Глава 2. (2/2)

Он покачал головой, и в его глазах была не жестокость, а тихая печаль.

— Это не моя история, чтобы рассказывать её. Ты узнаешь всё на земле, где твои корни. В Лориэне.

Он снова посмотрел на меня, но уже как-то иначе.

— Ты так юна. Сто один год — это лишь мгновение для нашего народа. Вся жизнь впереди. Но сейчас не время для древних тайн. Тебе нужно восстановиться. Сила вернётся к тебе постепенно.

С этими словами он встал.

— На стуле лежит чистая одежда. Переоденься. Отдохни. Я пришлю за тобой, когда ты будешь готова.

И он вышел, оставив меня одну с моими мыслями.

Я села на краю кровати. Боль действительно ушла. Я осторожно встала на ноги, немного пошатнувшись, но держалась уверенно. На втором стуле лежало сложенное платье. Я взяла его в руки. Ткань была невесомой, прохладной и гладкой, как речная вода. Фиолетового цвета, такого глубокого и насыщенного, что он казался живым. Он переливался оттенками сумерек и грозовой тучи, а по подолу и рукавам была выткана тончайшая серебряная нить, образовывавшая узор, похожий на лунные блики на ночном озере. Я никогда не носила платьев. Моя одежда была кожей и грубым льном, созданными для движения, а не для созерцания. Но это… это было не просто платье. Это было искусство.

На тумбочке рядом лежала расчёска из полированного дерева, похожего на ясень. Я села перед большим серебряным зеркалом, в раме которого вилась виноградная лоза, и провела расчёской по своим волосам. Они были длинными, до пояса, и золотистыми, как у отца. Я редко уделяла им внимание, заплетая в простую косу, чтобы не мешали во время охоты. Теперь они срывались с расчески, живым водопадом обрушиваясь на плечи, и в свете Ривенделла они сияли, словно расплавленное солнце. Я надела платье. Оно легло на меня идеально, будто сшито по мерке, и когда я посмотрела на своё отражение, я увидела незнакомку. Изящную, спокойную, с глазами, в которых больше не было дикого огня выживальщицы. Мне это было чуждо и немного… пугающе.

Я вышла из комнаты. Я оказалась в широком, сводчатом коридоре, который, казалось, не имел ни начала, ни конца. Стены здесь тоже были резными, с изображениями звёзд и лун, а пол был полирован до зеркального блеска, отражая свет, который лился откуда-то сверху, хотя я не видела ни окон, ни светильников. Я шла медленно, касаясь пальцами прохладного дерева. Это было не строение. Это было живое существо, выросшее из скалы и камня, наполненное музыкой и светом. Я чувствовала, как вековая мудрость этого места проникает в меня, смывая остатки страха и боли. Внутри поднималось что-то тёплое, похожее на воодушевление. Я не просто выжила. Я попала в сказку. И пусть я была в ней чужой, я хотела её увидеть.

Коридор привёл меня на улицу, и я замерла, поражённая. Это был не сад, а рай. Воздух был наполнен ароматом жасмина, роз и каких-то невиданных мной цветов. Деревья, с серебристой корой и листьями цвета зелёного нефрита, росли в причудливом изгибе, образуя живые арки и беседки. Повсюду цвели кусты, а в центре долины, внизу, сверкала река, по которой неслась кристально чистая вода. Я пошла по узкой дорожке, вымощенной белым камнем, не в силах оторвать взгляд от этой красоты. Внутри меня боролись два чувства — восторг и странная меланхолия. Я видела то, о чём другие могли только мечтать, но это было так далеко от моего мира, от грязи Вестфолда и запаха крови, что казалось сном.

За поворотом дорожки, в небольшой беседке, увитой белыми розами, я увидела девушку. Она сидела на каменной лавке, глядя на реку, и была так прекрасна, что мне на миг стало нечем дышать. У неё были тёмные, как ночь, волосы и глаза цвета летнего неба. Она казалась воплощением самой эльфийской гармонии, которой я никогда не обладала. Я постояла немного в нерешительности, а потом сделала шаг вперёд.

— Простите, я не хотела мешать.

Девушка повернула голову, и её взгляд был спокойным и проницательным. Она улыбнулась, и эта улыбка была похожа на луч солнца, пробившийся сквозь тучи.

— Ты не мешаешь. Это место создано для того, чтобы в нём сидели. Присаживайся.

Я села на край лавки, чувствуя себя немного неловко.

— Меня зовут Аэрлин.

— Я Арвен<span class="footnote" id="fn_41291277_4"></span>, — просто ответила она.

Арвен. Дочь Эльронда. Легенда. Даже я, выросшая среди людей, знала это имя. Ундомиэль<span class="footnote" id="fn_41291277_5"></span>. Вечерняя Звезда. Я невольно выпрямилась.

— Ты пришла издалека, — сказала Арвен, и в её голосе слышались мелодичные переливы, как у ручья. — Твой путь был долог и полон тьмы. Но теперь ты в безопасности. Вода Ривенделла смывает любую боль.

— Да… Ваш отец… он спас меня. Я ему очень благодарна, — выговорила я, стараясь говорить как можно вежливее, но моя речь казалась мне грубой и простой рядом с её речью.

— Благодарность — это свет, который согревает душу. Но что привело тебя в наши края, Аэрлин? Духи ветра несутся с востока, неся с собой тревогу.

Я на мгновение замялась.

— Я просто… хотела увидеть Эриадор. Место, где я родилась. Я не знаю, что меня там ждёт. Возможно, ничего.

— Иногда поиск — это и есть цель, — кивнула она. — Ты ищешь свои корни, но корни могут быть и там, где ты их не ожидаешь найти. Ты похожа на своих предков, хотя сама этого не знаешь. В тебе есть огонь, который не погасить даже самой тёмной ночью.

Она говорила загадками, но я чувствовала, что она понимает меня больше, чем я сама себя. Мы сидели ещё немного в тишине, и я чувствовала, как её спокойствие передаётся мне.

— Твой конь соскучился, — вдруг сказала Арвен, вставая. — Пойдём, покажу тебе, где он.

Она провела меня по другой дорожке к низкому, элегантному зданию, спрятанному в тени вековых деревьев. Конюшня не пахла навозом и соломой. Здесь пахло сеном, чистой древесиной и чем-то свежим, горным. В просторном, светлом стойле стоял Тараинд. Он был вымыт, его шерсть блестела, а грива была заплетена в тонкие косички с серебряными лентами. Увидев меня, он радостно заржал и потёрся головой о моё плечо. Я обняла его, зарывая лицо в его тёплой шее. Мой верный друг. Мой спаситель.

Арвен тихо удалилась, оставив нас одних. Я гладила Тараинда, и мысли роились в голове. Я ехала в Эриадор. Но зачем? Там ничего не было. Только руины и воспоминания. А здесь… здесь были мои люди. Эльфы. Я не знала их, но они знали меня. Я могла остаться. Выучиться. Узнать, кто я такая. Это было так заманчиво. И так страшно. Оставить старую Аэрлин, охотницу, и стать кем-то другим?

Я приняла решение. Нужно было посоветоваться с тем, кто знал ответы. Я попрощалась с Тараиндом, пообещав скоро вернуться, и вышла из конюшни. Сразу у выхода я наткнулась на эльфийку. Высокая, белокурая, с холодными, как лёд, глазами. Она окинула меня оценивающим взглядом, от моих простых босых ног до фиолетового платья.

— Ты ищешь кого-то? — спросила она с лёгким презрением.

— Да. Не могли бы вы сказать, где я могу найти Эльронда?

Она выдержала паузу, словно взвешивая мою просьбу.

— Лорд Эльронд, — произнесла она с расстановкой, — заседает в Библиотечной беседке. — И с этим она развернулась и ушла, гордо подняв голову.

Я осталась стоять, подняв брови. Ну и привет. Даже у эльфов, видимо, были свои характеры. Я пошла в указанном направлении и вскоре действительно нашла небольшую открытую беседку, в которой за столом из тёмного дерева сидел Эльронд. Он не смотрел на книгу, которую держал в руках. Его взгляд был устремлён на реку, и в нём была та же тихая мудрость и печаль, что я видела в первый раз. Он услышал мои шаги и повернулся. Его глаза скользнули по моему платью, и на губах появилась лёгкая, едва заметная улыбка.

— Этот наряд идёт тебе гораздо больше, чем тот, в котором ты прибыла. В нём я вижу не только раненую охотницу, но и ту, чья кровь течёт в твоих жилах.

Я смутилась, хоть и не хотела этого. «Навряд ли, — подумала я. — Это просто красивая ткань. Под ней я всё та же Аэрлин, что готова вцепиться в нож, если понадобится». Я лишь поклонилась.

— Лорд Эльронд, я хотела бы поговорить с вами, если позволите.

Он отложил книгу, движение его было плавным и полным достоинства.

— Конечно. Садись, Аэрлин. Расскажи, что тревожит твой ум.

Я села на край стула, чувствуя себя ученицей перед мудрецом.

— Я… я не знаю, что делать дальше. Я ехала в Эриадор, чтобы найти… что-то. Свои корни, как сказала ваша дочь. Но теперь, здесь… я понимаю, что это было бы бессмысленное путешествие. Пустое. И в то же время… я не знаю, моё ли это место. Я не знаю ваших обычаев. Я выросла среди людей. Я — охотница, а не… не то, кем должна быть эльфийка.

Эльронд слушал меня, не перебивая. Когда я закончила, он помолчал, глядя на меня своими бесконечно глубокими глазами.

— Твои сомнения понятны. Ты стоишь на перекрёстке, и одна дорога ведёт к твоему прошлому, которое ты едва помнишь, а другая — к будущему, которое ты не знаешь. Но ты ошибаешься в одном. Ты не должна быть «тем, кем должна быть эльфийка». Ты должна быть собой. Твой опыт, твоя сила, выкованная в одиночестве и борьбе, — это тоже часть тебя. Часть твоей крови. Ривенделл — это не клетка. Это убежище. Оставайся здесь. Почувствуй себя как дома. Никто не будет тебя осуждать. Учись. Живи. И когда твой ум прояснится, ты сама выберешь свой путь. А до тех пор — ты в безопасности. Тебе не нужно бежать и не нужно выживать. Ты можешь просто… быть.

Его слова были как бальзам на душу. Просто быть. Я и забыла, что это значит.

— Спасибо, господин, — прошептала я.

И тогда, набравшись смелости, я снова задала вопрос.

— Вы сказали… что вы знаете, чья я дочь. Вы сказали, что не ваша история рассказывать мне об этом. Но… не могли бы вы всё же… я не знаю своих предков. Я ничего не знаю о своей матери, о своей семье. Для меня существует только отец.

Эльронд вздохнул, и в этом вздохе была тяжесть тысячелетий.

— Я понимаю твой жгучий интерес, дитя моё. Но это не моя тайна, чтобы открывать её. Это не моя рана, чтобы её лечить. Твои корни уходят в Лориэн, в Золотой Лес. Там живёт та, кто должен рассказать тебе всё. Только она. Поверь мне, когда придёт время, ты сама поймёшь, почему это должно быть так.

Он встал, и я поняла, что аудиенция окончена.

— Отдыхай, Аэрлин. Иди в свою комнату. Позволь Ривенделлу исцелить не только твоё тело, но и твою душу.

Я поклонилась и вышла. Я вернулась в ту самую комнату, где проснулась. Солнце уже садилось, и его последние лучи заливали комнату мягким, оранжевым светом. Я подошла к окну и посмотрела на водопад, на сад, на этот невероятный, сказочный мир. Я была здесь. Я была в безопасности. Впервые за много лет я не думала о завтрашнем дне, не думала о том, где взять еду и как защитить свою жизнь. Я была просто… Аэрлин. И это было пугающе и прекрасно одновременно. Я осталась стоять у окна, глядя на угасающий день, и впервые за долгое время позволила себе просто дышать.