Часть 13 (2/2)

- Это я понял, Сомерс. – И тут Хазарду пришел в голову вопрос. – Что она имела в виду, говоря, что жена позволяет тебе голодать? Ты что, женат?

Ответить Сомерс не успел– на кухню вошли Ренард и Элдора Апчёрч. Увидев их вместе, Хазард снова поразился внешней разнице в возрасте. Ренард Апчёрч выглядел по-прежнему молодо, даже с поредевшими волосами и наметившимся животом. Рядом с ним Элдора действительно походила на его мать. У Хазарда начала формироваться мысль: мужчины старших поколений, которые могли остаться теми, кого осторожно называют «убежденными холостяками», часто вместо этого женились. Ничего в поведении Апчёрча не указывало на это – никакого жеманства, ничего особенного в его взгляде на Сомерса, но Хазард задумался.

- Вижу, вы познакомились с моей женой, детектив Хазард, - сказал Апчёрч. – Приятно снова с вами встретиться.

Хазард кивнул.

- Пойдемте-ка наружу. Элдора терпеть не может, когда мы говорим в доме о делах.

- Это ужасно удручает, - подтвердила Элдора, и Хазард почти смог представить себе, как она в ужасе обмахивается фартуком. – Но хотя бы возьмите с собой печенье. И молоко.

Апчёрч закатил глаза, терпеливо улыбнулся жене, чмокнул ее в щеку и увел Хзарда и Сомерса в гараж.

- Машину помою, - объяснил он. – Кое-где на дорогах грязища, на «мустанге» она уже толщиной сантиметра три.

- Я тоже подумал, что твоей детке не помешала бы ванна, - поддержал его Сомерс.

- Звучит, как шутка, - сказал Апчёрч, - но это не так. Этот «мустанг» и правда мой ребенок. Знаю, звучит печально, но это правда.

Когда они обогнули дом и вышли к «мустангу», Хазард решил, что достаточно долго изображал вежливость.

- Сомерс сказал, у тебя есть контакты среди Волонтеров Озарка. Мы бы хотели связаться с этим человеком. У нас есть кое-какие вопросы.

Апчёрч намочил губку и принялся отмывать капот «мустанга».

- Что ж, детектив Хазард, может я и знаю кое-кого, с кем вы можете побеседовать. Но вы должны понимать, что это вопрос доверия.

- Мы сохраним их личность в тайне. Я не первый раз этим занимаюсь.

- Вообще-то, я не о том. – Апчёрч продолжил выводить губкой медленные мокрые круги. – Это насчет вандализма?

- Ну, - начал Сомерс, - мы считаем… - Хазард метнул в него взгляд, и Сомерс запнулся. – Мы думаем, - попытался он снова, - что следует пообщаться с кем-нибудь из Волонтеров Озарка.

- Да, это я уже понял, - сказал Апчёрч, сухо улыбнувшись. Однако в глазах улыбки видно не было, он старательно их отводил. – Ты повторяешься, Джон-Генри. Что происходит?

- Ничего, просто…

- Это действующее расследование, - вмешался Хазард. – Ты больше не состоишь на службе в полицейском управлении Варедуа. Или, во всяком случае, не будешь состоять со следующей недели. Мы считаем, что подробности дела должны оставаться внутри управления.

Рука Апчёрча замерла, и окрашенная в цвет ржавчины вода потекла из-под губки.

- Так во-от значит, как играют в эту игру.

- Ренард, - сказал Сомерс, - ничего личного, но Хазард прав: чем меньше народу знает, тем проще контролировать происходящее.

- Дерьмо собачье, простите за выражение. – Апчёрч выжал губку, и запах пыли и шампуня наполнил воздух. – Ты не доверяешь мне, в этом дело? Если в этом, то зачем тебе мои контакты?

Хазард пристально смотрел на мужчину. На лице Апчёрча отразилась смесь разочарования и гнева, и Хазард ему сочувствовал. Мало приятного, когда бывший напарник приходит и сообщает, более или менее обоснованно, что ты теперь чужой. Но в то же время Хазард помнил, с какой легкостью он отвернулся от Сомерса, обсуждая напарника за его же спиной.

- Давайте не будем принимать все близко к сердцу, - сказал Хазард. - Простая просьба. Нам нужны имена людей из числа Волонтеров Озарка. У тебя эти имена есть. Ты обязан помочь в текущем расследовании. Более того, ты должен…

В этот момент телефон Хазарда зазвонил. Сначала он хотел проигнорировать звонок, но потом подумал, что это мог быть Билли. Решимость не обращать внимания растаяла, и он вынул из кармана телефон. На экране высветилось имя Билли, и Хазард покосился на Сомерса.

Сомерс посмотрел на Апчёрча и махнул рукой в сторону улицы.

- Ответь. Мы разберемся.

Судя по обиде и злости на лице Апчёрча, он не был заинтересован разбираться в чем-либо, и Хазард заколебался. Если остаться, помочь Сомерсу надавить…

- Иди, - твердо сказал Сомерс.

Хазард сдался и поспешил отойти к дороге.

- Привет, - сказал он, прижав телефон к уху.

- Привет, - ответил Билли. – Я уж подумал, что придется общаться с голосовой почтой.

Билли был пьян. И это не просто пара бутылок пива. Он был в хлам. Хазард взглянул на часы – еще даже четырех часов не было. Дойдя до дороги, Хазард замедлил шаг. Это был тихий район, со старыми домами и пожилыми жителями. Вдоль тротуаров росли клены, кронами заслоняя от солнца, а листва шелестела, когда по ветками пробегала белка.

- Ты сегодня рано начал, - сказал Хазард, пытаясь смягчить резкость тона, но не вышло не очень.

- Это что еще должно значить?

- Ничего. Не обращай внимания. Как вчера прошел концерт?

Последовало долгое молчание, а затем Билли сказал:

- Ты же в курсе, что мы не даем представлений по понедельникам, да? Я же миллион раз тебе об этом говорил, помнишь?

- Да, точно. Извини. Ты…

Хазард замолчал – где-то за заднем фоне мужской голос что-то сказал.

- Я что? – спросил Билли.

Хазард забыл, что хотел сказать. Хотелось спросить, кто сейчас рядом с Билли. Хотелось узнать, не Том ли это. Нет, не так: хотелось спросить не этот ли мудак Том, который не мог держать глаза и руки подальше от Билли, даже когда Хазард находится в одном с ним чертовом помещении. Именно это и хотел сказать Хазард. Но изо всех сил постарался держать ровный тон.

- У тебя все в порядке? – наконец сумел выдавить Хазард.

- Что?

- Как у тебя дела?

- Хорошо.

- Я скучаю по тебе.

- О, да, я тоже скучаю. Поэтому и звоню. Потому что соскучился по тебе.

На той стороне линии раздался взрыв смеха, и Хазард не удержался:

- Похоже, для трех часов вторника ты очень весело проводишь время.

И снова молчание.

- Господи, какой же ты чертов святоша. Да, я немного выпил. Ты действительно хочешь об этом поговорить?

Оставь это, твердила какая-то часть Хазарда. Отпусти, оно того не стоит.

- Немного выпил? Правда? А по голосу похоже, что ты полностью разорил бар Тома.

- Кто, блядь, вообще говорил про Тома?

- Полагаю, именно его я все время слышу на заднем фоне. Я прав?

- Он мой друг, Эм. Наш друг. Мне очень одиноко с тех пор, как ты уехал. Что ты от меня хочешь? Чтобы я сидел в квартире в одиночестве?

- Не думаю, что мне стоит об этом беспокоиться.

- И как это, черт возьми, понимать?

- Как хочешь, Билли. Понимай, как хочешь.

Долгое молчание, прерываемое неровным дыханием. Хазард не мог понять, было ли оно его собственным или принадлежало Билли. Затем Билли сказал:

- Знаешь, что? Ты сейчас ведешь себя, как настоящая сучка. Поговорим потом.

И звонок прервался.

Хазард сжимал пальцы на телефоне, пока не услышал скрежет пластика в кулаке. Он заставил себя расслабить мышцы руки, несколько раз глубоко вздохнул и впился взглядом в сумеречно-голубой горизонт, изломанный тремя дымящимися трубами фабрики «Тегула», словно мог прямо отсюда дотянуться до Сент-Луиса, до кирпичного дома на площади Лафайетт, принадлежащего Тому Джерарду. Блядь, он пялился на горизонт, будто мог заглянуть прямо в сердце Билли Ролкера… Но видел только дым «Тегулы» и прорву душевной боли.

- Все хорошо?

Хазард, насколько мог, взял себя в руки, прежде чем повернуться лицом к Сомерсу. Должно быть он не очень хорошо справился, потому что увидел на лице Сомерса беспокойство.

- Что случилось?

- Ничего.

- Не похоже на «ничего».

- Как успехи? Где Апчёрч?

Сомерс еще мгновение пристально рассматривал Хазарда, а затем развернул листок бумаги.

- Имя. И адрес. Мы должны встретиться с ним через час.

- Так просто?

- Пришлось погладить его вдоль шерсти – Апчёрч не любит, когда его оставляют в неведении, - но да, вот так просто.

Хазард двинулся к «импале».

Когда они сели в машину, Сомерс завел двигатель, отъехал от обочины, но вдруг остановился и впился в Хазарда пронзительным взглядом.

- Что? – спросил Хазард.

- У тебя рука кровоточит.

Хазард посмотрел вниз – он сжимал кулаки с такой силой, что порезы снова открылись, и кровь пропитала бинты.

- Не хочешь показаться врачу?

- Просто веди гребаную машину.

- Может, расскажешь, что происходит?

- Ты знаешь, что происходит. Нам надо встретиться в Волонтером Озарка. И я жду этого с нетерпением.

Сомерс простонал, выезжая на дорогу.

- Этого я и боюсь.