14. Когда хочется за борт (2/2)

— …Райзгар повёл свою многотысячную армию в земли Норгара, собирая всех уставших от деспотства и желающих свергнуть власть и снести старые устои…

— Пф‐ф‐ф, это же чушь полная, — прыскаю со смеха, не выдерживая и дальше слушать этот бред.

Да, я знал, конечно, что, скорее всего, Каэль придерживается немного странных взглядов, но то, что ему нравится такое…

В его любимой книжке какой-то безумный автор создал свою версию исторических событий, буквально перевернув весь мир с ног на голову. Он посвятил её одному из законченных мерзавцев и главному предателю человеческого рода, принявшего сторону демонов в великой битве.

Я просто уверен, что этот писака явно из извращенцев, испытывающих сексуальное влечение к демонам из-за их красивых рожек и интересных хвостиков. Такие сумасшедшие почему-то уверены, что даже у злобных и ненавидящих весь человеческий род существ тоже должна быть хорошая сторона. Вот и этот автор, видимо, страстно желает заполучить себе в постель кого-то хвостатого – раз в своей книге решил придать им такой романтический и героический образ.

Ну да, ну да. А то, что демоны питаются людской энергией, а многие ещё кровью и мясом… об этом мы в этой интересной книжке упоминать, пожалуй, не будем. Зачем оно всё, верно? И то, что во время великой битвы демоны буквально полностью вырезали все сёла, в которые входили, до последнего человека, абсолютно не жалея ни женщин, ни стариков, ни детей, – тоже умолчим. И, конечно же, забудем про такую маленькую деталь, что многие из убитых ими были сперва жестоко изнасилованы. Причём, опять же, демоны не особо привередливы ни в том, кого убивать, ни в том, кого жрать, ни в том, кого трахать.

Я о их похождениях начитался столько, что теперь вот так просто лежать на коленях у Каэля и слушать подобное просто не могу. Уж извините.

— Почему чушь? — водит по моим волосам, наматывая пряди себе на пальцы. Из-за того, что мне так плохо, то даже наши соседи по каюте решили, что проявляемая ко мне нежность со стороны наёмника – всего лишь братская любовь и желание хоть как-то помочь.

Да, они приняли нас за братьев, хотя мы вообще друг на друга не похожи. Вот только почему ещё я могу вот так спокойно положить голову на колени наемника, а он мне в это время читает книжку – они своими куриными мозгами просто не додумались. Ну что ж, если при таких условиях можно хоть немного друг друга касаться и не бояться, что кто-то во сне нас захочет прирезать, то почему бы и нет.

— Да потому что Райзгар не собирал возмущённых властью людей под своё крыло, а убивал каждого встречного, у кого не было хвоста и рогов, — возмущённо смотрю на него снизу вверх, пытаясь объяснить прописную истину.

Теперь я точно уверен в том, что Каэлю срочно нужно купить нормальных книжек, а то начитается всякой гадости и захочет потом нацепить на меня хвостик, чтобы немного разнообразить наш секс. Нет уж, спасибо! На такое я не соглашусь даже ради него.

— Это же было так давно. Откуда ты знаешь, что именно из этого правда? — поднимает бровь вопросительно, абсолютно не желая сдаваться. Его руки скользят с моих волос на шею, начиная теперь поглаживать и её. Тут же смущаюсь, понимая, что он специально пытается возбудить, дабы я сдался и принял его сторону в споре.

Какой бесчестный приём. Я бы тоже сейчас мог бы начать наглаживать его коленку, вот только как потом объяснить окружающим нас мужикам, почему у нас двоих вдруг встало в штанах? Тут уже и братская любовь никак не поможет.

— Да потому, что, если ты не забыл, именно я выступил тогда против него и подавил попытку захвата демонами людских земель! — возмущаюсь ещё сильнее, и тому, что он собрался со мной спорить в подобных вопросах, и тому, что его рука незаметно от всех начинает пробираться мне под тунику.

— Но ты ведь не помнишь своих прошлых жизней, а значит, не можешь использовать это как оправдание, — улыбается тому, что я схватил его за руку и теперь не даю добраться до моего соска.

Извращенец! Тут же люди, а он вообще не стесняется. Да, они сейчас нас не видят, занятые своими делами, но вдруг кто-то из них захочет подойти к нашей койке и поймёт, каким бесчестным образом он пытается склонить меня на свою сторону.

— И всё равно я об этом знаю куда получше тебя. Меня с самого детства учили истории. И в целом, и отдельно тому, как именно я пришёл к циклу перерождений.

Меня ведь действительно всю мою жизнь муштровали, заставляя учить наизусть трактаты из «Великого сказания падения Варенора». И теперь меня хоть посреди ночи разбуди – я тут же вспомню строки:

«И ужаснулся Варенор теми ужасами, что сотворили нечистые твари.

И поклялся покарать всех, кто причастен к людским страданиям.

И произнёс великий:

Я Бог, что сотворил людей, дабы даровать земле мир и процветания.

Я Бог, что не дам своих детей на растерзание нелюдям.

Я Бог, что защищу своих сыновей и дочерей от ужаса и страданий

И приняли бой нечестивые.

И были изгнаны за грехи свои из блаженных земель в проклятые.

И не выдержала земля той ярости, что обрушил Варенор на нечестивых в момент их изгнания.

Заплакала она белыми слезами по своим погибшим детям, что пале в битве за правду и справедливость.

Собрал Варенор слезы земли и выковал из них себе оружие.

И вознёс он очи свои к небесам, молвя:

Дети мои, я поплачусь за тот хаос, причиной которого по неволе стал.

Я отдам своё бессмертие, дабы вернуть в ваш мир порядок и процветание.

А вас лишь прошу чтить и уважать заповеди, что я вам оставлю…»

И бла-бла, и так далее, и тому подобное.

Ужасно скучно, а это ведь только самое начало, а там дальше ещё про его смерть и про то, как он переродился в теле обычного младенца из семьи своего верного друга и боевого товарища. Про то, как он всё забыл, и ему пришлось учиться всему заново. И как он сообщил людям, что должен будет снова принести себя в жертву, а все вокруг плакали и просили его не покидать их снова.

А он такой: «Нет, я должен».

А они такие: «Ну нет, пожалуйста, не надо!»

А он: «Ну нет, если я этого не сделаю, демоны снова вернутся в наш мир, и моя жертва окажется напрасной!»

И этого бреда целых сто страниц. Ага, знаю. Кошмар. А я эту чушь выучил наизусть. Могу начать рассказывать с любой страницы.

Зато теперь я способен со стопроцентной уверенностью вступать в любой исторический спор и пусть Каэль даже не пытается вывести меня из равновесия своими шаловливыми ручками и сексуальными взглядами, бросаемыми в мою сторону.

— Как знаешь, малыш. Тебе виднее, — улыбается загадочно, и я прекрасно понимаю, что вообще его не убедил.

Это же просто безобразие какое-то. Смотрит в глаза живому богу и говорит: «Как знаешь, малыш»! Да его за подобное нужно предать анафеме! Вот только что-то подсказывает мне, что его подобным вообще не напугать. Только спросит что-нибудь по типу: «А отлучённым от храма можно продолжать спать с их божеством или придётся искать себе другую религию?»

Возмущённо фыркаю и отворачиваюсь от него. Что можно взять с этого безбожника?

***

Всё было так замечательно. Я страдал от качки на корабле. Каэль боялся оставить меня надолго одного и поэтому почти не отходил. И тут вдруг такое… Прогуляться он, видите ли, хочет. Подышать свежим воздухом. Нельзя, видите ли, вот так всё время сидеть взаперти без солнечного света.

А я говорю, что можно! И даже нужно!

Особенно если учесть, что наверху, на палубе, с огромной вероятностью можно наткнуться на Лайса. Особенно когда я так и не решился за всё время поездки предупредить наёмника. Особенно когда я уже начал верить в то, что я так хитро всё обставил, что эти двое так и не пересекутся. А тут вдруг он решил вытянуть меня наверх.

— Тебе станет лучше, если мы немного пройдёмся. Тут затхлый воздух и сырость. Обещаю снаружи будет намного легче, — гладит меня по щеке, а я только сильнее злюсь от того, что он последнее время такой ласковый.

Я ведь точно знаю, что как только эти двое встретятся, вся нежность Каэля моментально испарится. Тут же станет снова холодным и замкнутым, а на мои страдания ему будет плевать – как и на то, что именно этого Лайсандр и добивается. Он ещё даже не натянул на себя эту его кислую мину. Не встретил это белобрысое чудовище и не впал в депрессию, а я уже стукнуть его желаю. Схватить за плечи и начать трясти, спрашивая, почему он такой глупенький и ведётся вечно на провокации.

— Не знаю. Мне хочется просто полежать, — сжимаюсь, делая самое страдальческое из лиц, на которое я только способен. Раз он по-нормальному не понимает, то буду давить ему на жалость.

— Хорошо, — грустно вздыхает. — Тогда поспи ещё, а я пока пройдусь. Узнаю хотя бы, как долго нам ещё плыть.

Чёрт! Я вообще-то рассчитывал на другие слова. Понимаю, что больше моё состояние его не удержит внизу. Я бы и сам не выдержал так долго в таких условиях, а он и так продержался намного дольше, чем я рассчитывал.

— Постой, — хватаю его за руку. — Думаю, всё же смогу немного прогуляться по палубе.

Раз план «А» не сработал, то придётся приступать к плану «Б». Буду просто ходить за ним хвостиком и высматривать любую белесую тень на корабле. Я ведь вижу лучше него и слышу тоже, так что будем надеяться, что это эльфийское чудовище не решит подкрасться исподтишка. Хотя, зная его, этот вариант вообще исключать не стоит.

Однако он же по какой-то причине не напомнил нам о себе за всё время нашей поездки. А вдруг его так очаровал капитан, что он и думать забыл о Каэле? Влюбился в него по уши и решил пойти к нему служить на судно юнгой. Вот бы матросы были рады. Особенно те, которые пускали в начале на него слюни, решив, что перед ними красивая девушка.

— В центральной части палубы качка будет ощущаться меньше, там тебя точно не укачает, — предупреждает наёмник, как только мы выходим наверх.

Наверно он прав, но там, как назло, сильно много людей, и я могу не заметить, если где-то среди них вдруг появится Лайс. Нет, нельзя рисковать, и раз уж мы всё же сюда пришли, то надо хотя бы выбрать то место, где меньше шансов на него наткнуться.

Тяну Каэля на корму. Там тоже прогуливаются люди, но уже не так много, ведь рядом находятся ящики с нужными корабельными припасами, закрывающие большую часть красивого вида, и штурманская рубка. Плюс там чаще снуют туда-сюда матросы, которым не особо нравится, что обычные пассажиры мешают им работать. Как по мне – идеальное место, чтобы и подышать свежим воздухом, и не встретить некоторых особ, которые могут испортить нам всё настроение.

Здесь и правда оказывается намного лучше, чем в душной каюте. Лёгкий морской бриз и солёный, свежий воздух окончательно привели меня в чувство. Даже несмотря на переживания, понимаю, что мне становится легче. Видимо, Каэль, как всегда, оказался прав, и мне просто нужно было выйти на воздух.

Вдыхаю полной грудью и понимаю, что и правда успел соскучиться по солнечному теплу и свету. Не удержавшись, приближаюсь к нему, теснее прижимаясь к его твёрдому, широкому плечу. Тут, конечно, наша необычная близость будет куда сильнее бросаться в глаза, чем в каюте, где все уже привыкли к двум странным и чересчур тактильным братьям, однако всё же поддаюсь магии момента, забывая о предосторожности.

— Мне уже лучше. Ты был прав, мне просто нужно было подышать свежим воздухом, — благодарно улыбаюсь, смотря в его безумно красивые на солнечном свету тёмно-карие глаза.

Тихий шум волн, бьющихся о борт корабля. Тёплые лучи солнца, согревающие мою кожу, и, конечно же, твёрдое плечо рядом – всё это помогло мне расслабиться и на мгновение забыть тревоги, которые съедали меня всё это время. Но, как оказалось, забывать не стоило.

Лайс, будто поджидая нас всё это время, внезапно появляется на верхнем уровне кормы. Лёгкое позвякивание цепей на его поясе разносится по палубе, и каждый его шаг привлекает к себе внимание. Идёт рядом с капитаном, о котором я уже достаточно наслышан. О нём и о его внезапной щедрости.

Капитан оказывается мужчиной в среднем возрасте. Подтянутый и с ровной осанкой. Лишь морщины и седина на висках и в бороде говорят, что ему ближе к пятидесяти.

Тут же в голове всплывают воспоминания о том, как Лайс оправдывался передо мной, что хоть он и спал со стариком, но тот выглядел моложе своих лет. Он что, именно таких мужчин предпочитает? А что тогда насчёт Каэля?

— …так что, если вдруг налетит шторм, — голос капитана спокойный, но в нём проскальзывает нотка намёка, — в такие моменты особенно важно, дабы рядом оказался кто-то, кто умеет справляться с морской стихией. Не каждому на этом борту хватит опыта и выдержки, чтобы справиться с бурей, — усмехается, бросая на эльфёнка оценивающий взгляд. — Но с нужной поддержкой, знаешь, даже такие, как ты, могут чувствовать себя в безопасности.

«Такие, как ты» тут же режет слух, и я понимаю, что капитан, в отличие от своих более юных матросов, прекрасно осознаёт, что перед ним именно парень.

— Знаешь, а ведь сегодня, возможно, как раз планируется шторм и мне до твоей комнаты будет добираться тяжело, в случае чего. Может, если бы ты сразу остался у меня… — он снова бросает в сторону Лайсандра пожирающий похотливый взгляд.

Неужели эльфёнок всё ещё кормит капитана одними обещаниями и так и не позволил ему добраться до своего тела? Неожиданно даже. Я-то уже решил, что он собой расплачивается буквально за всё – ведь зачем нужен кошель, когда есть такая аппетитная задница?

— Думаю, капитан, если всё же сегодня начнётся шторм, то вам явно будет не до меня. Не бросите же вы своих подчинённых одних, предпочитая им заботу обо мне? — спрашивает лениво и даже с небольшой ноткой раздражения. Похоже, подобные подкаты он слышит уже не в первый раз.

— Они у меня ребята опытные и сами знают, что в случае чего надо делать. А ты… ты хрупкий и маленький. Испугаешься и не поймёшь, как себя вести в такой ситуации, — продолжает настаивать, явно не понимая вполне конкретных отказов. Видимо, впервые сталкивается с подобной наглостью. Скорее всего, привык, что за привилегию личной комнаты с хорошими условиями его благодарят, а тут вдруг нашёлся мелкий засранец, который принимает подарки, но не хочет за них платить.

Я так долго подготавливал себя к тому, что нужно делать в случае, если обнаружу Лайсандра, а увидел этих двоих – и опешил. Опешил настолько, что упустил момент, когда и Каэль его заметил. Возможно, сразу же, когда и я, а может, уже через пару минут, после того как я его увидел и вместо того, чтобы быстро увести куда-то наёмника, как последний кретин, начал вслушиваться в их диалог.

Понимаю, что уходить куда-то уже поздно, только когда чувствую, как мышцы прижавшегося ко мне плеча тут же напряглись. Поднимаю на него взгляд и вижу, как и без того его тёмные глаза стали почти что чёрными. С силой сжал челюсти, и под кожей сразу начали ходить жёсткие желваки.

Всё очень плохо. Что делать – вообще непонятно. Постараться отвлечь его? Или лучше вообще не трогать?

Боюсь, что он сейчас взорвётся и кинется прям на капитана, который, судя по всему, почти что уверен – сегодня вечером ему точно что-то перепадёт. И Каэля, судя по всему, эта его уверенность и то, какие он взгляды бросает на объект своего желания, ужасно злит.

Лайс кажется и вовсе не замечает нас, словно просто решил отрешённо прогуляться по палубе и развеяться. Ну да, ну да. А глаза такие довольные только от того, что ему безумно нравится общаться с этим похотливым дядькой.

Я, конечно, не сильно большого мнения о нём, но даже мне понятно, что эльфёнок лишь использует капитана, желая получить привилегии и бонусом вызвать у кое-кого ревность. И, судя по быстро наливающемуся кровью лицу Каэля, у него это отлично получается. Даже не стараясь. Даже не притворяясь, что ему интересен идущий рядом с ним индивидуум. Достаточно просто того, что наёмник видит, как смотрит этот извращенец на Лайсандра – и всё. Сверлит его взглядом так, словно тот его смертельный враг, вырезавший всю его семью. Если бы я не знал наверняка, что эти двое вообще не знакомы, то точно бы решил, что у них кровная вражда, о которой бедный мужчина даже не догадывается.

А этот мелкий интригант будто специально подливает масла в огонь – обхватывает рукой локоть капитана и слегка прислоняется к нему поближе. А почему «будто»? Скорее всего, намеренно. И ведь подгадал же, сволочь. Вот откуда он знал, что мы именно сейчас выйдем? Или он так с ним уже несколько дней прогуливается, поджидая нашего появления?

Сжимаю руку Каэля, чтобы не дать ему окончательно впасть в ярость. Пусть помнит, что я рядом и всё это прекрасно вижу. Понимаю, конечно, что если он захочет, то и моё присутствие его не остановит, но ведь пока что он ещё пытается притворяться передо мной, что они с этим мелким монстром просто знакомые. И верит же сам, что я ничего не подозреваю. Ни почему у него периодически портится настроение, ни то, почему он так странно на него всё время глядит.

А может, он просто сам не подозревает, как на него смотрит и как реагирует? Думает, скорее всего, что ведёт себя так же, как и всегда. Наверно и теперешнего своего поведения не осознаёт. Просто злится и наблюдает за тем, как эти двое медленно приближаются к нам.

Проходя мимо, Лайс «случайно» подворачивает ногу и легонько дотрагивается рукой до наёмника. Сразу чувствую, как его передёргивает от этого прикосновения. Сжимает мою кисть сильнее, даже не осознавая, что сейчас делает.

Эльфёнок продолжает играть, делая вид, что это всего лишь случайность. Его белые ресницы взмывают вверх, и ярко-оранжевые, словно два раскалённых янтаря, глаза встречаются с тёмной бездной взгляда Каэля – как свет, столкнувшийся с тьмой в молчаливом вызове.

Пауза. Оба замирают. Всего на мгновение. На миллисекунду.

Сопровождающий Лайсандра капитан даже не замечает этого. Только я... Именно на такой же промежуток времени моё сердце замерло, ожидая, что последует за их взглядом. Скандал? Или примирение?

Не хочу ни того, ни другого. Не хочу, но кто же будет меня спрашивать? Это их история любви, а я тут только временное препятствие, которое надо преодолеть.

Лайс тут же отстраняется, будто ничего и не случилось. Не было этого взгляда и этой паузы. Ничего не было. Просто он споткнулся и схватился за незнакомца, чтобы устоять на ногах.

— Шут, — скрежеща зубами, цедит Каэль, как только белобрысый монстр скрывается из нашего поля зрения. Всё ещё видно, как он напряжён, но всё же не так, как было минуту назад.

— Чего он добивается? — решаю спросить, хоть и понимаю, что вряд ли он расскажет мне всю правду.

— Как всегда – внимания. Он на дух не переносит, когда хоть кто-то перестаёт считать его центром своего мира.

Возможно, он говорит сейчас правду. Во всяком случае, это многое объясняет во внешнем виде и поведении этого чудовища. В нём действительно легко считывается это его неприкрытое самолюбование, но всё равно почему-то кажется, что всё не может быть так легко. Он ведь не просто устроил дебош, дабы все на улице обратили на него внимание, а отправился вслед за Каэлем, бросив всё, что у него было.

Решаю отпустить эту мысль на время, сосредоточившись на состоянии наёмника. Тяну его обратно к нам в каюту, и он податливо идёт за мной, словно потратив все силы, чтобы не сорваться. Уже заходим к нам, и только тогда замечаю, что его рука, та, до которой дотронулся Лайсандр, теперь что-то крепко сжимает.