Часть 14 (1/2)

25 октября

Вторник

16:42

Хорошо, что они направлялись на встречу с этими кусками дерьма в человеческом обличье. Именно это повторял себе Хазард. Пока Сомерс выезжал из Варедуа и вез их через холмы, густо заросшие живой зеленью, Хазард твердил себе: это хорошо, что встреча с Волонтерами Озарка так вовремя подвернулась, потому что ему просто необходимо было кому-нибудь врезать, и он решил, что Волонтеры Озарка не замедлят дать подходящий повод.

За городом раскинулась сельская местность штата Миссури. Вблизи от водохранилища Озарк и Гранд Ривер земля была волнистой, пологой и расплывающейся. Лес из твердых пород деревьев – в основном, дубы, - рос по обеим сторонам федерально дороги, обочины которой заполонили жимолость и кудзу. На Хазарда это подействовало удушающе, будто на шею накинули удавку. Ветви нависали над автомобилем, оставляя видимым лишь лоскутки голубого неба. Через вентиляцию машины проникал влажный воздух, напоенный запахом мха. Именно так пахло на обрыве, где Джефф Лэнгхэм проглотил пулю. Хазард дернул душивший его галстук.

- Плохие вести из дома?

- Теперь Варедуа мой чертов дом.

Они молча ехали еще пять минут, глубже погружаясь в зеленый лабиринт, внутри «импалы» витал запах мха. Затем Сомерс кашлянул, почесал затылок, взъерошив светлые волосы и вцепился обеими руками в руль.

- Ты, э-э, слышал, что сказала Элдора. О моей жене.

Хазард боролся с приступом ярости. Он понимал, чего добивается Сомерс – пытался наладить отношения и таким образом втереться к Хазарду в доверие. Инстинктивной реакцией было оттолкнуть Сомерса.  Хазард давил этот инстинкт. Он обещал, что изменится. Если для этого нужно было выслушать историю Сомерса, позволить рассказать о своей личной жизни, Хазард мог с этим смириться. По крайней мере, на какое-то время.

- Да, - ответил Хазард.

- Ты спросил, что она имела в виду.

- Это меня не касается. Не стоило спрашивать.

- Не-а, - сказал Сомерс, сверкнув улыбкой. – Сейчас ты так говоришь, потому что не хочешь разговаривать про Билли. Но знать хочешь. Возможно, тебе полегчает, а? Если узнаешь, что я окончательно проебал свою жизнь?

Хазард не стал отрицать, но и ничего не ответил.

Сомерс усмехнулся.

- Да-а, тебе точно станет лучше. И мне следует тебе рассказать. Я к тому, что об этом знает весь город. И смеется у меня за спиной. Так почему бы не знать и тебе?

- Ты можешь рассказать, если хочешь. Но ты не должен. И я не собираюсь над тобой смеяться.

- Если кто и заслуживает надо мной посмеяться, с удовольствием позлорадствовать над тем, как я облажался, так это ты. – Хазард открыл рот, не зная, что на это ответить, но Сомерс заговорил раньше. – Я… Изменил. Знаю, это делает меня последним гребаным мудаком в мире.

Следующую минуту раздавался лишь шорох шин «импалы» по асфальту. Затем Сомерс ткнул кнопку стереосистемы, проигрыватель ожил и спустя мгновение женский голос наполнил кабину тихой кантри-музыкой. Еще секунду спустя Хазард ткнул в ту же кнопку, и снова повисла тишина.

- Билли за моей спиной трахается с нашим соседом. Где-то, не знаю, уже год. Вот так.

- Господи.

- Ты первый.

Сомерс снова провел пальцами по затылку.

- Да. Примерно через год после окончания колледжа я женился на Коре. Коре Малшоу. Не знаю, помнишь ли ты ее, но она…

- Вы были королем и королевой выпускного бала.

- Боже, не напоминай. – Сомерс ненадолго задумчиво умолк. За бортом машины мелькнул куст жимолости, и ее сладкий аромат наполнил воздух. – Мы были молоды и глупы. Понятно, это не оправдание, но мы оба поступили в Миззу и все еще не расстались после первого курса, и это казалось знаком свыше. Что-то типа того. В общем, мы поженились тем же летом, вернувшись в Варедуа.

- Как это было?

- Ее родители пребывали в восторге. Мои в ярости. Мама чуть не отказалась присутствовать на свадьбе, она до сих пор почти не разговаривает с Корой, и единственная причина, по которой они хоть как-то с ней взаимодействуют, - это Иви.

Хазард кивнул, практически не удивившись. Грейс Элэйн Сомерсет – мать Джона-Генри – была, во многих смыслах, королевой Варедуа. Ее муж, Гленнворт Сомерсет, имел достаточно денег, чтобы купить город целиком, заасфальтировать и превратить в самый большой ресторан в сети «Шони» к югу от лини Мэйсона-Диксона. Именно это делало Грейс Элэйн самой главной фигурой и сильнейшей движущей силой высшего общества Варедуа.

Хазард вспомнил, как однажды его собственная мать вернулась с заседания Методистского Дамского Кружка Одеял и Ужина. Айлин Хазард почти всю жизнь проработала за швейной машиной, ее брови вечно хмурились, а глаза щурились, будто она все время пыталась разглядеть угольное ушко, пропущенный стежок или другую незначительную деталь, но у нее был веселый смех и множество друзей. А в ту ночь Айлин Хазард пришла домой и села в мягкое кресло, держа туфли в руке. Щеки Айлин алели, и она тяжело дышала, словно бог уселся ей на грудь и жег внутри индейские костры. Она больше не возвращалась в дамский кружок, и прошло очень много лет, прежде чем Хазард узнал, что Грейс Элэйн Сомерсет ясно дала понять, что мать дегенерата неподходящий материал для Методистского Дамского Кружка Одеял и Ужина. Вот такой властью обладала Грейс Элейн и таким образом ею распоряжалась. Не удивительно, подумал Хазард, что она пришла в ярость, когда ее сын решил жениться на Коре Малшоу, дочери осужденного преступника и, предположительно, бывшей проститутки.

- В общем, мы закончили университет без особых проблем, чем, наверное, очень удивили моих родителей, и вернулись в город. Я начал работать в полиции, ну знаешь, обычная работа в униформе. Я патрулировал Смитфилд. У нас появилась Иви – это моя дочь. Сейчас ей два года. А после рождения Иви все изменилось. Кора всегда была уставшей. Да мы оба уставали. Работали в разные смены, а родители Коры помогали с Иви, но денег не хватало. Мы ссорились. Часто. – Сомерс вздохнул. – Мы поженились слишком рано. Ну, знаешь, каково это? Будто одна твоя часть замерла, а другая растет вместе с тобой, изменяется, созревает, но та, первая, остается прежней, и ты не можешь от нее избавиться.

- Звучит, как полная чушь. Ты женился на ней. И ты мог с ней развестись, вместо того, чтобы изменять.