Часть II. Глава 7 (2/2)

Долохов сатанел с каждой секундой: брызгал вонючей слюной и колотил Драко, словно боксёрскую грушу. Тот лишь смеялся и плевал в него ядовитые оскорбления, распаляя мужчину больше прежнего. Удары становились яростнее, беспощаднее. Кажется, Малфой услышал, как хрустнуло ребро. Но он всё смеялся и считал капли.

— Готов поспорить, ты даже в глаза его не видел. Адриан не водится с таким сбродом, как ты.

— Мне не важно твоё мнение, щенок. Я больше никогда не буду молча прислуживать. Хватит с меня таких, как Волан‑де‑Морт, — за стеной послышались крики и грохот, но Долохов, охваченный чёрной злобой, кричал так, что не слышал ничего вокруг. — Теперь я собираю себе сторонников! За мной идут волшебники и ждут моего приказа и одобрения! И я решаю, брать ли заказы на таких крыс, как ты, или нет, — Антонин подошёл вплотную к Драко и выдохнул последние слова ему в лицо. — И если я не выбью из тебя местоположение камня до завтрашней встречи с Клемансо, я готов пожертвовать частью оплаты, лишь бы собственными руками убить тебя и отправить совой твою голову Люциусу, чтобы тот окончательно свихнулся.

Громкий взрыв вынес металлическую дверь с петель. Драко с размаху ударил лбом в нос Долохова и, качнувшись, схватил его ногами, чтобы подтянуться и снять цепь наручников с висящего под потолком крюка. Инстинкты выживания включились мгновенно, впрыскивая в кровь жалящий вены адреналин.

Мужчина, хватаясь за сломанный нос, потянулся за палочкой, но Драко навалился на него, роняя на пол. Древко выпало из рук и откатилось в сторону. В этот момент в помещение ворвались авроры.

— Малфой!

Кто‑то подбежал к Драко и, схватив за руки, стащил с извивающегося и скулящего Долохова. На бывшего Пожирателя направили палочки.

— Если я обещал до тебя добраться, то обязательно это сделаю, кусок ты дерьма! — рычал Драко, разминая освободившиеся от наручников руки.

Он подошёл ближе, вглядываясь в испачканное кровью лицо противника. У судьбы отвратительное чувство юмора, если она вновь столкнула их. Только в этот раз Драко доведёт дело до конца.

— Малфой! Грёбаный ты псих! Какого гриндилоу ты творишь?

Он обернулся, уставившись на приближающегося Гарри. Тот был в ярости — такой чистой и искрящейся, что можно было подорвать весь Лондон. Его пальцы дрожали, а глаза метали молнии.

— Неужели ты переживал, Поттер? — Драко ехидно улыбнулся и подал знак одному из авроров.

— Не дождёшься, — цедил сквозь зубы Избранный. — Чем ты думал, когда пропал на два дня, отправляясь сюда один? И подстраховался только письмом с координатами и короткой припиской «Быстрее. Д. М.», которое я получил только двадцать минут назад!

— Не ори. Всё шло по плану, — Драко взял из рук одного из мужчин сигарету и закурил, жадно вдыхая такой необходимый никотин. Дым обжёг горло. — Мне не нужно было, чтобы вы явились раньше.

— По плану? Ты что, больной? Да на тебе живого места нет, — Гарри поправил очки и присмотрелся к огромной гематоме на правом боку. — Кажется, у тебя ребро сломано.

— Всё в порядке. Я это предполагал и выпил пять пузырьков болеподавляющего. Я почти ничего не почувствовал, — Малфой дотронулся до ссадины на руке и тихо зашипел. — Но надо запомнить, что пяти хватает только на двое суток.

— Ты — псих.

— Комплименты, Поттер? — Драко выдохнул сигаретный дым. Тот расплывался в воздухе серым призрачным облаком, на секунду скрывая его лицо. Он затянулся снова — глубже, до лёгкого головокружения.

— Просто скажи, что ты не зря чуть не угробил себя, — Гарри устало потёр переносицу и поправил очки. Его пальцы дрожали — то ли от напряжения, то ли от недосыпа. Под глазами залегли тёмные круги, кожа выглядела серой, будто впитала весь мрак этого места. Он бросил короткий взгляд на раны Драко, но тут же отвернулся.

— О, я узнал гораздо больше, чем рассчитывал.

— И что теперь? — голос Гарри звучал глухо, без энтузиазма.

Малфой глубоко затянулся. Ноющая боль в правом боку пробивалась сквозь барьер зелья, напоминая о сломанном ребре. Дым обжёг горло, но принёс мимолетное облегчение. Он посмотрел на оглушённого Долохова. Губы изогнулись в скользкой, хитрой усмешке. На полу между ними тянулась цепочка кровавых следов.

— Aut vincere, aut mori, Поттер.<span class="footnote" id="fn_33348651_0"></span> Как и всегда.