Часть 7 (1/2)
22 ноября
Четверг
06:43
Сомерс проснулся с перекинутой через широкую грудь Хазарда рукой, и на него моментально нахлынула волна противоречивых эмоций. После того ужасного момента между ним и Хазардом прошлым вечером – боже, он в сотый раз задался вопросом, зачем просил остановиться? – Сомерс провел ночь, мучимый мрачными сексуальными снами. Большинство деталей не запомнились, но он точно знал, что в них фигурировал Эмери Хазард и его большие, сильные руки и категорический отказ слушать протесты. Даже теперь, проснувшись, Сомерс чувствовал болезненное возбуждение, терзавшее его всю ночь. Он привел мысли в относительный порядок и напомнил себе, что поступил правильно, попросив Хазарда остановиться. Сказал то, что следовало сказать. Но снова, как и всю ночь, тихий настойчивый голос спрашивал Сомерса, кого именно он пытается убедить.
Как можно деликатнее Сомерс убрал руку с липкой от пота кожи Хазарда и медленно отодвинулся от здоровяка. Это был не первый раз, когда Сомерс просыпался рядом с обнаженным мужчиной. Это даже не было близко к ситуации, когда Хазард и Сомерс подошли к сексу. Они были куда ближе в раздевалке, когда желание в глазах Хазарда чуть не поглотило Сомерса. Они были куда ближе в ту ночь в его квартире.
Но раздевалка случилась шестнадцать лет назад, а той ночью Сомерс был смертельно пьян. Прошлый вечер получился иным. И разница состояла в том, что Сомерс с Хазардом стали взрослыми и оба были трезвы. А еще разница в том, повторил тихий настырный голос, что Сомерс пытался соблазнить Хазарда. Кого он пытался одурачить этим дурацким массажем?
Сомерс накинул на бедра полотенце, выскользнул из постели и затрясся от холода. Какие бы развлечения не предлагал Виндзор, в этот перечень явно не входили отопление и термоизоляция. Батарея дребезжала и лязгала, но, похоже, не могла противостоять зимней стуже на улице. Сомерс спустился в прачечную и покрутил в сушилке одежду, пока та не нагрелась, собрал в комок и понес в мансарду. По дороге, все еще дрожа на сквозняке, он обратил внимание на свет под дверью Томаса Стронга. Неужели этот человек работал всю ночь? Сомерс на секунду остановился и прислушался, но ничего не услышал. Его снова пробрала дрожь, и Сомерс рванул к лестнице. Дом был холодным, да, но и в здешних людях было что-то странное, и это действовало на нервы.
Войдя в мансарду, Сомерс и думать забыл про Томаса Стронга и прочих гостей. Хазард полулежал на кровати, натянув одеяло до груди, а огромные руки…
…мозолистый большой палец проводит по соску, вырывая у Сомерса крик…
…обхватывают колени. На это раз волосы Хазарда были растрепаны, делая его моложе и, как ни странно, опаснее. Опасно привлекательным, это уж точно.
- Ты не сложил ее? – спросил Хазард.
Сомерс бросил тряпки на кровать и начал перебирать. Доверьтесь Хазарду, и он испортит любой момент, просто открыв рот. Отобрав свою одежду, Сомерс сбросил полотенце и оделся. Он делал вид, что не замечает, как Хазард пялиться на него, но было трудно не наслаждаться этим. Старшая школа вернулась – ничто и никогда не вызывало у Сомерса таких чувств, которые он испытал, увидев на лице Эмери Хазарда неприкрытое желание.
Хазард все-таки сумел оторвать взгляд и хрипло сказать:
- Все мятое.
- Ты большой мальчик. Справишься. Все равно тут нет утюга.
Хазард собрал одежду и направился в ванную. Очевидно, его сильно заботила благопристойность… Или он пытался скрыть что-то другое.
- Как будто ты знаешь, как пользоваться утюгом. Я видел твой шкаф.
- Это возмутительно, - крикнул Сомерс в закрывшуюся дверь. – Позови, когда надо будет застегнуть пуговицы.
На стене висело антикварное зеркало, и Сомерс расчесал волосы пальцами. Светлые локоны без особых усилий сложились в привычный беспорядок, и Сомерс, одетый и готовый к выходу, постучал в дверь ванной.
- Я в порядке.
- Ты же пытаешься справиться с ними одной рукой, да?
- Иди к черту, Сомерс.
- Отличный способ разговаривать со своим напарником. Особенно после случившегося…
Дверь распахнулась. За ней стоял Хазард, по бледным щекам расползались красные пятна, а полурастегнутая рубашка свободно болталась.
- Еще одно слово, - произнес он тем низким, хриплым голосом, от которого у Сомерса волосы зашевелились на загривке, - и я тебя убью.
- Что? – спросил Сомерс, вытаращив глаза. – Я собирался сказать, особенно после того, что случилось, когда мы поспорили последний раз. Помнишь? В итоге ты купил мне буррито.
Хазард прищурился, и Сомерс почувствовал укол страха. Он ступал на опасную почву, но точно знал, что если они не забудут о случившемся вчера, и как можно быстрее, это отравит их отношения.
- Я купил тебе два буррито, - наконец сказал Хазард. – Ты начинаешь толстеть. Так ты поможешь мне с рубашкой или нет?
Руки Сомерса подрагивали, совсем чуть-чуть, и застегивая пуговицы он надеялся, что Хазард ничего не заметит. Было тяжело находиться так близко к нему, ощущать запах стирального порошка на одежде, легкий мускусный аромат кожи Хазарда, чувствовать, как задевают пальцы жесткие черные волоски на груди. Закончив, Сомерс завязал галстук Хазарда и отступил на шаг.
- Что-то не так.
- Все так.
- Ты странно выглядишь.
- Да иди ты.
- Нет, я просто…
- Что?
- Нет, ничего.
- В чем дело, Сомерс? – Хазард повернулся и взглянул на себя в зеркало, поворачивая голову, чтобы рассмотреть со всех сторон.
- Да ничего. Твои волосы. Ты всегда такой… Зализанный. Правильный. Не знал, что они у тебя кудрявятся.