Глава 1. Это был просто урок. (1/2)

Сентябрь. Загон у опушки Запретного леса.

Урок Ухода за Магическими Существами.

Ученики покидали кабинет для теоретических занятий по УзМС, шумно переговариваясь, пока профессор Сильванус Кеттлберн неспеша перебирал пергаменты, внимательно вчитываясь в текст — чтобы случайно не прихватить лишнее и не забыть нужное. Он дождался, когда последний ученик выйдет, и запечатал за ними дверь.

Сегодня им в очередной раз предстояло изучать повадки и уход за гиппогрифами. В этот раз — с упором на самостоятельность: продемонстрировать усвоенный материал, добыть ценный ингредиент — перья, поухаживать за тварями и завести их обратно в загон.

Профессор доверял этому потоку. Ведьмы и волшебники этого года были одарёнными, не лишёнными ума и, что важнее, сострадания. Они стабильно показывали хорошие результаты. Так что после опроса по теории, короткого теста и важных замечаний он предложил без промедления переходить к практике в оставшийся час.

Дорогу к загонам студенты знали хорошо, поэтому уверенно двинулись в сторону опушки.

На урок следовало надевать многослойную одежду из прочного материала, защищающую от укусов и царапин, перчатки из драконьей кожи, защитные очки и обувь с усиленным носком. Также рекомендовался кожаный фартук — необязательный, но полезный. Обычно им не пренебрегал сам профессор и пара особенно ответственных учеников.

Поэтому сейчас, ожидая, пока профессор спустится к ним, те, кто не надел экипировку заранее, доставали из сумок сложенную магически одежду и натягивали её на себя. А те, кто был поспособнее, трансфигурировали защиту прямо на себе.

Тонкс была способной ученицей. Но ленивой.

В первую очередь ей не хотелось таскать с собой сумку. На письменный тест она одалживала запасное перо у соседки, а защитную одежду преображала уже на месте. Зато всё утро могла ходить налегке — без школьной формы и мантии, в том, что ей действительно нравится. И, разумеется, позволять себе метаморфозы.

Самовыражение Тонкс любила больше всего и искала для него любой повод.

Она вдыхала влажный осенний воздух. Жёлтых листьев ещё не было, но в прохладе уже чувствовалось приближение перемен. Был разгар утра: солнце начинало согревать озябших учеников, а тишину наполняли звуки леса неподалёку.

Образ был продуман с вечера.

Широкие чёрные джинсы — заправленные в тяжёлые ботинки с защищёнными носками. Один раз гиппогриф уже оттоптал ей ноги — повторять опыт не хотелось. Футболка с принтом Betty Boop осталась, а серая джинсовка застегнулась на все пуговицы, обрастая кожаными наплечниками, наручами и перчатками. Поверх появился длинный фартук с тяжёлым подолом из грубой кожи, который лёг на шею.

Волосы она сделала короткими, почти мальчишескими, с объёмной чёлкой, не падающей на глаза. На лоб опустились защитные очки. Волосы Тонкс уже горели на занятиях. Или даже не раз. Много раз.

В целом она напоминала мальчика-авиатора — такого, каких рисовали в журналах и старых мультфильмах.

Никто не обратил на это внимания. Все давно привыкли.

— Не стоим, не ждём никого, — крикнул профессор Кеттлберн с вершины холма, неспеша спускаясь.

Сонные ученики потянулись к складу, разбирая инструменты для ухода и добычи материалов.

Тонкс поспешила выбрать всё получше: с её везением тупая щётка могла оказаться без щетины, а ножницы — порезать только пальцы. Хотя ножницы сегодня и не требовались.

— Доброе утро, Тонкс, — буркнул одногруппник.

— Привет, Майкл, — живо отозвалась она, отступая и пропуская его к стеллажу.

Майкл Хоторн прошёл мимо неё и некоторых ребят, возвышаясь над всеми и спокойно беря вещи с самых верхних полок.

Гриффиндорец собрал комплект для себя и сразу второй — для Чарли Уизли, который стоял у загона, облокотившись локтями на ограду и подставляя лицо солнцу, прикрыв глаза.

— Работаем в тройках-четвёрках, — громко объявил профессор. — Каждому — гиппогриф. Обязанности распределяете сами, но оценка будет индивидуальной. Одно перо в руки, не ощипывать. Если управитесь раньше — проверю и отпущу. Можете покататься, если вам позволят.

Тонкс огляделась, но Майкл уже махал ей рукой.

— Привет, Тонкс, — лениво сказал Чарли, наблюдая, как она оттягивает резинку очков, и те плюхаются ей на глаза.

В ответ Тонкс отрастила себе клюв, как у гиппогрифа, чем рассмешила Майкла и проклокотала, вызвав заинтересованные взгляды других тварей.

— Привет, Чарли, — сказала она приглушённым голосом. Метаморфозы не мешали говорить, хотя звук будто шёл из глубины. — Ну что, мальчики, как делимся?

— Можно я просто принесу тушек? — сразу вызвался Майкл. — Я не люблю возиться с животными. Особенно опасными.

— Да брось, — отмахнулась Тонкс. — Гиппогрифы слишком уважительные, чтобы нападать без повода.

Чарли молчал, с интересом разглядывая гиппогрифа. И улыбнулся, встретив его взгляд. Тот склонил голову, сделал шаг вперёд, зрачки то сужались, то расширялись.

— Я могу сделать всё остальное, — беспечно отозвался Чарли, поправив ремешки на руках и первым заходя в загон. Воспитание подталкивало его взять на себя более тяжёлую часть работы и оградить девушку от лишнего риска — так, как его учили с детства, без раздумий и сомнений.

— Ну нет, — сразу возразила Тонкс. Её чувство справедливости не позволяло просто принять это, будто так и должно быть. Она не любила, когда за неё решали, и не позволяла другим делать её вклад меньше только потому, что она ленится. — Я помогу. Это наше общее задание. И если мы закончим быстрее, ты сможешь прокатиться.

Чарли на мгновение посмотрел на неё внимательнее, словно оценивая не слова, а саму решимость. Потом кивнул — без споров, без снисхождения — и улыбнулся.

О любви Чарли к опасным тварям, высоте и скорости не знал только самый не вовлечённый в школьную жизнь ученик.

Чарли был известен не только как очередной Уизли — староста, капитан команды и отличный ловец. Он любил животных, чем неизменно нравился Кеттлберну и Хагриду. Но главное — он был поразительно популярен у девушек и при этом интриговал всех тем, что у него никогда не было постоянной девушки, а в последний раз на свидании его видели целых полгода назад.

Тонкс споткнулась, когда закрыла за собой дверцу ограды, неловко задевая себя по пяткам.

Чарли её не интересовал. По большей части она его даже не замечала — как, впрочем, и он её.

Гриффиндорец подошёл к гиппогрифу и склонил перед ним голову в низком поклоне. Тот без секунды промедления ответил тем же. Чарли понравился ему сразу.

Девушка нахмурилась, припоминая руну для нужного заклинания. С утра голова плохо соображала, а на свежем воздухе под тёплым солнцем хотелось заниматься чем угодно, кроме учёбы — и уж точно не физической нагрузкой.

Это заклинание позволяло собирать излишки материалов с животных: старые перья фвупера, которые вот-вот отпадут сами, длинные усы жмыра, готовые к обновлению, или рог единорога, который он собирается сбросить — что без дополнительных стимуляций происходило крайне редко.

— Collectio Materiarum, — произнесла она, взмахнув руками, словно собирая в кучу опавшие листья.

Два пера вылетели от гиппогрифа — он этого даже не заметил, разомлевший от ласки парня. Перья мягко опустились в подставленные ладони девушки.

В загон зашёл Майкл, весь обвешанный тушками грызунов, и гиппогриф возбуждённо прискакал к нему. Майкл склонился, опуская голову, и тушки потянулись с его шеи к земле, утягивая парня, но он успел их перехватить.

— Ну-ну, — успокаивающе погладил шею твари парень, когда тот поклонился в ответ.

Чарли подошёл к ним, продолжая водить щёткой по перьям, и дошёл до крыла, которое гиппогриф с готовностью раскрыл, внимательно наблюдая за его движениями. При этом он нетерпеливо поглядывал на Майкла, притоптывая на месте.

— Не мучай его, Майк, — не отвлекаясь, посоветовал Чарли.

Гриффиндорец отцепил от себя одну тушку и подбросил её в воздух перед гиппогрифом. Тот резко дёрнулся всем телом, схватил добычу клювом и заглотил целиком.

Чарли опасливо приподнял обе руки, затем снова продолжил методично проходиться щёткой по перьям.

— Нам осталось одно перо, — сообщила девушка о своих успехах.

Ребята кивнули и переглянулись, переговариваясь между собой. Тонкс отвернулась: последнее перо она могла получить только после того, как Чарли закончит.

Так что теперь она позволила себе с любопытством наблюдать за другими и за тем, как продвигается их работа. Задание не казалось сложным, но, тем не менее, они уверенно шли в лидерах. А значит, сегодня успеет прокатиться не только Чарли.

Она посмотрела на соседний загон, где занимались три гриффиндорки и один пуффендуец.

Одна из девушек подняла палочку, собираясь начертить руну и произнести заклинание, но её отвлекла яркая болтрушайка, пролетевшая прямо перед лицом и прилетевшая полакомиться кормом, который пуффендуец нёс в тяжёлом мешке.

Из палочки посыпались искры — гиппогриф в их загоне испуганно взбрыкнулся, но две другие ученицы быстро смогли его успокоить, поглаживая в четыре руки.

Вот только искры улетели далеко за спину Тонкс, напоминая о незавершённом заклинании своего владельца.

Она успела лишь услышать недовольный клёкот позади и сразу обернулась.

Её тело пронзил ужас.

Палочка уже была в её руке — она готова была наслать связывающее или сонное заклинание, мысли лихорадочно метались в голове, но гиппогриф сделал всего два скачка и оказался прямо перед ней, встав на дыбы и готовясь прижать к земле препятствие в виде человека, мешающего ему вырваться и перепрыгнуть загон.

Места было слишком мало, чтобы полноценно взмахнуть палочкой. А вытянув руку дальше, она рисковала остаться без неё.

Следующее, что она почувствовала, — тяжёлый, терпкий запах и вместе с ним запах кожи.

А потом, отступив на шаг назад, она увидела перед собой чью-то спину, полностью заслонившую пространство.

Тонкс видела, как Чарли поднял обе руки и со всей силы оттолкнул гиппогрифа в грудь. Тот сделал несколько мелких шагов назад, ступая копытами. В бок твари ударило заклинание.

К ним уже спешил сосредоточенный профессор Кеттлберн: он перемахнул через балки загона и оказался рядом. С помощью заклинаний, уверенных движений рук и негромких увещеваний профессор быстро успокаивал разбушевавшегося зверя, оттесняя его от учеников.

Ученики из соседних загонов подняли палочки, готовясь помочь, но профессор справлялся сам.

Чарли обернулся к Тонкс через плечо, быстро окинул её взглядом с ног до головы и поспешил к профессору.

А она осталась стоять, прижимаясь спиной к забору, широко распахнутыми глазами глядя ему вслед. Сердце колотилось где-то в горле.

— Порядок, мисс Тонкс? — бросил на неё взгляд профессор Кеттлберн.

— Полный, профессор, — сипло ответила она и прокашлялась.

Воздуха до сих пор не хватало, а лёгкие жгло.

Майкл подошёл и осторожно взял её за плечи, отлепляя от забора и приводя в чувство.

— Продолжаем урок! — скомандовал профессор, и ученики вернулись к своим делам, переговариваясь между собой.

Гиппогриф уже успокоился и игриво ворковал, выпрашивая ласку.

Кеттлберн подошёл к Тонкс.

— Испугались? — скорее утвердительно спросил он. — Вам нужно в Больничное крыло?

— Нет, профессор. Я немного посижу и продолжу. — растянула губы в улыбке девушка, не давая никому повода для беспокойства, — В этот раз мне хотя бы не сожгли волосы и не оттоптали ноги.

— Хорошо, мисс Тонкс. Похвально, — кивнул он, положил руку ей на плечо и вышел из загона.

Это было почти что обычное происшествие для этого урока, как и для многих других, поэтому трагедию из случившегося Тонкс делать не стала.

Но перевести дух ей всё же было необходимо.

Она села прямо там, где стояла, и стала наблюдать за работой Чарли.

Он всегда так выглядел?

Она смотрела на него так, будто видела впервые. Перед глазами снова и снова всплывала его спина, закрывшая её от острых когтей, быстрый взгляд через плечо и спокойные, уверенные движения, которыми он усмирял тварь.

Тонкс впервые заметила, как его тёмно-рыжие волосы отливают на солнце.

Кажется, раньше она помнила лишь то, что он популярен, учится с ней на одном курсе на Гриффиндоре и дружит с Майклом — который, в отличие от своего необщительного друга, всегда был приветлив с ней. Его внешность она никогда не запоминала. Да и зачем?

Если рядом была капитанская форма Гриффиндора — значит, это Чарли Уизли.

Если Майкл на Уходе был в паре с кем-то — значит, с Чарли.

Если девчонки в гостиной вздыхали по рыжему гриффиндорцу — значит, по Чарли.

Чарли Уизли только что спас её от последствий.

А ей стало интереснее смотреть за тем, как он работает.

***

Урок подошёл к концу, и все поспешили в замок. Нужно было подготовиться к следующему занятию, успеть перекусить и повторить материал, чтобы не потерять баллы факультета, а лучше — заработать новые.