Часть 8 (2/2)
— От нашей матери. Та ещё мегера. Воспитывала его в ненависти к гибридам с детства. Мы пожинаем сейчас её плоды. Это она вынудила меня открыть магическую академию, чтобы обучить младшенького, а заодно и целую свору его личной охраны. Сразу после того как Самум убил отца и занял трон, он начал поиски единственного, кто мог бы потребовать его освободить. Ведь я не претендовал на власть.
— Это папаша его так? — мужчина черканул пальцем в воздухе напротив своего лица.
— Да. — поморщился Магистр. — Когда Самум напал, отец обернулся росомахой. Но он был стар. И брату не составило особого труда его убить. Я же, не знал о существовании Юнги до той поры. Умирая на моих руках, отец рыдал, умоляя найти и уберечь мальчишку. Дав обещание, я тоже принялся его искать. След в след пройдя весь путь от той злосчастной ямы до деревни, после которой он исчез. И представляешь… — грустно усмехнувшись, он положил руку на грудь привычным жестом, забыв, что кулона больше нет. — Судьба злодейка… Лишь недавно я узнал, что Юнги объявился на пороге академии где-то спустя полгода после того, как я закончив обучение, уехал в ту командировку, из которой не вернулся.
— Ты мне так и не рассказал, что произошло тогда.
МинРия замялся. Он не хотел настолько обнажаться. Но пришлось. Посчитал, что раз его друг жизнью каждый день рискует, то заслуживает знать все подробности, как есть.
— В командировку нас отправили вдвоём. Необходимо было разобраться с небольшой проблемой на рудниках, чьи нижние этажи наводнили какие-то твари. Академия выделила в помощь мага огня выжечь их оттуда. И мага воздуха, чтобы поддерживать горение на всём протяжении длинных и извилистых шахт. Мы на перекладных добрались до нужного портового городка и наняв большую лодку с гребцами, вышли в море. Тот шторм накрыл внезапно. Я ничего не мог уже поделать. Пары минут хватило истинной стихии разметать нас по воде и затопить. Меня вынесло на какой-то мелкий остров. Где я прожил чуть больше года пока меня не подобрали моряки. Вернувшись, я узнал, что человек, который был мне дорог, согласился на брак, чтобы получить право усыновить двух маленьких сироток. Одним из которых, как я выяснил потом, спустя почти пятнадцать лет, и был мой кровный брат. — МинРия заметил, что расплёскивает чай и поставил его на стол. — Самум упорно продолжал искать Юнги чтобы убить. И в этом ему кое-кто помог.
— Хан То-Юн… — процедил друг, даже на языке ощущая мерзкий привкус этого имени.
— Он самый. Безумец, мнящий себя новым богом. Я ничего о нём не слышал до недавних пор. Пока мой брат не возомнил себя «Великим инквизитором». И тут я вспомнил древние легенды и прозрел… — МинРия помолчал. — Мой бывший друг, сдвинувшийся на пророчестве «иных», которого я оплакивал, посчитав погибшим в море, вновь объявился в роли «Наставника» моего жадного до власти братца и… Искренне считая, что Юнги энигма, он захотел его заполучить.
— Я так понял, ничего у них не получилось. Из тридцати бойцов, пятнадцать раненых, трое из которых не выжили. Не ожидали парни нарваться в лесу сразу на двоих гибридов. Если их послушать, то один из них был просто монстром! Вояки обосрались. И уносили ноги так, что поломали телепорт. Ну ничего… Твой братец ведь маг воздуха? Починит.
— Не выйдет. Я его взорвал, — хихикнул МинРия. — Я не могу понять, откуда там взялась магия земли? Иначе яму с трупарями не объяснить…
— Твой ушлый братец стырил заготовку у То-юна, — усмехнулся друг. — И не побоялся ведь, что его накажут. Наставник её совершенствовал полгода, чтобы какой-то придурок так с ней облажался.
— Погоди… — встрепенулся Магистр. — Причём тут он? То-юн ведь маг огня! Причем весьма посредственный. Я это точно знаю… так как учился с ним и жил бок о бок. Ты что-то путаешь, дружище.
— Ничего не путаю… — озадаченно проговорил мужчина. — У него даже имя переводится с арабского как «путь земли».
— Я никогда не задумывался об этом…
— Скажи… У мага человека могут быть две стихии?
Они пересеклись настороженными взглядами. В душе поселился страх.
— Нет… — потерянно прошептал МинРия, чувствуя как катится холодный пот по телу, щекотя вдоль позвоночника. — Лишь гибриды в той или иной степени имеют доступ к силам всех стихий!
Молчали долго, приходя в себя.
— Рия, давай-ка ты пока не парься, — друг осторожно дотронулся до находящегося в какой-то странной прострации Магистра, встряхнул его, похлопав по спине. — Всё это пока что наши домыслы, которые ещё необходимо подтвердить. Успеется… Теперь давай-ка лучше мы сейчас поговорим с тобою о насущном и плохом… У То-юна заканчиваются пленные, на которых в его подземелье проводят опыты. Это значит то, что он пошлёт кого-то раздобыть замену.
— Сделай как в прошлый раз… — МинРия развёл руками, — предупреди письмом без подписи Намджуна, чтобы он хотя бы в курсе был. Мы тут помочь не сможем. За нами наблюдает «божественное око» Наставника днём и ночью.
— Знаю. Ясно. — Промолвил друг, вставая. — Последний вопрос который меня сейчас интересует… С чего вообще То-юн решил что Юнги — энигма?
— Сам озадачиваюсь этим… — прикусил губу Магистр. — Может потому, что его уже три раза пытались, но не смогли убить сильнейшим ядом?
***
— Постой! Тэхён… Куда ты меня тащишь на ночь глядя, практически в одних трусах?! Не дал одеться даже толком… Погоди…
Тэхён не знал, что ему ответить, чтобы вопросов не возникло ещё больше. Поэтому, насупившись, он просто молча шёл, за руку волоча Сокджина, словно упрямого бычка, вплоть до больничного корпуса.
— Так-так… Я бы и сам мог догадаться, — прищурился тот, зайдя и обнаружив в кабинете тёплую компашку. — А чего это, вдруг, вы сегодня не в полном составе? Задумали против остальных какую-нибудь пакость? Что происходит, мальчики?
— А это мы у тебя спросить хотели… — хмыкнул Юнги, присаживаясь на край рабочего стола Хосока. С которого был тут же им позорно согнан и обруган.
Тэхён, памятуя о не до конца полученных ещё сегодня звездюлях, незаметно притулился возле большого шкафа, вне поле зрения отца.
— Присаживайся, Джин-и. У нас к тебе серьёзный разговор и я прошу тебя ответить максимально честно… — сурово начал Юнги, устраиваясь на «любимой» кушетке.
— Милый мой… Ты еще даже спрашивать не начал, а уже меня не хило так пугаешь… — хмыкнул Сокджин, нога на ногу усаживаясь в своё любимое кресло. — Но продолжай давай, я весь во внимании.
— Мы хотим спросить о происхождении твоего кулона… — вопросом в лоб начал Юнги, не собираясь заходить издалека. — Откуда он у тебя?
Сокджин от неожиданности вздрогнул и машинально сжал украшение рукой. — Зачем вам это?
— Надо! Пожалуйста, не спорь с ним Джин-и и ответь ему… Потом мы всё тебе расскажем, — в голосе Хосока сквозило напряжение.
Джин помялся, бросил затравленный взгляд на Юнги и тихо попросил: — Юн-и… А давай не будем выносить сор из избы? Зачем ты вообще затеял этот цирк. Что, обязательно сейчас всё надо выяснять?! При всех… Мне не хотелось бы…
— Мне кажется… — громко хмыкнул Хосок, — или я где-то это уже слышал… И совсем недавно.
Юнги фыркнул, покосившись на Сокджина. Тот надулся, молчаливо обдумывая ситуацию, и пришёл к неутешительным, но весьма логичным выводам: не стал бы Мин собирать всех и задавать этот вопрос, если бы это напрямую не касалось их личной безопасности. Значит… стоит не ерепениться и на него ответить.
— Хорошо… — вздохнул Джин, на секунду прикрывая глаза. — Начну, пожалуй, с самого начала… Во время обучения в академии, нас было четверо старших на потоке. Рия, То-юн, Намджун и я. Нас называли «четвёрка стихий». Рия — маг воздуха, То-юн — огня. Про нас с Намджуном вы и сами знаете: земля и вода. Согласен, в боевой задаче вместе мы представляли весьма неплохой магический квартет. Но утверждать, что мы все четверо были хорошими друзьями, — усмехнулся он, — не буду. Мы часто проводили время вместе. Ходили на лекции, гуляли, развлекались, стараясь ухватить кусок счастливой подростковой жизни. По поводу меня… — Сокджин вздохнул. — На первый взгляд классический любовный треугольник: Намджун любил меня. А мы с Рией… встречались. — Он обвел глазами замерших друзей. — Первая влюблённость, что хотите… Сами что ли не были такими? Парень был очень милым и ухаживал красиво. Нежные слова… и взгляды. Прикосновения робкие. Знаете, что я сейчас припомнил? Как Рия ласково называл меня. Смешно так. Врал что у него не получается выговаривать правильно моё имя и произносил всегда по своему: Мазин — в переводе с арабского «дождевое облачко»… Ну типа его стихия плюс моя. Так романтично. Прелесть, правда?
— А как же вышло тогда, что ты вышел замуж не за него, а за Намджуна? — зыркнув изподлобья, спросил Юнги. Его почему-то уколол и покоробил воссторженный рассказ Сокджина о другом мужчине. Стало горько и обидно за друга.
— Благодаря тебе… — тихо рассмеялся Джин, ласково смотря на него в ответ. И видя удивлённое лицо, продолжил: — Вернёмся к первоначальному вопросу: тот кулон… мне подарил Рия на память, уезжая ненадолго. Но так и не вернулся больше. Нам сообщили, что они с То-юном погибли в море. Примерно через полгода на пороге академии появились вы — два славных малыша, которым требовались ласка и уход. Родители и новый дом. Я сделал свой выбор в пользу вас… и об этом ни капли не жалею. На тот момент нам с Джуном уже исполнилось по восемнадцать лет. Тот самый возраст, когда гибрид имеет право самостоятельно вступить в законный брак. И завести ребёнка. Поверьте… Это не являлось испульсивным решением. Мы с ним очень долго обсуждали это. Выбора другого не оставалось как такового. Вы были слишком маленькие и не подходили по возрасту для обучения. И мы могли оставить вас с Тэхёном в академии лишь на одном условии… Как своих детей. Поэтому и согласились оба на фиктивный брак, чтобы иметь возможность вас усыновить.
В кабинете повисло долгое и напряжённое молчание. Юнги громко сглотнул и едва слышно переспросил: — Так это что значит… я по документам тоже ваш сын? Я думал, что вы только Тэ усыновили…
— Мы все давно уже одна семья… — улыбнулся Джин. — Поэтому и разговариваем честно, без стеснений и обид, — он прикусил губу, вздохнул и выдохнул, как будто в воду прыгал: — Я должен кое-что сейчас сказать… Я искренне люблю своего супруга! Быть может, изначально это было и не так, но со временем я начал уважать Намджуна за его поступки, отношение ко мне. И полюбил. Он самый замечательный и прекрасный муж на свете! Не знаю более достойного мужчину. С ним я как за каменной стеной…
— Почему-то… мне остро кажется тут слово «но», — задумчиво проговорил Хосок.
— Но… — не стал ним спорить Джин, — раз уж тут у нас сегодня вечер откровений, поясню… настоящим сделать наш союз, увы, не получилось, — закончил фразу, будто сбросил с плеч тяжёлый груз.
— Что-то не так с Намджуном? — уточнил Юнги. Всем тоже было крайне интересно.
— Всё с ним в порядке. Он шикарный доминантный альфа, — фыркнул Сокджин. — Но есть один нюанс… который я во время свадьбы утаил, боясь, что Джун-и может испугаться данного момента и внезапно передумать… Один бы я усыновить детей не смог. — Он оглядел заинтересованные лица. — Ладно. Что тут уже. Скажите… как я выгляжу?
— Прекрасно, как всегда! — лучезарно улыбнулся Хосок.
— Красивый, стройный и изящный, — не отстал Юнги. — Идеальный омега.
— При всей моей феминной внешности… — тихо проговорил Сокджин. — Я, мальчики, на самом деле, тоже доминантный альфа… И как бы ни хотел, омегой я не стану никогда.
— Вот это номер… — протянул Хосок. — Два доминанта на одной кровати — это жёстко…
В растерянности оказались все.
— А Джун…
— Об этом до сих пор не знает. И думает что я люблю другого. За двадцать лет совместной жизни я так и не посмел ему сказать: мой маленький, но агрессивный зверь возможно не сожрёт, но покусает сильно, поэтому, «прости, я просто не могу прогнуться под тебя».
Юнги не выдержал и громко расхохотался: — Прости, дружище… Представил как твой боевой хомяк<span class="footnote" id="fn_41244632_6"></span> кусает этого ленивого медведя. А поговорить с Намджуном не пробовал? Даа… Напомни... Не ты ли меня на днях называл кретином?
Сокджин бросил на него колючий взгляд.
— Прекрати, Юнги. Мы не туда куда-то свернули и углубились… Разговор ведь начинался с моего кулона. Я рассказал. Теперь ответь и ты. Что с ним не так?
— Позволь мне глянуть… — тихо попросил Тэхён.
Джин, чуть поколебавшись, вложил в протянутую руку свой кулон. Все замерли. Тэхен поддел практически невидимый для глаза крохотный замочек чуть отросшим когтём и аккуратно приподняв за камень, приоткрыл. И выдохнул протяжно. Это было слишком ожидаемо. Прямо по середине украшения… в свете яркой лампы поблёскивали нити проводков.