58. жидкий огонь (1/2)
Драко проснулся, щурясь, растянул губы в ленивой усмешке, бросив косой взгляд вправо, где удобно устроив кудрявую голову на его предплечье и доверчиво прижавшись к нему всем телом, крепко спала Гермиона.
Перевернувшись на бок, Малфой крепко обнял расслабленное тело, с наслаждением зарывшись носом в волосы на её макушке.
Глубоко вдохнув такой родной и сладкий аромат, Драко лениво раздумывал над тем, чтобы послать все текущие дела к чёрту и остаться лежать вот так, оплетая ногами и руками Гермиону и упираясь в её живот каменным стояком. Столь же естественным, как и его любовь к ней.
Воспоминание об обещании, данном Теодору, ударило наотмашь.
Знакомство с Амели должно состояться сегодня. Черт вас всех дери!
Малфой раздраженно вздохнул, осторожно высвобождая руку из-под головы Гермионы и наблюдая за тем, как она недовольно бормоча себе что-то под нос во сне, возится среди подушек и простыней, пытаясь найти удобное положение, закидывает изящные руки за голову, медленным движением отбрасывая простыню и обнажая перед ним налитую молоком крепкую грудь с торчащими сосками, изящную линию талии и плоский живот.
Как же хотелось поцеловать остро выступающую косточку лобка, неторопливо провести губами по кромке тонких рёбер и присосаться к ареолам призывно вздымающейся груди.
Но пусть спит. Они успеют всё. Просто чуть позднее.
Малфой с сожалением прикусил губу, отгоняя назойливые мысли о том, какими приятными и неторопливыми вещами ему бы в действительности хотелось заняться этим ранним утром и, поднявшись на ноги, тихо прошел к дверям.
Нужно выполнять данные обещания хотя бы потому, что тогда можно будет требовать выполнения тех договорённостей, которых достигли с тобой…
Аккуратно притворив двери комнаты за спиной, он быстрым шагом направился в свои комнаты.
Драко поморщился: он никогда не любил роль свахи, но что ни сделаешь ради доброго друга? Тем более тогда, когда этот добрый друг согласился помочь в очень важном деле.
Через четверть часа, одетый в светлый костюм и легкую белую рубашку, с ещё чуть влажными после душа волосами, он сидел за столом и быстро писал короткую записку Амели.
Острые, немного старомодные строчки кратко поясняли обстоятельства, по которым они не смогли встретиться ранее лично, и выражали надежду, что прекрасная мисс Гонт не будет сердиться, согласившись встретиться сегодня там, где ей будет удобнее всего.
Отправив записку с огромным, слишком хорошо узнаваемым филином адресату, Малфой быстро достал из нагрудного кармана смартфон.
Взгляд упал на электронный циферблат. В такую рань Блейз, почти наверняка отсыпающийся после ночного дежурства в Мунго, пошлёт старого друга в задницу великана и будет в чём-то прав…
Драко ухмыльнулся и спешно набрал сообщение, в котором приглашал Забини к себе в офис.
Для начала попить кофе, а там…как пойдет. В планах было увлечь разговорчивого мулата с собой на смотрины будущей жены Нотта.
Малфой очень надеялся, что Блейз сможет снять напряжение, которое наверняка возникнет между Тео и Амели по началу… хотя, как знать? Быть может, их воинствующий содомит не так уж и однозначен в своих предпочтениях?
***Блейз не подвёл, как и всегда.
Ответное сообщение с однозначным согласием пришло тогда, когда Драко переступил решётку министерского камина и стремительным шагом уже направлялся в свой кабинет.
И снова Теодор был на рабочем месте и от одного взгляда на друга, Малфою стало слегка не по себе…
Нотт сидел, откинувшись на спинку своего кресла, вперив полностью остекленевший взгляд в лист плотного пергамента в чуть подрагивающих пальцах.
— Он мне всё отдал…– вместо ответного приветствия мёртвым голосом сообщил Тео, медленно переводя взгляд на друга, — теперь дело за тобой.
— Как интересно…– дёрнув бровями, пробормотал Драко, не глядя положив портфель на свой стол и помедлив, присел на угол рабочего стола Теодора, сложив руки на груди, осторожно спросил. — Ты как?
— Это было очевидно, — холодно улыбнулся Теодор, — но от этого не менее больно.
Драко пожал плечами и открыл было рот, чтобы ответить что-то сочувствующее и воодушевляющее, но от синтетически-неискреннего проявления чувств его спас Забини, который ворвался в кабинет так стремительно, будто за ним гнались разъяренные гоблины.
— Какой прекрасный, — восторженно воскликнул мулат, но скользнув взглядом по замершему лицу Нотта и напряженному лицу Малфоя, резко сменил тон на более сдержанный и осторожный, — блядский день… кого хороним?
— Ты можешь быть серьёзным, хотя бы иногда? — дёрнул бровью Теодор, почти оскорбленный хорошим настроением Забини, — я, между прочим, страдаю.
— Ну, — протянул Блейз, задумчиво потерев большим пальцем подбородок, — разделить твои страдания по крепкому хую я не могу. Сегодня — не в настроении, прошу прощения!
Драко не выдержал и фыркнул, протягивая Блейзу ладонь для приветствия и одаривая чернокожего друга предостерегающим взглядом, едва заметно покачав головой.
Не хватало только, чтобы оскорблённый в лучших чувствах Нотт отказался знакомиться с Амели и поставил под угрозу значимую часть плана.
Правильно расценив сигнал, Забини быстро сориентировался и, не переставая лучезарно улыбаться, проговорил:
— Здесь наливают кофе или сегодня мы пьем неразбавленный огневиски прямо с утра?
Не спуская режущего взгляда с раздражающе радостного приятеля, Тео щёлкнул пальцами, призывая домового эльфа.
Почти одновременно с сухим щелчком пальцев, в окно звонко стукнул крепкий клюв и по стеклу требовательно ударили мощные крылья.
— Прошу простить! — торопливо проговорил Драко, устремляясь к окну, с усмешкой прислушиваясь к диалогу друзей, который грозил вот-вот перерасти в шутливую ссору.
На подоконник степенно ступила белая сипуха и, хлопнув крыльями, протянула морщинистую лапку с привязанным к ней письмом.
Забрав небольшой листок пергамента у пернатого почтальона, Малфой развернул послание и пробежался глазами по строчкам.
Довольно хмыкнув, Драко вручил сипухе орех и, дождавшись пока птица взлетит с окна, захлопнул створку.
— Итак, господа! — сверкнув глазами, воскликнул Драко, привлекая к себе внимание друзей, — мы отправляемся на скачки! Главный забег — Пегасы Альмахары против Грозовых Грифонов — стартует ровно через сорок минут! Мисс Амели будет в числе жокеев!
— Скачки? Леди занимается скачками? — брезгливо дернув кончиком рта, скривился Теодор, передернув плечами: — Вот так партия!
— А как не повезло бедной девочке! — не остался в долгу Забини, едва сдерживая издевательский смешок, — её-то партия вообще…
— Ты заткнешься сегодня или нет?! — теряя терпение воскликнул Теодор, запальчиво вскакивая на ноги и упрямо продолжил: — шум, грязь, толпа спекулянтов и кричащих фанатов. Это не совсем подходящее место для истинной леди, только и всего!
— Я тебя уверяю, дружище! — примирительно хлопнув Нотта по плечу, проговорил Драко, вновь одаривая Забини уничтожающим взглядом, — ты будешь доволен!
— Так! — хлопнув в ладоши, проговорил Блейз заметив, как на кофейном столике начинает проявляться поднос с кофейником и чашками, — предлагаю выпить кофе и рвануть смотреть на крепкие попки, которые призывно прыгают на лошадиных крупах!
***
Ипподром Крылатых Ветров представлял собой потрясающее воображение строение, которое внешне напоминало римский Колизей, но значительно превосходило его размерами.
Здесь проводились турниры волшебников, различные магические соревнования и, разумеется, скачки на Пегасах.
Каждый месяц воздух ипподрома ревел, наполненный тысячей голосов которые сливаясь в единый гул, смешивались с трубными криками пегасов из загонов. Те нетерпеливо бились мощными крыльями в прутья денников, в ожидании момента, когда смогут взмыть в воздух в компании своего жокея.
— Какая отвратительная вонь! — недовольно проворчал Теодор, скользя пренебрежительным взглядом по окружающей толпе и быстро выдергивая из нагрудного кармана пиджака тонкий шёлковый платок.
— Да брось брюзжать! — фыркнул Забини, восторженно оглядываясь вокруг и с наслаждением вдыхая полной грудью удивительную смесь ароматов, наполняющих воздух, благоговейно протянул, — это же сама жизнь! Здесь и сейчас!
Резкая сладость попкорна с волшебным перцем чили соседствовала с терпким дымом сигар и нотками дорогих духов. Аромат свежескошенной травы трека оттенялся острым, животным запахом лошадиного пота и пыли, поднятой могучими крыльями.
— Нам бы с тобой поговорить попозже… — задумчиво усмехнулся Малфой, пристально вглядываясь в восторженное лицо Блейза, но тот лишь рассеянно кивнул, внимательно рассматривая турнирную таблицу, где только что появились клички Пегасов, участвующих в забеге.
Тут же, как по команде, вспыхнули вспышки заклинаний букмекеров, в воздухе над головами собравшихся замерцали голограммы с коэффициентами, загудели силовые барьеры вдоль трека, как бы намекая на то, что забег начнется с минуты на минуту.
Драко перевел взгляд на идеально зелёный травяной трек, окаймлённый белоснежными барьерами, где уже выстроились семь Пегасов.
Все были хороши по-своему, но особенно прекрасны были три скакуна. Не кони — стихии, закованные в плоть.
Вот «Яростный Грифон» — гнедой монстр с крыльями, как грозовые тучи, копыта выбивают искры из специально зачарованного камня.
А это «Солнечный Вихрь» — золотистый, сияющий, грива и хвост — живое пламя.
И самый яркий из всех.
«Ледяной Ураган» — белоснежный гигант, от гривы до кончиков маховых перьев, лишь глаза горят алым углём.
Мускулы перекатывались под блестящей кожей, как волны. Крылья — огромные, мощные — нетерпеливо вздрагивали, расправляясь с громким шелестом.
Кони нетерпеливо били копытами, высекая снопы искр из камней трека, встают на дыбы, гарцуя перед восторженно вздыхающими зрителями.
Жокеи в обтягивающих стройные тела ярких шелках, были похожи на букашек на спинах этих титанов.
Они, с напряженными лицами, изо всех сил натягивали поводья, пытаясь удержать своих взвинченных партнёров на стартовой линии,
И только одна всадница, облаченная в угольного цвета атлас, который резко контрастировал с снежно-белой шкурой коня под ней, выглядела расслабленной и скучающей.
Она сидела в изящной женской посадке, поджав одну стройную ножку под себя и почти ласково похлопывала язычком тоненькой плётки по крутому крупу коня.
Чёрные локоны, выбившись из-под шлема, обрамляли хорошенькое личико с беспокойными, влажно-блестящими глазами.
Драко, заприметив старую знакомую, довольно улыбнулся и толкнул локтем всё ещё бурчащего себе под нос Тео по плечу:
— Твоя судьба верхом на Ледяном Урагане!
— Какая девочка! — одобрительно присвистнул Забини, скользнув внимательными глазами по гибкой фигурке и поддел Нотта, — да ты везунчик!
— Твоя похвала не валидна! — фыркнул Тео, но все-таки глядя в указанном направлении, озадаченно замер.
Сначала его глаза скользнули по могучему белоснежному скакуну — громадному, бьющему копытом, чьи крылья нервно вздрагивали от каждого движения мощного туловища.
Потом взгляд синих глаз переместился чуть левее и больше не смог оторваться.
Он жадно смотрел.
Девушка. Хрупкая, почти невесомая. Изящный стан был будто нарисован тонкими штрихами.
Вот она быстро перекинула преступно длинную ногу через спину лошади и в её посадке больше не читалась расслабленность ни на кнат.
Слившись с седлом, припадая грудью к спине коня, готовясь к старту.
Её тонкая, сильная фигура сейчас повторяла каждый мускульный толчок могучего зверя под ней.
Колени вжимались в бока, руки в кожаных перчатках держались уверенно за поводья.
Теодор видел, как «Ураган» рвался вперёд, пытаясь двинуться с места до сигнала и как она одним плавным, но невероятно сильным движением корпуса и рук мгновенно возвращала его на место.