Часть 12 (1/2)
На полигон, в виде исключения, им разрешили пойти вдвоём. Мингю, в первый раз оказавшийся в «святая святых» боёвок, с любопытством рассматривая всё вокруг, пристроился неподалёку, за защитным периметром, ограждающим зрителей от случайных прилётов заклинаний. А Чонгук, обильно обливаясь потом, впервые трепетно ступил ногой на вожделенную им землю, изрытую вдоль и поперёк предыдущими военными учениями. Полигон был пуст. Куратора нигде не наблюдалось. Чонгук нервно обернулся пару раз вокруг себя, высматривая… где же он?
— Можем начинать? — раздался голос за спиной. Степенной походкой Тэхён обогнул его, дошёл до базовой черты и встал с ним рядом. Чонгук замер, с эстетическим восторгом разглядывая мужчину. Он был сейчас чертовски привлекателен. Непоколебим, чуть отстранён внешне. Красивое лицо не выдавало признаков эмоций. Черканув мыском ботинка полукруг, разделяющий его и Чонгука, спросил: — Юнги? Кого ты вывел против нашей двойки?
Мин усмехнулся. И дал рукой знак двоим одетым в одинаковую военную форму бойцам. Пара аспирантов, желающих слегка размяться перед боевой командировкой, вышли на поле. Они были расслаблены, шутили, переглядываясь между собой. Младший педагог плюс первокурсник их не пугали.
— К барьеру! — громко прокричал Юнги, чуть отодвигая Мингю в сторонку. И закусил губу, внимательно следя за происходящим на поле боя.
Пара адъюнктов<span class="footnote" id="fn_41332261_0"></span> оказалась хорошей сработанной «двойкой». Слаженность их движений, молниеносная атака в совокупности с идеально выстроенной стратегией боя, впечатляли.
Залпом ударили воздушная и огненная стихии: три ледяных стрелы и «огнемёт» пронзили небольшое расстояние, отделявшие две боевые точки и, вспоров воздух между ними, разбились о защитный барьер, выстроенный Тэхёном. Штормовая волна так же была им остановлена на самом подлёте. От «воздушного плена» Тэхён прикрыл его своей спиной. Чонгук лишь хлопал глазками, толком не успевая даже испугаться. А ярость тем временем потихоньку заполняла сердце…
— Я сам! — крикнув это, Чонгук рукой придержал куратора, уже готового вклиниться между ними и новым залпом. И, резко очертив руками круг, бросил в сторону вояк «огненную спираль» — достаточно сложное заклинание, визуально раскручивающееся по движению часовой стрелки и увеличивающее силу от центра к цели. Громыхнуло, разметав на пару метров «двойку» друг от друга.
— Неплохо, — хмыкнул Юнги. — Продолжаем, мальчики!
— Куда ты лезешь?! — прорычал Тэхён, отбивая воздушное «лассо», уже готовое упасть в захвате и сжаться на шее парня.
— Ты думаешь что тут один? — зло прокричал в ответ Чонгук, ставя тому подножку. Над головой рухнувшего навзничь куратора опасно близко пронеслась огненная «молния», разбившаяся о защитный купол полигона. — Вставай… — Чонгук протянул Тэхёну руку, вглядываясь в его глаза. Бездна… В них царила тёмная, неведомая ему, страшная по сути сила… Она пугала. И завораживала, притягивая к себе как магнитом. Он её желал… — Дай мне свою руку…
— Обойдёшься… — проворчал Тэхён, отбивая чужую ладонь и поднимаясь.
Бойцы напротив ждать не стали, пока вторая «двойка» разберётся в сложных отношениях между собой. Увидев, что противник готов и уже встал в строй, они с четырёх рук выпустили «грозовой разряд» — идеально красивое сочетание воздушной и огненной стихий. С оглушительным треском разрезая наэлектризованное пространство перед ними, бабахнул яркой вспышкой молнии огненный взрыв… Тэхён, резко вскинув руки, отразил его «ледяной стеной», сразу же потрескавшейся и осыпавшейся ему под ноги. И тут же закрутил в их сторону «пустынный ветер» — экстремальное сочетание элементов воздуха и земли. Колкий оранжевый песок спустя мгновение засыпал двух бойцов с головы до ног. Тэхён глянул коротко на Юнги, недовольно поджав губы наблюдающим за ними, и щёлкнул пальцами перед лицом Чонгука, сделав широкий жест рукой. Кривая улыбка в купе с приглашением поучаствовать, казалось, издевательски насмехалась над парнишкой. Чонгук нахально усмехнулся в ответ и, сделав резкий разворот по кругу, запустил следом прожорливую «саламандру», огненными всполохами обрушившуюся на одежду противника, поджигая даже огнеупорную форму.
— Достаточно! — крикнул Юнги, с усмешкой глядя на матюкающихся сквозь зубы бойцов, стряхивающих друг с друга веселящуюся, убегающую прямо из-под рук «огненную змейку». — Курк, Лоос, отдохните пять минут. Тэхён, Чонгук… к барьеру!
— Юнги… Мы так не договаривались! — зло выкрикнул Тэхён, вспарывая землю под его ногами парой стрел. Не смог сдержаться. Юнги, не сделав даже шага в сторону, лишь отряхнул штаны от налипших комков, кривя в улыбке губы и помахал рукой призывно.
— Вставайте, мальчики… Теперь друг против друга.
Осознание того, что он сейчас выйдет с куратором один на один… Это ошарашило его. От волнения у Чонгука моментально дрогнули и ощутимо увлажнились ладони, которые он машинально вытер о штаны. А под лопатками, под самой кожей, как будто что-то заскреблось и зачесалось… так мучительно… Подмышки вспотели. И прямо под коленками предательски затряслись, как натянутые до предела канаты, завибрировавшие жилы. «Не нервничать!» — сам себе приказал Чон, сжимая крепко кулаки, а в них — свою несгибаемую волю. Он этого хотел… стремился… и сдаваться без боя точно не планировал.
— Я не собираюсь меряться с ним писюнами, — зло прошипел Тэхён. — Это выходит за рамки нашего с тобою уговора, Юнги! Я пас…
Он резко развернувшись, стремительно направился к выходу, зло прочерчивая каблуками глубокие рытвины в земле.
— Стоять! — перед Тэхёном взметнулся слой земли, осыпав его грязью и песком. Возле мыска ботинка догорал довольно крупный «огненный кулак». — Мы не закончили…
Медленно повернувшись, Тэхён уставился наливающимися кровью глазами прямо на замеревшего в боевой стойке парня. Вся его фигура была напряжена. Казалось, брось к его ногам зажжёную спичку и — бах! — он воспламенится. Они оба сейчас выглядели как зеркальное отражение друг друга. Плечи опущены вперед, уже готовые к защите и броску. Кулаки сжаты… Глаза в злом прищуре ловят каждое малейшее движение оппонента, который только что стал противником…
— Сдурел? — выплюнул Тэхён.
— Мы… не закончили… — процедил мальчишка, закручивая пальцами небольшое «огненное лассо». — Ты не уйдёшь, пока мы не узнаем, кто из нас сильнее…
Тэхён немного истерично расхохотался: — Ты, верно, парень, сошёл с ума…
— Быть может… — прошептал Чонгук, словно во сне кидая заклинание. Рука внезапно дрогнула. Надеясь только обездвижить, он целился куратору в нижнюю часть ноги… а попал. Ну, вообще, не туда… куда стремился.
— Придурок! — Тэхёна согнуло пополам. Хватаясь одной рукой за обожжёное бедро, другой в ответ бросил в грудь Чонгука небольшой «воздушный ком». Того стихией отнесло на пару метров, крутанув на полный разворот вокруг своей оси. Но, покачнувшись, он всё же смог удержаться на ногах. И это лишь прибавило мальчишке злой горячности. Мощный «огненный кулак» врезался в поспешно выставленный «ледяной барьер», осыпав их веером колких брызг. И тут же… вслед — «фирменный» удар парня, который он придерживал как козырь в рукаве: «напалм»…
Чонгук испуганно застыл, вглядываясь в попытке хоть что-то рассмотреть сквозь густой туман, возникший в моменте соединении огненной стихии с каплями воды.
— Поганец мелкий… — вынырнул из плотной пелены ему навстречу самый натуральный… живой и весьма увесистый кулак, прилетев в лицо. Чонгук дёрнулся, теряя устойчивость, и приземлился прямо на задницу, растерянно хлопая огромными глазами. Пышущий гневом Тэхён сейчас стоял над ним, глубоко дыша в безуспешной попытке успокоиться.
— Ай, молодцы… — громкие хлопки ладонями в полнейшей тишине заставили обоих вздрогнуть и обернуться. Юнги, довольно улыбаясь, аплодировал. — Курк, быстро… встаёшь к Чонгуку в пару. Лоос — к Тэхёну. Продолжаем бой.
— Ты охренел?! — выкрикнул в сердцах Тэхён, внутренне обмирая. Он понял чего добивается Юнги ещё тогда, когда соглашался на этот спарринг. Но сейчас друг переходил все допустимые границы. — Ты правда хочешь чтобы кто-то пострадал сегодня?!
Юнги, не отрывая от него взгляда, лишь молча приподнял вверх самый уголок губы, обнажая острый белый клык. И громко цыкнув им, проорал: — Все на позиции! Быстрее! Ещё быстрее!
Один из вояк, быстро подбежав к до сих пор рассиживающемуся на земле Чонгуку и, схватив того за воротник, поднял на ноги, грубо при этом встряхнув. Тэхён напрягся машинально, не задумываясь, зло зарычал, выпуская когти… Его глаза принялись стремительно сменять цвет, становясь на какое-то мгновение то жёлтыми, то снова карими. От обострённого внимания не укрылось и то, как отреагировал мальчишка… И какими многозначительными ухмылками обменялась между собой боевая «двойка». Тэхён перевёл взгляд на Чонгука… Скрипнул клыками, поняв, что сейчас остался один против троих. В глазах стоящего напротив паренька читалась лишь одна мишень и цель — он!
— К бою! — закричал Юнги.
Одновременно вскинув руки, они ударили… все трое, залпом. Как правильно и рассчитал Тэхён, Лоос целился в мальчишку. Курк в него… Как, собственно, и сам Чонгук… Мелкий дуралей! Вместо того, чтобы поставить хоть какую-то минимальную защиту, он бросил все свои силы на атаку, лишь бы доказать, что крут и имеет право быть с ним в паре.
«Глупец!» — помимо этой мысли, в голове с математической точностью возник анализ траектории полёта заклинаний. Выждав три наносекунды, Тэхён выбросил вперёд «воронку смерти», уменьшив её мощность до самого предела. Небольшой торнадо, раскручивая воздушный раструб, легко втянул в себя оба удара «двойки», схлестнув их меж собой и погасив. А вот «огненный топор» Чонгука, летящий прямо в голову, Тэхён уже не успевал отбить…
— Долбоёбина… — процедил Юнги, незаметно ставя другу воздушную «подсечку» и делая лёгкий жест рукой в чужую спину. Секундой позже… приподнимая на пути Чонгука приличного размера ком земли.
Почувствовав уверенный пинок под зад, Чонгук растерянно моргнул, в несколько быстрых и длинных шагов преодолевая расстояние до «цели»… и тут же, споткнувшись о преграду, грохнулся сверху на куратора, едва не придавив того своим, весьма не малым, весом. Но парень даже не заметил того, что кувыркнувшись, летит вниз. Ведь он сейчас не падал… он проваливался в бездну, готовую поглотить его… Тонул… не отводя взгляда, в тёмном омуте завораживающих глаз… смотрящих напрямую в самую потаённую часть его души. Тэхён же, всхлипнув глухо, согнулся в полукруге, получив удар коленом между ног. А губы двух мужчин, случайно соприкоснувшись, встретились на какое-то мгновение…
Ебануло…! Да так, что оказавшуюся неподалёку «двойку» мощнейшим взрывом разметало в стороны и отнесло к ограде. Где они потом, ещё минут пятнадцать, стоя на четвереньках и тряся контуженными головами, надрывно кашляя, отплёвывали дым.
— Красиво… — пробормотал Юнги, завороженно глядя на яркие, танцующие огненные всполохи, окружившие два слившихся устами силуэта, находящихся в центре столкновения стихий. — Я впервые в жизни вижу, чтобы вода горела… А ты? — он обернулся в сторону Мингю, стоящего с открытым ртом. И усмехнулся: — Видимо, ты тоже.
— Свали с меня! — зло выкрикнул Тэхён, спустя мгновение отбрасывая с силой парня в бок. Он подскочил, кое-как приглаживая вставшие дыбом наэлектризованные волосы, бросая изподлобья хмурый взгляд на довольного всем происходящим друга, заранее отошедшего на безопасное расстоянии. Оглянулся на догорающий за своей спиной защитный полог, в который прилетел «топор» и, развернувшись, фыркнул, стремительно удаляясь с развороченного ими полигона, не проронив больше ни слова.
— Откуда ты знаешь столько отличных боевых заклинаний, мелкий? — на плечо Чонгука, завороженно смотрящего вслед куратору, легла тяжёлая ладонь.
— Я очень много тренировался, проректор, — не отводя примагниченного взгляда, выдавил мальчишка, находящийся, по ощущениям, на самой грани своего сознания. И тихо всхлипнул, последним волевым усилием сдерживая рвущиеся изнутри, вопреки всякому желанию и смыслу, слёзы.
***
Он не был зол… Не-е-ет… Тэхён пребывал в полнейшем бешенстве! Зверь внутри метался, царапался, негодовал и был готов прямо сейчас вылезти и самолично разорвать Юнги за такую капитальную подставу. Снова почувствовав настолько близко не только запах, но и вкус своего истинного, он словно бы сошёл с ума. Забрать, присвоить… Зверь скулил внутри, желая только одного — его! «А человек…» — задумался мужчина. — «Хотел ли он того же?». Тэхён остановился посреди дороги и прикрыв глаза, дотронулся до своих губ, медленно проводя по нежной коже кончиками пальцев и вспоминая чужое к ним прикосновение. — «Боги… как же это было… Сладко».
Мотнув упрямо головой, Тэхён сорвался с места, решив прямо сейчас навернуть пару-тройку кругов вокруг академии, дабы выветрить из непокорных мыслей всё, что связано с Чонгуком. Где-то на десятом круге, это ему, почти что, удалось. Еле передвигая уставшими, непослушными ногами, Тэхён добрёл до жилого корпуса, завернув плюсом на спортивную площадку чтобы сделать комплекс отжиманий и подтягиваний. С разгорячённого тела ручьём лил пот, но лёгкая приятная нега, образовавшаяся после активной физической нагрузки, сейчас хоть не намного, но смиряла его с жизнью.
***
— Чимин-и… Ты тут? — Тэхён приоткрыл дверь комнаты и осторожно заглянул. Мало ли чем сейчас парнишка занят. Беспокоить и так не сильно уравновешенного в последнее время Чимина, не хотелось лишний раз. Да и сам он, всё одно, надолго заходить не собирался. Пару слов лишь на прощание сказать. В комнате царила полутьма. Окна оказались зашторены. Свет выключен. Приглядевшись повнимательнее, он рассмотрел среди кучи вещей, разбросанных по всей кровати, макушку спящего друга и в изумлении округлил глаза, тихонько прикрывая дверь обратно. Такого феномена Тэхён ещё не наблюдал…
***
— Хосок! Мне кажется с Чимином что-то странное творится…
— И тебе, малыш, здравствуй… — друг развернулся от лабораторного стола, заставленного разнокалиберными пробирками. — Что на этот раз?
— Я к нему зашёл. А он лежит в кровати. Весь скрючился как буква «зю»… — замолчал Тэхён, задумавшись как бы точнее и правильнее объяснить свои эмоции и мысли.
— И что с того? — у Хосока было уникальное терпение.
— Всё бы ничего, — хмыкнул парень, — да только он лежит там посреди огромной кучи вещей своего бывшего мужа. И судя по духану, распространившемуся по всей комнате, явно грязных. У него что, совсем крыша потекла?
— Прекрасно! — солнышком лучистым расцвёл Хосок, эмоционально хлопнув в ладоши. — Поверь, я очень этому рад! — и глядя в удивлённые глаза, расхохотался. — Да ты же не в курсе ещё. Чимин у нас — беременная птичка. И я безумно рад, что он додумался натырить у Юнги вещей и свить из них себе гнездо. Так и ему спокойнее будет. И нам. Быть может запах второго папы даст толчок для малыша начать расти. — Он вкратце рассказал Тэхёну новости.
— Вот это номер… — хмыкнул тот, поражаясь поворотам жизни.
— Кстати… о птичках… — Хосок взволнованно потеребил его за рукав. — Ты уезжаешь скоро?
— Завтра. А что?
— «Дурилка» тоже беременная. И ей необходим твой запах.
— Кто-о-о? — протянул Тэхён, вытаращив глаза. — Ты издеваешься? Я не отец…
— Птичка… — хихикнул Хоби, рассматривая покрасневшего Тэхёна. — Которую ты подарил Чонгуку. Вспомнил?
— Она беременная. А я то тут при чем? — у него и правда, голова уже шла кругом.
— Балбес! — Хосок дал крепкого щелбана ему по лбу. — Ты её поймал и теперь являешься чуть ли не богом для малышки. «Винийский драк» без своего хозяина может зачахнуть и умереть! Она, между прочим, уже по тебе скучает!
— Ну, хоть кто-то… — проворчал Тэхён.
— Ты уезжаешь сейчас надолго, — продолжил Хосок. — Беременную птичку надо оберегать и не давать ей поводов для стресса. Ей нужно постоянно чувствовать твоё присутствие. Снимай футболку… — друг потянул его за край одежды. Тэхён, молчаливо и уже не споря, стянул с себя влажную ткань, передавая в руки Хосоку. — Подойдёт. — Поморщился тот, поводя носом. Фу… как в этом можно вообще ходить так долго…
— Учитель? — дверь распахнулась и в неё заглянула любопытная мордаха. — Куратор Ким? — мальчишка ошалело уставился на полуголого Тэхёна, хлопая глазами.
— Заходи, Мингю… — приветливо помахал рукой Хосок, а на самом деле, ревниво переводя внимание на себя и вставая между ними. — Вот, возьми… — отдал мальчишке образцы в пробирках, уверенно разворачивая его на выход. — Неси в лабораторию, я скоро подойду. Иди, иди…