Последний аргумент (2/2)

— Янг. Рорита Янг. Сразу после Андерсона. С чего бы такая честь?

— Мало кто знает, но именно она остановила Жнецов… — Шепард нарочито снизила тон, делая вид, что ей не плевать.

Я фыркнула. Ну да, посмертные почести. После смерти все становятся героями. К тому же, информацию обо мне нигде не публиковали официально. Героем галактики был Андерсон.

— Звучишь так, будто тебе не плевать! Смешно, — я резко остановилась. — Куда дальше?

— Ты не похожа на агента Цербера. В тебе слишком много человечности. Несмотря на устрашающий видок, — она показала рукой на дверь в дальнем конце палубы. Я знала путь, но для всех была здесь впервые, поэтому играла до конца. Моё имя прикрепили к мемориалу. Всё, как хотела та азари в видениях. Решив, что, покидая «Нормандию», сотру табличку в порошок, я двинулась в указанном направлении.

— Наверное, потому что я человек! — я ждала, пока Джейн откроет каюту. — Цербер спас меня, и поэтому я решила спасать всех, кого смогу. Это плата за возможность жить.

— Ты пытаешься убедить меня, что экстремисты, производившие хасков, внезапно решили творить добро? — она подошла к барной стойке и достала оттуда стеклянный бокал.

— Призрак мёртв, Шепард. Посмотри, кто сейчас работает в организации. Совет одобряет наши действия, а импланты, которые я разработала, уже установлены тысячам. — не говоря о тоннах гуманитарной помощи, которую мы отправляем всем, кто в ней нуждается. — Мне так хотелось, чтобы она поняла. Хотелось верить, что человек, ради которого я когда-то умерла, мыслит шире. Это было важно для меня.

Я села по центру дивана, поджав ноги в позу лотоса, и не отрываясь смотрела на Шепард. Она отвечала мне тем же.

.

— Мёртв, — согласилась она, прислонившись спиной к стойке. — Но когда-то он сказал мне: «Цербер — это не просто организация или люди. Цербер — это идея. Идею не так просто уничтожить». — Она отпила, не сводя с меня глаз. — Поэтому я не верю, что вы изменились. Скорее, просто сменили тактику, пока.

— Весь старый состав мёртв. Сегодня, как и раньше, мы следуем принципу: «Сила. Единство. Прогресс». Но мы иначе его понимаем. Сила — в знаниях, а не в оружии. Единство — всех рас, а не только людей. — Я говорила ровно, почти отстранённо, пытаясь до неё достучаться. — В организации работают азари, саларианцы, даже кроганы. Цербер больше не чисто человеческая организация. Мы собираем технологии и силы на благо всей галактики. Война со Жнецами показала, что выживаем только вместе.

— Красивые слова. Но вот мы летим на Фел Прайм, а ты и твои агенты используете биотику так, как раньше могла только Рорита. Вы украли её тело и теперь пытаетесь доказать, что «изменились». Ты — биотический монстр, такой же продукт экспериментов, как и хаски до тебя. — Джейн говорила тихо, почти разочарованно, и это ранило куда сильнее, чем крики и упреки.

Во мне начала клокотать ярость. Я контролировала себя, пока что. Сложив руки перед собой в треугольник, я медленно, чётко выговаривая каждое слово, обрушила на неё правду:

— Я ставила эти эксперименты на себе сама.

Она смотрела на меня с недоверием, смешанным с откровенным недоумением.

— Что, удивлена? Да, я сама подвергала себя опасным процедурам, несмотря на все возражения моей пассии. Усиливала свои способности до максимума. И параллельно разрабатывала импланты для всех, кто, как и я, согласился участвовать и тестировать. Добровольно.

— Ну, значит, насчёт тебя я ошиблась. Может, ты просто чокнутая? — она усмехнулась, но в её глазах не было веселья, лишь усталое презрение.

— А может, ты ошибаешься не только насчёт меня? — голос мой зазвучал тише, но твёрже. — Почему ты так уверена? Откуда в тебе столько высокомерия? Ты думаешь, что лучше других? Что компетентна делать единственно верные выводы? Я — человек, занимающийся наукой, — и не могу, как ты, заявить, что никогда не ошибаюсь. Я допускаю, что Цербер может быть неправ. Но ты… ты так слепо веришь в Альянс! — я взывала к логике не только солдата, взращённого Альянсом, но и к тому человеку, что способен думать.

— Если я перестану верить хотя бы в них… — её голос дрогнул, и она отвела взгляд, сделав большой глоток. — Во что вообще тогда верить?

— Серьёзно? Ты… Ты СПЕКТР, Шепард. Боже… — в моём голосе прозвучало неподдельное изумление. — Ты можешь быть самостоятельной! Ты не гончая Альянса! Ты должна действовать в интересах всей галактики! — она съехала на пол и посмотрела прямо на меня, и в её взгляде читалась не злоба, а усталая растерянность.

— Так вы вербуете людей к себе? Интересы галактики… Красиво стелешь. Уверена, ты даже веришь в то, что говоришь. Поэтому тебя и сделали «голосом». Но ты такой же промытый пропагандой агент, — она посмотрела на свои руки, и снова отпила. — Как и я… Лучше скажи, за что ты так меня ненавидишь?

— Ты мешаешь моей работе, — мой голос стих — убила Джоанну не задумываясь... Ты устраиваешь облавы на мои лаборотории, пугая людей. Гоняешься за призраками, вместо выполнения своих обязанностей...

Ей было нечего ответить, а у меня не осталось сил говорить.

Мы обе замолчали. Я устала и, не обращая внимания на Джейн, вытянулась ложась на диван. Закрыв глаза, я начала повторять свою мантру: «Я живая. Живая. Я человек, а не инструмент. Я буду жить. Всё будет хорошо». Медленно погружаясь глубже в свои мысли, я засыпала. В груди всё ещё кололо и ныло. Да, я уже прожила дольше, чем было отведено. Если сегодня я умру, то это уже можно считать победой…

***

Я резко открыла глаза и, не успев даже сообразить, кто передо мной, инстинктивно отбросила азари телекинезом. Лиара пыталась слиться с моим разумом! Пролетев пару метров по воздуху, она грациозно затормозила себя биотикой и попыталась приблизиться снова, её движения были плавными, гипнотическими, как у змеи.

— Не выйдет. Я умею закрывать свой разум специально для таких, как ты, — я поднялась с дивана, обволокла тело сгустком энергии, приготовившись к настоящей атаке. Фиолетовое сияние озарило каюту.

— Кто ты? Зачем вы выкрали тело? — её голос дрожал, но не только от страха — в нём звучала одержимость, неприкрытое желание докопаться до сути любой ценой. Она сделала ещё шаг, игнорируя исходящую от меня угрозу.

— Чтобы защитить его от таких, как ты! — мои пальцы сжались в кулаки, биотическая энергия пульсировала изливаясь — Почему вы перевозили его в стазис-капсуле?

Я отвечала вопросом на вопрос, с облегчением отмечая, что Джейн нет в помещении. Я изо всех сил сдерживала себя, чтобы не размазать настырную азари по стенам прямо сейчас.

— Убирайся из этой каюты! — прорычала я, сделав шаг вперёд.

Лиара отступила, погасив свою энергию. Она бросила на меня испуганный, почти животный взгляд и молча выскользнула за дверь.

Когда дверь за ней закрылась, я испытала дикое облегчение, позволив энергии рассеяться. Чёрт дери эту азари. Опасно. Слишком опасно.

Сделав несколько глубоких вдохов, я почувствовала, что сон как рукой сняло. Решила проветриться и заодно сходить в медотсек — моим инъекциям требовалось пополнение. Запасы таяли, а сердечные приступы и панические атаки не спрашивали, удобно ли их переживать в плену.

Войдя в медицинский отсек, я невольно почувствовала себя комфортнее. Несмотря на обстоятельства, я всегда любила проводить время с Карин Чаквас. Она была блестящим собеседником, а от неё исходила та самая аура спокойной, профессиональной заботы, что напоминала мне о маме. Приглушённый свет, стерильный запах антисептика и ровный гул оборудования действовали умиротворяюще.

Я уже начала рыться в шкафчиках в поисках нужных компонентов для смешивания лекарств, когда раздался спокойный, но твёрдый голос, прозвучавший прямо у меня за спиной:

— Я не разрешаю рыться в моём отсеке.

Я вздрогнула и резко обернулась. Карин стояла в углу, скрестив руки на груди. Как она умудрилась подойти так бесшумно?

— А… Мне нужны препараты. Мои кончились, — я подняла руки в шутливом жесте сдачи, будто меня поймали на воровстве. — Обычно у меня есть запасы, но меня, знаете ли, не предупредили о приглашении на борт. Мне бы не хотелось мучиться от боли.

Медленно отойдя от шкафа, я аккуратно выложила всё на стол, давая понять, что не собираюсь сопротивляться.

Карин подошла, бегло, но внимательно осмотрела ампулы и кивнула с едва заметным одобрением профессионала.

— Успокоительные и нейролептики, — заключила она. — Не самое частое сочетание. Можно поинтересоваться, для чего?

— Слабое сердце и панические атаки. Обычно это… довольно болезненно. — Я позволила своему голосу дрогнуть ровно настолько, чтобы вызвать сочувствие. — Можно? Я, кстати, Фэн. Фэнриа Торн, — я протянула руку, делая вид, что вижу её впервые.

— Карин Чаквас, корабельный врач, — она ответила на рукопожатие твёрдой, уверенной рукой, её взгляд был оценивающим, но не враждебным. — Позволите вас осмотреть?

— Откажусь, — мягко, но абсолютно непреклонно ответила я. — У меня есть личный врач, и кроме неё я никому не доверяю своё здоровье. Но я верю в вашу компетенцию как фармацевта.

Я не хотела её обидеть, но осмотры доверяла только Каэле. Чаквас лишь улыбнулась — понимающе, без тени обиды, будто читая между строк.

— А маска? — спросила она, кивнув в мою сторону с деланной небрежностью.

— Слабые лёгкие. В ней стоит воздушный фильтр — чтобы не подхватить что-нибудь. Можно сказать, синдром кварианки: с детства жила на корабле, иммунитет ослаб, — я пожала плечами, разыгрывая лёгкую неловкость.

Чаквас снова кивнула, на этот раз с лёгкой, но вполне искренней тенью сочувствия в глазах.

— Забирайте. Вы взяли то, что нужно.

Я подошла к столу и быстрыми, отточенными движениями, не теряя ни секунды, заполнила свои инъекторы нужными препаратами.

— Спасибо, — пробормотала я, уже пряча шприцы в потайные карманы на голенищах ботинок.

Я решила не задерживаться и уже была у выхода, когда Карин тихо, почти задумчиво подметила:

— Хитро придумано. При обыске такое не сразу найдёшь.

Замерев на пороге, я обернулась и, лукаво поднеся палец к маске, прошептала так, чтобы слышала только она:

— У меня при обыске много чего не нашли. Только тссс… никому.

И, не дожидаясь ответа, скрылась за дверью.

Капитан Шепард

— Ну, что скажешь насчёт Феникс? — Гаррус ждал меня в каюте, отложив починку наплечника.

— Признаться, когда я впервые попала к ней в стазис, мне показалось, что это Рорита. Нет, я была уверена, что это она. Та же низкорослая фигура, та же мощная биотика… — Я сняла толстовку, с облегчением чувствуя, как уходит напряжение дня.

— Я не думаю что это Рори. Но Торн, в ее ненависти, то как она вела себя, что-то личное. Мне показалось что это она. Но с другой стороны люди так не меняются. Она не звучит как одурманеная или что-то вроде… Как будто действительно другой человек, но... Манера речи, идеальный межгалактический без единого акцента, словно всю жизнь на нём говорит. — Я сгорбилась, выдавливая из себя слова. Я была расстроена.

Я надеялась, что смогу её подловить, даже отключила распознаватель речи. Может они просто похожи, я до конца надеялась… а теперь разговор с ней оставил пустоту. Когда год назад появилась Феникс, а её агенты использовали те же биотические техники, что и Рори, я позволяла себе надеяться. Но всё тщетно. Феникс — просто очередной эксперимент Цербера. Один из многих.

— Согласен. Чёрт, я даже скучаю по той, старой, предсказуемо ксенофобной версии. — он коснулся своего лица — Поведение Феникс… совершенно иное. Оно опаснее. Вега тоже сказал, что вряд ли это Янг. Мне жаль, Джейн. Я знаю, как сильно ты хотела верить, что она выжила. — Гаррус обнял меня, и я почувствовала, как немного утихает боль.

После всего он не вернулся на Палавен, помогая мне гоняться за призраком. Как и Вега. Все, кто остался со мной, верили, что Цербер воскресил Рори и мы сможем ее вытащить. Но вытаскивать было некого.

— Значит, Фел Прайм… Летим разбираться с последствиями Цербера, как в старые добрые. — улыбнулся Гаррус

Я наконец расслабилась в его объятиях.

— Знаешь, когда она сняла маску, я ждала увидеть тот самый пронизывающий, печальный взгляд голубых глаз. Рори всегда напоминала испуганного котенка. А эта… скорее ястреб. Не сомневается, не боится, не отворачивается, словно видит насквозь. Постоянно продумывает и просчитывает. Черт. Даже во время приступа держала себя в руках. — Я замолчала осознавая. — Впервые почувствовала себя слабее. Не в способностях, а морально. Такому хладнокровию на вражеском корабле... можно позавидовать.

— Это не воспитаешь за три года, а если учесть время на оживление… И ее волнение за отряд говорит, что это живой человек, а не промытый андроид. А то, как она пыталась соблазнить Вегу, уже одно это меня убедило — точно не Янг. — Гаррус хохотнул. — Джеймсу стоит найти девушку, у него только слюни не капали. — Он продолжал смеяться. — Мы скоро прибудем на Фел Прайм. Уверена, что не пристрелишь этого лидера Цербера при первой возможности?

— Давай сначала посмотрим, что именно там творится. Но EDI если что наготове и запрет ее в стазис по первой команде. Проблема только в том, что это территория Цербера. — Я вспомнила, как ловко она обошла систему EDI против биотиков. — Зато мы знаем, что с помощью электрошокера можно устроить ей сердечный приступ.

— Меня пугает, как она хорошо знает нас, так расчетливо провоцировала меня. Никак не ожидал, что всё будет именно так. Кстати, а Лиара не хочет прощупать её сознание? — Он вдруг замолчал и сам ответил: — Наверное, нет. Она вообще из каюты носа не кажет с тех пор как Феникс тут. Ты говорила с ней?

— Да, она что-то скрывает. Так и не дала мне ответа про стазис-капсулу. Когда говорю о Рори, она начинает плакать либо трясется, будто её призрак преследует. В последнее время она вообще замкнулась. — Моя ближайшая подруга никогда не вела себя так, всегда сохраняла спокойствие. А тут, узнав, что в Шанхае погибла пара биотиков Альянса во время нападения мародёров, чуть не потеряла сознание. — Пожалуй, ты прав. Схожу к ней.

— Ооо, ну я не это имел в виду, Джейн! — Он притянул меня обратно. — Посиди со мной.

— Я поговорю с Лиарой и посижу. Вопросов накопилось много. — Я уверенно встала и направилась в каюту Серого Посредника.

***

Войдя в каюту, где обитала азари, я заметила как она вздрогнула увидев меня. Отвернувшись к своим экранам, ее пальцы судорожно сжимали край стола, будто она пыталась ухватиться за реальность.

— Лиара, что с тобой? Ты никогда не была пугливой. — Она явно плакала, и я не знала этой её стороны.

— Джейн, я… я должна рассказать тебе всё… Про Рори… и то, что я сделала… — Она начала трястись, её пугало что-то, или кто-то. — Я замешана в её смерти, Джейн… Не знаю, может, она сама смогла кому-то рассказать в обход запрета, или просто нас предали, но все, кто занимался её проектом, мертвы… Час назад под обвалом камней погибла сопровождающая саларианского советника. Вытащить не смогли — её придавило насмерть. И так со всеми… Пятеро человек погибли от Ардат-Якши. Двое были убиты мародёрами в Шанхае, но если это совпадение, то как объяснить, что их омни-инструменты были полностью вычищены? Данные их рабочих и домашних терминалов также стёрты. Я даже не думала… — Она просто рухнула на пол и рыдала, её тело содрогалось от каждого надрывного вздоха.

— Лиара, я не понимаю ничего. В каком проекте ты участвовала? Кто эти люди? Расскажи мне всё по порядку. — Я совсем запуталась. Её бессвязная речь выбивала из колеи.

— Рори... Все дело в ней. Она попала в наше время не случайно. Это был точный расчёт. Чтобы остановить Жнецов. И тебя... Чтобы ты не попала на Горн. Это был ее девятый цикл… — Она содрогалась от слёз, слова давались ей с трудом, пробиваясь сквозь истерику. — Мы… я… мы изменили её прошлое, подстроили всё так, чтобы она оказалась здесь в нужный момент. Но теперь убивают всех, кто знал. Кто продолжал работу над проектом…

— Что значит ты замешана в ее смерти, она же сама пошла туда? — я не могла скрыть ужас в голосе.

— Нет, это не она. Мы… мы называли это «жертвой во имя высшей цели», что такое одна жизнь по цене целой галактики? — её голос внезапно стал холоднее, слезы словно высохли, на секунду, сменившись ледяной рациональностью — Рорита была идеальным кандидатом. После облучения нулевым элементом — сильная биотик, психологически неустойчивая… Её смерть должна была изменить ход войны. И... и она изменила… — азари замолчала, снова задрожав, но теперь это была не истерика, а нервная реакция расчётливого ума, осознающего последствия. — Альянс рассматривает возможность восстановления проекта «Вектор» с новым субъектом. Но теперь… теперь кто-то устраняет всех причастных.

— Альянс, я не понимаю — все что она говорила, не складывалось, Рори атаковала меня и отправилась на Горн. — Лиара, что ты сделала?

Она резко перевела дух, и снова по её лицу потекли слезы, но теперь они казались такими… удобными.

— Мне так жаль… Я не думала, что всё зайдёт так далеко… Да я корректировала ее… Но она сама приняла решение идти до конца… она была согласна Джейн! — её пальцы впились в мою руку с силой, не оставляющей сомнений в её отчаянии, но теперь отчаянии за себя. — Они убивают нас одного за другим! Я не хочу умирать! Я сделала всё, чтобы облегчить ей путь… Помочь. Но… но теперь мне самой нужна защита! Ты должна меня защитить!

Я смотрела на неё, и у меня похолодело внутри. Передо мной была всё та же Лиара — блестящий, холодный стратег, способный принести любую жертву на алтарь победы. Но теперь она сама стала мишенью, и её страх был настоящим.

— Значит, придут и за мной, ведь теперь я тоже в курсе. И я не позволю убить тебя, какие бы причины у них ни были. Мы сможем остановить это. — Я сидела в прострации, пытаясь переварить масштаб произошедшего.

— Я боюсь… Я боюсь, что меня заставят страдать также. Всех их убивали, доводя разум до безумия… Пообещай мне, если до меня доберутся, убьёшь меня… Я правда не желала ей такого… Сделала всё, чтобы было проще, разработала сильные болеутоляющие… Мне так жаль… Я не осознавала… Клянусь… — Её голос дрожал, срывался на шёпот, а в глазах читался чистый, неконтролируемый животный ужас перед той же участью.

Успокоив и напоив её, я уложила спать. Азари мало спала, и это окончательно вымотало её. Я осталась сидеть рядом, наблюдая, как её сон прерывается кошмарами. Лицо искажалось от ужаса — то ли ей мерещились лица погибших, то ли призрак Рори, то ли чьи-то ещё тени, преследующие её.

Я смотрела на неё и понимала: кто-то методично сводит с ума всех причастных к «Вектору». Возможно, это была Феникс…

— EDI, отследи все передвижения Цербера, особенно что касается Торн. Меня интересует её местоположение во время смертей биотиков Альянса, — голос мой звучал глухо, будто через вату. В голове стучало: Лиара. Циклы. Жертва.

Кажется, Феникс и эти смерти связаны. Возможно, даже больше, чем я думаю.

— Боюсь, что последние два года она перемещалась между Иллиумом и Иден Прайм, была ещё на нескольких планетах Совета, но места, где были происшествия, не посещала, кроме Земли. Азари-помощник умерла, пока Торн была на «Нормандии» — точно, Фэнриа на моём корабле, а азари погибла несколько часов назад. — Что касается Цербера и их кораблей, они также не были замечены с местами убийств.

— Спасибо, EDI. Понаблюдай за Лиарой, она переутомилась, — я бросила взгляд на закрытую дверь каюты азари. Переутомилась. Какое жалкое слово для того, что с ней творится.

Я пошла в обзорную каюту, ноги были ватные.

Феникс сидела на полу в позе лотоса, держа руки сложенными в центре, взгляд стеклянный, словно она была не здесь. Я видела, как равномерно поднимаются и опускаются её плечи, а энергия густым фиолетовым потоком обволакивает её, проходит через треугольник рук и выходит наружу ровным сиянием.

Она, как и Рори, была своего рода феноменом. Та же неестественно яркая аура, чистая, без намёка на тьму внутри. Я не помнила точно, но даже ростом они были поразительно похожи — обе такие же низкие, почти хрупкие на вид, скрывавшие нечеловеческую силу.

Ценой одной жизни. — Фразa Лиары отдавалась в висках болью. Я стояла и смотрела на эту загадочную, спокойную женщину, которая могла быть как жертвой, так и орудием возмездия — и не знала, что чувствовать. Кроме тяжести на душе.

— Если не хочешь присоединиться, то зачем же так глазеть? Могу научить тебя, все мои помощники это умеют. Правда, тебе бы импланты заменить. Уверена, специально для тебя что-то подберём. — Она не отвлекалась, продолжая сидеть, не меняя положения головы. Я подошла к барной стойке — Кстати, пить — плохая привычка. Может возникнуть зависимость. Для людей с ПТСР не лучший способ снять напряжение.

— У меня нет ПТСР, и ай… — я не хотела сейчас слушать её нотации.

— Он есть почти у всех, кто участвовал в войне, а твои заскоки и вспышки гнева… Да, читала твоё досье. Всё говорит о ПТСР. Так что… Повторю, алкоголь не лучший для тебя компаньон. Садись рядом, научу правильно дышать — позволяет упорядочить мысли и успокоить нервы. — Она указала рукой на место напротив себя. Я поставила бутылку на стойку и нерешительно подошла ближе. — Да садись ты уже!

— И что? Просто сесть? — я опустилась напротив, скрестив ноги как могла. Моей растяжки уже не хватало на такие подвиги, суставы заныли протестом.

— Сядь как удобно, закрой глаза и сложи руки. Теперь в центре… попробуй концентрировать энергию тёмной материи, представь, что все негативные эмоции выходят через треугольник из пальцев. Как бы стекают с кончиков, словно вода… — я пыталась визуализировать завихрения энергии в руках. — Да, так, только медленнее. Это требует концентрации, но зато спать будешь хорошо. Ну, теперь вдох — собрать энергию в теле, как бы протащив её от ног до головы, выдох — выпустить. Циркулируй её бесконечным потоком, с каждым вдохом и выдохом.

Я дышала, чувствуя, как биотика проходит сквозь меня, кружит по телу. Интересный опыт. Вот о чём она говорила — концентрация. Я решила попробовать сформировать шип, как это делала Феникс. Открыв глаза, я поняла, что шип создать получилось, но его сдерживала энергия Фэн.

— Ты быстро учишься, у тебя явно талант. Будь ты моложе, я бы попробовала тебя завербовать

— Ох, а вы только молодых берете, мозги мыть проще? — она засмеялась на этот выпад.

— Нет. Растяжка лучше, да и нет заученных годами навыков. Всегда легче научить, чем переобучить. — С такой логикой трудно поспорить. Она говорила правильные вещи.

Я попыталась встать, и мир поплыл. Голова закружилась, зрение помутнело. Я едва удержалась, схватившись за край дивана.

— Вот об этом я и говорю. Такие нагрузки молодой организм переносит проще, а тебя ещё и хорошенько ограничивают твои устаревшие импланты. Прилетай на Иден Прайм — с L6 или L7 у тебя даже общее самочувствие наладится. Специально поставлю за свой счёт. — Под маской было не видно, но по интонации слышалась улыбка.

— Ты хороший учитель, но откажусь. Расскажешь, как именно тебя спас Цербер? — Я медленно, превозмогая головокружение, пыталась вернуть себе равновесие. Мне было искренне интересно, чем организация заслужила такую преданность.

— Ммм… над Иден Прайм на наш корабль напали батарианцы. Меня выкинуло в открытый космос. Кислород кончился, я уже готова была проститься с миром, но меня подобрала Харпер.

Феникс замолчала, задумавшись.

— Она обучала меня, заметила потенциал. Я, знаешь ли, с рождения была одарённой, и занималась изучением и разработкой имплантов. — Торн повернулась ко мне, обняв колени, ее поза стала неожиданно уязвимой — С тех пор у меня время от времени случаются либо панические атаки, либо при сильной нагрузке — состояние, близкое к инфаркту. Но последнее бывает реже. Это второй за три года. Вот такая вот история, каких много по галактике. — Вытянув ноги, она облокотилась на руки и наблюдала за моими попытками бороться с собственным телом. — Ты можешь лечь на диван. Не стоит геройствовать. Это не слабость, а здравый смысл

— Открытый космос… мне это знакомо. — Я сглотнула. Тогда я погибла. Спасибо, меня вернули к жизни.

— Может, тебе помочь дойти? На ногах еле стоишь! — Феникс встала с неестественной легкостью и подошла ко мне, уверенно приобняв за плечи. Я действительно стояла, упёршись в стену и положив руки на колени. Странное упражнение… меня будто опустошили, но мысли встали на места.

— Всё в норме, — глубоко вздохнув и взяв бутылку со стойки, я покинула обзорную каюту. Аккуратно передвигаясь вдоль стены, дошла до лифта.

Почти вывалившись на своём этаже, я подошла ко входу в каюту. Усталость давила, прижимала, сковывала. Никогда за последние шесть лет я не приближалась к пределу так близко. Мне было знакомо это чувство, когда разум отказывается работать от перегрузки, отключаясь для защиты. А она так естественно и долго сидела… Видимо, хорошие импланты и правда решают.

— Ого… — Гаррус, заметив моё состояние, тут же подбежал и помог добраться до кровати. — От тебя даже алкоголем не тянет. Что случилось?

— Быстрый… предел… Слишком… Попробовала поучиться новым приёмам… — даже язык меня не слушался, всё словно тонуло в тумане. Я провалилась в глубокий сон, едва голова коснулась подушки, мозг отключился.