Глава 1. Это был просто урок. (2/2)

Уже собираясь идти к тропинке, Тонкс вдруг поймала на себе взгляд.

Не из толпы студентов — слишком неподвижный.

Она машинально оглянулась через плечо, прищурившись. Чуть поодаль, у края поляны, стоял мужчина в тёмной мантии. Не преподаватель, которых она знала — по крайней мере, не тот, кто часто мелькал на занятиях. Высокий, прямой, словно вытянутый по линейке.

Его взгляд был холодным. Не злым — именно холодным, изучающим, как если бы она была не ученицей, а… задачей.

Тонкс нахмурилась.

«Ну конечно, — подумала она с лёгким раздражением. — Какой-нибудь строгий чистокровный из Попечительского. Наверняка из тех, кто считает, что улыбка — признак морального разложения».

Она почти фыркнула про себя и демонстративно отвернулась, списав всё на собственную взвинченность после практики.

Но ощущение взгляда не исчезло сразу.

И это было странно.

Тонкс поспешно вернула себе внешний вид, который у неё был до занятия — чёрные широкие штаны, футболка и джинсовка. Немного подумав, она сосредоточилась, закрыла глаза, и её волосы стали тёмно-золотыми и легли на плечи ровными волнами.

Своё лицо Тонкс старалась не менять. Ну как не менять… Всё-таки она была девушкой. И подростком — с желанием самовыражаться и выглядеть, ну если и не как с обложки журнала, то хотя бы лучше большинства.

Косметические чары могли освоить многие, зелья приготовить — уже меньше людей, да и то с быстрым временным эффектом. А вот приобрести качественные средства было не всем по карману.

У Тонкс с этим проблем не было. Недостатков во внешности у неё никогда не водилось, чему ей откровенно завидовали почти все.

Но вседозволенность сделала её слишком придирчивой, и она могла изменить свою внешность несколько раз за день и всё равно остаться недовольной. Когда была младше — меняла себя до неузнаваемости.

Теперь же старалась выглядеть так, как выглядела при рождении, но с небольшими… улучшениями. Скажем, где-то убавить, где-то прибавить.

Вот и сейчас Тонкс достала резное карманное зеркальце и заглянула в него. Черты лица стали мягче, кожа — румянее, а губы — пухлее.

Больше не обращая ни на кого внимания, она быстрыми, широкими шагами пошла в сторону замка по тропинке.

Позже она встретилась с Элиарой Вэйн — своей подругой. У когтевранцев были занятия по Травологии, и девушка тоже была не в школьной форме, а в чёрных приталенных классических брюках и блузке болотного цвета.

Тонкс сомневалась, что Элиаре не было жарко или тесно в такой одежде в теплицах, но та не носила футболок или джинсов — ей не позволял статус. Статус, который она проклинала из-за ограничений, но всё же уважала из-за возможностей.

— Доброе утро, как занятие? — Элиара подошла к Тонкс и приобняла одной рукой. В другой она держала сумку и специальный чехол для садовых инструментов.

Тонкс вдохнула воздух рядом с ней, отвечая на объятие. Она почувствовала исходящий жар от разгорячённой девушки, влажную спину сквозь ткань блузки и испарину на висках.

Элиара резко отстранилась и поморщилась.

— Не прижимайся к моей спине, а то пятна появятся, — раздосадовано произнесла она.

Тонкс рассмеялась незадаче подруги.

— Не смейся. От тебя конским навозом несёт.

— И тебе утра. Не в духе сегодня? — улыбаясь, спросила Тонкс и первой пошла в сторону раздевалок. Подруга подхватила темп и пошла рядом.

— Просто вся запарилась в теплицах. Жарко, всё липнет, голова трещит, спать хочется, а магию применять нельзя, — скривилась Элиара.

— Меня сегодня на улице насекомые искусали, пока я в тени стояла, — пожаловалась Тонкс. — Потом солнце вышло, и нормально стало.

— Держи.

Когтевранка сунула подруге конверт и термос и достала себе такой же набор из сумки.

Тонкс благодарно кивнула. Они должны были перекусить до того, как дойдут до раздевалок, чтобы потом успеть дойти по коридорам замка в другое крыло на занятия.

Они остановились у ближайшей лавочки под витражным окном и развернули конверты с едой. Там оказались горячие бутерброды, а в термосе — чёрный чай.

Иногда они брали еду на кухне сами, иногда — с завтрака в Большом зале. Реже прибегали к помощи домовиков, но чаще всего Элиара приносила всё сама.

Она пользовалась небольшой кухней в башне старост, собирала конверты и пополняла термосы.

В дни, когда она не могла этого сделать, Тонкс забегала на кухню, выходя из гостиной Пуффендуя, и уже сама собирала им перекусы.

Девушки быстро поели, аккуратно сложив скомканный пергамент и развязанную джутовую верёвку на край скамейки — домовики заберут их, как только они отойдут. Термосы оставили себе.

Времени поболтать у них не было, тем более за едой, поэтому они перекинулись парой фраз и поспешили к раздевалкам.

Тонкс сказала, что вечером хочет поделиться ситуацией с занятия, а Элиара ответила, что утром ей пришла сова от семьи и у неё есть новости.

Так прошло время до самого ужина, и утомлённая девушка неспешно шла в сторону Большого зала после занятий. В животе тянуло, а во рту было неприятно сухо, что не добавляло ни сил, ни настроения.

Пройдя через главные двери, она повернулась к своему столу — и остановилась, услышав, как её кто-то окликнул.

Она обернулась, заметив, что окрик привлёк внимание не только её, но и некоторых учеников.

В глаза бросилась красная квиддичная форма.

Чарли Уизли — отметила про себя девушка сразу.

Парень подошёл к ней, и она вопросительно на него посмотрела.

— Ты уже была в Больничном крыле? — задал он неожиданный вопрос.

У Тонкс подлетели брови.

— Нет, зачем?

Она неосознанно подошла к нему чуть ближе, чтобы их разговор не слушали другие заинтересованные студенты. От Чарли пахло чистым порошком для формы.

— Я подумал, что ты пошла туда сразу после занятия. Хотел спросить, как твоё самочувствие, — признался Уизли, отводя взгляд и проходясь им по столам факультетов.

— Со мной всё в порядке, спасибо за беспокойство, — Тонкс улыбнулась ему, вежливо ответив и почувствовала желание уйти к своему столу, ощущая внутренний дискомфорт от разговора.

И почему-то тут же подумала, что от неё, наверное, может плохо пахнуть. Что там Элиара говорила про навоз?

— Тонкс, — радостно окликнул её Майкл, подошедший к ним из-за спины Уизли, только войдя в зал и заметив их. — Придёшь на тренировку? — сразу спросил он.

Он тоже играл в сборной — за охотника.

— Когда? — спросила Тонкс, беря себе незаметную паузу на размышления.

— Сразу после ужина. Сегодня, наверное, часа на полтора. Да, Чарли? — он крепко хлопнул своего капитана по плечу.

— Да. Может, подольше, — кивнул тот, глядя на Майкла.

— Да, хорошо. Я приду. Только зайду в гостиную — вещи скинуть и переодеться.

— Договор, — широко улыбнулся Майкл, оскалив зубы, и обеими руками нажал на плечи Чарли, уводя того за стол.

Тонкс задержала взгляд на Чарли всего на секунду — и, заметив, что он тоже на неё смотрит, развернулась к своему столу. Сердце вдруг забилось где-то в горле, слишком громко и слишком заметно.

Подойдя к своему месту и уже готовясь усесться, она всё же бросила взгляд в сторону стола Гриффиндора — и снова встретилась с взглядом Чарли.

Чертыхнувшись, она резко отвернулась, поторопилась перелезть через скамью — и зацепилась носком. Со всей дури полетела вперёд, ударившись обеими ладонями о столешницу.

Сидевшая рядом Мэдисон Тэтчер дёрнулась, пытаясь поймать её, и тут же покачала головой, улыбаясь. Она была на курс младше.

— Не ушиблась? — спросила она, ничуть не удивлённая.

— Порядок, — буркнула Тонкс и наконец села.

Кончики ушей горели, воздух казался удушливым, а щёки неприятно покалывало.

Она подняла взгляд — на стол Когтеврана — и тут же наткнулась на красноречивый взгляд Элиары, который без слов обещал: «мы это обсудим».

Тонкс твёрдо кивнула, и они обе принялись за ужин.

После ужина они встретились у входа и вместе вышли из зала.

— Что это было? — нетерпеливо спросила Элиара, едва за ними закрылись двери.

Тонкс запустила руку в волосы, отвела взгляд и невольно улыбнулась.

У Элиары тут же загорелись глаза, а губы расплылись в предвкушающей, слишком хорошо знакомой улыбке.

— Давай я тебе позже расскажу. Где ты будешь часа через два?

— Думала в гостиной заниматься. Или в библиотеке? — уточнила она.

— Давай в библиотеке. Я приду, мы выйдем поговорить и потом вернёмся вместе позаниматься, — предложила пуффендуйка.

— Хорошо. А ты сейчас куда? — с любопытством, слишком проницательно, спросила Вэйн.

— Мм… ну… я на тренировку по квиддичу, — лаконично ответила Тонкс, пока не желая делиться всем сразу.

— Ты же не любишь квиддич, — удивилась Элиара.

Тонкс промолчала, не зная, что ответить.

— Пуффендуй сегодня тренируется? — уточнила Вэйн.

— Гриффиндор. Меня Майкл позвал, — объяснила девушка.

— Понятно… — красноречиво протянула Элиара. — Ладно, жду тебя через два часа. Если задержишься — я тебя найду, — пригрозила она.

Тонкс рассмеялась.

Попрощавшись, она спустилась вниз по лестнице к своей гостиной.

Вообще-то можно было справедливо заметить, что шла она довольно быстро. Почти торопясь.

В гостиной она ни на кого не смотрела, ни с кем не остановилась поговорить и сразу направилась к комнате, которую делила с Поппи Эшворд.

Поппи ещё не было — об этом говорило отсутствие школьной формы в их платяном шкафу.

Тонкс переоделась: надела тёплые шерстяные колготки горчичного цвета, джинсовые шорты, заправила в них футболку, поправив ремень, и сверху накинула тёплую флисовую рубашку коричневого цвета — на несколько размеров больше.

Оставалось всё меньше времени, когда можно было одеваться для улицы так легко, обходясь минимумом согревающих чар.

Волосы стали тёмно-рыжими и доходили до поясницы, черты лица — утончёнными.

Постояв немного у напольного зеркала и покрутившись, она поспешила выйти, наложив на себя руну тепла.

В груди теплилось непонятное волнение — но оно было приятным.

А ещё — давно забытые интерес и любопытство.