Глава 1. Уважаемые жертвы (2/2)

— Как и вы, — сухо бросает Эндрю, заглядывая в глаза Нила, заставляя его вздрогнуть, покрыться мурашками и вжаться в спинку. — На свидания выбирают тех, кто долго не может встать в пару. Если они для вас, мистер Джостен, шелуха, то вы такой же. С таким настроем ваш чип так и будет вечно дремать, а принудительные свидания будут всё чаще и чаще. Замкнутый круг.

Нил собирается продолжить, начать спорить и говорить о том, что ему просто нахрен не сдались отношения, вся эта чушь о счастливой семье, о том, что он обязан стать полноценным гражданином в важнейшей ячейке под названием «семья», но осекается. Эндрю, поправляя шлем, после того как подключил дополнительные датчики, слегка сдвигает руку и случайно касается щеки Нила.

Нил вздрагивает, словно его тело пронзила молния, пока взгляд Эндрю впивается в него, что, если честно, делает всё только хуже. Чувствуя, как дыхание спирает от этого незамысловатого, очевидно не интимного, да и нежным его не назовешь, касания, он мысленно ругается. Слишком странная реакция тела, слишком постыдная, отчего Нил закусывает губу и, спеша спрятать смущённый взгляд, отворачивается. Но Эндрю первым отводит глаза, зыркая в сторону экрана, после чего его лицо отчего-то меняется.

— Ваш чип не сломан, мистер Джостен, — сообщает Эндрю, плюхаясь на стул, после чего хватается за экран и поворачивает его к Нилу, показывая, как из прямой линии вырастает взлёт вверх, что почти сразу возвращается к спокойной полосе. — Думаю, у вас редкая аномалия подавления лимбической системы. Ну или же просто не встретили нужного человека.

Нил промаргивается, снова видя, как на экране становится пусто, лишь едва-едва колыхающаяся полоска мигает на чёрном фоне. Он издаёт тихий вздох и переводит взгляд на Эндрю, сталкиваясь с его медовыми глазами, что словно затягивают его в липкое наслаждение от такого пристального внимания. Нил видит, как лицо мистера Миньярда становится чуть более заинтересованным, как разглаживаются его брови, как взгляд становится таким пронзительным, что Нил ёжится, чувствуя, как спирает дыхание.

Нил понимает, что не может оторваться от лица Эндрю, только тогда, когда резкий писк проносится по кабинету, а на экране что-то оживает. Зыркая в сторону монитора, он видит серию хаотичных всплесков, что извиваются, спутываются и ударяются об края экрана.

Эндрю отворачивает компьютер к себе, начиная быстро щёлкать мышью, пока Нил, впиваясь пальцами в подлокотники, открывает рот, чтобы спросить, что это значит. Но Эндрю, зыркая на него из-под бровей, выключает экран и, хрипя, произносит:

— Это технический сбой. Помехи. Закончим на сегодня, — он умолкает, пока из принтера начинает вылезать распечатка со сканами активности мозга Нила. — В целом, мне всё понятно.

Только когда Эндрю перестаёт смотреть на него, когда встаёт с кресла, чтобы пройти за рабочий стол, Нил расслабляет плечи и испускает странный даже для себя звук. Он сам стягивает шлем с головы, подскакивая с места, и, следуя за мистером Миньярдом, плюхается на стул, откидывая сумку в сторону.

— Что это значит? — шипит Нил, видя, как Эндрю принимается что-то писать на бумажке. — Такое у кого-то уже бывало? Как часто вы сталкиваетесь со случаями, как этот? Бывает такое, что чип действительно ломается? А что люди так и не находят себе пару, несмотря на высокую совместимость?

Эндрю зыркает на него из-под бровей, вынуждая уняться. Нил осекается, захлопывая рот, чтобы закончить осыпать его множеством вопросов, ответы на которые точно помогли бы ему закончить статью. Хмыкая, Эндрю сдвигается и протягивает свёрнутую в пару раз бумагу, зажатую между пальцев, тихо проговаривает:

— Не сталкивался конкретно с такими случаями, — он опускает взгляд к записке, после чего вновь возвращается к лицу Нила, который распахивает рот, лишь бы продолжить задавать вопросы. — Требуются дополнительные исследования. Но, повторюсь, ваш чип не сломан, мистер Джостен. Ему нужен стимул, чтобы проснуться. Вы можете писать мне, если будут какие-то вопросы. Но только личные, не для статьи. Понятно?

Нил сводит брови к переносице, перехватывая бумажку, разворачивая которую он видит криво выведенные цифры мобильного номера. Запоздало кивает, когда Эндрю вновь уточняет, понятно ли ему, после чего хватает сумку и, спешно прощаясь, вылетает из кабинета.

Замирает перед дверью, как только та с грохотом захлопывается за спиной. Сердце бешено стучит в груди, отдаваясь в ушах, пока в голове Нила проносится множество мыслей и вопросов. Пальцы чуть покалывает от веса номера Эндрю и от мысли, какие сухие его руки. Лицо обжигает призрачным касанием, пока дыхание окончательно сбивается, а Нил, чувствуя себя чересчур странно, оборачивается к двери. Не до конца уверенный, что хочет сказать, что именно желает предложить, он тянется к ручке, но дверь распахивается быстрее, являя за собой хмурое, сбитое с толку лицо Эндрю.

— Мистер Джостен…

— Мистер Миньярд, — одновременно с Эндрю выдыхает Нил, замечая, как тот сбивается, скользя взглядом по нему. — Я приду завтра. У вас будет окошко?

— Найду. Между пятью и шестью часами вечера, — хрипло выдыхает Эндрю, прокашливаясь и опуская взгляд, чтобы вновь взглянуть на Нила из-под бровей.

— О, правда? — усмехаясь, проговаривает Нил, склоняя голову в сторону, чувствуя, как в груди растекается что-то столь же липкое и сладкое, как гречишный мёд. Прямо как глаза Эндрю. — А Ники говорил, что к вам крайне сложно выбить талон.

— Не касается безнадёжных случаев.

— А я безнадёжный случай?

— Крайне безнадёжный, мистер Джостен. До завтра, — хмыкает Эндрю, захлопывая дверь прямо перед носом Нила, оставляя его с трепещущим чувством в груди и предвкушением перед встречей.

***

17 августа

2024 год

Нил стучит карандашом по обведённой несколько раз надписи «Ошибка системы», спускаясь взглядом к небольшим заметкам. Что-то он зачеркнул сразу, а что-то пришлось подчеркнуть. Работа над статьёй вновь встряла, а вопросов становится всё больше. Проезжаясь глазами по небольшим пометкам, гласящим, что, возможно, чипы часто ломаются, что система даёт сбои, отчего построенные пары могут быть ошибочными, Нил тяжело вздыхает. Это не то, чего ожидает от него редакция. Нил должен восхвалять систему и выкатить статью, которая убедит народ чаще обращаться к приложению, чтобы строить семьи. Но после встречи с Эндрю, после всего, что произошло в кабинете на следующий день, он только сильнее убеждается, что система несовершенна.

Делая глоток кофе, Нил косится на молчащий телефон. Поджимает губы, когда несколько раз перечитывает одно простое сообщение от Эндрю «продолжим», которое тот отправил после их приёма, что состоялся на следующий день. И больше ничего. Эндрю не вынес никакого вердикта, не назначил встречи и не писал, а Нил, проклиная себя, продолжает бороться с желанием заявиться к нему и потребовать провести ещё один осмотр. Всё-таки статья сама себя не напишет, а желание подробнее разузнать о случаях дремлющих, как у него, чипов заглушает все остальные потребности.

Тот последний осмотр не был каким-то прорывом, Нил не успел задать все интересующие его вопросы, а на те, что осмелился, Эндрю отвечал сухо и уклончиво. Они разошлись, оставляя Нила с ощущением незавершенности в груди, отчего вот уже пару дней он ворочается в кровати перед сном и не может выбросить из головы всё происходящее в кабинете. Ничего такого, если честно, но образ Эндрю то и дело всплывает перед глазами, вынуждая Нила изнывать от желания вновь увидеть его. Он скидывает всё на журналистский интерес, но в глубине души понимает, что дело не в этом. Ведь если бы он был действительно хорошим журналистом, то не сходил с ума по ночам от воспоминаний, как медовые глаза медленно сканируют его тело, вызывая дрожь от пят до кончиков волос.

— Погоди минутку, — бросает ему Мэтт, пробегая мимо с подносом к соседнему столику. — Я сейчас к тебе подойду.

— Я уже ухожу, — вздыхает Нил, пару мгновений впирая в полупустой лист блокнота, прежде чем захлопнуть его и запихать в сумку.

Он спешно расплачивается за кофе и сверяется со временем. Вероятно, слишком рано, но попытать удачу стоит, решает Нил. Он слышит, как Мэтт расстроенно спрашивает, не может ли Нил задержаться, но, получая отрицательное покачивание головой, тот сдувается и сообщает, что Нил мог бы попробовать новый десерт. Но никакое мороженое не утолит его желание поскорее оказаться в больнице. Это крайне забавно, ведь раньше Нила было сложно затащить на обследования, а теперь он добровольно отдаётся в руки врача.

Всё это, конечно же, ради статьи. Не иначе. И даже когда Ники пару дней подряд написывал ему, извиняясь за возможное хамство со стороны Эндрю, и обещал ему, что поможет ему с работой иными способами, Нил решил умолчать, что всё идёт как нужно. Эндрю пускай и угрюм, порою резок и холоден, но отчего-то Нил внутренне ощущает, что движется в верном направлении.

Оказываясь перед кабинетом номер тридцать семь, Нил крепче сжимает лямку на плече, начиная продумывать, как объяснит свой визит. Быть может, стоит сказать, что начал чувствовать постоянную вибрацию в голове, что испытывает нечто странное, с чем Эндрю, как врачу, необходимо разобраться. Отчасти в этом нет лжи, только умалчивание, что наряду с этим внутри Нила кипит непреодолимое желание столкнуться с Эндрю лицом к лицу. Признаваться в этом даже самому несколько жутко, а Эндрю тем более знать не стоит.

Только Нил собирается постучать, когда убеждается, что за дверью тихо, что Миньярд не ведёт приём, дверь распахивается. Эндрю замирает, быстро окидывая Нила цепким взглядом, пока в груди того что-то вспыхивает и начинает вибрировать вместе с чипом в голове. Предпринимая попытку улыбнуться, Нил осекается, когда Эндрю зыркает в его глаза и захлопывает за собой дверь. Быстро проворачивая ключ, Эндрю поджимает губы, и Нил мысленно ругается, решая, что всё-таки пришёл не вовремя.

— Пошли, — сухо бросает Эндрю, засовывая руки в карманы, и направляется к лестнице.

Нилу приходится вздёрнуть головой, чтобы сбросить ощущение нарастающей волны где-то в области живота, что зарождается из-за радостной мысли, что его не прогоняют. Впиваясь взглядом в широкие, крепкие плечи Эндрю, Нил спешит за ним, наблюдая, как напрягаются мышцы под белым халатом. Эндрю всего раз бросает на него странный взгляд через плечо, но так и не произносит ни слова.

— Мистер Миньярд, кажется, я… — начинает Нил, кое-как подбирая нужные слова, чтобы хоть как-то объяснить своё неожиданное появление.

Но Эндрю обрывает его, взмахивая рукой, прежде чем достать из кармана несколько монет и закинуть их в автомат с кофе. Эндрю с силой тыкает на кнопки, вдавливая их чересчур грубо, отчего машина жалобно пищит от каждого действия. Нил поджимает губы, чувствуя, как ноющее ощущение в груди превращается в лёгкий трепет при виде уставших тёмных глаз Эндрю, что недовольно сощуриваются, как только аппарат виснет. Сильный удар по корпусу вынуждает Нила слегка вздрогнуть, а после усмехнуться, как только он замечает, как с губ Эндрю вырывается облегчённый выдох, когда автомат наконец выдаёт ему кофе.

Эндрю ловко передаёт горячий стаканчик Нилу, после чего закидывает ещё несколько монет и, упираясь плечом об автомат, оборачивается к нему. Засовывая руки в карманы, Эндрю вновь окидывает Нила с ног до головы оценивающим взглядом, вынуждая того расправить плечи, словно давая лучший доступ к исследованию. Нил прикусывает щёку изнутри, чувствуя себя как будто на операционном столе. Глаза Эндрю скользят по телу, словно острые скальпели, вскрывая кожу и пробираясь ко всему, что скрыто внутри Нила даже от него самого.

Аромат кофе щекочет нос, пока Нил, как только встречается глазами с Эндрю, спешно прячет взгляд в стаканчик. Он чувствует, как мистер Миньярд продолжает сканировать его лучше всяких рентгеновских аппаратов, потому не может совладать с дрожью и жаром, что разрастается в животе, словно Нил залпом опрокинул в себя горячий кофе.

Под писк аппарата Эндрю отворачивается, выпуская Нила из плена. Он ровняется с ним, слегка подталкивая ладонью в плечо, отчего Нил чуть покачивается на пятках и вновь заглядывает в уставшее лицо напротив. Видит, как сухие губы складываются в слова, но Эндрю сбивается, когда за его спиной раздаётся обманчиво любезный мужской голос:

— Мистер Миньярд! Как ваше свидание? Неужто покинете ряды холостяков?

Губы Эндрю дёргаются, глаза становятся темнее, когда он, тяжело выдыхая, грубо бросает, вновь подталкивает Нила и направляется к лестнице:

— Не срослось.

Нил кривится, чувствуя, как передёргивает плечи, как сильно непроизвольно смыкаются губы, пока в груди проходится волна из раздражения. Он зыркает на незнакомого врача, что явно собирается что-то ещё сказать, но смолкает, начиная хлопать глазами. Нил окидывает его взглядом, вероятно, кривясь слишком сильно, и впивается пальцами в бумажный стаканчик, следуя за Эндрю.

— Ходили на свидание? — хмыкает Нил, когда дверь в кабинет Эндрю захлопывается за ними, отрезая от всей больничной суеты.

Эндрю делает несколько больших глотков, впиваясь в Нила взглядом, после чего кивает на чуть скомканный стаканчик в его руках, бормоча:

— Пей. Это для тебя.

Под пристальным наблюдением Миньярда Нил отпивает горький, абсолютно невкусный кофе, чувствуя, как обжигает язык, чуточку сбавляя пыл раздражения. Выдыхая, Нил морщит нос и выдыхает:

— Дерьмо.

— Как и свидание, — бросает Эндрю, выкидывая пустой стакан в мусорку, после чего с тяжёлым вздохом садится в крутящееся кресло и проходится цепким, тягучим взглядом по Нилу. — Вынужденное свидание.

Нил опускает плечи, давясь облегчённым выдохом, что самопроизвольно рождается в горле. Он допивает кофе и отправляет стаканчик в урну, после чего усаживается в исследовательское кресло, пытаясь отвлечь себя на холод металла под руками и не концентрироваться на том, как странно заходится сердце в груди.

— Значит, — начинает он, наблюдая, как Эндрю подкатывается на кресле к нему, всё ещё держа под пристальным наблюдением. — Вы тоже в числе потенциально опасных для страны придурков. А я-то думал, что у работников системы есть свой идеальный резерв с шикарными парами. Лучшее — лучшим, разве нет? А как же подавать пример другим, мистер Миньярд? Думал, что вы примерный семьянин и…

— Закончил? — фыркает Эндрю, дёргая мышку, чтобы оживить экран, после чего поднимается и опускает на голову Нила шлем. — Если бы у меня кто-то был, я бы с тобой тут не возился.

Нил закусывает губу, опуская глаза к обнажённой шее Эндрю. Медленно выдыхая, он сосредотачивается на его аромате и тепле тела, что оказывается рядом, когда мистер Миньярд принимается подключать датчики, то ли нарочно, то ли не совсем невзначай проезжаясь кончиками пальцев по лицу Нила. Постукивая пальцами по подлокотнику, Нил чувствует, как облегчение оседает в груди, как пощипывает язык от вопроса, что эхом проносится в голове, не до конца формулируясь, потому Нил сдувается, решая промолчать.

— Вибрация, — тихо бормочет Нил, когда Эндрю начинает всматриваться в экран. — Теперь постоянно чувствую в голове, потому и пришёл на дополнительный приём.

— Врёшь, — сухо бросает Эндрю, медленно щёлкая мышью, пока на его лице вновь начинают скакать привлекательные тени, выделяя усталость под глазами и делая высокие скулы острее на вид.

— Вру, — впиваясь пальцами в подлокотник, Нил начинает ёрзать на кресле, за что получает грубое шипение со стороны Эндрю. — Вы не писали. А мы, вроде как, не закончили. Исследование. И мою статью. Я хотел… — он сбивается, когда Эндрю смотрит на Нила из-под ресниц. — Увидеться.

— Чтобы продолжить? Исследование. И статью.

Нил чувствует, как медленно утопает в тягучих глазах Эндрю, как тёмный мёд затягивает его глубже и глубже, а в груди вновь обжигает, словно горячий кофе, выпитый всего несколькими минутами ранее, только достиг его живота. Промаргиваясь, он запоздало кивает, а затем качает головой, опуская глаза к бейджику на груди Эндрю.

— Просто увидеться, — выдыхает он слишком тихо, не зная, надеется ли, что Эндрю услышит, или же его слова затеряются в писке аппарата.

Но до Эндрю явно доходит всё, что сказано, потому что то, каким он взглядом одаривает Нила, заставляет того вздрогнуть и потеряться в звуках собственного сбитого дыхания и чересчур громкого треска люминесцентных ламп. Глаза Эндрю хуже рентгеновских лучей, отчего Нил чувствует, как будто его тело просвечивают насквозь, доходят до души, выворачивая наружу признание, что дело не в статье. Дело в том, что чёртовы медовые глаза, сухие руки и скрипучий голос снятся Нилу вот уже несколько дней, вынуждая просыпаться с бешено колотящимся сердцем.

— Хочешь увидеть? — сухо бросает Эндрю, кивая в сторону экрана, не выпуская Нила из плена цепких глаз. — Как твой чип просыпается.

Нил сначала кивает, не думая, а затем, стуча пальцами по подлокотнику, тихо усмехается и выдыхает:

— Ну и каково знать о чувствах ещё до того, как тебе сказали?

Эндрю сбивается, его рука замирает на мышке, пока глаза слегка сощуриваются, а язык проходится по уголку рта. Он молчит, путешествуя невидящим взглядом по лицу Нила, кажется, обдумывая ответ, не подозревая, что творится внутри Нила. Хотя, вероятно, загляни Эндрю на экран, он с лёгкостью увидит всю ту бурю, что кипит в груди, в голове, в каждой клеточке Нила. А, быть может, Эндрю видит всё без аппарата.

Нил собирается забрать свои слова обратно, что явно никак не спасёт ситуацию. Он может врать самому себе, убеждать, что интерес его сугубо журналистский, но Эндрю видит всё. На лице его скачут тени, то вспыхивая, то затухая от очевидных всплесков, что творятся на экране. Эндрю знает, что Нил заинтересован, что его чип реагирует на взгляды, на этот парфюм, что преследует его даже в собственной квартире, на незамысловатые касания. Нил реагирует на Эндрю. Врать себе, а уж тем более врачу, крайне глупо, потому Нил только расплывается в наглой улыбке, вздёргивая подбородок, и готовится. Готовится к тому, что Эндрю закончит их приёмы, скажет, что Нил здоров и не нуждается больше в корректировке, а ответить на чувства не сможет.

— Занимательно, — наконец бросает Эндрю, щёлкая по экрану и отключая аппарат. — Закончим.

— Встречи? — сбито спрашивает Нил, спешно стягивая с головы шлем, пока Эндрю поднимается и начинает медленно отцеплять с его кожи датчики.

— Исследования, — хмыкает Эндрю, упираясь рукой в подлокотник рядом с рукой Нила, после чего перегибается вперёд к его лицу и, заглядывая в глаза, проговаривает: — Ты здоров. Чип в норме. Проверим в динамике как-нибудь потом. Сейчас стабильно. Всплески чересчур активные для дремлющего чипа.

— Когда? — нетерпеливо выдыхает Нил, вжимаясь в кресло, и, спускаясь глазами ниже, фокусируется на тёплом дыхании Эндрю на своих губах.

— Позже, — Эндрю отцепляет последний датчик, небрежно откидывая его в сторону и заставляя Нила вновь погрузиться в липкий мёд своих глаз, когда встречается с ним взглядами.

Нил приоткрывает губы, чувствуя тёплое дыхание на своём лице, ощущая, как замирает сердце от ожидания. Что Эндрю выгонит его, скажет больше не приходить, что Эндрю скажет хоть что-то, чтобы разбить внутри Нила накаляющееся чувство в груди, чтобы вразумить его. Но Эндрю молчит, потому Нил, всматриваясь в спокойное лицо, произносит слегка непослушным языком:

— Мы можем встретиться вне кабинета? — Эндрю склоняет голову в сторону и неопределённо хмыкает, словно подначивая Нила продолжить. — На свидании. Не вынужденном.

Эндрю отталкивается, отступая в сторону, после чего зыркает на календарь на стене и косится на Нила, спрашивая:

— Когда?

— Завтра, — бросает Нил, спрыгивая с кресла, чтобы подойти к стулу, где спокойно покоится сумка. Он секунду мешкает, слыша, как Эндрю задумчиво хмыкает, после чего перекидывает лямку через шею на плечо и поднимает глаза на Эндрю, сбиваясь, когда вновь оказывается в липком омуте посветлевших глаз. — Обещаю не расспрашивать для статьи. Найду другую тему для неё. Просто встреча и… Просто хочу. Сам же ведь видел на экране и… Можешь отказать, я пойму. И исследования больше не нужны, я просто…

Нил понимает, что мямлит, что тараторит, только когда испускает тяжёлый выдох, когда чувствует жжение в груди от того, что произносит всё слишком спешно, не задумываясь. Эндрю опускает руки в карманы, вероятно, мысленно насмехаясь над Нилом, что понятно по тому, как поблескивают его глаза в чересчур ярком белоснежном освещении.

— Я буду свободен после семи вечера, — наконец проговаривает Эндрю, стоит Нилу только поджать губы и стыдливо опустить глаза от чересчур пылающего ощущения в груди.

— Отлично, — бросает Нил, отворачиваясь к двери, и спешно толкает её. — До завтра.

Хлопок отрезает его от терпкого аромата Эндрю, от пристального взгляда, который чувствовался каждым наколённым нервом до последнего. Нил глубоко вдыхает, прикладывая руку к слегка пылающим щекам, и закусывает губу. Он промаргивается, пока в висках начинает пульсировать, а чип и вправду вибрирует, превращаясь в головную боль. Улыбка самопроизвольно расплывается на лице, а довольный смешок срывается с губ, пока Нил с грохочущим чувством победы в груди перепрыгивает через последнюю ступеньку лестницы.

Он всего раз оборачивается на вывеску клиники, когда оказывается на улице, и вновь усмехается, решая, что не так уж это и страшно. Быть может, есть что-то в этих влюблённостях и отношениях. Нил чувствует, как телефон вибрирует в кармане. Быстро выуживая его, тихонько цокает, когда очередной смех вырывается из горла, когда он видит системное сообщение приложения «Адамант»:

«Зафиксирована активность. Не забудьте сравнить вашу совместимость, чтобы избежать ошибок.»