21. Прощай (1/2)

Яркая вспышка летела ему в грудь. В последнюю секунду Полумна бросилась перед ним, её светлые волосы мелькнули в воздухе, и затем – тишина. Драко смотрит в её остекленевшие глаза, ощущая, как сердце сжимается в груди. Тео кричит, надрывая голос, звук пронзает сознание, но он уже ничего не слышит. Падает на колени перед Луной, её безжизненное тело кажется таким хрупким. Вокруг царит хаос, будто весь мир перешёл в замедленную съёмку. Он слышит её голос у себя в голове. Почему-то он знает — это не иллюзия.

«В другой жизни мы тоже будем друзьями…» — последнее, что остаётся от Полумны Лавгуд.

Кто-то грубо дёргает его, поднимая с пола. Отец. Его голос резкий, глухой, он указывает путь к отступлению. Тео удерживает Люпин, а Грейнджер стоит всего в паре шагов. Её глаза широко раскрыты, челка сбилась, а рука сжала палочку так сильно, что костяшки побелели. По её коже ползёт нечто тёмное, вырываясь из-под воротника и скользя по шее.

Безумная. Злая. Мессия.

Рука Джинни резко сжимает его, и они аппарируют без подготовки. Ощущение рвёт их изнутри. Многие расщепляются – то руки, то ноги. Лишь безжизненное тело Луны остаётся целым. Новый хлопок – и окровавленная Тонкс ведёт их множеством аппараций к штабу. Это невозможно, но они делают это. Все падают на пол штаба на Площади Гриммо, словно обломки разрушенного мира. Их мышцы горят от боли, но выбора не было. Хогвартс держал их в ловушке, ведь его стены противились трансгрессии.

Драко видит Нарциссу, бросившуюся к нему. Вокруг паника, но Тео всё ещё кричит, его голос срывается до хрипа. Лечить раны некому. Уже некому…

Перед тем как тьма забрала его, он чувствует, как руки матери осторожно стирают кровь с его лба.

Поттер обучает новобранцев искусству Патронуса. Драко уже несколько дней не появлялся на тренировках. Он знал, что его Патронус – голубь. Он помнил момент, когда впервые увидел белого голубя – Гермиону. После этого – другого лучшего воспоминания у него просто не будет.

Но тогда она была зла. Он ушёл в разведку на три дня, не сказав ей ни слова. Когда вернулся, белый голубь подлетел, впился когтями в его волосы и начал яростно клевать его в нос, в бровь, после чего остался шрам.

После его исчезновения Гермиона трое суток не спала, разыскивая его по всей Британии. Она не боялась попасть в плен. Не боялась умереть. Боялась не увидеть его вновь.

***

Битва за Хогвартс. Драко видит, как Поттер и Тёмный Лорд сходятся в последней схватке. Но палочка Гарри не слушается его. Что-то не так.

Драко бежит через двор. Он поднимает палочку. Авада Кедавра. Вспышка белого света. Он падает. Чувствует, как что-то тёмное, вязкое проникает в его грудь. Гермиона видит это. Она кричит, осматривается. Встречается взглядом с Полумной. Та кивает. Они что-то знают.

Гермиона сквозь слёзы тянется к нему. Порт-ключ. Последний шанс. Они исчезают.

***

Сознание возвращается. Он не там, где ожидал. Гермиона стоит над ним. В её руках – кинжал. Лезвие вонзается в его грудь. Боль ослепляет, разрывает на части. Он хочет понять, где он, но мир слишком размыт.

— Блейз! Я не могу! — Гермиона дрожит, слёзы текут по её щекам.

— Ты должна. На грани жизни и смерти. Только так можно вырвать его душу.

Она касается его щеки, задыхаясь в собственном отчаянии. Нож снова поднимается…

***

— Прости, Драко, — шепчет она ему на ухо, — но я попробую ещё раз. Я спасу тебя.

Её пальцы мягко расчёсывают его волосы. Он не может двигаться. Боль ушла. Он понимает – его снова чем-то опоили.

— Считай до девяти, Драко. Десятого шага не будет.

***

Его рёбра. Он видит свои рёбра. Кровь тёплыми струйками стекает по телу.

— Гермиона, давай! — чей-то голос режет воздух.

Он кричит. Он захлёбывается в собственных стонах. Но вдруг всё становится легче. Тёмный густой дым вырывается из его груди и оседает на Гермионе. Она падает к его ногам.

***

Очнулся. В сознании. Впервые за долгое время. Без тумана.

Он привязан. Подземелья. Скрип двери. Она входит.

— Гермиона…

— Прости.

— Что с тобой? Почему я связан?

Она смотрит на него с болью, с сожалением.

— Нет! — он начинает понимать. — Ты… ты забрала крестраж! Нет… нет, Гермиона. Только не ты.

Он дёргается, верёвки впиваются в кожу, но ему всё равно. Гермиона поднимает палочку. Верёвки сжимаются сильнее.

— Это был не крестраж, Драко. Это часть его души, лишь остаток. Я не знала. Если бы знала… — её голос дрожит. — Здесь небезопасно. Со мной тебе нельзя.

— О чём ты говоришь?

— Я встала на место Воландеморта. Я разрушу Пожирателей изнутри. Орден победит. Только так у вас будет шанс.

— Нет… — он не верит. Он не может верить. — Ты не можешь…

— Тебе сотрут память, — её голос прерывается. — Так надо.

Она плачет. Впервые так горько.

— Нет!

— Прости, Драко…

Он чувствует, как его разрывает гнев.

— Когда солнце покинет закатное небо… — её голос тихий, но в нём звучит сталь. — Когда луна выйдет навстречу, я пролечу над тобой и прошепчу: «Жди меня».

Тьма. Забини. Палочка у виска.

— Не стирай всё. Я должен её спасти.

— Ты знаешь, что ей от этого будет хуже.

Драко сжимает зубы.

— Она не будет твоей, Забини.

Друг смотрит спокойно.

— Обливейт…

***

Драко очнулся, будто вынырнув из кошмара, но реальность тут же настигла его. Он лежал на жёсткой, неудобной кровати в старой хижине Полумны, и это значило одно – всё было наяву.

Он медленно спустился вниз, не заботясь о своём внешнем виде. Дом был таким же, как он его запомнил: причудливые безделушки, расставленные в хаотичном порядке, бесчисленные стопки книг. Проведя рукой по одному из амулетов, он услышал тихий звон – стеклянные подвески мелодично качнулись, словно приветствуя его возвращение.

На кухне, в свете тусклой лампы, сидели Поттер и Нотт. Они подняли головы, когда Драко вошёл, но никто не задал вопросов. Тошно было всем.

На лице Гарри расплывались синяки, на руках – глубокие ссадины. Драко вероятней всего выглядел не лучше, но он не проверял, да и какая теперь разница? Он лишь сейчас понял, что за окном – ночь, холодная и беспокойная. Дождь с яростным грохотом барабанил по крыше, а вспышки молний раз за разом вырывали из темноты жуткие силуэты, бросая их на стены.

— Мы должны её убить, — хрипло заговорил Гарри. Он не уточнил, но Драко и так знал, о ком идёт речь.

— Только попробуй хоть пальцем её тронуть… — голос Малфоя прозвучал глухо, но в нём сквозила угроза.

— Она – зло, Драко. Даже если пытается доказать обратное, даже если… исправилась, — Гарри говорил отчётливо, каждое слово било, как молот.

— Ты её не убьёшь, — неожиданно вмешался Тео. — Она выпустила Адский огонь, сожгла Хогвартс дотла вместе с Пожирателями, а потом… потом сумела его потушить, Поттер.

Гарри резко поднялся, с силой ударив кулаками по столу.

— Ты тоже встал на её сторону?! Какие у тебя основания верить, что она за нас?!

Тео спокойно встретил его взгляд.

— Потому что я верил Луне.

Наступила тишина. Драко перевёл взгляд с одного на другого. Он сам ещё не знал как относится к происходящему. Но понимал – времени на сомнения не осталось. Конец был близок. Это ощущалось даже в воздухе.

Их прервал звук – входная дверь слетела с петель.

Раздался раскат грома, совпавший с тяжёлыми шагами гостя. Тео рванулся первым, но замер, как вкопанный, когда увидел, кто стоял на пороге. Его палочка со стуком упала на пол.

Блейз Забини. Мокрый, в отсветах молний, с окровавленными до локтей руками. Гарри уже было приготовился метнуть заклятие, но Забини молча бросил мешок к ногам Тео, кивнул и, не говоря ни слова, исчез в вихре аппарации.

Тео медленно опустился на колени, осторожно отодвинул ткань. Внутри что-то тёмное, липкое… Он медленно вынул из мешка голову Рабастана Лестрейнджа. Маска ужаса застыла на его мёртвом лице.

Это был не подарок. Это была дань, словно последнее выполненное обещание.

Тео резко встал и, не колеблясь, аппарировал вслед за Забини, унося с собой груз смерти. Нотта не было всю оставшуюся ночь.

А Драко и Гарри остались сидеть в гостиной, молча, глядя друг на друга. Поттер просмотрел все воспоминания. Драко, хоть и не восстановил до конца свои силы в легилименции, сумел оставить при себе самое важное – самые интимные, личные моменты. После этого повисла долгая, тяжёлая тишина.

— Я не убью её, — наконец сказал Гарри, — но никогда не прощу.

Он ушёл. А Драко остался в холодных стенах, встречая рассвет в одиночестве. Как когда-то. Как всегда.

***

Драко был на многих похоронах, но эти были совсем иными.

На краю разорванного войной мира, за старой ветхой хижиной, там, где под ногами колыхалась сон-трава, они хоронили Полумну Лавгуд. Стояла тишина. Никто не плакал.

Почему? Неизвестно. Казалось, что все просто разучились. Или не позволяли себе.