Часть 8 (1/2)
— А знаешь… Мои советники хоть и глупы, но в чём-то правы! Ты у нас всегда был знатным лицемером, братец… — процедил сквозь зубы его «личное несчастье» — кровный младший брат, которого он десять лет назад вынужденно начал величать Милордом. И до сих пор упрямо продолжал так называть, всячески стараясь делать вид, что глух и стар, и память стала подводить. Всё, лишь бы не тешить болезненное чужое альтер эго, зовя «великим»… как тот того желал с недавних пор.
— Вы думаете, что наказание в каких-то жалких двадцать палок помогут вправить им мозги, которых нет? — иронично изогнулась бровь. Магистр снял свой капюшон, представив на обзор высокий лоб с густыми, чуть поседевшими бровями. Правильные, немного резковатые черты лица. И умные печальные глаза.
— Я думаю… Нет… я уверен просто, что ты скрываешь что-то…
— Что вы… право слово. Вам точно не о чем таком беспокоиться, Милорд, — мужчина чуть склонился почтительно и оцепенел, содрогнувшись всей своей душой… на шее было пусто! Ничто под рясой не пришло в движение вместе с ним, не холодило кожу там, где раньше был кулон.
— Я вас оставлю, сир. Мне надо распорядится по хозяйству, — ещё один поклон и он поторопился уйти, когда его в дверях застиг вопрос, который он так опасался услышать: — Удалось? Нашёл его?
Магистр, скрипнув зубами от досады, развернулся, снова принимая безучастный вид: — Я и не искал. С чего вы это взяли? Мне нет никакого дела до этого гибрида. Моё почтение. — И быстро удалился, с надеждой что его не остановят снова.
— Сволочь… — тихо прошипел сквозь зубы мужчина, вставая с трона. Он отворил неприметную панель, что находилась прямо за портьерой и оглядевшись, сотворил портал. Ему не надо было тратить лишних сил. В неглубокой нише находился уже настроенный миниатюрный телепортационный передатчик, который переносил в одно единственное место.
***
Его шаги гулко отзывались вибрацией каменной породы. Коридор, освещенный ярким светом факелов, по которому он спускался в лабораторию, был вырублен прямо в толще скалы. И вёл глубоко под землю. Влажный, спертый воздух поначалу заставлял через раз дышать, но уже спустя четыре сотни шагов не казался настолько отвратительным как раньше. Наоборот. Становился маняще-привлекательным при мысли, что уже очень скоро он увидит своего «щеночка». Но перед этим следовало показаться на глаза Наставнику. Отдать дань уважения и получить заслуженное наказание. Ведь тот, скорее всего, уже был в курсе грандиозного провала.
— Моё почтение, Наставник! — мужчина опустился на колени, доставая до земли склоненной головой.
— Пришёл, — раздался голос, от которого свело все внутренности. Это не было вопросом или констатацией очевидного факта. Это был намёк, что он поступил сейчас абсолютно правильно, возможно избежав тем самым более жестоко карающих последствий.
— Вы уже знаете? — и всё одно, голос предательски дрогнул.
— Что ты провалил операцию, которую я готовил два с лишним года? — тон, переполненный гневом пульсировал, заставляя коленопреклонного мужчину сильнее вжиматься в пол. — Какого ты заслуживаешь наказания?
— Любого, — тихое, но не искреннее смирение не укрылось от внимательного взгляда.
— Хорошо. Сегодня ты мне отдашь на опыты свою игрушку. Как раз закончился весь приличный материал.
— Учитель, нет! Пожалуйста… Только не его… молю, не надо!!! — тело прошиб холодный пот от одной лишь этой мысли.
— Смеешь мне перечить? — одетый в чёрную сутану человек вытер кровь с пальцев, отбрасывая в сторону разделочный инструмент. — Скажи… Чем он тебе так дорог и я, быть может, пощажу мальчишку. Молчишь? Правильно… Лучше ничего не отвечай. Ты же и сам, надеюсь, понимаешь, Самум<span class="footnote" id="fn_41244632_0"></span>, что этот перевёртыш — твоя единственная слабость? Снова молчишь? Верно. Потому как знаешь, что я прав. Станется, придёт такое время, когда он сам вскинет руку с ножом чтобы попробовать воткнуть его в твоё уязвимое сердце. Ты просто глуп… И если эти жополизы советники называют тебя отныне «Великим инквизитором», это вовсе не обозначает, что ты уже, на самом деле, стал таковым. Тебе предстоит длительный и сложный путь. А ты как маленький, играешься в забавные игрушки до сих пор. Которые легко сломать или подкупить, настроив против тебя же. Лучше передумай. Мне как раз нужен молодой гибрид для следующего цикла. — Он бросил взгляд на истекающее кровью тело на лабораторном столе. — Ладно… Мы потом ещё вернёмся к этой теме, — поняв что дальше разговор продолжать бессмысленно, Наставник приблизился и резко ухватившись за склонённый подбородок, приподнял его, ловя чужой загнанный взгляд. — Что ты мне дашь взамен?
— Учитель… Я найду его. И приведу к вам. Обещаю. Нет… Клянусь!
— Не торопись бросаться легкомысленными клятвами, Самум, — он, наконец-то резко отпустил его лицо, чуть не свернув при этом махе шею. — Одну попытку ты уже просрал. Юнги не глуп. Он обязательно теперь насторожится.
***
Замок камеры слегка заклинило. Ключ проворачивался с трудом. Открыв тяжёлую каменную дверь, Самум развеял сильным магическим порывом ветра спёртый воздух, затем зашёл, поджигая установленный в стену факел искрой от огненной стихийной магии, что еще оставалась у него от «щедрот» Наставника. И огляделся.
— Папочка вернулся… Где же мой щеночек?
Ему навстречу с грязного матраса, кинутого прямо на пол, из-под одеяла метнулся тонкий силуэт, отбрасывая в отблесках огня причудливые тени и упав к ногам принялся радостно о них тереться, старательно вылизывая каменную пыль с махси<span class="footnote" id="fn_41244632_1"></span>. — Хозяин… ты пришёл! Я ждал…
— Хвост убери, — поморщился Самум, с отвращением разглядывая ходящий ходуном мохнатый отросток на обнажённом теле. — Мне повторить? — чуть повысил голос. Хвост тотчас же испуганно втянулся. — Молодец. — Он какое-то время с удовольствием наблюдал за тем, какими чистыми становятся кожаные сапоги. И как заманчиво виляет худощавый зад. Затем пнул парня. — Хватит. Пшёл на место.
Мальчишка бросился обратно на матрас и обняв руками острые коленки, засверкал оттуда влажными глазами.
— Хозяин злится? — испуганно прошелестел.
— И очень сильно, — выплюнул Самум. — Мне необходимо сбросить эту злость, пока не разорвало. Кнут!
Парнишка быстро опустившись на четвереньки пополз к нему, сжимая нервно рукой кожаную плеть.
— Встань… — приказал Самум. Он привязал парнишку за руки к деревянной балке, что тянулась вдоль низкого потолка. И подойдя вплотную, с азартом втянул с дрожащего загривка липкий запах пота и испуга, исходящий от него. — Ты хулиганил тут без меня? Признавайся…
Мальчишка затряс головой. Но не ответил зная, что от него этого не ждут.
— Гадкий мальчик… — первый удар рассёк тонкую кожу на спине, оставив кровавый росчерк. — Псина… — ещё один заставил парня дрогнуть телом. — Неблагодарная… — гибрид провис на подогнувшихся ногах. — Я спас тебя! Где твоя любовь и верность?!
— Хозяин… — простонал мальчишка. — Я вам очень благодарен. Я вас… люблю.
— Правда? — схватив его за горло, Самум хищно оскалил рот. — Хочешь доказать?
Парень часто закивал.
— Проверим… — усмехнувшись, мужчина обошёл его и резко разведя чужие ягодицы, грубо проник в него рукой. — У вас же, нелюдей, естественная смазка выделяется лишь в том случае, когда ты правда хочешь своего партнёра. Ого… — вход влажно чмокнув, пропустил в себя три пальца сразу. — Малыш… мой маленький щеночек… — голос явно потеплел. А руки сразу судорожно принялись развязывать пояс от бишта<span class="footnote" id="fn_41244632_2"></span>. — Потерпи немного… — задрав полы кандуры<span class="footnote" id="fn_41244632_3"></span>, Самум взял в руки свой привставший в возбуждении член и притеревшись, резко вставил в дёрнувшегося парня. — Даа… Ты моя любимая игрушка… — Он тяжело дышал ему в затылок, делая быстрые, короткие, но достаточно глубокие фрикции в горячей узости, обхватившей его со всех сторон. Грубо, жёстко… с болезненным наслаждением он проникал в него... Этот аппетитный зад, который незаслуженно был собственностью мерзкого гибрида, недостойного считаться человеком. Но… Жизнь сложилась так, что он принадлежал теперь ему! — Да…даааа… сучонок мелкий…как же ты хорош! — спустя немного времени, протяжно простонав, Самум похлопал по вздрогнувшей израненной спине и с удовлетворением отстранился, оставив испачканного в своей сперме парня висеть на балке.
— Мне полегчало. — Мужчина застегнул одежду, приводя её в порядок и сел на принесённую с собой циновку. — Думаю ты счастлив, что я тебя сегодня отымел?
Вопрос не требовал ответа, но парнишка быстро закивал, прикусив губу.
— Хозяин… развяжите…
— Я разрешал просить? — ухмыльнулся расслабленно Самум, осматривая с ног до головы свою игрушку. — А это что такое?! — он резко встал и схватив за подбородок парня, развернул его на свет. — Откуда тут порез? — глаза налились кровью. — Ты хотел себя убить? Так хочешь от меня сбежать?
— Нет…нет… Хозяин… — слёзы потекли из глаз ручьём. — Я просто оцарапал себя в темноте, случайно обернувшись, — мальчишку затрясло от страха. Он помнил, каким жестоким может быть этот человек и опасался, что наказание может повториться.
— Мне не нужна поломанная кукла, — зло прорычал Самум. — Не смей так делать больше! Я велю вколоть тебе немного яда, чтобы ты не мог больше перекидываться мерзкой тварью.
— Не надо… прошу, Хозяин… — его затрясло ещё больше. — Этого не повторится! Пожалуйста, не убивайте меня этой гадостью… мне больно каждый раз…
Самум отбросил подбородок парня тем же жестом, что и Наставник, по отношению к нему. С той лишь разницей, что гибридам так легко не сломаешь шею.
— Ты не понимаешь… — Он зло сжал кулаки. — Ты единственный, кто дорог мне по-настоящему… я не отдам тебя Наставнику на опыты, но и помереть без разрешения не дам! Запомни… Не позволю! Твоё тело принадлежит мне и только мне! Лишь я властен распоряжаться им на своё собственное усмотрение! Ты меня расстроил и разочаровал сейчас. Останешься пока висеть… — глянул зло Самум и вышел.
Мальчишка протяжно выдохнул. Он покачал слегка руками, стараясь хоть немного ослабить крепкие путы. Необходимо найти более-менее удобное положение. Хозяин мог его оставить так надолго. Хозяин… Паренёк прикрыл глаза, проваливаясь в воспоминания. Раньше… У него была прекрасная жизнь. Дом, семья, учёба. И даже первая, глупейшая в своей наивности влюблённость, входила в этот список. Но, у него, на тот момент, ещё было будущее… Когда на их поселение напали люди и перебили всех кто оказался по их мнению слишком немощен и стар, забрав в рабство остальных, он даже и подумать не мог, какая участь ожидает его самого. Сидя в тесной клетке вместе с другими до смерти испуганными пленниками, он с ужасом наблюдал за тем, как по одному уводят из неё знакомых ему людей. Вернее, в данном случае, правильнее сказать гибридов. Они не возвращались больше. Но крики жуткие и стоны, далеко раздающиеся в каменном мешке тюрьмы, давали простор для фантазии, но не для надежды. Все знали, что их привезли в какую-то закрытую лабораторию для бесчеловечных опытов. Материала для испытаний, как их обозвали лаборанты, становилось всё меньше и меньше. Испуганный парнишка, обмирая сердцем ожидал, когда придёт и его очередь. Но его заметил этот человек. И забрал себе… Он был невыносимо жесток. Ежедневно издеваясь, уничтожал его морально, физически травмируя тело. Он его ломал… долго, планомерно. Подстраивая под себя. Успешно. Мальчишка, потерявший счёт дням, проведённым в этом подземелье, сдался. И смирился. Принимая позор в обмен на жизнь. И со временем, даже начал испытывать к своему мучителю странную болезненную привязанность. Которую, после долгих торгов с самим собой, в своём уме он согласился даже посчитать любовью.
***
— Где я мог потерять кулон?! — мысли отчаянно метались, а рука в привычном жесте оглаживала грудь в том месте, где висела раньше драгоценность. Сам кулон был просто украшением с секретом. И вставленный в золотую оправу обычный, хоть и огранённый хрусталь не делал его дорогим в цене. Но для него эта вещь была дороже жизни. Единственное, что хоть как-то ещё связывало с ним… А теперь, спустя почти что двадцать с лишним лет и эта нить тончайшая прервалась.
— МинРия<span class="footnote" id="fn_41244632_4"></span>… Магистр, подождите… — его догнал мальчишка-служка, которого он взял на воспитание. — Вам лучше не входить в свои покои.
— Ловушка? Яд? Подосланный убийца? — деловито осведомился маг.
— Второе…
— Что ж… Снова… Благодарю, малыш. — Он ласково потрепал мальчишку по голове. — Но сходить придётся. — Была надежда, что застёжка растегнулась ночью от беспокойных снов и вещь ещё находится в кровати. — Не переживай. Я буду очень осторожен.
В коридоре было тихо и безлюдно. Словно именно в этом дальнем крыле жизнь замка замерла. Магистр подошёл к дверям своих покоев и сосредоточился на призыве силы. Спустя минуту, воздух вокруг него слегка завибрировал. Открыв дверь, МинРия пустил в комнату сначала лёгкий поисковый ветерок. Тот, недолго поблуждав по небольшому помещению, завис над пологом кровати. Магистр усмехнулся. Умно… Сильным порывом ветра он сдул лежащее сверху одеяло. Змея… огромная и смертельно ядовитая приподняла голову с красивым черно-красным капюшоном и агрессивно зашипела. «Ну и гад ты, братец» — усмехнулся МинРия. — «И средства у тебя такие же…» Искать кулон в кровати теперь было бессмысленно. Если он и оставался ещё утром там, то его наверняка забрал тот, кто принёс эту тварь в его покои.
***
— Ну, рассказывай… Что у нас плохого? — МинРия комфортно чувствовал себя лишь там, куда не доставали мерзкие злокозненные родственные щупальца. В личном кабинете академии. Сейчас же перед ним сидел, попивая чай, его единственный близкий друг и соратник. А заодно шпион, уже семь лет работающий во враждебном стане. Эта была их первая такая встреча за долгие года.
— У нас не знаю… а вот у твоего братца проблемы, его Наставник клокочет в ярости, — прихлёбывая обжигающе горячий чай из глиняного армуда<span class="footnote" id="fn_41244632_5"></span>, хмыкнул друг. — Для начала хочу спросить. Что им помешало? Ты?
— Поторопились. Не учли все факторы и риски, — улыбнулся МинРия, ставя перед ним блюдечко со сладостями. — Самум думал, что сплавил меня разбираться с учебными делами. А сам по-тихому отправил свой отряд через пару телепортов в ближайший к академии гибридов лес, подстроив так, чтобы кучка малолеток вышла за периметр. Хотели их схватить и обменять в итоге на Юнги. Но всё пошло не так, как им хотелось.
— Откуда он узнал про брата?