амазонка потратила многие годы, пытаясь доказать людям, что она одна из них. Что она имеет право защищать их. Сражаться за них.—?Ты не прав,?— резко ответила она. —?Мы не боги. Мы такие же люди, только сильнее.—?Нет?— в этом и проблема! Знаешь,?— Джек вновь уставился в иллюминатор. —?Я сегодня проснулся с болью в горле. Простыл?— продуло на том складе. Там же было адски холодно, помнишь? И сильнее, чем горло, у меня болело все остальное. Потому что я вылез живым из поножовщины с дохлым маньяком. А два часа назад я неудачно потянулся и защемил спину между лопаток. Болит теперь, шее крутить трудно. Пришлось укол ставить. А ты? Ты когда-нибудь в жизни принимала лекарство? Ты вообще хоть раз болела? Просыпалась после крепкой попойки с тяжелого бадуна? Обнималась с туалетом, избавляясь от испорченного тако, не зная то передом, то задом повернуться?—?Фу, это отвратительно. Зачем ты…—?Вот именно! А ведь жизнь обычного человека, Диана, это нихрена не радость и единороги. Жизнь?— это боль, это болезни, это страдания и нужда, черт подери. Это бесконечная борьба с обстоятельствами за место под солнцем. Я тут слышал от Фримана про ваше желание ?вдохновлять?. Мол, ?вы вдохновляли людей. Люди хотели быть похожими на вас, а потом…? так вот, все это херня собачья. Люди не хотели быть такими как вы. Они хотели быть ВАМИ, буквально. Потому что у вас нет нужды. Вы не болеете, не спите, не голодаете и не страдаете от ран, господи, даже не срете, наверное. У вас нет никаких проблем, вы не знаете нужды и страданий. Вот поэтому у вас не жизнь, а дерьмо. Что у тебя, что у Суперхрена.Диана изумленно уставилась на Джека, пытаясь уловить логику в его словах. Не получалось.—?У нас нет нужды и болезней, поэтому жизнь?— дерьмо?—?Ты не поверишь, но да. Ты всегда здорова?— поэтому просто не можешь оценить, как это кайфово, когда ничего не болит. Ты не нуждаешься в деньгах, тебе их не на что тратить, поэтому не радуешься, выиграв в казино лишнюю сотню. Ты вечно молодая и красивая… да тебя ?секс-училка? избила до кровавых соплей…—?Кто?—?Карен Старр. Я ее так называю…не важно. После таких увечий обычной женщине никакой пластический хирург не поможет, а у тебя все затянулось. Ни следа не осталось. Ты всегда так обворожительно красива, и без усилий, поэтому не можешь оценить кайфа от своей красоты. Вся твоя жизнь?— это рай, в сравнении с жизнью обычной девчонки. И с Суперхреном то же самое. У вас с ним нет своих проблем и своей нужды, поэтому вы с таким остервенением пытаетесь взвалить на себя чужие. Вас называли супергероями, но вы нихрена не герои. И вы делали то, что вы делали не из благородных побуждений, мужества и прочего дерьма. А потому что это единственное, чем ваша совесть могла позволить заполнить ваши пустые, безрадостные, серые как стены палаты Аркхма жизни.—?А как же Бэтмен? —?парировала Диана. —?Он?— человек и…—?Не говори мне о Бэтмене,?— внезапно вспыхнул Джокер, изумив чудо Женщину. —?Вся его борьба с преступностью?— капризы избалованного богатенького мажора. Насрать ему на людей. Летает по крышам, ловит преступников?— урод ненормальный. Такие как он считают нас, простых людей, грязью. Мы даже не существуем для них.—?Ты не прав. Брюс был…—?Таким же хорошим человеком, как и его отец, да? —?зло ответил Джек. В глаза его вспыхнула боль и застарелая обида. —?Моя мать работала в доме Томаса Уэйна семь лет. В последние годы жизни она писала ему письма. Просила помочь. Просила Томаса, Альфреда… но им было насрать на нее. Уэйн мог оплатить ее лечение, дать хоть немного денег чтобы она не связалась с тем гребаным аниматором! Уэйн бы даже не заметил этих денег. Но куда там. Он ведь не мог себя компрометировать, да? Никто ведь не знал, кто, блядь, мой отец!Вдруг Джокер засмеялся, но болезненно, словно через силу. Диана немного попятилась, глядя на жутковатый клоунский оскал, пугающе контрастирующий с глазами, полными страдания и злобы. Джек облокотился рукой на стекло иллюминатора и, ссутулившись, отдался хохоту. Вдруг рука амазонки легла на плечо и немного сжала, успокаивая, придавая сил. Приступ достиг пика и резко пошел на спад. Джек судорожно вздохнул, глядя в глаза Дианы.—?Это мой мир,?— сказал он, медленно отодвигаясь от амазонки. —?В нем нет добрых Бэтменов, честных и сострадающих миллиардеров и супергероев. Есть только богатые психованные выродки в костюмах и боги, пытающиеся быть людьми. И не знающие, что это вообще значит.Джокер ушел, оставив Диану наедине с ее мыслями. Шаттл набрал скорость и, беззвучно рассекая вакуум космоса, устремился к резервации, где Комитет содержал всех мета-людей Земли. Космолет летел на Венеру.