29. Наелся (2/2)

Пальцы легли вдоль скулы, спустились ниже, под линию челюсти.

Неон выдохнул в его руку рвано, и само движение потянуло ближе.

Он поднялся навстречу, сам не заметив, как оказался у груди — ладони упёрлись в плечи Лисея, сжались на коже крепче, чем собирался.

Лисей провёл по его шее, нашёл точку, где пульс отзывается под пальцами. Там и остановился, с нажимом, почти проверяя.

Потянул его к себе, усадив на свои бёдра. Неон встал коленями по бокам, будто так и было задумано.

Рука медленно прошла по позвоночнику снизу вверх, и от этого у Неона спина выгнулась сама. Тепло их тел сошлось плотнее.

Он поднял голову — и Лисей уже вплотную. Лоб почти касается. Глаза в упор, следит за каждым движением.

Неон опустился к шее, скользнул носом по коже, вдохнул. Затем осторожно коснулся губами под ухом.

Ещё раз — ниже, по горлу.

Ключица — короткое горячее касание. Потом ещё, уже отчётливее, голоднее.

И маленький нажим зубами. Он провёл языком по следу, словно забирая обратно.

Лисей выдохнул ему в висок. Пальцы на талии сжались, не больно, но так, что дрожь пошла глубже. Он поймал его за затылок и потянул вверх.

Неон успел только поймать взгляд.

Поцелуй случился посередине — резкий, почти удар.

Лисей впился первым, Неон ответил сразу: ладони ухватили его за плечи, двинулись к шее, к линии челюсти. Дыхание смешалось рваное, перекатывающееся.

Рука провела вниз по горлу Неона, чувствуя, как там вибрирует сдавленный стон.

Прижал его к себе сильнее, так, что их тазовые кости сошлись в точке.

Казалось, всё, что они не договорили утром, вышло здесь, в движении губ, в лёгком стукающем ритме.

У Неона сорвался тихий звук — выдох, короткий, низкий. Он снова прижался к его шее, оставляя влажный след.

Воздуха между ними почти не осталось, дыхание ушло в одно, горячее, слишком близкое.

Неон не поднялся к губам снова. Губами вниз, от плеч к груди Лисея, ниже, по животу, чувствуя, как тот дёргается едва заметно. Не торопясь, на ощупь, пока пальцы не легли на пояс штанов. Там задержался: не держа, а зависнув, цепляя кожу чуть выше резинки.

Вдохнул и сполз по его телу, коленями упираясь в матрас. Лисей перехватил его взгляд, уже угадывал, куда всё идёт, но не остановил. Только сильнее опёрся спиной на стену.

Неон наклонился к коже под пупком и остановился там — не двигаясь, дыша в кожу, собирая себя перед следующим касанием.

Схватил его за бёдра слишком сильно. Сразу ослабил, но не убрал ладоней; провёл ими выше, очерчивая линию паха.

Зацепил пальцами за резинку штанов, потянул на себя. Ткань поддалась. Он стянул штаны вместе с бельём вниз, до колен. Освобождая. Обнажая.

Сидел между его ног, прижался нервным, кошачьим движением.

Поднял голову. Смотрел снизу смело, почти вызывающе. И в ту же секунду, будто просил разрешения. Вопрос без слов.

И получил ответ, когда пальцы Лисея легли ему в волосы, на затылок, и чуть потянули на себя.

Он наклонился, коснулся головки. Просто прижался, замер, вбирая в себя жар. Дыхание сорвалось, ударило по члену влажным теплом. Потом — языком. Прикосновение ударило по нему самому сильнее, чем он ожидал.

Взял в рот — неловко, зубы чуть задели кожу. Он отстранился на миллиметр, и накрыл ртом на этот раз медленнее, плотнее. Языком очертил край, потом прошёлся по стволу, находя ритм интуитивно. Его плечи мелко дрожали.

Лисей запрокинул голову, упираясь затылком в стену. Волосы щекотали кожу живота, тепло накрывало член снова и снова — неровно, то слишком быстро, то замирая. Неон проскальзывал глубже, почти давился, отступал, снова брал в рот — жадно, неумело, но от этого только жарче. Язык прижимался плоско к стволу, потом скользил вбок, царапая чувствительную кожу.

В какой-то момент он подал бёдра навстречу — короткое, непроизвольное движение, когда тело само ищет большего. Пальцы его с затылка перешли на плечи, сжались, удерживая уже его.

Неон почувствовал этот толчок, и его собственное тело отозвалось — член упёрся в одеяло, твёрдый, ноющий. Он оторвался на секунду, чтобы вдохнуть. Нить слюны протянулась между ртом и головкой — и вернулся. Взял слишком глубже, горло сжалось, он захлебнулся и отстранился, кашлянув. Но тут же вернулся, обхватил плотнее, находя ритм заново.

Лисей выдохнул резко.

— Подожди… — хрипло, низко.

Но Неон будто не услышал. Или не захотел. Он только сильнее подчинил движение — тёплое, влажное, настойчивое — и Лисей почувствовал, как внутри всё собирается в тугой, горячий комок. Воздух стал тяжёлым, вязким. Он хотел повторить, но язык не повернулся. Слова растворились в горле, потому что Неон сделал ещё одно движение — языком по уздечке, одновременно сжав губами головку — и Лисей едва не рванулся навстречу.

Внутри всё накрыло. Ломкая волна, почти больно-приятная. Он почувствовал, что сейчас, ещё пара движений — и всё.

Он схватил Неона за затылок, пальцами в волосы, отдёрнул вверх на несколько сантиметров. Неон дёрнулся, но не сопротивлялся. Губы блестят, глаза тёмные. Он тяжело дышал, глядя на Лисея снизу вверх.

Его ладонь накрыла ладонь Неона. Влажные звуки смешивались с трением ладони. Несколько рваных движений. Лисей наклонился вперёд, лбом уткнулся Неону в плечо.

Он кончил себе на живот, на их сцепленные руки.

На секунду они оба зависли, тяжело дышащие в одно пространство.

Лисей отпустил затылок, пальцы всё равно прошли по волосам по инерции.

Неон не отстранился. Плечи дрожали мелко, как после рывка. Он просто дышал, вжимаясь в тепло чужой кожи.

Потом — короткая тень реальности.

Дыхание стало ровнее. Живот липкий.

Лисей первым моргнул, отвёл взгляд вниз, на их руки.

— Салфетку… дай, — голос всё ещё хрипел, но в нём не было неловкости, только усталое спокойствие.

Неон кивнул и медленно потянулся к тумбочке. Движения были чуть рассыпанные, тело ещё не вернулось полностью. Достал пачку, бросил на колени Лисею и сам вытер руки вяло, без спешки.

Лисей тоже протёрся. Плечи у него расслабились, как будто скинуло остаточный ток.

Неон выдохнул и откинул голову на его бедро, полулёжа, всё ещё слегка ошарашенный. Глаза прикрыты.

— Мог бы… не останавливать. Я бы справился.

Лисей посмотрел на него сверху вниз, смех вышел лениво, без силы:

— Я просто не хотел, чтобы ты подавился с разгону.

— Да нормально всё было бы...

— Конечно, ты же у нас спец. В первый-то раз.

Неон скривился, но без злости:

— Отвали.

Лисей криво хмыкнул и уже натягивал обратно штаны, подцепляя ткань пальцами. Пришлось чуть приподнять Неона бедром, чтобы не задеть.

— Давай теперь ты, — сказал спокойно, без нажима, просто констатацией.

— Щас?..

Лисей не ответил. Протёр пальцы салфеткой, бросил её на тумбочку.

Потом кивнул вниз — на трусы Неона: тёмное пятно растеклось по ткани, резинка натянута, всё говорит само за себя.

Неон перевёл взгляд и сразу отвернулся.

Он качнул коленом, хотел поправить и тут же передумал.

— Бля… да всё норм, — пробурчал. — Реально.

Лисей приподнял бровь:

— Норм?

— Ага. Всё заебись, серьёзно.

Он провёл рукой по его ноге рассеянно, как остаточный жест.

И снова уронил голову ему на бедро.

И потом, тихо, уже выровняв дыхание:

— Я наелся, короче… спасибо.

Лисей моргнул, угол рта дернулся, будто он сам себе не верил, что смеётся.

— Ты долбанутый.

— Но честный, — Неон даже не открыл глаза, только улыбка сдвинулась шире.

Лисей ткнул его пальцем в висок:

— Молчи уже.

И оставил ладонь на его шее.