0.1. Розовое кольцо (2/2)

Та сделала несчастное лицо и поиграла бровями.

— Да! Джулиане на пользу пойдет вечер на свежем воздухе, у моря. Разве не так, мама? Она совсем не выходит из дома!

И добавила уже шепотом, обращаясь конкретно к сестре:

— Ну пожалуйста, тебе ничего не придется делать! Посидишь на берегу и почитаешь свою дурацкую книжку. А меня там парень ждет, я не могу пропустить...

— О чем вы шепчетесь? — строго спросила Эжени, не расслышавшая последние фразы из-за треска огня и бурления воды в чайнике. — Джулиана, ты в самом деле собираешься на праздник?

Джули строго посмотрела на Адриану; та состроила невинное личико и незаметно, под столом, обняла сестру за пояс.

— Ну ладно, спасу. Но купишь мне коктейль, — последний удар все-таки достиг цели. — Да, госпожа Эжени, я подумала, почему бы и не прогуляться. Для разнообразия... потанцую, пообщаюсь с народом. Можно, мама?

Эжени покачала головой, но разрешила; Адриана под столом тихонечко ущипнула Джули за бочок и, довольная собой, поспешила помочь матери с обедом.

Так высоко в предгорьях почти всегда было прохладно, однако стоило сестрам спуститься к ближайшей трамвайной остановке, как воздух стал заметно теплее. Хотя деревья уже начали лениво сбрасывать листья, погода стояла практически летняя; духота высасывала из пор пот и ложилась жаждой на языке, и когда ультрамариновый трамвай открыл свои двери, из его брюха вывалились измученные духотой пассажиры, тщетно пытающиеся надышаться раскаленным воздухом. Джули и Адриана влезли на их место, прижались к стеклу, поближе к открытому окну, пытаясь поймать слабые крупицы ветра, прорывающиеся через него во время пути. Трамвайный контролер в синей фуражке проверил ученические билеты и бросил пару каких-то жалоб, к которым они не стали прислушиваться, а затем поспешил на свою подножку, чтобы объявить название следующей остановки. Сестрам же предстоял путь от конечной до конечной, поэтому они могли его не слушать и игнорировать — все равно трамвай не станет уезжать с пассажирками в депо.

— Вообще-то твой кавалер мог бы и встретить даму, — заметила Джули, но Адриана только отмахнулась, так что она заняла ближайшее свободное место и засунула нос в книгу.

Слепой Дракон проплывал за окнами трамвая; его сиреневые, розовые и голубые высокие здания складывались в массу, похожую на многоярусный свадебный торт с белыми завитками вензелей и лепнины, пурпурно-розовое небо, украшенное тонкими полосками облаков и крупным белым диском Нами, обещало беззаботную и погожую ночь, и высушенные долгим летом дома печально вздыхали, тоскуя по осенним дождям. Трамвай постепенно наполнялся людьми, следовавшими явно туда же, куда и сестры; рядом присела женщина в легком воздушном сарафане, намазанная пахучим цветочным маслом, и от взгляда Джули не уклонилось то, как эта женщина пристально всмотрелась в ее младшую сестру и опустила глаза.

Да, Адриана была красива на зависть всем одноклассницам и подружкам — и завидовали те активно. Сестры обладали практически одинаковыми сапфировыми глазами, светло-русыми волосами и смуглой кожей, подчеркивающей их иноземное происхождение, но черты лица у Адрианы были мягче, и держалась она куда более элегантно и уверенно. Адриана сооружала на своей голове замысловатые прически, заставляя косы раскрываться розами на затылке, или позволяла волосам рассыпаться по плечам мягким водопадом и давала Нами возможность выбелить верхние пряди. Носила Адриана исключительно платья, иногда разбавленные сарафанами и туниками, и никогда не забывала об аксессуарах: ее почти невозможно было увидеть без сережки, колечка или кулона в ямочке между ключиц. Да еще и оплачивала все это изобилие она с четырнадцати лет сама; как только декреты Архиграда позволили ей работать, она договорилась о помощи в городской больнице, и те кроны, что падали ей в руки за труд санитарки, конвертировались в платья, чулки и бижутерию. Казалось бы, тяжелый труд должен ожесточить ее и навредить этой паранормальной красоте; но очарование Адрианы невозможно было побороть ничем.

— Дориан Грей, — вслух произнесла Джули — в самом деле, если бы у Адрианы где-то под кроватью обнаружился волшебный портрет, ее сестра бы этому ни капельки не удивилась.

— Пора выходить, — окликнул Джули ее Дориан; контролер сложил в сторону дверь трамвая и протянул Адриане руку, чтобы помочь ей спуститься и не наступить на подол длинного льняного платья. Джули он руки не подал; впрочем, она и не нуждалась в помощи.

Море бушевало совсем близко, уже с остановки они могли услышать его приятный уху рокот и уловить солоноватый аромат, но пейзаж пока что перекрывался высоким бежевым зданием, протянувшимся на несколько подъездов вдоль трамвайных путей, с дырой арки в пузе. Стоило Адриане отпустить руку контролера, как другой парень схватил ее за вторую, и, вытянув губы в смешную трубочку, оставил по громкому поцелую на каждой ее щеке; заметил Джули за ее плечом, смутился и отошел.

— Э, извини, — произнес он, странно выпучив глаза. — Не знал, что у тебя есть брат.

Адриана повернулась через плечо и посмотрела на нее с выражением: ”ну что ты опять меня позоришь?”.

— Это моя сестра. Познакомься, Джулиана.

Джули подумала, что ей, как порядочной девушке, полагалось бы обидеться, что ее приняли за юношу, но почему-то обидеться не вышло. Засунув книгу под мышку, она обошла Адриану и вяло помахала растерянному парню, представившись:

— Джулиана дель Драгон.

И после небольшой, но достаточно неловкой паузы добавила с иронией:

— Все зовут меня Джули, но ты можешь никак не звать.

Пройдя сквозь бежевый дом, все трое оказались на берегу. Изумрудное море развернулось перед Джули, как скатерть, урчало и шипело, набрасываясь грудью могучих волн на берег. Вдоль дома тянулась дорожка, выложенная белыми камнями, нагретыми осенним Нами, но к ним уже подступал золотой пляж, разбрасывал песчинки, как бисер, засыпал ими швы между камней; а далее тянулась широкая полоса песка, пестрая от нарядных костюмов жителей, крыш палаток и шатров. Народу оказалось просто немерено, что, впрочем, неудивительно, ведь был праздничный день; воздух дрожал от музыки, исполняемой импровизированным несыгранным оркестром, и несколько пар уже вовсю отплясывало под эту какофонию, хотя настоящее веселье должно было начаться после заката.

— А твоя сестра будет с нами? — услышала Джули голос парня позади себя.

— Она здесь только затем, чтобы мама меня отпустила, — заверила его беззаботная Адриана. — Она сама себя развлекать будет...

Джули повернулась на пятках и успела как раз вовремя, чтобы ткнуть Адриану двумя пальцами в лоб.

— Не забудь про коктейль, — напомнила она сестре; на подушечках пальцев остались жирные пятна тонального крема.

— Отстань, — Адриана неприязненно отвела ее руку в сторону и протерла лоб кулаком, но добавила: — Я помню.

Довольные друг другом, сестры разошлись в разные стороны.

Джули разулась, ступила босыми ногами на еще теплый золотой песок, прошлась по пляжу, ловко лавируя среди прогуливающихся парочек и лотков с угощениями или сувенирами. Зеленое море приветливо урчало, подзывая ее к себе; она села прямо на песок, так, что прибой мог касаться пальцев ее ног, и опустила книгу на колени. Розовое небо постепенно приобретало закатные синие оттенки, полосами расходящиеся от горизонта; с моря потянуло прохладой, новый, сильнейший порыв ветра заставил руки покрыться гусиной кожей, а по небу поплыли фиолетовые пятна небесных куполов.

— Ну, только этого не хватало, — проворчала Адриана, подошедшая с коктейлем в руках. — Танцевать станет невозможно от их щупалец!

Тот, кто назвал эти создания небесными куполами, был весьма близок к правде. Они напоминали медуз, только не плывущих в толще воды, а парящих по воздуху; у них были крупные, до пяти метров диаметром, фиолетовые шапки, настолько прозрачные, что в особенно ясные дни сквозь них можно было видеть Нами и облака; из этих шапок до самой земли спускались щупальца, воздушные, плоские, похожие на розоватые ленты, способные иногда совсем потеряться на фоне розового неба. В том месте, где эти многочисленные ленты сходились в один маленький комок, и днем и ночью светился крошечный огонечек, привлекающий к куполам насекомых, их основную пищу; приятно бывало смотреть на то, как эти гигантские создания парят над морем или сплетаются в косы во время брачных игр, но на суше их присутствие зачастую вызывало только проблемы.

— Они же не могут улететь, Адриана, — возразила Джули, принимая коктейль. — Куда ветер дует — туда и они.

— А то я не знаю, — огрызнулась сестра. — Пей свой коктейль и не мешай мне, ладно?

Коктейль был густой, как подтаявшее мороженое, и приходилось очень стараться, чтобы всосать его в рот через трубочку, но в награду на языке разливалась восхитительная сладость, ягодная и молочная одновременно, но с ноткой кисловатых экзотических фруктов. Наслаждаясь угощением, Джули снова раскрыла свою книгу и уставилась на текст; книжная героиня уже стояла лицом к лицу со своим настоящим отцом и отказывалась верить, что и в самом деле является дочерью злого короля.

Розовое щупальце небесного купола махнуло над книгой и перелистнуло страницу; Джули рукой отвела его в сторону, сетуя на то, что ей опять мешают читать, но на место этому щупальцу прилетело пять других.

Ветер гнал стаю небесных куполов к берегу, как будто нарочно именно к тому месту, где она решила посидеть. Задрав голову, она видела внутренности их шапок, воздушно-желейные, невесомые, видела маленькие уголки в глубине; длинные розовые щупальца скользили по ее щекам и плечам, путали волосы, оставляли едва заметные следы на бумажных страницах книги. К счастью, в отличие от морских медуз, воздушные не умели жалить, а для человека и вовсе были абсолютно безвредны; поэтому Джули могла без страха за свою жизнь позволить им обласкать все свое тело, и единственным для нее последствием после этой встречи должна была стать большая стирка: на одежде прикосновения этих щупалец тоже оставляли следы.

Ветер подул снова, унося морских гостей дальше, в город; за собой Джули уже слышала недовольные восклицания какого-то торговца: один из куполов запутался щупальцами в его лотке и переворошил весь товар на прилавке; какая-то веселая парочка, хихикая, побежала по песку подальше от этой беды и плюхнулась в холодное море, музыканты на мгновение прекратили свой гвалт и вцепились в инструменты, опасаясь, как бы чье-нибудь щупальце не застряло в натянутых струнах; перед собой Джули увидела незнакомого парня.

Странно, он явно там не стоял, когда прилетели небесные купола, и не было ни единой логичной причины, зачем кому-то пробираться к ней через их завесу. Но с другой стороны, мало ли, что у всяких парней на уме; Джули запястьем протерла влажную страницу книги и снова погрузилась в чтение, надеясь, что жидкость, источаемая куполами, не навредит типографским чернилам.

Незнакомый парень двинулся с места; под его ботинками скрипел золотой песок, низы укороченных синих брюк промокли от морского прибоя.

— Привет.

Джули заметила, что он подсел к ней, и решительно сдвинулась немного в сторону, но парень проигнорировал этот намек. Она начала злиться и буквально сунула нос между страниц своей книги, хотя со столь близкого расстояния буквы немного расплывались; парень и этот жест проигнорировал и весело произнес:

— Наверное, так себе книжка, раз ты клюешь ее носом!

Ну, а это уже наглость!

— Слушайте, я не очень хочу разговаривать, — буркнула она так невежливо, как только могла. — Я хочу дочитать.

— Ты еще успеешь, — заверил ее парень. — Вечер долгий... сегодня ведь праздник осени.

Розовые купола уплыли, оставив после себя особенно чистое и прозрачное небо, посиневшее почти до черноты; Нами скрылся за горизонтом, а вместо него на небосводе нарисовались мутноватые круги Короля и Барона, крупные, с человеческую голову размером, неподвижные стражники ночного неба, на чьей поверхности даже невооруженным глазом можно было заметить движение гигантских газовых облаков.

— Отвали, пожалуйста, — попросила Джули. — Я не танцую и не знакомлюсь.

— Именно в таком порядке?

Ах, если бы можно было схватить его и запустить в небо так далеко, чтобы лазурно-зеленая газовая масса Короля проглотила его и разорвала давлением на тысячу крошечных частиц!

— Что ты ко мне прицепился? — она все-таки соизволила взглянуть в его сторону и с некоторым удивлением обнаружила, что черты лица этого мужчины странным образом расплываются. Она видела его белую рубашку, расстегнутую на груди, светлую, почти бледную кожу и ярко-желтые волосы, подстриженные ежиком на затылке, и в моменте как будто видела и лицо, но стоило отвести взгляд в сторону, как воспоминание об этом лице становилось слишком размытым и нечетким.

— И кто ты? — добавила она, заподозрив неладное.

— Я просто захотел с тобой пообщаться, — пояснил он; говорил он спокойным, мягким тенором, располагающим к себе с первых слов, но Джули слишком насторожил его настойчивый интерес, чтобы она могла поддаться этому голосу. — Ты ведь Джули, не так ли?

— Откуда знаешь?

— Твоя сестра мне сказала.

Адриана? Да, она могла. Конечно, она могла; с другой стороны, зачем бы она стала подсылать к сестре ухажеров?

— Не знаю, что она тебе наговорила, но я в друзьях не нуждаюсь.

— Не сомневаюсь, — улыбнулся он. — Я знаю, что в чем ты нуждаешься. В приключениях.

— Да пошел ты!

— Да нет, ты не так поняла, — он странно засмеялся; этот смех звучал как будто откуда-то издалека. — Я говорю о настоящих приключениях. Как в книжке. Я наблюдал за тобой, Джули; ты все время дома, пожираешь выдуманные рассказы, а сама имеешь всего пару друзей...

Он говорил дальше, но она перестала его слушать, услышав только самое главное:

— Ты наблюдал за мной? Да ты больной!

— Все нормально, это специфика моей работы, — заверил он ее. — А теперь я должен отдать тебе вот это.

На раскрытой ладони он протянул ей кольцо; из непонятного металла, внешне похожего на серебро, но обладающего синеватым оттенком, с крупным розовым камнем в форме капли, захваченной металлическими полосами, как когтями неведомого зверя. Джули невольно залюбовалась тем, как свет планет играл в гранях розового камня, превращаясь в тысячу мелких лучиков и бликов; но смогла взять себя в руки.

— Это не мое. Красивое конечно, но не мое.

— Ошибаешься: оно принадлежит тебе по праву.

Он опустил кольцо на песок между ними, но Джули отодвинулась в противоположную сторону — зачем ей нужно чужое?

— Ты странный, — заявила она враждебно. — Кто ты такой?

Она всмотрелась в его лицо, пытаясь запомнить черты, но стоило ей взглянуть в другую сторону, как картинка снова превратилась в сплошное мыло.

— Я не могу назвать своего имени, — произнес он, и Джули уже даже не стала удивляться, глубоко в душе не веря, что он назовется. — Не уходи, не убегай. Я не хочу тебя обидеть. Джули, я — твой друг.

Дело окончательно запахло жареным — с заявлений ”я твой друг” от незнакомцев, кажется, начиналась половина жутких историй о призраках и демонах, которые она читала. Да и кто в здравом уме станет впихивать в руки незнакомых девочек ювелирные украшения? Вскочив на ноги и сунув книгу под мышку, она уже собиралась раздраженно уйти, найти сестру и отправиться домой, но как назло неожиданно переменился ветер — наверное, даже слишком неожиданно — и небесные купола неумолимо двинулись на нее. Они налетели потоком, окружили лесом влажных щупалец, местами покрытых песком; Джули завертелась на месте, взмахнула руками, пытаясь отбиться, хотела закричать, но побоялась, что в открытый рот попадет очередное щупальце. Налипшие песчинки царапали ей щеки; от влаги куполов промокла и отяжелела одежда, и лишь чудом она догадалась спрятать библиотечную книгу под футболку, чтобы не уничтожить ее окончательно. Когда облако куполов продвинулось дальше к морю, она обнаружила, что стоит совсем одна, испуганная и растерянная, вся в мятом и грязном, растрепанная и одинокая; создание исчезло бесследно, как будто его и не было, только на песке у ее ног осталось лежать кольцо.

Повернув голову, она увидела купола, плавно качавшиеся над морем, увидела диски пяти планет, зависшие в небесах — значит, уже настала ночь, ведь вечером слабое рыжее сияние Герцога не видно. Нагнувшись, она подобрала кольцо; а что, если этот парень просто был сильно пьян, а завтра проснется, вспомнит про свое украшение и заявит на нее страже? Он ведь знает, спасибо Адриане, ее имя, и вряд ли стража поверит в историю о том, что она бросила кольцо лежать на песке. А к тому моменту с пляжа его наверняка уже унесет кто-нибудь ушлый, и потом доказывай, что это не ты заложила колечко в ближайшем ломбарде...

Адриана, конечно же, заверила сестру, что никаких парней к ней не посылала и вообще ни с кем не разговаривала, кроме своего ухажера; но Адриане Джули не верила уже давно.

Розовое кольцо осталось в кармане брюк.