Глава 22: Две сестры (1/1)

1918 год, вторая неделя июня.- Безрогий демон!!!Сестра буквально на несколько секунд опередила маленькую Сателлу, вбежав в её комнату. Вновь раздался взрыв - на этот раз он был совсем близко, в помещение дохнуло жаром, таким, словно бы открыли духовку. Флоретта стремительно развернулась, готовясь встретить неизвестную угрозу, но атаки не последовало. Вместо этого стены комнаты, с той стороны, откуда раздавались звуки боя, охватило пламя.Горело не только дерево - горел камень, каменные стены усадьбы.Внезапно Сателла почувствовала страх - не естественный, а иной... противоестественный страх. Девочка вскрикнула, сделала шаг назад, оступилась, зацепившись за что-то, и упала. Лицо обожгло порывом раскалённого воздуха, стало совсем нечем дышать...Откуда-то издалека донёсся голос Флоретты, произносящий заклинание, почему-то не на латыни, а на плохо знакомом ей английском...- Пронизывающий февраль, дыханием смерти сковывающий моря!Дохнуло холодом, жар пропал, и Сателла смогла дышать... но страх никуда не ушёл. Ощутив руки сестры, обнявшие её, девочка уткнулась ей в плечо... так было надёжнее. Но вечно это продолжаться не могло.Настал миг, когда Флоретта отпустила её, и девочка была вынуждена открыть глаза.Дома, в котором они жили, больше не было. Обугленные остатки стен, тьма и огонь... и запах. Странный запах, чем-то похожий на запах гнили, но более мерзкий. Позже Сателла встречалась с ним не раз - так пахли трупы людей, которых убили демоны. Но в ту ночь девочка почувствовала его впервые, и её чуть не вырвало. Флоретта тем временем бросилась вперёд, заметив во тьме что-то, не видимое для младшей сестры.- Мама! Мама!Сателла бросилась к ней и едва не споткнулась о лежащее на обгоревшем полу тело.- Мама... - В ужасе прошептала девочка.

Внезапно она снова ощутила волну страха - из темноты что-то двигалось к ним. Огонь, который продолжал гореть, почему-то почти не давал света и рассмотреть пришельца толком не удавалось. Только крылья, отбрасывавшие во все стороны самые дикие тени.Существо держало... тащило что-то в руке... Сателла слишком поздно поняла, что это - лишь когда изломанное тело отца ударилось об уцелевший кусок стены в метре от них.Теперь демон смотрел на них... на неё...- Отойди от неё! Прочь!Флоретта, вставшая между демоном и сестрой, смогла призвать из своего камня лишь небольшой меч, с которым она бросилась на своего противника. Глаза существа вспыхнули красным, девочке показалось, что на один миг они заполнили собой весь мир... а когда эта секунда прошла, Флоретта уже лежала на земле, с телом, пробитым насквозь ударом внезапно удлинившейся руки.Девочка попыталась что-то сказать, полуобернувшись к Сателле, но вместо слов изо рта пошла кровь.- Сестра!!! Сестра!!!Демон не тронул Сателлу. Она так и не поняла, почему. Штайнер вынес её из огня, помог ей вернуться к жизни... к карикатурному подобию жизни.***Сателла лежала на кровати, тщетно пытаясь уснуть. Она не бодрствовала и не спала - это было странное болезненное состояние, когда мозг жил какой-то половинчатой жизнью, и его словно бы опутывали какие-то чёрные щупальца... лучшего сравнения она так и не подобрала, да и не думала о нём, если честно.Долгие годы боли, страданий и поисков. Маленькая девочка, внезапно оказавшаяся в большом мире, где не на кого опереться, кроме Штайнера. Аристократка, чей титул после проигранной войны и революции - пыль на ветру. С состоянием, которое почти полностью было конфисковано новым правительством Германии. Бездарность, по мнению матери, на одной голой воле пытающаяся научиться тому, что её семья пронесла сквозь века и тысячелетия. Живущая надеждой на то, что однажды она найдёт сестру, всё, что осталось от которой - фотография и два драгоценных камня. Один - вделанный в перчатку, другой - висевший на шее. Флоретта подарила их ей за несколько дней до того, как случилось это.Она прошла через всё это. Она стала сильной и научилась опираться только на силу. Десять лет она искала сестру. Десять долгих лет...И теперь, наконец, найдя Флоретту...Сателла говорила с ней, пыталась напомнить их прошлое, наконец, раскричалась - а она осталась совершенно спокойной. Вежливой и бесконечно чужой.Лучше бы её сестра умерла тогда, чем видеть эти бесконечно чужие, равнодушные глаза!?Лучше бы она умерла...?Заклинательница камней чувствовала всю мерзость этой мысли, но сейчас почему-то именно мерзость и влекла её к себе. Какой-то гадкий змей точил её сердце.?Это всё брат Розетты... он обманул меня тогда, он забрал у меня Флоретту...?Оставалось как всегда положиться на силу. Ангел сказал, что он сможет вернуть Флоретте память и душу. Прав он, а не тот святоша... Только потребуется много сил. Нужно будет переделать её душу, искалеченную Айоном...?И правильно!? - Подумала она. Только силой и можно всё решить. Как Левап, делающий всё, чтобы Азмария принадлежала только ему одному. Или ангел, который уничтожал всех, кого считал ниже своей мечты о мире людей. Она видела седых людей на улицах и уже знала, кто это сделал. Розетта, Хроно... Все боролись за свои интересы. Штайнер... сердце кольнуло тупой иглой. Он единственный... впрочем, мало ли юродивых на земле?Сателла ещё долгое время лежала на кровати в этом тяжёлом состоянии полусна, пока, наконец, не заставила себя встать. Если уж отдыхать не получается, нужно действовать. Одевшись и приведя себя в порядок - чтобы не происходило в её душе, нужно выглядеть идеально, она направилась к комнате сестры... но, проходя по коридору, развилка которого вела в больничное крыло, она снова ощутила тупую иглу, кольнувшую сердце.И, сказав себе, что зайдёт всего лишь на пять минут, направилась к Штайнеру.***Её дворецкий лежал на кровати и, по-видимому, спал. Во всяком случае, на тихий звук закрывшейся двери он никак не среагировал. Сателла подошла к кровати и, пододвинув стул, села около неё.Лицо Штайнера было восково-бледным, осунувшимся, и Сателла внезапно ощутила, сердцем, как стар её дворецкий. До этого... охотясь на демонов, ведя жизнь богатой аристократки, Сателла разумом знала, что Штайнер далеко не молод, что его здоровье оставляет желать лучшего, но никогда не придавала этому значения. Она могла позволить себе оплатить визиты лучших врачей, что ещё от неё требовалось?Теперь, когда уже было поздно, заклинательница камней с болью ощущала, что этого было мало.Он заботился о ней с первого дня её жизни, остался верен ей, когда весь мир, казалось, отвернулся от девочки...Память уносила её назад, к первым дням после гибели её семьи.***Девочка сидела на полу бедной комнаты, с трудом арендованной у какой-то семьи. Они приехали в город, и Штайнер пытался уладить дела, связанные с наследством. Это оказалось неожиданно трудно - пламя революции всё больше и больше разгоралось, и страна постепенно погружалась в хаос.Сама же Сателла...?Воля человека может заменить ему талант. Она может стать даже гораздо сильнее. Мне кажется, воля человека может победить время, судьбу и даже смерть?.Эти слова Фиоре неожиданно стали для девочки тем стержнем, вокруг которого она попыталась воссоздать из руин свою жизнь.Штайнер нашёл девочку там же, где она и была, когда он уходил - в заклинательном кругу, который был вычерчен там ещё вчера.Сателла сидела в нём, повторяя в сотый, если не в тысячный раз слова заклинаний, на которые должен был ответить дух. Но камни молчали. На глазах у Штайнера повторила заклинание раз, другой, третий... перешла с латыни на немецкий. Осунувшаяся, бледная девочка была тенью себя прошлой. Уже второй день она сидела в этой комнате, отказываясь есть, спать, пить, твёрдо веря - её воля должна переселить. Она не должна сдаваться даже в мелочах, вроде еды и питья, и тогда...- Госпожа Сателла, прошу вас, поешьте.Девочка помотала головой.- Госпожа Сателла, ваша сестра, говоря о воле, имела в виду совсем другое.Добившись безраздельного внимания девочки, Штайнер сказал, наконец, то, над чем думал несколько часов.- Она хотела вам сказать, что упорный труд сможет заменить человеку талант. Так ведь?- Да.- Вы должны упорно трудиться. А для труда вам нужна ясная голова и сильный организм. Посмотрите на себя сейчас - вы едва не засыпаете. Какой же тут труд? Если вы хотите воспитать волю, трудитесь и отказывайте себе не в необходимом, а в излишнем. Она говорила именно об этом.Подумав, девочка кивнула.- А теперь поешьте и идите спать, чтобы завтра с новыми силами приступить к делу.***Тогда, десять лет назад, она смогла победить. Трудом и упорством она заставила камни засветиться, а некоторое время спустя стала охотиться на демонов. Всё это было достигнуто упорным, непосильным трудом - не веря в Бога, хотя и признавая Его существования, Сателла постилась усерднее верующих, отказывая себе во всех тех вкусностях, до которых она была охоча в детстве. Позже, когда она приобрела некую известность как охотница на демонов и сколотила на заказах состояние, то стала вести жизнь на широкую ногу, изображая из себя высокомерную аристократку... игра, всего лишь игра. Под горделивой маской пряталась потерянная девочка, построившая свою новую жизнь на мечте, пытающаяся поверить во всемогущество силы, в то, что трудом можно достигнуть всего.?Фиоре или Флоретта??Ей вспомнился Левап, когда тот стрелял в Иешуа на её глазах, твёрдо зная, попади он или нет, Штайнер в лучшем случае будет тяжело ранен. Её дворецкому повезло тогда. Попади полудемон в венец, наполненный тёмной энергией, Штайнер лишился бы жизни вместе с апостолом.Но Левап промахнулся, дворецкий выжил, хоть и получил две пули в грудь, и лежал теперь перед ней. Полудемон, не колеблясь, пожертвовал человеком ради победы.Пожертвует ли она этой куклой, Фиоре, ради того, чтобы вернуть её Флоретту? Тот "преподобный" святоша спросил её об этом... Магия ангела переделает её, как переделала память тысяч людей, заставив их забыть об Азмарии. Вырвет из её души память об Айоне и его апостоле...Сателла думала о Левапе - и словно бы видела своё отражение. И от себя ей было тошно. Сердце, казалось, готово было закричать от боли...?Штайнер... проснись. Пойми что мне плохо!!! Ты один всегда...?Но старик не просыпался, а позвать, попросить помощи у Сателлы не хватило сил. Как, впрочем, и всегда.***Комната Флоретты была пустой. Выйдя, буквально выбежав из неё, заклинательница камней устремилась обратно по коридору и, найдя экзорциста Ордена, спросила его, куда перевели её сестру. И, к своему удивлению, услышала такие слова:- Преподобный Ремингтон предоставил той однорукой девушке полную свободу передвижения.?Свободу передвижения?! Этот святоша что, с ума сошёл?!?Но отчаиваться было рано - найти сестру было несложно, во всяком случае, ей. Тело Флоретты сейчас было буквально пропитано магией камней, и найти его, используя эту же магию, было возможно.Камень, когда она произнесла заклятие, шевельнулся, вздрогнул и указал в сторону ворот. Но никого там не было. Значит, сестра была дальше. В городе... не теряя ни секунды, Сателла бросилась к выходу из здания.***Сестру она нагнала спустя минут двадцать - по-видимому, та покинула Орден незадолго перед её визитом. На улице почти не было прохожих - надвигающийся дождь и обстановка напряжённости, предчувствие каких-то невиданных событий заставляли людей не покидать без особой нужды свои дома.Когда Сателла окликнула её, Флоретта обернулась.- Верно, ты совсем не нужна Айону! Он даже не торопится тебя найти! Зачем, Флоретта? Зачем ты идёшь к этому монстру, ведь он убил всю нашу семью и убьёт тебя, как только ты станешь ему ненужной!Флоретта молчала, без особых эмоций глядя на свою сестру. Её лицо было спокойным, как бывают спокойны лица каменных статуй. Сателла, ощущая всё нарастающее бессилие, вынуждена была обратиться к ней снова.- Или всё дело в мальчишке?- Да.- Почему? Почему ты так предана этому мальчишке?! Разве ты не видишь, что Айон использовал тебя, твою любовь ко мне?! Ты всегда любила меня, свою сестру!!Фиоре некоторое время молчала, глядя на Сателлу. Но потом всё же ответила.- Вы и в самом деле хотите это знать?- Конечно, хочу!!!Редкие прохожие косились на них, старательно обходя, но Сателле уже было всё равно.- Тогда я расскажу вам одну легенду. О мальчике. Много лет назад в этом городе была построена особая школа. Чтобы научить детей свободе. И учащиеся в ней дети скоро начали понимать, что они постепенно забывают своё прошлое. Что радость, любовь, надежда остывают в них, а дружба становится пустым словом. Им стало страшно... очень-очень страшно. Но покинуть школу было невозможно. Нашёлся один мальчик, который сказал, что может вывести всех, что он слышал Голос, Сказавший, как это сделать. Но пока дети колебались, один из них донёс воспитателям. И на следующий день мальчика вывели во двор и детям приказали побить его комнями. Отказавшемуся же предстояло быть съеденным Зверем. Не отказался никто. И хотя некоторые говорили потом, что слышали Голос, спасение не приходило. Да и спустя годы никто уже не хотел спасаться. А пять лет назад Зверь вышел из книги. Дети начали убивать друг друга, и он сожрал их всех. Потому что на руках каждого была кровь.Но была одна девочка, которая попала в школу уже после того, как тот мальчик был убит. И на руках её не было крови. И когда все начали убивать друг друга, она услышала Голос и увидела мальчика, который взял её за руку и вывел оттуда.Потом он исчез, а она бежала, бежала, бежала... пока не встретила Человека в белом. И тот дал мне новое тело, созданное из камней. Но прежде этот мальчик несколько раз приходил ко мне, он вернул мне часть воспоминаний, я смогла вспомнить, как любила готовить еду, любила дождь, любила смотреть за полётом птиц, любила старого дворецкого... однажды он сказал, что уходит, но что мы встретимся через много лет. И когда госпожа Шейдер показывала фотографии апостолов, я сразу узнала его. Он спас меня из той страшной школы и вернул способность любить. Я всегда буду любить его.Сателла стояла, её лицо дрожало от боли.- Он вернул тебе память, вернул Штайнера, вернул всё, что ты любила - и не вернул меня?! Флоретта, опомнись!!! Ты всегда любила меня, только меня!!!- Меня зовут Фиоре. - Внезапно её сестра улыбнулась. - Госпожа Сателла, подслушивание под дверью для ваших друзей уже стало привычкой. Господин Левап, я же говорила вам, что у меня нет глаз, которые можно обмануть.Сателла вздрогнула, её лицо побледнело. В ответ Фиоре прозвучал громкий голос Левапа, который последовал за Сателлой в невидимости и, встав в десятке метров от сестёр, подслушал весь их разговор.- Я повторяю в который раз: я больше не демон, чтобы меня так называли. - Громогласно объявил Франсуа. Он снял с себя невидимость и обратился к сёстрам. - Я Франсуа де Пари Ребилье. Моей семьи уже давно нет в живых, как и вашей. Но я прошу вас от имени всех наших погибших родных, ради всего святого прекратите эти бессмысленные распри! Будущее обоих родов будет обречено, если кто-то из нас умрёт.С лица Сателлы, смотревшей на Левапа, не сходило болезненное выражение, женщина шагнула к нему, но внезапно зазвучал второй голос, и она остановилась. Рука каменной колдуньи бессильно опустилась - говорил Турн-Ри, по-видимому, тоже подслушавший всё под невидимостью. Вся семейка клоунов была в сборе.- Как это не сентиментально звучит, но он прав. Я не вижу смысла в вашей ссоре.- Господин Левап, Господин Турн-Ри. - Заговорила старшая сестра. Она улыбалась. - Проводите, пожалуйста, Госпожу Сателлу в орден. И хорошо следите за ней, чтобы она снова не убежала. А меня, простите, ждут дела.Сказав это, Фиоре направилась в том же направлении, куда шла, а Сателла...- И этому человеку я клялась в дружбе... - С тихой горечью произнесла она, глядя чуть в сторону от Левапа. Но её никто не услышал.- Стой, где стоишь, Фиоре! - Воскликнул Турн-Ри, направив в сторону старшей сестры револьвер. - Думаешь, я отпущу тебя? Ты забываешь, что это именно из-за тебя я потерял свой дальнейший путь. Если раньше жить для самого себя было мне в удовольствие, то с твоим появлением всё перевернулось верх дном. Так что я вправе разделить эту проклятую участь с тобой!- Что ты хочешь этим сказать? - Воскликнул Франсуа.- Тебе не понять, брат. Ибо у нас совершенно разные взгляды на жизнь. Ты надеешься на помощь других. Я же хочу доказать миру, что даже со сложными задачами одного меня достаточно. По крайней мере, так было раньше...Пока полудемоны говорили, Фиоре продолжала идти дальше. Люди разбегались во все стороны от психа с пистолетом. Впервые за долгие годы ей было смешно. Она уже заметила, что старший из братьев, когда говорит, не обращает внимания ни на что, кроме своего красноречия. Вот и сейчас, получив приказ "остановиться", она успела пройти почти на сорок метров прежде, чем Турн-Ри осознал, что его не послушались.Это полудемона разозлило до жути и, спрятав пистолет, он ускорил движение, за несколько секунд добежал до Фиоре и вцепился ей в плечо, заставив обернуться. Девушка улыбалась, и эта улыбка окончательно озлобила его: над ним смеются! Его не воспринимают всерьёз!- Хватит игнорировать меня! - Озлобленно завопил старший Ребилье. - Я к тебе обращаюсь! Может быть, тебе и наплевать на всех, но мне на тебя - нет! Я и сам не понимаю, почему... Но будь хоть раз честна со мной, как я в свою очередь буду с тобой честен, чёрт побери! Зачем тебе Айон?! Ты разве не понимаешь, что ты для него просто игрушка?! Ты могла быть чем-то большим в этой жизни!Он хотел сказать что-то ещё, но внезапно на его плечо опустилась тяжёлая рука. За спиной Турн-Ри стоял человек с грубым лицом, в чёрной одежде и с короткой бородкой.- Теперь ты пойдёшь туда. - Герцог Дюфо указал в сторону Ордена. - А она - туда.Франсуа потрясённо наблюдал за происходящим: он не понимал, чего добивается Турн-Ри. Но появление герцога и вовсе потрясло его: шпион не знал, что Фиоре отправилась в город после долгого разговора с Ремингтоном и Дюфо, с их согласия. Но дальнейшее было и вовсе странным - Турн-Ри окончательно вышел из себя. Его тело буквально исторгло из себя огонь, превратившись в тёмный факел. Со всей злобой он атаковал герцога, заставив его отпрыгнуть на десяток метров в сторону и частично разрушив случайно подвернувшийся дом. Затем он бросился к Фиоре, что-то произошло... и Турн-Ри исчез. Как показалось Франсуа (он стоял достаточно далеко от поля боя) - телепортировался. Почему-то один, без Фиоре.В душе не осталось ничего, кроме пустоты. Она готовилась встретиться с сестрой, поговорить с ней, сняв маски. Она готовилась умереть... а вместо этого пришлось слушать монологи двух клоунов. После того, как Турн-Ри исчез, продемонстрировав перед уходом весьма впечатляющую атаку, Сателла повернулась и пошла в сторону ордена.На Левапа она и не взглянула.Домой... если, конечно, орден можно было назвать домом.***?Что это с ним? Он, наверное, совсем из ума выжил! - Подумал Франсуа, скривив гримасу злости. - ?И Фиоре... Кем бы она не стала после пребывания в ордене, теперь она напоминает моего брата ещё до того, как он свихнулся на ней. Не думает ни о ком, кроме себя! В кои-то веки Розетта была права - не стоило её особо жалеть. Она того не стоит!?И всё же самочувствие Франсуа было отвратительным. Сегодня, наверное, выдался совсем не его день. Вот и вернувшись, он ходил по коридорам монастыря без особого настроения, не зная, чем себя занять. В душе француз был полностью растерян и снова начал сомневаться в том, а правильно ли он сегодня поступил, когда вмешался в ссору между сёстрами Хавенхайт? Но ведь это было ради их блага...- Что-то случилось, Франсуа? - Спросила его подошедшая со спины Азмария. - Я увидела, что ты тут гуляешь, вот и решила составить компанию.- Эх... - С грустным вздохом ответил Франсуа, упёршись о стену. - Я себя чувствую так, будто мне наплевали в душу. Mon Dieu! Pardonneze-moi.- Тебя кто-то оскорбил?- Не то что бы оскорбил. Мои старания прошли впустую. Хотя чего ещё ожидать от сестёр Хавенхайт? Вторая стала так похожа на моего брата, что меня уже больше не заботит её судьба. Но Сателла...- Стала похожа на твоего брата? Что ты имеешь в виду? И про кого?- А кого мы обсуждали в больничной палате? – Вопросом на вопрос ответил он. – Похоже, Розетта всё-таки была права - она не стоит того. Ей уже наплевать на всех.- Так ты про Фиоре. - Наконец, поняла Азмария. - Я мало её знаю...- Поверь мне, лучше и не стоит. - Вдруг сморщился француз, вспоминая момент из прошлого. - Она доставила мне немало трудностей, когда я почувствовал, что ты оказалась в опасности. И даже когда ей вернули потерянную память, делу это не помогло.- Турн-Ри следовало поменьше к ней приставать. - Тихо сказала девочка.- Сомневаюсь, что это имело хоть какое-то значение. Флоретта игнорировала и его. - Задумчиво произнёс француз. - Меня беспокоит, зачем её отпустили? Что она вообще хочет? Да ещё в этом как-то замешан Дюфо...Азмария вздохнула, явно не зная, что отвечать. Видя её озадаченность, Франсуа изобразил слабую улыбку.- Извини. Видимо мне не стоило грузить тебя своими проблемами. От этого я чувствую себя только ещё большим эгоистом.- Прости, что не понимаю всего. - В ответ апостол обняла Левапа.- Когда-нибудь поймёшь. Впереди ещё много времени. - Утешил девочку Франсуа, легонько обняв её в ответ. Казалось, он долго мог так простоять, но в животе внезапно заурчало.- Оххх... Не говорите мне, что это случилось.- Пойдём в столовую? - Смеясь, спросила Азмария.- Да. Пожалуй, будет не лишним. - Дружелюбно ответил Франсуа и, взявшись за руки, они направились прямо по коридору.После еды они расстались, и девочка пошла в свою комнату, ощущая смутное беспокойство от слов Левапа. Тот так и не рассказал, что произошло, но было ясно, что он жутко обижен на сестёр Хавенхайт. Фиоре девочка почти не знала, но вот Сателла... они же ещё только вчера говорили с ней...После напряжённой беседы о пророчествах, Айоне и дальнейших планах против грешников Франсуа сопровождал Азмарию по коридорам, немного беспокоясь за её состояние после придирок к ней со стороны Дюфо.- Ты как? Может, тебе стоит отдохнуть? - Поинтересовался француз.- Не беспокойся, со мной всё в порядке.- Уверена? Я сдерживался, как мог… Этот самонадеянный и высокомерный демон так с тобой обошёлся...- И хорошо, что сдержался! Нам не нужны лишние ссоры. Тем более, сейчас.- Может быть и так, но я всё равно беспокоюсь из-за этих "союзников". - Задумался Франсуа. - Меня также беспокоит ещё одно... В последнее время мы мало виделись с Сателлой. Волнуюсь, не случилось ли с ней что-нибудь?- Если хочешь, можем её навестить.- Хорошая идея. Я как раз об этом думал. Наверное, ей сейчас очень плохо из-за сестры.Девочка грустно промолчала.- Не беспокойся. - Француз легонько положил руки ей на плечи. - Мы своих не бросим. Мы ведь теперь как семья. Так ведь?Апостол смущенно кивнула и пошла по направлению к больничному крылу. Но Сателлы в палате Фиоре не оказалось. Тогда ребята решили проверить её комнату.- Сателла, это мы. - Сказала девочка, деликатно постучавшись в дверь. - Можно войти?- Подождите. - Раздался через несколько секунд голос Сателлы. Ждать пришлось больше минуты, после чего заклинательница камней открыла дверь. Увидев Левапа и Азмарию, она приподняла брови.- С чем пожаловали?Одежда Сателлы и её внешний вид ничем не отличались от привычных Азмарии и Левапу.- Пришли проведать вас, узнать о вашем самочувствии. Ибо в последнее время мы очень беспокоимся за вас, мадемуазель Хавенхайт.Азмария согласно кивнула.- Мы ведь вам не помешали?- "Ибо". - Иронично хмыкнула женщина, она хотела добавить ещё что-то, но лишь махнула рукой. - Входите, чего уж на пороге стоять.Не став томить хозяйку комнаты, Франсуа и Азмария вошли внутрь. Первым инициативу взял на себя француз.- Не хотелось бы сразу переходить к делу, так как это невежливо. И всё же меня волнует один вопрос: что вы намерены делать теперь?- Увидим. - Сателла пожала плечами. - Твой ангел полон надежд.- И я полагаю, одну из этих надежд он вселил в вас?- Вселил. - Ведьма хмыкнула. - Сам-то как? Тебе здорово досталось позавчера.- Со мной и раньше случалось подобное. Можно сказать, удача не покидала меня. Хоть я и не могу полностью отрицать вмешательство светлых сил в ситуацию, когда меня избавили от проклятья демонов.- Рискнуть собою ради спасения мира. Разве может быть более великий подвиг? - Она хмыкнула. - И как тебе жизнь без проклятья демонов?- Думаю, мне это пошло только на пользу. Всяко лучше, чем жить вечно, когда в живых нет никого из дорогих тебе людей. И мне страшно даже от одной мысли о том, что я могу потерять кого-то ещё. - Со скорбью произнёс Франсуа, поникнув головой.- Все умирают в своё время. - Сателла пожала плечами. - Таков суровый закон бытия. На совете вы что-нибудь решили? Или как всегда?- Ясно одно - эта борьба с Айоном ещё далека от завершения. И в эти времена, я надеюсь, единство нашей компании будет только упрочняться, как и в лучшие времена наших странствий. Мадемуазель Хавенхайт, я не хочу настаивать, но, может, вы останетесь с нами немного подольше? Я уже убедился в том, что эти приключения могут крупно изменить жизнь любого существа. Быть может, свой смысл жизни в будущем найдёте и вы.- Я вольная птица. - Повторила Сателла слова, когда-то произнесённые в поезде.- Уверены, что не пропадёте? В эти времена в одиночку мало что сделаешь. И наверняка грешники уже не упустят вас из виду. - Задумчиво ответил Франсуа, на лице которого могли читаться сомнения и тревога за будущее.Сателла только усмехнулась.- Так что с планами Айона? Нам ждать нападения на орден? У нас теперь почти все апостолы.- Так и есть. Если Айон не откажется от своего плана, я боюсь, случиться самое худшее. Тут понадобятся все возможные силы, чтобы остановить его. Однако в Сан-Франциско мы пока сами по себе. Можно сказать, это мёртвая точка. Бежать или сдаваться поздно. Остаётся только биться до конца за наше будущее и надеется на лучшее.- Будем биться. - Сателла пожала плечами. Взгляд её упал на Азмарию, которая молча стояла, слушая длинную речь Левапа. Или девочка только делала вид, что слушает? Она и сама уже потеряла нить его рассуждений. - Вы не дадите мне поспать? Я очень устала.- Извините нас, госпожа Сателла. - Спохватилась Азмария. - Франсуа, мы пойдём? - И она решительно потянула молодого человека к выходу.- А ты разве не хотела с ней о чём-нибудь поговорить? - Удивлённо спросил у Азмарии Франсуа.Сателла посмотрела на апостола, приподняв брови.- Да, я как раз хотела поговорить... - Азмария медленно опустилась на стул возле кровати заклинательница камней. На самом деле она ничего такого не собиралась, но после слов Франсуа отступать было поздно. - Можешь не ждать меня. - Добавила она, обращаясь к Левапу. И красноречиво посмотрела на дверь.- Хорошо, хорошо. – С беспокойством произнёс Франсуа, бурно жестикулируя. - Кто я такой, чтобы влезать в женские разговоры? У всех свои секреты.

Помедлив несколько секунд после того, как дверь закрылась, Сателла выключила свет и на ощупь пробралась к кровати. Теперь, когда её лица не было видно, она могла не скрывать усталости."Надо же, совсем расклеилась. Раньше на приёмах могла болтать о всякой дребедени часами".Заклинательница камней легла на кровать и закрыла глаза.- Так о чём ты хотела поговорить?- Я... Даже не знаю. - Азмария беспокойно заёрзала на стуле. - Может, расскажите о вас и вашей сестре? Мне показалось, вас что-то гложет.Сателла болезненно рассмеялась. Святоша, ангел, клоун, а теперь ещё и апостол... какая замечательная компания спасателей собралась по её душу!- Что, нравится лезть в чужие души? - В голосе была едкая горечь. Впрочем, Сателла тут же извинилась. - Не обижайся... ты-то тут не причём.Женщина ненадолго замолчала. Говорить с Азмарией ей было проще, чем другими: девочка тоже была слабой. Как и она.- Почему сил всегда так мало? Кажется, что их полно... а на деле каждый день приходится держаться на столь малых крохах...Азмария вздрогнула.- Простите, если я вас чем-то задела. Вам необязательно рассказывать мне какие-то совсем уж личные тайны. А насчёт сил я хорошо вас понимаю: у меня тоже они быстро кончаются. Но восстановиться их мне обычно помогают друзья...- Друзья... я надеялась, хоть ты мне не будешь говорить об этой чуши! - Сателла знала, что Азмария её не поймёт, заклинательница камней и без её слов знала все доводы о взаимопомощи и поддержке... друзья могли спасти от пули в бою. Но они не могли вывести из ада. - Этого... недодемона наслушалась? Уж он-то обожает болтать о дружбе!- Франсуа бывает нетерпелив, но на самом деле он очень хороший. - Поспешила заступиться за друга Азмария. - Он всегда за всех беспокоится.Женщина иронично хмыкнула. Ей хотелось отомстить за Штайнера.- Скажи... только не соври, будь честной. Чья-нибудь жизнь, кроме твоей, стала светлее от того, что он в ней появился? Радостнее? Добрее? Я не про стрельбу в демонов говорю, потрошить своих собратьев - в этом он мастер.Апостол серьёзно задумалась.- Я не знаю. - Чуть помедлив, произнесла она. - Об этом других надо спрашивать. Не у всех людей получается нести свет, так что надо стараться хотя бы не творить зла. По возможности. Здесь вы тоже можете мне возразить, но ведь Франсуа правда старается. И демоны - не его собратья. Он всегда был человеком. Что всё-таки с вашей сестрой?Некоторое время после слов Азмарии Сателла молчала.- Ничего. - Наконец, сказала она. - Я со всем справлюсь. Только мне нужно выспаться. Мне нужен долгий, хороший сон.- Вы уверены?Женщина молчала. Она была рада тому, что в комнате было темно, и её лица было не видно.- Да. - Тихо сказала она. - Мне нужен отдых. Долгий отдых. Спасибо, что пришла ко мне... правда, спасибо.- Тогда доброй ночи вам!Когда дверь в комнату закрылась, Сателла облегчённо вздохнула. Завтра, когда рассветёт, она снова будет бодрой и уверенной... вне зависимости от того, удастся ей выспаться или нет. Азмария так и не поняла её слов об отдыхе. Это было хорошо. Но почему-то горько.***Азмария вышла не сразу. Она не была до конца уверена, удалось ли ей помочь Сателле, а ещё ей хотелось обнять заклинательницу камней на прощание: ведь она оказалась такой славной! Но девочка решила, что это всё-таки будет перебор, и тихонько покинула комнату.Между тем Франсуа сидел на скамейке во внешнем дворе монастыря, размышляя о разных вещах и с интересом вглядываясь в сияющий ангельский меч, что держал в своих руках."Хочется верить, что дальше будет только лучше. И всё же иногда я сомневаюсь, настолько ли я хороший человек, как думают обо мне другие, и будет ли от моих действий только лучше?"От этих мыслей свет меча внезапно потух, перестав искриться энергией, что немного смутило француза."Хм... Ясно. Если я буду в себе сомневаться, я не смогу надеяться на твою силу. Я не должен упиваться прошлым: что было, то прошло, и этого уже не вернуть. Я должен двигаться дальше. - Уловив в себе эти уверенные мысли, он даже вернул сияние своему оружию. - И с целью защитить друзей и всех остальных невинных людей я должен стать сильнее духом и больше не сомневаться. По крайней мере, я постараюсь, чтобы никто больше не страдал. И где бы ты ни был, Айон, ты поплатишься за все свои злодеяния!"***- Ты уж с ней поосторожнее. Лечить людей мне нелегко, сам знаешь.Женский голос, казалось, пробудил её, и девочка открыла глаза. Напротив неё стояли двое, но увидела она только одного - тот самый демон, который... правда, сейчас он был без крыльев и, одетый в белое, выглядел совсем по-другому. Но Флоретта его узнала сразу.- Чт... чт... что с Сателлой?Голос ей не подчинялся.- По моей прихоти она пока жива.Демон улыбнулся, подойдя к ней, лежавшей на чём-то жёстком.- Как, впрочем, и ты. Жизнь и смерть предлагаю я тебе. Благословение и проклятие. Избери лучшее.Глаза демона, невидимые из-за сиявших фосфорическим светом очков, казалось, пронизывали её насквозь. И самое страшное было то, что Флоретта не знала, что будет лучшим.- Жизнь или смерть... - Фиоре тихо произнесла это, неожиданно для себя вслух, остановившись около столба. Какой же ответ был правильным?Кто-то подёргал её за одежду и, обернувшись, она увидела перед собою мальчика лет десяти. Но на руке у него уже был кровавый знак.- Вы Фиоре?Девушка кивнула.- Господин Иешуа просил передать, что будет очень рад увидеть вас.***Остановились они около церкви - мальчик, словно вспомнив что-то, убежал, оставив Фиоре одну. Девушка обвела глазами площадь, подняла взгляд вверх - шпили церкви вздымались к небу, но на них не было крестов. Острые чёрные пики, казалось, впивались в небо, а откуда, как из ран, нанесённых ими, падали капли дождя.Помедлив, Фиоре направилась ко входу в храм - или, скорее в капище, но чем ближе она подходила, тем сильнее становилось ощущение взглядов, направленных на неё. Когда, уже у самой двери, она обернулась, то увидела, что все люди на площади смотрят на неё. Такое она уже несколько раз видела - так бывало, когда Ризель брала под контроль сразу многих, и десятки людей покорялись одной воле, начиная действовать как одна личность, так что даже выражения лиц становились одинаковыми. Но сейчас паутины не было.?Поздно... город уже захвачен?.И всё же она вошла внутрь. Всё было, как и прежде - ряды скамеек, иконы, статуи... но иконы и статуи изображали не Распятого, Его мать и святых, а Зверя. Со всех сторон на Фиоре глядел Айон. Только сейчас девушка по-настоящему ощутила свою полную беззащитность после того, как её тело было искалечено, лишилось руки и возможности использовать магию камней. И всё же она пошла вперёд, между рядами скамей, к мальчику, сидевшему на своеобразном "троне" в дальнем конце храма, там, где раньше был алтарь.- Рад, что ты пришла.Когда до цели осталось чуть менее десяти метров, за спиной девушки раздался спокойный голос. Айон сидел на одной из скамей, насмешливо глядя на Фиоре. Девушка обернулась и замерла, положив руку на крест, висевший на её поясе.- Поклонись мне. - Тихо приказал грешник. Фиоре молчала, глядя на него и, секунд через десять игры в гляделки, Айон рассмеялся.- Впрочем, это уже почти не важно. Чтобы стать тем, кем ему надо стать, апостол должен пройти три инициации. Сочетание. Согласие. Смерть. Первую Иешуа прошёл шесть лет назад. Вторую недавно. А сейчас ему нужно завершить третью. Убей её. - Внезапно приказал грешник властным голосом.Иешуа молчал, глядя на Фиоре. Глядела на него и она, потом сделала шаг к нему. Второй. Потом третий.- Убей!В голосе Айона прозвучала такая сила и властность, что, казалось, ей было невозможно противиться. Даже солнце и луна не смогли бы отказать ему в повиновении. Развернувшись одним быстрым движением, Фиоре выхватила из-под одежды крест, данный ей Ремингтоном, который в один миг вспыхнул и превратился в меч экзорциста. В две секунды она оказалась перед грешником, перепрыгнув через ряды скамеек, разделявшие их, но нанести удар не смогла - что-то тёмное и липкое ударило её, отбросив.- На него нельзя поднимать оружия. - Раздался тихий голос Иешуа.Фиоре едва успела встать, как к ней устремились страшные, чёрные руки, над которыми было не властно расстояние... уворачиваться от них было бесполезно, и девушка сделала то единственное, что смогла - закрылась от них мечом. Когтистые пальцы вцепились в него, попытались обогнуть - но крест внезапно стал для них непреодолимым препятствием. Несколько секунд они упорно пытались миновать его, а потом лезвие меча вдруг запульсировало, оружие задрожало в руке девушки... и взорвалось.Оставленный Богом храм затрясся и развалился, похоронив под камнями и всю царившую в нём мерзость, и Фиоре.***Азмария постучалась в комнату Сателлы, но дверь ей никто не открыл. Тогда девочка вошла сама и наткнулась на осколки разбитой фазы. На одном из них, самом большом, была кровь. Совсем немного, но и этого было достаточно, чтобы апостолу стало дурно. Однако она заставила себя осмотреть комнату. Видимых повреждений не обнаружилось, вещи стояли на своих местах, шкаф был полон одежды. Даже свою косметику с туалетного столика каменная колдунья не забрала! Азмария посчитала это хорошим знаком. "Сателла всегда следит за своим внешним видом и не уехала бы далеко без всех этих баночек и тюбиков".Начать расследование девочка позвала Розетту и Хроно. Ей не хотелось расстраивать Франсуа дурными вестями.- Что-нибудь чувствуешь, Хроно? - спросила Розетта, встав посреди комнаты. Хроно не отвечал, и девушка удивлённо обернулась к нему. Её глаза всё ещё очень плохо видели, и разглядеть выражение лица напарника она не смогла.- Хроно, что с тобой? - Переспросила она. Демон несколько секунд молчал, после чего внезапно сказал:- Распятие.Секунду спустя послышался сдавленный крик Азмарии.- Что такое? – тяжело иметь плохое зрение, приходится всё у других переспрашивать.

- Кровь... - Тихо ответила девочка. - Оно всё в крови.Розетта нахмурилась, пытаясь сообразить, что это значит, когда снова заговорил Хроно. Голос его сопровождался тихим шипением, напоминающим звук испаряющейся воды.- Очень странная кровь... - демон, видимо, вспомнив о том, что Розетта едва способна сейчас разглядеть вещи дальше, чем на расстоянии руки, пояснил: - Прикасаешься к ней... словно бы святая вода. Только очень злая. Всю кожу на руке мне разъела, хорошо, что ты не видишь. Кажется, я знаю, кто тут побывал. - Последнюю фразу Хроно произнёс после долгой паузы, каким-то сдавленным голосом.- Кто? - Требовательно переспросила Розетта.- Айон.***(за час до этого)Путь до ордена занял примерно столько же времени, сколько и путь, который ей пришлось проделать, гонясь за сестрой. Пустота в душе была такой, что просто медленно идти было трудно, и женщина едва не бежала. Она не знала, что будет делать в ордене, но и думать, быть наедине с собою ей не хотелось.Дойдя до здания, она, перекинувшись парой пустых слов со стражем, стоявшим у входа, прошла в свою комнату и заперлась там. Зачем она старалась, боролась? Сестра не хочет её знать, для её "друзей" она - лишь объект альтруизма, который надо срочно осчастливить... в теории Сателла всегда соглашалась с тем, что кто силён, тот и прав, но сейчас силу применили к ней, бессильной... и сломали её. Струна, вот уже многие дни натянутая до предела, наконец, лопнула. Остался обрывок, еле-еле трепетавший на холодном ветру... холодном...Сателла вздрогнула, почувствовав дуновение холодного ветра. Около окна стоял человек в белом и улыбался, глядя в небо.?Видение... я брежу? Пора бы уже?.Сателла посмотрела на человека и протёрла глаза. Тот не исчез.?В Ордене? Как??- С тех пор, как удерживающий отошёл, для меня больше нет запертых дверей. - Ответил Айон на её невысказанный вопрос. - Раньше между тобой и землёй свободы стояла сестра... теперь её нет, верно?Грешник повернулся к ней. За зеркальным стеклом его очков девушка не увидела глаз. И почему-то невероятно обрадовалась этому. Ей показалось, что глаза этого существа, как глаза василиска, обратили бы её в камень, лишь только бы она взглянула в них. Впрочем, смерти она сейчас не боялась. Даже такой.- Я или они. Выбирай. Моя свобода и мой рай - или их свобода и их рай. Жизнь и смерть предлагаю я тебе. Благословение и проклятие. Избери лучшее.Сателла вздрогнула, на мгновение в памяти мелькнула Азмария... мелькнула - и исчезла.- Я выбираю твою свободу.- Вначале будет больно.- Потерплю.Сателла встала, она уже знала, что делать. Подойдя к столу, заклинательница камней взяла с него вазу и, разломав её, поднесла осколок к правому запястью. Помедлив секунду, женщина рассекла себе кожу. Четыре линии, крест-накрест. Горячая кровь потекла по руке, но боль была приятна. Она заглушала то, что было в душе. Теперь было не больно. Теперь ей больше никогда не будет больно.Переложив осколок в другую руку, она сделала то же самое с левой рукой. Теперь у неё были стигмы. Две печати Зверя на руках. Теперь она была свободна.И, когда спустя час в комнату вошла девочка, там уже никого не было. Никакие стены не могли удержать человека, который выбрал такую свободу.***Около разрушенного храма-капища остановилась машина, из которой буквально выбежал Ремингтон, сопровождаемый юным экзорцистом.- Что мы ищем? - Спросил спутник, но преподобный не ответил.Несколько минут он осторожно передвигался по развалинам, по шатающимся камням, которые в любой момент могли провалиться ещё глубже. Наконец, Ремингтон остановился около одного большого камня.- Помоги приподнять. Только осторожно.А когда они отодвинули его, то к удивлению спутника под ним лежала однорукая девушка, настолько засыпанная пылью, что нельзя было различить цвета её волос. И к ещё большему удивлению через несколько секунд она открыла глаза.- Что с Иешуа? - Тихо спросил её преподобный.Но Фиоре ничего не ответила. Серые глаза девушки безнадёжно смотрели на закрытое облаками небо, с которого капали мелкие капли дождя. Точно такие же, как и те, что падали на город, когда она ещё только подходила к храму. Капли текли по её лицу, стирая осевшую на него пыль, и было непонятно - то ли это плачет она, то ли это были слёзы, падавшие с неба.Небо плакало над городом, от которого отошёл дух любви.