Часть 2 (1/2)

21 ноября

Среда

17:03

Женщина с криком выбежала из дома. Это не было похоже на истерические вопли с размахиванием руками. Крик был… методичным. Вытирая руки кухонным полотенцем, женщина твердым шагом направилась по дорожке к «импале», крича умеренным, ровным тоном. Она даже задержалась по пути, чтобы поднять простыню, съехавшую с бельевой веревки. Простыня выглядела так, будто промерзла насквозь и, скорее всего, стала твердой, как железо, но женщина сбила ее в прямоугольник поменьше, продолжая кричать.

Сидя в «импале», Хазард наблюдал за ней со смесью ужаса и любопытства. Она напоминала реликвию из другого времени: ее волосы, русые в большинстве своем седые, судя по всему, были очень длинными, поскольку она свернула в два отдельных пучка на макушке. Лицо испещряли морщины, превращая в одну кислую складку. Длинный выцветший фартук выглядел так, будто его долго и последовательно застирывали примерно с 1932 года, а под фартуком было надето домашнее платье с рисунком из громадных лилий на бирюзовом фоне.

- Бетси Феррел, - сказал Сомерс. – Она, конечно, древняя, но наверняка смогла бы загнать в угол и Терминатора. Видишь, она до сих пор сушит белье на веревке посреди зимы.

- Наверное, не может позволить себе сушилку. Или электричество. – Хазард осмотрел дом. Маленькое строение, одноэтажный фермерский домик, построенный, вероятно, в начале века, располагался в конце немощеной грунтовой дороги, настолько удаленной от шоссе, что Хазард был уверен, что они заблудились. За прошедшие годы здание просело и слегка покосилось, будто страдало тяжелой формой рахита. Несколько призрачно-белых полос намекали на первоначальный цвет, но сейчас выбеленное дерево смотрело на Хазарда угрожающе.

- Она владеет парой тысяч акров земли тут. Все вдоль Петти Филаделф, что является частью проблемы.

- Это почему?

Но прежде чем Сомерс смог ответить, миссис Феррел добралась до машины и стала колотить обеими руками по машине, не переставая монотонно кричать. Закоченевшая простыня скребла по капоту и, казалось, карябала краску, хотя это мог быть просто слой инея.

- Все хорошо, миссис Феррел, все хорошо. Мы здесь. – Сомерс уже выскочил из машины и поспешил к переду машины, протягивая руки, будто хотел обнять женщину и дать ей поцеловать себя в щеку. – С вами все в порядке, с нами все в порядке, все будет хорошо.

Хазард удержался от остроумного замечания и вылез из машины, кожаные подметки ботинок заскользили по подмерзшей слякоти. Ничего не будет хорошо, если он пропустит ужин с Нико. Хотелось, чтобы Сомерс сообщил об этом миссис Феррел.

- Мой милый мальчик, - хрипло сказала миссис Феррел, будто крик лишил ее нескольких голосовых связок. Слова были произнесены с акцентом, и на слух Хазарда звучали по-восточноевропейски.  – Мой добрый, милый мальчик, ты ошибаешься. Меня убивают. Они убьют меня своим оружием, застрелят меня насмерть. – Она изобразила приставленный к виску ствол. – Вот что они делают, эти люди у власти. Именно это они сделали в моем доме. Понимаешь? Они придут и заберут все, что захотят. Застрелят тебя. И застрелят меня.

- Никто не собирается вас убивать, - возразил Сомерс. Он взял ее руки и сжал. – Пойдемте внутрь, миссис Феррел, напоим вас чашечкой чая.

- Никакого чая, - фыркнула она. – Водка.

- Звучит примерно одинаково, - пробормотал Хазард.

Миссис Феррел метнула в него острый взгляд.

- А кто этот черный? Кто этот человек с лицом, будто хочет меня разбить, расколоть, как молоток орехи, как вы говорите, орехи к Рождеству?

- Это мой напарник, детектив Хазард. И он не собирается ничего раскалывать.

- Не спеши, Сомерс, - пробурчал Хазард.

- Он смотрит, будто хочет меня пристрелить, - сказала миссис Феррел. – А потом станцевать на могиле.

- Не будет он танцевать ни на чьей могиле, миссис Феррел. Никто не собирается в вас стрелять. Пойдемте в дом. – Сомерс развернул миссис Феррел в сторону дома, выхватил у нее из рук простыню и повел по глиняной дорожке. Обернувшись через плечо, он бросил взгляд на Хазарда. – Сделай лицо попроще, - шепотом велел он.

- Какого хрена…