Глава 29. Ты будешь мне должен (2/2)

— К сексу меня привадил ты.

— Вот видишь, и от меня была польза! — Рейвен заулыбался по-лисьи хитро. — Что будешь делать после того, как он завтра уйдёт? — несмело спросил он. — Мы… ещё вместе?

Мартти некоторое время молчаливо смотрел в лицо Рейвена.

— А ты еще хочешь этого? После всего, что он и я творили. Ты мазохист?

— Ещё какой! Я… — Рейвен не успел закончить фразу, как в дверь постучали. Он неохотно отложил окурок на пепельницу и глянул на часы. 2:15. Совсем не время для визитов. Что-то случилось?

В дверях стояла Касикандриэра, и не одна, а в сопровождении нескольких храмовников и швейцарских гвардейцев Ватикана. Рейвен узнал их по яркой полосатой красно-сине-жёлтой форме, смешным брюкам, подхваченным под коленями, и беретам. У каждого при себе была алебарда и шпага, что Рейвена сразу насторожило.

— Что это значит?

— Не помешала? Можно к вам? — приветливо улыбнулась Касикандриэра.

— Конечно, помешала. Ты на часы смотрела? Почему они с тобой? — Рейвен кивнул на замерших за дверями нежданных гостей. Его кольнуло беспокойство.

— Извините, что так поздно. У меня к вам обоим есть разговор, и он не терпит до утра. Могу я войти на минутку?

Рейвен распахнул для неё дверь. Она скромно вошла. Одна, без сопровождения, прикрыв за собой дверь сама.

— Так в чём дело-то? — Мартти тоже подорвался с кресла, и тот же вопрос застыл и в его взгляде к Касикандриэре.

— Он сейчас Мартти? — тихо спросила она у Рейвена.

— Я вас слышу вообще-то. Да, я сейчас Мартти. Это так важно?

— Прекрасно. Вы же знаете, что завтра закрывают врата?

Оба кивнули.

— Наши Ватиканские друзья, в связи с этим решили немного перебдеть. Мы ведь не знаем, когда очнётся Велиар, но зато уверены, что он против возвращения в заточение.

— И?

— Есть приказ сопроводить тебя в… безопасное место.

— То есть в клетку. — Равнодушно произнёс Мартти.

— Чего?! — Рейвен сжал кулаки. — Ты с ума сошла?!

— В комфортную клетку со всеми удобствами, и это временно. Точнее, до завтра. Мартти первый в очереди на освобождение от падшего.

— А потом?

— Будешь волен делать всё, что захочешь. В рамках закона, конечно.

Мартти переглянулся с Рейвеном, после чего согласился на условие.

— Я готов. Ведите, куда мне там.

Рейвен был взбешён таким поворотом. Что-то в этом, конечно, было правильным и логичным, но от одной мысли, что Мартти проведёт ночь в тюрьме, где Ватикан содержал своих узников и подопытных, вселяли в него страх. Что помешает им потом не выпустить его?! Или убить!

— Погодите вы оба. Какая клетка?! Мы прекрасно и в комнате можем посидеть до завтра! Заприте нас, пусть эти полосатые ватиканские матрасы стоят за дверями, и всего делов-то!

— Эм. Это не всё. — Касикандриэра перевела взор на Рейвена. — Многие опасаются и того, что ты разгуливаешь на свободе возле открытых врат, поэтому… не мог бы ты тоже посидеть несколько часов под замком? Сигареты, пиво, порно…возьми с собой что нужно.

Это было уже слишком, но видя готовность Мартти покориться судьбе, Рейвен перестал беситься и, покрыв Касикандриэру трёхэтажным матом, согласился.

— Хорошо. Только у меня есть условие.

— Какое?

— Нас посадят в одну камеру, а не в разные. — Мартти ему не переубедить, а так они хотя бы будут вместе, смогут друг за дружкой присмотреть.

— Да. Конечно.

Мартти не стал возражать. Когда они вышли из комнаты, один из охранников немедля потянулся к шее Мартти, чтобы защёлкнуть на ней ошейник, нейтрализующий способности.

— Эй, на это я не подписывался! — увернулся Мартти.

— Всего лишь предосторожность, до вашей камеры. — Пояснила Касикандриэра. — Там надобности в ошейниках уже не будет, так как сама камера устроена как большой нигатор. Поверь, так будет безопаснее для всех. Никто не может гарантировать, что Велиар не проснётся до того, как ты войдёшь в клетку.

Чуть помедлив, Мартти кивнул. Их провели по Пасетто в Ватикан. Рейвен был рад, что по пути и на лестницах им не встретился никто из ребят, особенно Зигфрид. Ему было бы крайне неловко, пусть даже на них были лишь ошейники, а не наручники, всё равно он ощущал себя арестантом, которого под конвоем ведут в тюрьму.

Касикандриэра шла впереди процессии, изредка поглядывала через плечо, словно убеждаясь в том, что оба нефилима покорно следуют за ней, не пытаясь сбежать.

С замиранием сердца Рейвен преодолевал путь в двадцать минут, но их с Мартти злоключения на этом не закончились. На территории Ватикана их уже ждала Симона Руссо и Первый. Вот уж кому Рейвен был не рад, так это ему. Первый держался отстраненно и спокойно, но Рейвен уловил исходящий от него негатив. Первый, конечно же, помнил стычку у озера и гибель своей напарницы. Рейвен почувствовал лёгкое головокружение — Первый «слизал» его способности.

— Благодарим, что приняли приглашение.

— Так вот что это такое, приглашение, — Рейвен указал на свой ошейник.

— Всего лишь мера безопасности. Мы осведомлены о высоких ментальных способностях сеньора Сайфера и ваших разрушительных возможностях, сеньор Райт. Нам не нужно здесь пожарища, какое вы устроили в Австралии, — менторно пояснила Руссо.

Рейвен стыдливо опустил глаза. Что тут скажешь.

— Дальше мы сами, — доктор Руссо чётко дала понять, что Касикандриэре проход на территорию закрыт, и даже её статус лидера нефилимов этого никак не отменяет.

— Но я думала, что смогу проводить их… — Касикандриэра стояла в некоторой растерянности.

— В этом нет нужды. Мы позаботимся о ваших подопечных наилучшим образом. — Руссо держалась вежливо и дружелюбно. — Ждём вас завтра вместе с ангелом Ключником, а пока доброй ночи.

— Мы договаривались иначе! — заволновался Мартти. — Я не согласен быть узником под присмотром Ватикана. Речь шла о том, что нашим надзирателем будет Касикандриэра.

— Планы изменились, сеньор Сайфер.

— Что? Да как вы смеете?!

— Смеем. Вы больше не инквизитор, не так ли?

Мартти промолчал, глотая комок нарастающего негодования. Рейвен и ангел переглянулись. Он едва заметно кивнул, а она грустно улыбнулась, коснулась его щеки привычно холодной ладонью.

— Потерпите, мальчики. Всего через несколько часов всё закончится.

Белый коридор, стеклянные двери и бесконечные охранные блокпосты. Их встречали отнюдь не с улыбками. Обоих «гостей» Ватикана с пристрастием обыскал Первый, с особым усердием он ощупал именно Мартти, оставляя на его теле несколько синяков, что уже скоро буду тёмно-фиолетовыми. Хотя тот и вовсе не помнил Первого, но чётко ощутил, что будь на то воля, Первый убил бы нефилимов тотчас. У них бесцеремонно взяли по пробирке крови и выдрали несколько перьев из крыльев, чтобы занести их ДНК в базу данных, а потом завели в совершенно пустой тюремный блок, состоящий из длинного помещения с несколькими двойными рядами стеклянных кубов, ярко освещённых софитами, просматриваемые насквозь, и стали рассаживать в разные камеры! Мартти тут никогда не был, но зато теперь понимал и ощущал, куда попадали пойманные Ватиканом нефилимы. Одному дьяволу известно, что тут с ними творили.

— Эй-эй! Мы так не договаривались! Нам обещали, что мы будем в одной! — запротестовал Рейвен, но Первый дал ему под дых с такой силой, что воздух из груди вышел со свистом, а пока Рейвен, охая, согнулся пополам, грубо втолкнул его в стеклянную комнатушку, где его видно со всех сторон как подопытную мышь.

— Не трогай его! — попытка Мартти защитить Рейвена была остановлена внезапно воспламенившимся кулаком у самого носа. Он едва успел увернуться. Пришлось поумерить свой пыл. — Я с тобой ещё разберусь.

Кроме низкой, узкой кровати, покрытой кипельно-белым постельным бельём, как в больнице, в камерах ничего не было. Неприятно пахло дезинфекцией. Дверь с тихим сигналом закрылась, переключая огонёк электронного замка на красный.

— Извините, но это вынужденная предосторожность. — Руссо жестом попросила Первого быть более сдержанным, и тот мигом подчинился: перестал сверлить Мартти глазами. — Вам принесут всё необходимое по первому требованию — еду, напитки, биотуалет, достаточно только прожать вот эту белую кнопку, но покидать комнаты до завтрашнего вечера вы не сможете. Также за вами будет вестись круглосуточное наблюдение. — Она указала на камеры по периметру всей залы. Приносим извинение за это неудобство.

— Отлично, ещё и срать у всех на виду. — Огрызнулся Рейвен, пыхтя на полу в углу комнаты. — Сигареты мои верните.

— Курить у нас запрещено.

— Да вы издеваетесь?!

— Увы, сеньор Райт. Придётся потерпеть.

— Супер!

— Доброй ночи.

Не успели они сделать и пару шагов, как Мартти нажал на ранее указанную белую кнопку. Раздался неприятный звонок. Руссо и Первый остановились.

— Простите, сеньор Сайфер, вы что-то хотели?

— Просто проверял, вдруг не работает.

— М, хорошо, до свиданья.

— До свиданья.

Не успели оба уйти, как снова раздался сигнал вызова. Руссо нехотя обернулась, пытаясь сдерживать раздражение. На этот раз кнопку прожал Рейвен.

— Сеньор Райт?

— Я тоже проверил, на всякий случай, — нагло оскалился Рейвен, упиваясь этой маленькой пакостью.

— Проверили?

— Ага.

— Может, для верности нажмёте ещё раз? Чтоб наверняка. — Она подумала, что так смутит наглеца, но он взял и снова прожал сигнал. — Порядок?

— Да, теперь можете идти. — Позволительно отозвался Рейвен и подогнал обоих жестом.

Руссо нахмурилась. Чего ещё ждать от потомков Люцифера и Велиара.

Когда все ушли и комнаты погрузились в полумрак, Рейвен немного успокоился. Подобрал крылья. Мартти располагался в камере прямо напротив. Хоть что-то.

— Мне одному кажется, что мы в полной жопе?

— Даже не знаю, Рей. Если завтра я избавлюсь от Велиара, то я готов, — Мартти не успел договорить, как услышал в голове: «Я же просил не шалить, пока меня нет!» — Велиар… — только и вымолвил Мартти, потом его глаза прикрылись, он пошатнулся, удерживаясь за прозрачную стену, и спустя пару секунд выражение его лица с обеспокоенного сменилось на хмурое. Он осмотрелся вокруг, потеребил душный ошейник, который так и не сняли, и, найдя взглядом Рейвена, наконец, выдал одну из своих пошловатых ухмылок.

— Пирожочек! Скучал?

Рейвен покривился и застонал. Вот теперь наступала настоящая пытка. Заточения было мало!

— Всё, Велик. Допрыгался. Скоро тебя изгонят. Это твоя последняя ночь в теле Мартти. Наверное, я буду скучать, так, самую малость.

— Прямо-таки малость? — как ни в чём не бывало Велиар в очередной раз поломал когтем механизм ошейника и легко освободился. — Я думаю, ты будешь очень скучать, когда наш Мартти превратиться в лучшем случае в овощ, а в худшем в психопата. Я же возвращусь в Ад в чуть более полноценной комплектации, чем до этого. Ну или вот тебе ещё один вариант: я утащу его в Ад вместе с собой на веки вечные, а тебе останется его пустая безжизненная оболочка. Предполагаю, что безболезненным наше с ним расчленение назвать никак нельзя. — Он мерил шагами небольшую и слишком стерильную камеру, острые когти наипротивнейше скользили по гладкому стеклу, выдавая душераздирающий скрип.

Рейвен промучился около часа, пытаясь закрыть уши подушкой. Потом он заметил, что красный огонёк, сигнализировавший о работе видеокамеры, что была расположена неподалёку, погас. Это его заинтересовало, не обращая внимание на трёп Велиара, он с разных ракурсов своей клетки проверил остальные. Все как одна были отключены! Входная дверь в блок закрыта, он это точно видел, и вдруг прямо перед ней оказалась Касикандриэра. Рейвен аж вздрогнул. Вот это фокус. Он и не знал, что ангел так умеет!

— Ты как тут оказалась?! Пришла нас проведать?

— Сейчас не время. Тише. — Затем она буквально прошла сквозь стекло в камеру Рейвена, приведя его в неописуемый восторг.

— Да ты Гудини!

— Каси, как в старые добрые… я в клетке, а ты присматриваешь. — Оживился Велиар, тут же подскакивая с постели.

— Всё потом. Рей, держи меня за руку и покрепче, иначе застрянешь в стекле.

Рейвен так и сделал. Она вышла так же, как вошла, утянув нефилима прямо сквозь стеклянную преграду на свободу.

— Вот это да! Каси! Как ты…

— Забыл, кто я? — улыбнулась она. — Ужели Велиар не просветил тебя?

— Как-то не до того нам было.

— Чем вы только занимались всё это время, я не понимаю.

— Попробуй угадать. — Язвил Велиар, играя бровями.

— Я хранитель равновесия Рая и Ада, я вхожа везде и всюду. Никакая преграда, стена, земная твердь мне нипочем, и никакие способности нефилимов, ангелов или демонов мне не страшны. — Касикандриэра подошла к клетке Велиара и, убедившись в том, что это действительно он, сокрушённо покачала головой. Велиар уже готовно протянул ей чёрную когтистую ладонь, ожидая, когда та призрачно метнётся и к нему в карцер.

— Ну, я же жду!

— Извини Велиар, но теперь наши пути расходятся. Рей, мы уходим. Немедленно.

— Эй! — возмутился Велиар, вдарив ладонями по непробиваемому стеклу. — Не вздумай!

— Погоди, как это уходим? А он?! Я не уйду без него! — упёрся Рейвен.

— Ага, слышала? Мы идём комплектом! — но Велиар заметил, что ультиматум нефилима не особо впечатлил хранительницу. Тогда он демонстративно приблизил ладонь к белой кнопке. — Вы не уйдёте без меня.

Ангел замялась. Вот прохвост! Она подошла к стеклу, за которым стоял падший и, глядя ему в лицо, хищно улыбнулась. В своей голове Велиар чётко услышал её голос.

Касикандриэра: «А давай, нажимай. Порадуй меня. Чтобы ты ни сделал, ты останешься здесь, где тебе самое место. Он всё равно пойдёт со мной, это его судьба. Или умрёт вместе с тобой. Отпусти, если он тебе дорог».

Велиар: «Мы не собирались умирать».

Касикандриэра: «Рядом с тобой ему ничего другого не светит».

Велиар: «Что ты задумала? Какая ещё судьба?»

Рейвен видел только, как изменилось лицо Велиара. Привычно насмешливое оно вдруг нахмурилось, глаза подозрительно сузились, смотря прямо на Касикандриэру.

— Эй, вы чего там в гляделки играете, Каси, выпускай его!

Касикандриэра: «Ты хоть и был всегда трусом, но умным. Догадайся».

— Ты собралась выпустить Люцифера. — Озвучил свою догадку падший. Ангел отшагнула. — Не прикасайся к вратам! — крикнул Велиар нефилиму.

Но в этот момент Касикандриэра повернулась к Рейвену и, прежде чем тот хоть что-то сказал, вколола ему в шею шприц, выпустив непонятную прозрачную жидкость до капли. Нефилим упал в её руки, слишком сильные для хрупкой женщины. В последний раз переглянувшись с узником, Касикандриэра понесла Рейвена к дверям из тюремного блока.

— Не делай этого! Он уничтожит всё, включая тебя, как только получит то, что ему нужно!

— Я же не ты, Велиар, он всегда любил меня. Но тебе этого не понять. Ведь тобой он только пользовался.

— Он уничтожит моего Пирожочка… — обречённо прошептал падший.

Они вышли, когда Велиар истерично стал жать на кнопку вызова, но та не сработала, тогда он принялся барабанить в стекло, биться в него и кричать, пытаясь привлечь хоть чьё-то внимание.

*** Сейчас…

Анимус без особых проблем проследовал за Касикандриэрой на территорию Ватикана, но потерял её из виду, как ему казалось, лишь на несколько секунд, а потом не смог отыскать. Метался по теням, ища её след, но всё оказалось тщетно. Он начинал переживать, совсем как человек. Впервые за своё существование, им овладела настоящая паника. В конце концов, он взял себя в руки и, собравшись с мыслями, решил, что Касикандриэра ему не нужна, надо искать Мартти и Рейвена, а он прекрасно знал, где содержат заключённых.

Миновав два цокольных этажа лабораторий, он без труда нашёл нужный коридор, завернул за угол, но дальше освещение было куда ярче, теней здесь почти нет, и это стало проблемой, поскольку в самом конце дежурили двое из службы безопасности. Он бы попробовал охмурить их, но точно знал, что этот номер не пройдёт, ведь каждый носит на руке кольцо-нигатор. Тогда Анимус решил подождать удобного случая: меньше чем через десять минут будет смена постовых и тогда…

До слуха донёсся чей-то голос. Анимус даже обернулся, но был совершенно один. Голос шёл словно сквозь стену, возле которой он затаился.

«Иди сюда! Помоги мне!» — снова повторил голос, и Анимусу показалось, что он слышит именно Рейвена. Он приложил ухо к стене. Да, это точно был Рейвен! Воодушевлённый, мальчик юркнул в тень, проходя стену насквозь и оказываясь на пожарной лестнице, которой почти не пользовались. Даже храмовники и охрана не ходили сюда, чтобы втихаря и незаметно от вездесущих камер покурить всласть или поговорить по сотовому, проносить которые на территорию лаборатории строго запрещено.

«Помоги мне, меня заперли!»

— Рейвен? — шепнул Анимус, спускаясь по лестнице на голос.

«Я здесь…»

Ещё одна плотная дверь не стала Анимусу преградой, ведь света на этом этаже не было вовсе. Он легко просочился тенями и попал в немного пыльное помещение. Оно находилось ровно под лабораторией, и тут находился технический этаж. Гудело несколько массивных серверов, за ними — система отопления и резервный генератор. Зов не прекращался. Анимус прошёл дальше, пока не приблизился к противоположной стене, на которой висело на вид старинное зеркало, размером под самый потолок, в три человеческих роста, и шириной не менее двух метров. Оно издавало слабое свечение. Поверхность зеркала переливалась и колыхалась, как растревоженная водная гладь.

— Рей. — Ещё раз позвал Анимус, и от его голоса зеркало завибрировало сильнее.

«Дай мне руку!»

«Руку!»

«Коснись!»

«Нет! Дай мне!»

«Не слушай их! Спаси меня! Я здесь!»

Зеркало стало выдавать барельефы множества тел, лап, когтей. Всё казалось пугающим и нечеловеческим. Десятки голосов вторили о помощи наперебой, но только один из них был знаком Анимусу.

«Помоги!» — произнёс голос Рейвена, и из центра зеркала, выгибая полупрозрачную серебристую поверхность, обозначилась человеческая рука.

— Рей, как ты туда попал?! — мальчик, не задумываясь, потянулся к зеркалу, но замер всего на расстоянии в несколько сантиметров от ртутно-серебристой ряби.

Сомнение длилось секунду, не больше, но, прежде чем он хоть что-то сделал, с той стороны зеркала кто-то потянулся к нему так рьяно, что прикосновение оказалось неизбежным. Анимуса схватили за руку, вцепившись в неё намертво. Перед глазами мальчишки пронеслись тысячи раззявленных ртов, застывших в немом крике, всполохи огня и ледяной холод, пронизывающий до костей, а потом всё резко погрузилось во тьму.

***

Рейвен проснулся как после дикого похмелья и с удивлением обнаружил, что находится в той же прозрачной камере, из которой его забирала Касикандриэра. Окон в блоке нет, а потому узнать, какой час или хотя бы понять, закончилась ли ночь, он не мог. Всё как во сне. Ещё одним неприятным сюрпризом стала совершенно пустая камера Велиара. Как же так?! Озадаченный, он метнулся к белой кнопке вызова.

*** Прошлой ночью

Велиар кричал, бился о стеклянную дверь, пытался разбить её частями железной кровати, которую к тому времени уже разломал. Старался привлечь внимание любым способом, но блок звукоизолирован. Он сокрушённо уселся на пол, переводя дыхание.

Велиар: «Знаешь, а Каси была права. Пирожочек был обречён на смерть, но только не я тому причина, а ТЫ!»

Мартти: «Всё, чего я хотел — это избавиться от тебя»

Велиар: «Ты не понимаешь, что наделал. Люцифер выберется на свободу, он уничтожит всех и вся»

Мартти: «Мне кажется, ты преувеличиваешь. Завтра запрут врата, всё, что нужно — подвести его к ним. Люцифер вернётся в Ад, а Рей…»

Велиар: «Останется пустой оболочкой! Если он хотя бы прикоснулся к вратам, ЕГО УЖЕ НЕ ВЕРНУТЬ!»

Наступила тишина. Гнетущая, тёмная, холодная тишина. Что-то щекотнуло щеку. Велиар прикоснулся к лицу, и с удивлением обнаружил, что это слеза.

Велиар: «Это твоё?»

В ответ молчание, и только ещё одна влажная дорожка прочертилась до губ, и раздалась на них горечью. Падший закрыл лицо ладонями, стыдясь перед самим собой этой минутной слабости. Прошло не больше часа, как совершенно неожиданно из теней вышел Анимус. Затем Касикандриэра с Рейвеном на руках. Она вернула нефилима в камеру, уложив бережно на кровать. Взъерошенный Велиар встал с пола и наблюдал за всем с нескрываемым опасением.

— Так значит ты с ней заодно. — Тихо произнёс он Анимусу.

Мальчик улыбнулся, чуть склонил голову набок, осмотрел Велиара, а потом провёл по замку камеры тонкой пластиковой картой-ключом. Дверь открылась.

— Что она тебе пообещала? — Велиар не спешил выходить, наоборот отступил, понимая, что является единственным свидетелем их преступления, и от него захотят избавиться.

— Свободу. — Анимус пожал плечами.

Велиар посмотрел на бездвижное тело Рейвена, сглотнул горький ком, подступивший к горлу.

— Разве тебе не нужно то же самое? — спросил Анимус.

— Что?

— Не хочешь выбраться отсюда?

— Вы что, просто отпустите меня?

— Да. Но ты будешь мне должен. — Серьёзно произнёс Анимус, а затем отошёл с прохода.

Велиар медленно, не упуская из вида маленького ангелочка и Касикандриэру, вышел из камеры.

— Проводи его. — Прозвучало как приказ, непривычно жёстко и, как показалось Велиару, даже с недовольством в сторону Касикандриэры. А она покорно опустила взгляд и протянула руку Велиару, готовая вести его сквозь стены наружу.

Дурное предчувствие не покидало Велиара, ожидавшего чего угодно, но не такого простого выхода. Он готов был кровью и когтями вырываться на свободу, но этого не понадобилось! Ещё разок он взглянул на Рейвена. Увидел, как вздымается его грудь. — «Прощай, мой Пирожочек». — Схватил Касикандриэру за руку, и в следующие мгновения они пролетели сквозь десяток стен и потолков, оказавшись над застывшей статуей Михаила на самой вершине Замка Ангела.

— Вот и всё, проваливай, Велиар, и не вздумай возвращаться или мешать Люциферу.

— А если я захочу ему помочь? — усмехнулся падший.

— У него есть я.

— И ещё целая орава жополизов, что будут таскаться за ним, и тешить его самолюбие.

— Вроде тебя?

Велиар не ответил на эту колкость. Внутри было слишком тяжело и грустно, поэтому он только спросил:

— А Пирожочек совсем исчез? Я имею в виду, их воссоединение произошло полноценно?

— Совершенно. Люцифер не допускает промахов, ты же знаешь.

Велиар только молча кивнул и, помедлив несколько секунд, взмыл в ночные небеса, сливаясь с облаками и звёздами.

Мартти: «Вернись! Мы не можем оставить Рейвена!»

Велиар: «Его больше нет»

Мартти: «Ты снова лжёшь мне!»

Велиар: «Совсем скоро ты поймёшь, что я говорю правду. Люцифер проявится. И в тот момент я не желаю быть поблизости, особенно в текущем состоянии. Считай, эту битву мы проиграли, не смогли уберечь нашего Пирожочка»

Мартти: «Ты что, сдаёшься?!»

Велиар: «Никогда!»

Мартти: «Но ты смирился с поражением»

Велиар: «Я сказал, что мы проиграли битву, но война продолжается»

Мартти: «Я вовсе перестаю тебя понимать. Каков план?»

Велиар: «Для начала, мне нужно вернуть себя»

Мартти: «О, опять… Я обещал Рейвену, что не сдамся тебе. Из этого ничего не выйдет, извини»

Велиар: «Никому из нас не придётся уступать. Есть другой вариант нашего развития. И если я не ошибаюсь, инструмент для этого украл Молох»

Мартти: «Ты опять о своей благодати? Да ведь он врал. Нашёл одно крошечное перо, и то кануло в бездну»

Велиар: «Может быть. Я должен в этом убедиться»

Мартти: «А я против, пока своими глазами не увижу, что Рейвен больше не существует!»

Велиар: «Я не вернусь туда, Мартти, врата ещё не закрыты. Прямо сейчас нам нужно залечь на дно, как говорится, переждать бурю. Азза запечатает врата, вернёт всех, кого успеет найти, возможно, включая Люцифера, который теперь у него под носом»

Мартти: «Велиар»

Велиар: «Что?»

Мартти: «А если Люцифер обрёл свою оболочку и сущность, то зачем остался в такой опасной близости к Ключнику и незакрытым вратам, выпустив тебя? Почему не сбежал подальше?»

Велиар: «Я об этом…»

Мартти: «Не подумал?»

Внезапный и вполне резонный вопрос ввёл Велиара в тупик. Только теперь он начал подозревать, что в плане Люцифера, должно быть, что-то пошло не так, как тот ожидал. Велиар прокрутил последние события в узнице Ватикана, в особенности разговор с Анимусом: «…ты будешь мне должен…»

— Что б мне провалиться… — прошептал он, мягко опустившись на землю в безлюдном пригороде Рима, складывая все мелочи в единую картину.