Часть 11 (2/2)
— Поэтому я всё решил… — едва слышно произнёс Тэхён. — Пусть держится от меня подальше. Если не ошибаюсь, из нас двоих, я лишь один знаю о нашей с ним истинности и чувствую его аромат. Значит он не в курсе… ни о том, кем является для меня. Ни того, насколько дорог моему сердцу. Пусть же и останется в благополучном неведении навсегда. Я через пару дней уеду. Если всё сложится хорошо и я вернусь живым, мы подумаем с тобой, Юнги, что дальше с этим делать. А пока…
— Малыш, — голос сорвался. Юнги сглотнул, сдерживая горечь от произнесенных слов своего родного человека. Одна лишь мысль, что парень может не вернуться, больно резанула сердце. — Не говори так. Я тебя прошу. Будь осторожен и возвратись домой живым и невредимым. Ко мне, обратно. И к своему соулмейту, который пусть даже и не знает сейчас о твоём существовании. Послушай, Тэ… Твой истинный ведь может стать для тебя так же и огромным могуществом и потенциалом! Если ваши стихии окажутся в силах гармонично объединиться, вы сможете управлять этим миром на двоих… И даже, если я не ошибаюсь в своих, на этот счёт, раздумьях, совершенно определённо, стать новым мировым порядком. Дай парню шанс. Пока ты не уехал… Я хочу посмотреть на вас в боевой двойке. Пожалуйста, выполни эту мою небольшую просьбу. Прошу… Сделаешь это для своего старого учителя и друга?
***
— Это очень серьёзный вопрос, Хосок! Я рад, конечно, что ты обратился с ним именно ко мне, — Сокджин, нахмурившись, нервно отстукивал пальцами по столу. — Но я не могу определить причину такой высшей степени твоего доверия к простому пацану. Да, он твой личный ученик, подшефный. И что с того?! Думаешь что можно этому мальчишке — второкурснику разрешить преспокойненько копаться в древних трактатах, до которых сейчас нет доступа даже у наших выпускников и аспирантов?
— Он мой предназначенный, Джинни, — глубоко вздохнув, тихо выдавил Хосок, понимая, что обратного пути нет. И он обязан сейчас приоткрыть завесу настоящего основания такого своего безусловного доверия к мальчику.
— Даа?! Правда что ли? — обескураженно вытаращился на него Сокджин, для которого эта новость обрушилась как снег на голову. — Давно знаешь об этом?
Хосок лишь кивнул. Джин промолчал, задумчиво покусывая губы. Им не нужны были лишние слова, чтобы понимать друг друга. Существа одного рода лучше других ощущали невысказанные мысли.
— Поэтому ты курируешь его и уговорил взять на обучение? — хмыкнул Джин, спустя несколько минут раздумий. — Надо же… я думал что ты уже ничем не сможешь удивить меня. Старый прохвост. Хорошо. Что он там пытается найти, в этих древних трудах, наш маленький вундеркинд?
Хосоку пришлось вкратце рассказать как и о Чимине, с его странной беременностью. Так и о сложившейся ситуации с лекарством, рецепт которого Юнги дал старый лекарь. Почему-то ему сейчас начало казаться, что это звенья одной цепи. Заодно он обозначил догадки и домыслы Мингю по поводу формулы препарата.
— Этого старика удалось найти? — задумчиво спросил Сокджин. — Не отводи глаза, Хоби. Уверен, что ты за моей спиной уже подсуетился и направил на его поиски кого-то из своих псов-разведчиков.
— Как хорошо ты знаешь меня, — улыбнулся в ответ Хосок. — Лекарь пропал… Мои «псы», как ты обозвал разведгруппу, не справились с поставленной задачей. Удалось установить, что как только двадцать с лишним лет назад маленький Юнги вышел из деревни, где они проживали несколько лет подряд, старик исчез вместе со своей огромной сворой злобных волкособов. Как в воздухе растворился. Никто о нём уж и не помнит даже. Тем более, нельзя хоть с какой-то долей вероятности предсказать где именно он находится сейчас. Если жив ещё. Он и на ту пору был очень древним.
— Если я корректно уловил смысл и правильно понимаю ситуацию, — очень тихо произнёс Сокджин, красивой витиеватой подписью расписываясь в бланке разрешения. — Этот старец ещё нас всех переживёт. И даже тех, кто будет после нас…
***
Маленькой неслышной тенью проскользнула по коридору жилого крыла хрупкая фигурка. Опасливо оглядываясь по сторонам, Чимин нагнулся ниже, заглядывая в щель замка. За дверью было тихо. Парень аккуратно призвал на самые кончики пальцев лёгкий ветерок и запустив его в замок, проверил, можно ли будет его открыть. Улыбнулся и прибавил мощи, заполняя всё его пространство своей стихией. Затем, прикусив от стараний кончик языка, он принялся старательно прокручивать мелкие детали внутри сжатым потоком воздуха. Щёлкнуло… надавив на ручку двери, Чимин проскользнул внутрь, прикрывая её за собой. И огляделся. Давненько он не был в комнате супруга. Так же тихо и мрачно как в склепе, усмехнулся про себя. Провёл пальчиком по ближайшей к нему полке и поднёс к глазам. Серые следы грязи на розовой подушечке… Чимин отряхнул пальцы. Тронутый им слой пыли с молчаливым укором взирал, моля прибраться. «Вот ещё», — хмыкнул Чимин. — «Я не за тем сюда пришёл». Он приоткрыл створки платяного шкафа и начал быстро перебирать чужие вещи, каждую из них поднося к своему лицу и принюхиваясь. Надежда таяла как утренняя дымка. Все шмотки что висели тут на вешалках, оказались, к его огромному сожалению и разочарованию, стиранными. «Что же делать?» — парень растерянно огляделся. — «С каких пор ты стал таким чистюлей, мужлан? Мне нужны ношеные вещи… с твоим зловонием. Пота и зверя…» — проворчал Чимин, — «Чтобы амбре от них с ног валило» — представил он, а самого аж в пот бросило. Одно мысленное упоминание о запахе Юнги заставило внутренности сладко сжаться. Ему необходим был аромат бывшего мужа! Прямо сейчас и срочно!
Он догадался заглянуть в ванную комнату и коршуном набросился на бак с грязным бельём, с блаженной улыбкой на устах доставая оттуда мятые футболки, брюки и труселя. Всё это богатство было тут же распихано им по карманам и заткнуто за ворот домашнего халата, отчего вся крохотная фигурка сильно раздалась вширь.
— Что ты тут делаешь? — раздался прямо за его спиной грозный, но удивлённый голос.
Чимин вздрогнул, чуть не выронив скомканные трусы, которые судорожно запихнул в карман трясущейся рукой. И гордо обернулся, встретившись с напряжённым взглядом Юнги.
— Зашёл… Нельзя? — литр сарказма на сто грамм крови. Организм бурлил. Сердце гулко стукалось куда-то под кадык, прыгая как сумасшедшее.
— Чимин… Ты в своём уме? — прищурился Юнги, бросая косые взгляды с него на развороченный контейнер с грязным бельём, предназначенным в стирку. — Не хочешь объясниться?
— А я должен? — лучшая защита — это нападение. За все годы брака Чимин усвоил эту простую истину как аксиому. — Что… Боишься что я узнаю ещё о каком-нибудь твоём секрете, который ты так тщательно от меня скрываешь? Тебе, конечно, есть что прятать, милый? — выплюнул он сквозь зубы, мелко трясясь от нахлынувших эмоций. Страх, что его застали врасплох за непотребным занятием перекрывался вспышкой праведного гнева. — Мудила! — маленький кулачок прилетел прямо в нос неожидавшему такого поворота Юнги.
— Ополоумел?! — рука, которой тот дотронулся до своего лица оказалась в мелких красных капельках.
Чимин, застыв, рассматривал чужую кровь на костяшках собственного, небольшого но острого кулака. Поднял на Юнги очумелый взгляд и резко приблизившись, засосал его рот с одним единственным тихим всхлипом. Впиваясь, раздвигая чужие губы… Юнги вздрогнул всем телом… но ответил… Не мог не… Долго, протяжно… Их поцелуй был не просто горяч… Это был словно танец языков двух смертников, приговорённых на утро к казни. Как на острие ножа… На самом краю смерти… Как в последний раз… Будто тонущие в глубоком омуте… они хватались друг за друга, сведёнными судорогой пальцами, впиваясь ими в тела. Проминая, царапая обнажавшиеся из-под одежды участки нежной кожи. Их обоих словно закрутило водоворотом безумства… Унесло. Не сдерживаемыми потоками страсти… и влечения… Так, что не хватало даже дыхания… чтобы вынырнуть, не говоря уже о том, чтоб выплыть.
— Что… — хватанул воздух Юнги как только Чимин отпустил из крепкого захвата его губы. — Ты творишь…?!
Ответом ему был громкий стук закрывшейся двери.
— Он у меня ещё и волосы выдрал что-ли…?! — потирая голову в том месте, где покалывали болезненные ощущения, проворчал Юнги. — Чокнулся совсем…
***
— Хосок… Я всё принёс! — запыханный Чимин растрёпанной фурией возник на пороге кабинета. — Вот кровь… Хватит для анализа? — перед глазами появился перемазанный кулак. — Во рту его слюна. Мы целовались. И ещё … я выдернул из головы Юнги пару волос. Я молодец?
Хосок не знал сейчас, что ему делать. Смеяться или плакать. Глядя в эти, волнительно распахнутые глазёнки, он старательно сдерживался. Чтобы откровенно не заржать. Это выглядело бы обидно и крайне не профессионально.
— А под халатом что? — не удержал он всё-таки смешка.
— Это моё… — нахохлился Чимин, покрепче завязывая пояс. — Ты не ответил…
— Молодец конечно! — ласково погладил его по голове Хосок. — Но, прошу тебя… нет, умоляю! В следующий раз, пожалуйста… Не надо подобных жертв. Волос вполне достаточно, чтобы извлечь ДНК. Не бей больше Юнги. Ему и так жизнь сурово на орехи отвесила, подарив тебя.
***
Мингю шёл из библиотеки, устало передвигая ноги. Пять часов, проведённых за штудированием сборников «Сказаний» давали о себе знать ломотой в спине и практически не ощущающейся задницей. Казённые стулья через пару просмотренных томов уже были похожи на орудие для пыток. В желудке, про который он забыл, урчало. Глаза саднили, будто в них песка насыпали. Но не это тревожило сейчас мальчишку…
— Чонгук? Чонгук… — Мингю замахал руками другу, который заходил в общагу. — Подожди меня! — он быстро, насколько мог, добежал до парня. — Есть разговор… — прихватив того за рукав, он потащил его прямиком в комнату. И лишь зайдя, выдохнул с порога: — Я всё узнал! Тэхён — энигма!
— Ты шутишь…? — а сердце ухнуло куда-то вниз. И по спине проскользнула предательская влага. Чонгук очень внимательно вгляделся в глаза друга, стараясь подмечать малейшие детали. — Что конкретно ты узнал? Скажи…
— Двухипостасным может быть только сын природы, предсказанный пророчеством «иных», — голос Мингю был тих, но колоколом раздавался в голове Чонгука. — «На заре новой эры, когда знакомый и привычный мир погрузится в хаос, а род гибридов окажется на грани вымирания, появится демон, владеющий мечом и магией, в человеческом обличии, называющий себя «великим инквизитором» и многие невинные погибнут от его жестокой и карающей длани. В то же время, родится ангел — сын природы, имеющий облик двух зверей. Он встанет на защиту рода и свергнет зло, порабощающее мир» — процитировал Мингю прочитанные недавно строки. — Ты что-то понимаешь? Чон… — голос его дрожал.
— Я сейчас не…
В дверь громко постучали.
— Чон Чонгук? — мужчина за порогом оказался статный, крепкий. С искорками смешливого сарказма в зелёных с жёлтой каймой глазах.
— Проректор Мин? — Чонгук не знал как реагировать.
— Вас вызывает к себе куратор Ким, — хмыкнул Юнги. — Вы должны идти.
— В кабинет? — только и спросил Чонгук.
— Нет. — Юнги насмешливо разглядывал мальчишку, строя предположения о его дальнейшем поведении. — Он ждёт вас на учебном полигоне… Прямо сейчас.