58. жидкий огонь (2/2)
Пегас лишь фыркал, мотая крупной головой, но подчинялся. И Тео словил себя на мысли, что неподчинение могло стоить дорого.
Он невольно задержал дыхание, давая себе время совладать с голосом, не понимая, что выдавал себя со всеми потрохами одним лишь взглядом, который не укрылся от пристального внимания довольно ухмыляющихся друзей:
— Ну, допустим, вижу! Отважная, что сказать!
— Сдаётся мне, что очень скоро эта очаровательная амазонка будет объезжать ещё одного непокорного мустанга…
— Не пизди, пожалуйста! — больше по привычке отмахнулся от Забини Теодор, не отрывая глаз от наездницы на скакуне и не обращая внимания на довольный смех Малфоя, который явно оценил шутку мулата.
Прозвучал сигнальный свисток, затем ещё один и Пегасы, пришпоренные своими жокеями, резко сорвались с места, уходя в стремительный галоп со старта.
Мощные крылья распахнулись и скакуны взмыли в небо.
Скачки начались!
***
Пегасы взмыли вверх, подобно стрелам, спущенным с тетивы, оставляя далеко внизу гул трибун и возбуждённые подбадривающие крики берейторов.
Длинные маховые перья мощных крыльев рассекли воздух со свистом.
Солнце, пробиваясь сквозь легкие облака, заливало трек ослепительным золотом, играя на атласных шкурах скакунов и ярких шелках жокеев.
— Смотрите! Солнечный Вихрь бьет крылом Грифона и агрессивно оттесняет его к барьеру! Браво! — восхищенно прокомментировал Малфой, внимательно вглядываясь в лазурно-синее небо через мощный бинокль, отливающий перламутром.
Забини, который также внимательно следил в бинокль за происходящим в небе, азартно отозвался, соглашаясь с Драко:
— Чисто играют. Альмахарцы красиво проводят атаку. Но ты только посмотри на Урагана! Он как тень скользит сбоку! Явно ждет удобного момента! Амели — умничка!
Теодор никак не реагировал на разговор, не шевелился и, кажется, даже не дышал.
И только его губы беззвучно и безостановочно шептали усиливающие заклинания. Ему мучительно хотелось увидеть больше. Заглянуть в отважное дерзкое лицо мисс Гонт.
Всё его существо бунтовало против такого откровенного пренебрежения личной безопасностью, но Тео продолжал неотрывно смотреть вверх, словно завороженный.
Туда, где высоко над землей, в царстве ветра и солнца, мчался белоснежный стремительный вихрь. А на его спине величаво восседала она — Амели Гонт.
Тонкий девичий стан был словно натянутая тетива.
Каждый мускул играл под облегающим шелком ее формы.
Когда Ледяной Ураган делал мощный взмах крыльями, ее тело изгибалось в унисон — хищно, грациозно, как у гепарда, готовящегося к прыжку.
Короткие чёрные волосы, выбившись из-под шлема, завивались вокруг лица в тугие кольца, придавая ей неуловимое сходство с юной и воинственной Медузой Горгоной.
Теодор видел, как она резко дернула поводья, заставив Пегаса нырнуть под крыло Солнечного Вихря, избежав столкновения.
Видел, как шевелились пухлые губы — Амели что-то кричала своему скакуну, или ветру, или самой скорости.
И вот он! Последний, самый важный рывок.
Три лидера — Яростный Грифон, Солнечный Вихрь и молния Урагана сошлись в яростной схватке. Их крылья били по воздуху с громовыми хлопками.
Тонкие изящные ноги сплетались в диком желании побольнее задеть противника и победить.
Жокеи, прильнув к шеям своих скакунов, были единым целым с яростью и мощью под ними.
И тогда мисс Гонт совершила немыслимое. Вместо того, чтобы бороться за место сбоку, она резко подняла Урагана вверх на два мощных взмаха широких крыльев.
На мгновение он воспарил над соперниками и его крылатая тень замерла над треком. А потом — Пегас ушёл в головокружительное пике. Стремительное, почти вертикальное падение, переходящее в бешеный рывок вперед.
Казалось, Гонт бросила вызов самой гравитации. Теодор вскрикнул — коротко, неосознанно, его сердце сжалось в ледяной ком страха и восторга.
Ураган коснулся земли первым, на долю секунды опередив Грифона у самой финишной ленты.
Трибуны взорвались оглушительным рокотом, заглушая разочарованные крики жокеев, проигравших соревнование и азартное ржание приземлившихся Пегасов.
Малфой, Забини и Нотт, не жалея рук своих, аплодировали отважной победительнице, которая в это самое мгновение изящно соскользнула со спины своего огромного скакуна и теперь грациозно кланялась, принимая поздравления, букет и кубок победителя из рук судьи.
— За мной! — не переставая хлопать, коротко скомандовал Драко, медленно пятясь с трибуны и не отрывая пристального взгляда от Амели, — сейчас мы идем в её шатер.
***
Воздух в шатре жокеев был густым и терпким, пропитанным запахом конского пота, нагретой кожи, земли и смесью из дорогих парфюмов, которые безуспешно пытались перебить естественные ароматы состязаний.
дальнем углу темно-зеленого шатра, на низком диване с шелковыми подушками, прикрыв глаза и явно наслаждаясь относительной тишиной после оглушительного рёва арены, полулежала Амели Гонт.
Она устало сняла шлем и откинула его подальше.
Теперь смоляного цвета кудри в беспорядке обрамляли лицо, полностью игнорируя тщательно наложенные на них чары укладки, но ее это будто ничуть не смущало.
Амели медленно и лениво обмахивалась большим кружевным веером, удерживая его в тонких пальчиках за ручку из слоновой кости.
В каждом неторопливом движении мисс Гонт сквозила неуловимая грация.
Стройные ноги, все еще в облегающих сапогах для верховой езды, были сложены в манере, сочетавшей усталость победительницы и врожденное достоинство истинной леди.
И, даже совершенно неуместный в окружающем пространстве, легкий шелковый халат наброшенный поверх скаковой формы не портил впечатления сдержанной роскоши, исходящей от неё.
Малфой появился у входа в шатер первым, стремительно откинув тяжелый полог входа и ослепительно улыбнулся, окидывая стройную фигурку Амели пристальным взглядом.
За ним, чуть нерешительно, вошли Блейз и Теодор, заинтересованно оглядываясь вокруг.
Нотт казался особенно бледным на фоне темного бархата и его синие глаза казались чёрными в приглушенном свете шатра.
— Здравствуй, очаровательная Амазонка! — не переставая улыбаться проговорил Малфой, уверенной походкой направляясь к девушке.
Амели, не меняя позы, с улыбкой протянула ему руку для поцелуя и Драко склонился в безупречном поклоне, бережно оплетая пальцами ее ладонь — маленькую, с тонкими, но сильными пальцами, еще затянутыми в перчатку.
Губы Драко коснулись костяшек мизинца и безымянного пальца — мимолетный, почти невесомый поцелуй, полный светской игры:
— Позволь представить тебе моих друзей…
Но он не успел договорить, потому как Теодор, не обращая внимания на удивлённо вытянувшееся лицо Блейза, шагнул вперед.
Резко, решительно, опережая слова Малфоя. Его движение было неловким, но полным необъяснимой силы.
Нотт не склонился в официальном аристократичном поклоне вежливости.
Нет, Теодор склонился перед Амели, как перед святыней, немало смутив всех присутствующих.
Его рука накрыла ее ладонь, мягко, но неумолимо сжав изящные пальцы. Однако, он не торопился припадать к её костяшкам легким поцелуем.
Завладев девичьей рукой, Тео неотрывно вглядывался во влажно блестящие глаза.
Когда он наконец заговорил, его голос был низким, чуть хрипловатым, вибрирующим от нахлынувших эмоций:
— Мисс Гонт… позвольте представиться, меня зовут Теодор Нотт, — он сделал паузу, глотая воздух. — И я хочу сказать… что вы безумны и опрометчивы. То, что вы сделали на финише… было великолепно и необыкновенно рискованно.
Амели не отдернула руки. Ее, как влажные капли чёрной туши, глаза в обрамлении густых ресниц широко распахнулись от удивления.
Потом уголки пухлых, влажных губ дрогнули.
И она рассмеялась. Не светским смешком, а низким, грудным, искренним смехом, который заставил ее плечи слегка вздрогнуть. Её смех был заразителен и Тео, к собственному изумлению, почувствовал, как его собственные губы невольно растягиваются в ответную, неуверенную улыбку.
— Я люблю все, что связано с риском, мистер Нотт… — голос Амели был все еще хриплым от криков во время гонки, но мелодичным, как серебряная струна.
Острый кончик розового языка скользнул по уголку губ, оставляя влажный след. Взгляд стал игриво-вызывающим:
— Вам чужд риск? Вам по душе наблюдать за действием со стороны, верно?
Теодор почувствовал, как по его спине пробежали мурашки. Его ладонь сжала ее нежные, но удивительно сильные пальчики чуть крепче, ощущая под тонкой кожей перчатки биение пульса.
Синие глаза лукаво играли ответным огнем вызова:
— Я готов рисковать, мисс Гонт, — произнес Теодор отчетливо, глядя прямо в глаза, — только тогда, когда риск оправдан. Когда на кону стоит нечто… стоящее.
Блейз, наблюдая происходящее с нарастающим ужасом и восхищением одновременно, резко дернул Драко за рукав.
Наклонившись к уху Малфоя, мулат прошипел сквозь зубы:
— Прекрати это! Немедленно! — глаза Забини метали молнии:
— Мы сюда пришли заниматься сводничеством, а не провоцировать дуэль на первом же свидании! Ситуация выходит из-под контроля!
Драко не отрывал насмешливого взгляда от занятной парочки.
Серебристые глаза сузились до щелочек, в них разгорался азарт игрока, который вот-вот получит от своей ставки баснословные дивиденды.
Довольно усмехнувшись, он тихо проговорил:
— Подожди, Блейзи…сдается мне, что здесь уже не просто искры летят… тут запустится целый фейерверк. Видишь, как она на него смотрит? Он забыл, что нужно дышать…это чистейшая химия.
— А если подерутся? — скептически цыкнул мулат, не обращая внимания на тихий смешок друга, — серьезно, Драко? Посмотри на них! Она его поддевает, он парирует… Все слишком остро! Слишком!
— Наверняка подерутся… — согласился с невозмутимым видом Малфой, слегка пожимая плечами. — Но не волнуйся, старина. Если драка и случится…
Он многозначительно подмигнул Блейзу и его голос упал до игривого шепота.
— …то она будет иметь исключительно горизонтальный характер. И, полагаю, продлится значительно дольше, чем сегодняшний забег. Ставлю сто галлеонов на это.