Глава 1 — О ритуалах и больших достоинствах (2/2)

— Что?

Он рыкнул, обернувшись ко мне:

— Огромный хрен, ясно? Он гнался за мной по лесу.

Я уже не могла сдержать смех.

— Эй, он был огромный! — воскликнул Джейк. — Фута два высотой! Это было ужасно!

Я вырвала руку из его ладони и обхватила живот, буквально захлёбываясь смехом.

— И… он… — я едва могла дышать, — …гнался за тобой?

— Боже, не верю, что рассказал тебе! — пробормотал он, ускоряя шаг по тропе. — У всех были какие-то глубокие, духовные видения, а я увидел только огромный хрен!

Я взорвалась новым приступом смеха, а он бросил на меня сердитый взгляд.

— Прости, Джейк, — сказала я, задыхаясь от смеха, со слезами на глазах и дрожащими губами, пытаясь хоть как-то успокоиться. — Наверное, было… жёстко. То есть… непросто!

На этих словах наши взгляды встретились — и мы оба разразились новым хохотом.

— Да… и правда… жёстко… — выдавил он сквозь смех.

Я фыркнула.

Наконец мы немного пришли в себя и вытерли слёзы с глаз.

— Серьёзно, Белла, никому ни слова, — сказал он, всё ещё улыбаясь, но в глазах мелькнула серьёзность. — Мой отец этого не переживёт.

Я знала, что он прав. Билли Блэк был старейшиной племени и относился ко всем этим ритуалам и традициям с глубочайшим уважением. Вряд ли он оценил бы юмор в видении Джейка о гигантском… хм… достоинстве.

— Я сохраню твой секрет, — заверила я его, когда мы подошли к вершине утёса.

У самого края уже собралась группа людей вокруг огромного костра, и мы направились к ним.

— Эй, Джейк? — позвала я.

— М-м?

— Просто интересно… он был… обрезан?

Джейк толкнул меня в плечо и зашагал к костру, а я шла следом, смеясь всю дорогу.

Я догнала Джейка, когда он вышел из темноты леса в освещённый костром круг, и устроилась рядом с ним на одном из брёвен, стоявших вокруг огня.

Я окинула взглядом сидящих. Почти всех узнала — Билли Блэк и Сью Клируотер, её дети Сет и Лиа, Сэм Улей… Квил и Эмбри.

Мой взгляд остановился на старике, сидевшем на складном кресле рядом с Билли. Я догадалась, что это и есть тот самый шаман, о котором говорил Джейк.

Понимаю, что корректнее сказать «пожилой» или «в возрасте»… но этот человек действительно был старым. Седые волосы откинулись назад от изборождённого морщинами лица и ниспадали вниз. На плечи был наброшен племенной шерстяной плащ, и я видела, как его узловатые руки крепко держат края ткани.

Он поднял глаза — и, вопреки ожиданиям, они не были мутными или выцветшими. Напротив: тёмные, ясные… и, казалось, устремлённые прямо на меня.

Я не могла отвести взгляд, пока старик пристально смотрел мне в глаза.

От этого человека у меня побежали мурашки.

Я вздрогнула и придвинулась ближе к Джейку, а он обнял меня за плечи.

— Духовный путь — это традиция, уходящая корнями во времена деда моего деда, — торжественно произнёс Билли Блэк. — Ритуал огромного значения для каждого члена племени.

Хех. Он сказал «члена».

Я с трудом подавила смешок. Джейк едва заметно толкнул меня локтем, но я видела, как он сам изо всех сил сдерживает улыбку.

Нам сколько, по двенадцать?

Я осторожно снова взглянула на шамана — и, к своему беспокойству, обнаружила, что он всё так же неотрывно смотрит на меня. Я поспешно отвела взгляд.

Билли закончил вступление, и как по сигналу в круг вошли пятеро подростков, одетые лишь в выцветшие джинсы и кеды. Они выстроились вокруг костра.

Я непроизвольно выпрямилась, с интересом разглядывая весьма впечатляющую картину — рельефные груди, пресс и те самые мышцы, которые образуют ту V-образную линию, уходящую в джинсы.

Кто бы мог подумать, что ритуалы могут быть такими… волнующими?

Я неловко пошевелилась на месте — и, клянусь, видела, как уголок губ Джейка дрогнул в усмешке.

Похоже, мне стоит придумать еще пару шуток про гигантский хрен.

В этот момент шаман поднялся и вошёл в круг, где стояли мальчишки. Двое мужчин, сидевшие за ними, начали негромко отбивать ритм на барабанах. Шаман открыл рот, чтобы заговорить, — и снова меня удивил. Его голос был сильным и уверенным, легко перекрывал удары барабана и потрескивания огня.

Он говорил на другом языке, и я прошептала Джейку:

— Что он говорит?

Джейк наклонился ближе, чтобы шептать мне на ухо, не отвлекая остальных.

— Каждый мужчина имеет предназначение… цель… — начал он, тихо переводя. — И только осознав своё предназначение, человек может жить в мире с самим собой. Чтобы мальчик стал мужчиной, он должен обратиться к духам и найти свой путь.

Шаман продолжал говорить, поочерёдно глядя на каждого из мальчиков.

— Готовы ли вы этой ночью искать своего наставника и принять свою судьбу? — прошептал Джейк, переводя.

Мальчишки ответили утвердительно и сели на землю, скрестив ноги, каждый положил перед собой небольшой предмет: пару камней, веточку, обмотанную бечёвкой, какую-то кость и длинное чёрное перо.

— Их тотемы, — пояснил Джейк. — Канал к миру духов.

Я кивнула, гораздо более увлечённая, чем ожидала.

Шаман обошёл круг, тихо напевая, и каждому из мальчиков что-то передал, после чего снова занял своё место. Он и мальчишки заговорили вместе громким голосом.

— Пусть наши глаза и сердца откроются, и пусть духи явят себя этой ночью, — перевёл Джейк.

Все они поднесли руки ко рту и начали с серьёзным видом жевать.

— Грибы? — прошептала я. Джейк кивнул.

Шаман проглотил, потом снова заговорил. Мальчишки сидели неподвижно, с закрытыми глазами, глубоко дыша.

— Теперь очистите свой разум… успокойте дух. Представьте перед собой тропу, ведущую через лес, — шептал Джейк, передавая перевод.

Я завороженно наблюдала, чувствуя, как и сама погружаюсь в почти гипнотическое состояние.

— Перед вами тропа расширяется и выходит на поляну. А на той поляне вы видите силуэт. Это животное. Ваш духовный наставник. Не называйте его имени. Просто смотрите, куда он поведёт. Он приведёт вас туда, куда вы сильнее всего хотите попасть. Он покажет то, что вы больше всего хотите увидеть.

Я вздрогнула от этих слов. Куда я сильнее всего хотела попасть? Что я больше всего хотела увидеть?

Я знала ответ.

Эдвард.

Шаман замолчал и стоял спокойно, наблюдая за мальчишками. Круг погрузился в тишину; даже барабаны умолкли. Я не знала, как долго мы сидели, уставившись в огонь. Казалось, время остановилось, и только потрескивание поленьев, гул океана внизу и редкое уханье совы в лесу напоминали, что оно всё-таки идёт.

Наконец, один за другим мальчишки открыли глаза, и я вздрогнула, увидев то, что отражалось в их взгляде.

Покой.

Они поднялись, тихо переговариваясь между собой, а затем пошли к своим близким, сидевшим на брёвнах вокруг костра, — объятия, рукопожатия и улыбки.

Мой взгляд скользнул к шаману, который вернулся в своё складное кресло. Он снова смотрел прямо на меня.

На этот раз я не отвела взгляд.

Вместо этого я повернулась к Джейку:

— Я сейчас вернусь.

Я сама не знала, чего жду, но поднялась и обошла круг, встав перед шаманом. Он смотрел на меня пристально, будто знал, что я собираюсь сказать.

Чёрт, я и сама не знала, что собираюсь сказать.

Но мне и не пришлось ничего говорить: он поднялся и пошёл прочь, сделав пару шагов, и потом обернулся и жестом пригласил меня следовать. В каком-то оцепенении я послушалась.

Мы медленно шли прочь от остальных вдоль края утёса. Когда свет костра перестал нас доставать, он остановился и посмотрел вниз, на тёмные волны. За время ритуала взошла полная луна, и её свет вылепил его черты, превращая их в резкие грани разных оттенков серого.

— Духовный путь для каждого свой, — сказал он, всё еще глядя вниз. — У одних это глубоко трогает душу, других — пугает, третьим кажется пустым… и лишь много лет спустя становится ясно, что это значило.

Я не понимала, что он пытается сказать, но слушала внимательно.

— Когда я был мальчиком на пороге зрелости, я тоже проходил этот ритуал, — продолжил он. — Тогда я не понял, что увидел. Нас учат, что видения личны, поэтому я не мог ни с кем поделиться своим. Но сегодня, думаю, пришло время наконец рассказать эту историю.

Моё любопытство вспыхнуло.

— Почему?

Он повернулся и посмотрел на меня.

— Потому что мой духовный наставник, ястреб, привёл меня по тропе глубоко через тёмный лес на прекрасный луг. И в самом центре этого луга… стояла ты.

У меня по коже побежали мурашки.

— Я? Не понимаю.

— Я тоже не понимал, — продолжил он, снова поворачиваясь к океану. — Но ты там была. Ястреб кружил над твоей головой. А ты стояла на тропе… вернее, ты стояла в месте, где сходились две тропы. Одна уходила вправо, другая — влево. Ты смотрела то на одну, то на другую, потом на меня — словно ждала, чтобы я сказал, куда идти.

Он замолчал, и я наконец спросила:

— И что было дальше? Что вы мне сказали?

Шаман снова посмотрел на меня своими тёмными, непроницаемыми глазами.

— Ничего. Видение закончилось.

Ну да, очень помогли.

Я повернулась, встала рядом с ним и несколько секунд смотрела на прибой.

— Так что, по-вашему, это значит? — спросила я.

Он глубоко вдохнул.

— Я верю, что ты здесь не случайно, — сказал он. — Что духи привели тебя этой ночью… ко мне. Что есть нечто, что ты должна сделать, путь, который тебе нужно выбрать… выбор, который тебе нужно совершить.

Он снова повернулся ко мне.

— И я думаю, что мне предназначено помочь тебе сделать этот выбор.

— Но какой выбор? — воскликнула я, чувствуя раздражение. — Я ничего из этого не понимаю! Что я должна сделать? У меня нет, куда идти… никакой тропы передо мной!

— Но есть вопрос, — сказал он, пристально глядя на меня, — вопрос, на который ты хочешь получить ответ сильнее, чем на любой другой.

Я дважды моргнула и отвела взгляд. Я не хотела затрагивать эту тему.

— Я не знаю, о чём вы говорите.

— Ты ищешь что-то… кого-то, — продолжил он, и его глубокий голос гулко прозвучал в ночи.

Я закрыла глаза, сдерживая слёзы. Сдерживая надежду, которая, несмотря на все мои усилия, начинала биться в груди.

— Я не могу… Это невозможно.

— Есть способ, — просто сказал он.

Почему-то я поверила ему. Поверила, что он поможет мне, если я попрошу. Но хочу ли я просить?

Хочу ли я на самом деле найти Эдварда?

Он выбросил меня из своей жизни, оттолкнул. Под видом защиты и вопреки — а может, как раз из-за — своей любви ко мне он оставил меня одну переживать невыносимую потерю его присутствия. Смогу ли я закрыть на это глаза и побежать за ним, как жалкий щенок?

И если я сумею проглотить остатки гордости и чудом снова его найти — что тогда? Сумела бы простить? Ещё хуже: а что, если я отыщу его только для того, чтобы понять, что я и вправду не нужна ему? Что он пошёл дальше и окончательно оставил меня позади?

И всё же в тот миг я осознала, что рискну. Что если есть хотя бы крошечный шанс быть с ним ещё хоть одно мгновение — я его приму.

Я была именно настолько жалкой.

Я повернулась к нему, слёзы текли по моим щекам, и спросила:

— Что я должна делать?

***

— Белла? Ты уверена, что хочешь это сделать? — спросил Джейк, нахмурившись от беспокойства.

Я не рассказала ему всего о своём разговоре с шаманом. Сказала лишь, что тот предложил: ритуал Духовного пути может помочь мне разобраться со своими проблемами… может быть, наконец обрести покой.

Джейк с осторожностью принял это объяснение. Он видел, через что я прошла за последние шесть месяцев, и, несмотря на тревогу, не мог не поддержать то, что хоть немного могло облегчить моё состояние. Он был готов на всё, если бы это помогло мне пережить потерю Эдварда.

И вот я сидела, скрестив ноги перед затухающим костром — Джейк слева, шаман справа. Остальные уже ушли, тихо спустившись по тропе. Билли перед уходом перекинулся с шаманом парой слов, время от времени бросая на меня настороженные взгляды, а потом тоже направился домой.

Я достала из кармана кусочек морского стекла, который всегда носила с собой. Я нашла его на пляже вскоре после того, как Эдвард ушёл, — во время одного из первых визитов в Ла-Пуш. Он привлёк моё внимание своим необычным цветом: оттенки топаза и янтаря с одной стороны постепенно переходили в глубокий оникс с другой.

Когда я его нашла, я плакала, но всё же положила стекло в карман — и с тех пор часто проводила по нему пальцем, когда воспоминания об Эдварде начинали ускользать.

Теперь я положила цветное стекло на землю перед собой и наблюдала, как отблески костра мерцают на его гранях.

— Ты готова? — спросил шаман.

Я кивнула, и он начал говорить — так же, как прежде. Перевода Джейка мне больше не требовалось: я уже понимала суть его слов. Вместо этого я сосредоточилась на стекле и подумала об Эдварде. Вспомнила, как мы впервые встретились на уроке биологии… ту ночь, когда он впервые появился в моей комнате… первый поцелуй.

И я тосковала по нему.

Тосковала по будущему, которого у нас не было… по жизни, которую мы могли бы прожить, если бы всё сложилось иначе.

Шаман протянул мне небольшой кусочек сморщенного коричневого гриба, и я лишь на мгновение замялась, прежде чем взять его и бросить в рот. Он был жёсткий и на вкус — как земля… очень плохая земля, если честно. Я поспешно проглотила его и снова сосредоточилась на стекле.

Прошло несколько минут, и ничего не происходило. Я слышала, как шаман тихо напевает, как полено падает в огонь, а где-то вдалеке о волны бьётся прибой.

Эдвард.

Я закрыла глаза — и почти увидела его лицо. Протянула руку, чтобы коснуться, — и он рассеялся в дымке. Меня накатила волна тошноты, я распахнула глаза, глубоко вдохнула, стараясь, чтобы меня не стошнило.

Края зрения расплылись, и я снова сосредоточилась на стекле, вглядываясь в его сверкающие грани, пытаясь увидеть там своё самое заветное желание.

Быть с Эдвардом.

Огонь треснул, и хотя я знала, что мы одни, я услышала ровный ритм барабана — сперва тихий, потом всё громче… и быстрее.

Я не отводила взгляда от стекла, и цвета начали закручиваться перед глазами: янтарь смешивался с чёрным в пульсирующих воронках, стекло будто расплавилось, закипело, цвета заполнили всё моё зрение.

Словно издалека я услышала, как Джейк зовёт меня:

— Белла, ты в порядке?

Я хотела ответить, но не могла. Моё тело застыло, барабанные удары гремели в голове, а глаза, широко раскрытые, продолжали смотреть в кипящее стекло. Цвета закручивались всё быстрее, заслоняя огонь… небо… лес… пока передо мной не остались только тёплый охристый… тёмно-золотой… и, наконец, всепоглощающее, окутывающее облако чёрного.

— Белла!