Глава 8. Мальчик с крысой (2/2)
«Одна просьба, Гарри».
– Да, Аннатар?
«Мы ведь не будем ограничиваться одним только Роном? Мы можем иметь много друзей».
Гарри улыбнулся своему отражению. Он был совершенно не против.
Когда они вернулись в купе, на лице Рона промелькнуло облегчение.
– Я думал, что ты не вернёшься, – признался он.
Гарри почувствовал укол вины. Как хорошо, что он не последовал совету Аннатара. Ему было жалко бросать нового товарища одного.
– Разве могу я бросить друга? – улыбнулся он.
У них снова завязался оживлённый разговор, который продлился до тех самых пор, пока их уединение не нарушила девочка с пышными и немного лохматыми волосами. Она напомнила, что пора бы переодеться в форму и отправилась на поиски какой-то жабы, которую потерял «мальчик по имени Невилл».
Саурон невольно порадовался, что Гарри не выбрал своим другом этого Невилла. Похоже, тут целый поезд недотёп. Он ничего не сказал Гарри, решив не мешать общению мальчиков. Майа напомнил о себе лишь когда мимо купе проходила продавщица со сладостями и напитками. После пробуждения он почувствовал себя просто жутко голодным. Гарри не поскупился и набрал всего побольше для своего нового и старого друга.
– А вы принимаете только галеоны или магловские деньги тоже? – спросил Гарри.
– И галлеоны, и магловские деньги, – ответила колдунья. – Но лучше галлеоны.
Мальчик запустил руку в карман и вытащил целую гость галлеонов.
– Ого, – вырвалось у Рона.
Саурон совершенно не был удивлен такой реакции. Он уже ждал, когда можно будет уличить этого мальчишку в корыстных намерениях. Продавщица сладостей отправилась к следующему купе, и Уизли задал вопрос:
– А какие у маглов деньги? Не галеоны?
– Фунты стерлингов, – с готовностью ответил Гарри, вытащив из кармана пару бумажек, что дал ему дядя.
Уже двое сказали ему сегодня не позволить волшебникам себя надурить. Дядя Вернон наверняка бы сейчас рвал и метал, увидев эту сцену. К счастью, его здесь не было. А Аннатар просто молчал и не говорил ничего.
– Вот эти бумажные штуки? – искренне удивился Рональд. – Во дают!
Мальчик не оправдал ожиданий Саурона и дяди Вернона. Рассмотрев магловские деньги и удовлетворив любопытство, он потерял к ним всякий интерес.
Ну что ж, ещё не вечер. Тёмный Властелин был уверен, что мальчишка в будущем покажет свою гнилую натуру. Ну не может же такого быть, чтобы ребёнок, донашивающий всё за братьями, не захотел воспользоваться богатством и славой друга. Все люди корыстны и злы, Саурон был в этом уверен.
Наконец поезд остановился. На перроне их уже дожидался Хагрид.
Вырисовывавшийся на фоне вечернего неба величественный замок первокурсники запомнили навсегда. От этого зрелища захватывало дух. Чем быстрее они приближались, тем сильнее Саурону хотелось попасть туда. Определённо, это была не просто школа. Гортхаур ощущал, что место это совершенно особенное. В нём даже дышалось свободнее! Майа взбодрился, почувствовав куда больший прилив сил, чем в Косой Аллее.
Находясь в таком месте, будет куда проще вернуться в форму. В Арде на восстановление уходили столетия, здесь же… Саурон даже с трудом мог представить, каких высот он достигнет, проведя в этом замке, скажем, лет десять. Что такое десять лет по меркам того, кто живёт вечность? Эти десять лет пройдут для него словно десять мгновений!..
Гомон толпящихся в холле первокурсников вывел Саурона из размышлений.
Это могли быть десять мгновений, находись он здесь один. Но в компании такого чрезмерного количества детей десять лет ощущается как двадцать лет, даже если ты бессмертный.
Из толпы детей вынырнул белокурый мальчуган в компании двух «громил». Он направлялся прямиком к Гарри.
«Вот с ним нам нужно подружиться!» – тут же сообщил своему подопечному Майрон.
– Драко Малфой, – наследник благородной фамилии протянул руку для рукопожатия.
Рон как-то подозрительно напрягся, а Гарри замер, смотря на протянутую руку.
– Ты же не хочешь завести неправильных друзей? – поинтересовался Драко, бросив красноречивый взгляд на Рона.
«Пожми руку, прояви дружелюбие», — посоветовал Аннатар. — «Нам нужна такая компания».
«Не хочу», — возразил мысленно Гарри. — «Он мне не нравится».
«Гарри!»
«Он задел Рона! Я не хочу дружить с этим Малфоем, он на Дадли с его компанией хулиганов похож!»
Драко вызвал у мальчика устойчивую ассоциацию с кузеном. Заводить с ним дружбу не хотелось категорически, как и принимать участие в его возможных «забавах». В прошлой школе хулиганы только и делали, что гоняли Поттера. Вступить в такую шайку самому хотелось едва ли не меньше, чем стать жертвой глупых розыгрышей.
– Знаешь, я тоже своего рода неправильный! – заявил Поттер, так и не ответив на рукопожатие.
Саурон ощутил злость. Он терпеть не мог, когда ему перечили, а Гарри воспротивился его воле уже второй раз за день. Будь у него сейчас собственное тело, Гарри получил бы хороший такой подзатыльник.
«Молодец, испортил с ним отношения, и тебя теперь начнут гнобить, как в прошлой школе», – флегматично произнёс Майрон. – «Тебя и этого Уизли с его крысой. Друзей завести не смог, зато завёл врагов».
Гарри лишь на мгновение дрогнул, но не поддался и остался при своём мнении.
«А если бы подружился с ними…» – Саурон даже не успел договорить, как его перебили.
«То мог бы гнобить Рона вместе с этой троицей, да?! Нет уж, Аннатар! Я ни за что не буду дружить с Малфоем».
«Ещё раз перебьёшь, и ты не будешь дружить со мной», – резко сказал Тёмный Властелин.
Гарри даже вздрогнул. Он совсем не привык к тому, чтобы приятный низкий голос его друга звучал так сурово и грозно.
«Извини, я больше не буду».
Но ответом мальчику стало молчание.
«Я больше не буду, честно! Прости меня, Аннатар! Ты мой самый лучший друг, я очень рад, что ты со мной. Не сердись на меня, пожалуйста».
Остаться одному стало так страшно, что Гарри был готов почти на всё. Мальчик привык, что рядом всегда есть невидимый друг, который поможет и поддержит в сложный момент. Разлука с ним казалась невыносимой.
Поттер ощутил укол вины. Быть может, он в самом деле слишком много внимания уделял Рону и совсем забыл про того, кто находится рядом днем и ночью?
«Ну хорошо», – милостиво даровал прощение Аннатар.
Гарри ощутил облегчение. Главное, чтобы Аннатар не сердился. В конце концов, ссориться с тем, кто находится в твоей голове, по меньшей мере глупо.
Саурон немного сожалел, что Поттер упустил такой прекрасный шанс завязать дружбу с Малфоем. Что ж, дети быстро мирятся… он надеялся.
Наконец к шумной толпе детей вышла высокая ведьма в остроконечной шляпе. Она окинула новоиспеченных студентов таким строгим взглядом, что им резко расхотелось шуметь. Профессор Макгонагалл понравилась Саурону с первого взгляда. На уроке у такой ведьмы не забалуешь!
Профессор рассказала, что ждёт детей и повела их в главный зал на церемонию распределения. Когда они вошли внутрь, Гарри показалось, что он попал в сказку. Парящие свечи и бескрайнее небо прямо под потолком.
Но было кое-что, из-за чего мальчик не мог по-настоящему насладиться этой красотой. Он испытывал такое сильное волнение, что подгибались колени. Гарри казалось, что когда настанет его черед, он выйдет вперёд и просто брякнется в обморок. Если бы профессор вызвала его первым, так бы и произошло. И даже голос Аннатара едва мог привести его в чувства.
Мальчик понятия не имел, какой факультет ему подойдёт. А если нужно говорить это шляпе самому? Рон уже поделился тем, что собирается поступать на Гриффиндор, ведь там уже обучаются все его многочисленные братья.
Тем временем очередь Гарри неумолимо приближалась. Макгонагалл вызвала Драко Малфоя, с которым Поттер имел неудовольствие познакомиться совсем недавно. Шляпа, едва коснувшись его головы, сразу же объявила «Слизерин!!!».
– Все злые колдуны и волшебники учились на Слизерине, – прошептал на ухо Рон. – Сам-знаешь-кто тоже учился там.
Саурон испытал непреодолимое желание скормить Рону его же крысу, чтобы заставить заткнуться. Вот кто просил его говорить это в столь ответственный момент?! Теперь помимо всего прочего Гарри боялся ещё и попасть на Слизерин.
«Ты же не собираешься довериться словам какого-то мальчишки?» – спокойно поинтересовался голос совести. – «У тебя ведь есть собственное мнение?»
«Я-я не знаю… Я ничего не знаю, Аннатар!»
Скорее всего Слизерин в самом деле не очень подходит Гарри. Саурон во время чтения учебников глазами мальчика успел узнать не так много о факультетах, но он уже видел, что Дадли и то больше тянет на злого волшебника, чем Гарри. Хотя у последнего и случались изредка вспышки гнева, но виной тому не злоба, а обостренное чувство справедливости.
«Тогда доверься шляпе и своей интуиции. И ради всего святого, выброси из головы слова этого Рона! Ничего дурного не произойдёт, если ты попадёшь на Слизерин. У тебя ведь есть я – голос твоей совести».
«Или голос жадности», – весело подумал Гарри, немного успокоившись.
«Одно другому не мешает», – не стал спорить майа. – «В любом случае, ты не один. Вместе мы справимся с чем угодно. Уверен, на Слизерине обучалось и немало хороших людей».
Слова Аннатара слегка упорядочили разрозненные мысли в голове. Поттеру хватило сил, чтобы добраться до шляпы и взгромоздиться на стул. Он даже не упал в обморок от волнения, когда заколдованная шляпа оказалась на голове! Мальчик счёл это за успех.
Непередаваемые ощущения. Чувствовать на своей голове живое существо – то ещё удовольствие.
Гарри зажмурился и прикусил губу. Он не знал, что сейчас должен делать, чтобы шляпа сделала правильный выбор, а с закрытыми глазами переживать всё это было не так страшно. Саурон даже не стал напоминать ему о необходимости держать лицо, когда на тебя смотрит такая большая толпа людей. Уже знал, что это бесполезно. Мальчик слишком напуган и взволнован, чтобы добиться от него чего-то путного. Хорош ученик, ничего не скажешь.
– Так-так, что тут у нас? – донеслось сверху.
Гарри резко распахнул глаза, поняв, что это говорит шляпа. Он боялся даже дышать, чтобы не испортить ничего.
Выполняя свою работу, шляпа не подозревала, что это поистине удивительный момент. И дело даже не в том, что она выбирала подходящий факультет для Мальчика-который-выжил. В теле этого самого мальчика находилось аж три души. К счастью, два темных духа остались незамеченными. Один из них был слишком слаб, чтобы быть замеченным, а другой сам не желал, чтобы его заметили. Саурону совсем не хотелось, чтобы шляпа вместо объявления факультета для Поттера завизжала от ужаса. Подобрать факультет для столь злого и порочного создания она едва ли смогла бы, ведь была создана распределять детей, а не выискивать крупицы добра в душах, что чернее ночи.
И уж тем более Саурону было не нужно, чтобы об их с Гарри соседстве узнали преподаватели Хогвартса и попытались их разлучить. Самостоятельно занять новое тело он бы сейчас не смог, и процесс восстановления сильно замедлился.
– Гриффиндор!!! – громогласно объявила шляпа.
Гарри выдохнул с облегчением и соскользнул со стула, направляясь к длинному столу, где его дожидался Рон с братьями и уже знакомая девочка с пышными волосами.
«И почему я не удивлен?» – подумал Майрон.
Пожалуй, Гарри Поттеру действительно место на Гриффиндоре. Саурон с самого начала догадывался об этом, хотя для него оставалось загадкой, как этот мальчик, живя с такими мерзкими родственниками, не испортился и не потерял свои лучшие черты. Даже наличие весьма сомнительного наставника в лице «голоса жадности» никак этого не изменило.
Саурон мог по пальцам пересчитать случаи, когда ему попадались люди, настолько сильные духом, что они не менялись под натиском его дурного влияния. Мало воинов и королей, обладающих таким качеством. А тут не король и даже не воин, а обычный ребенок, живущий в приемной семье! Как так?! Тёмный Властелин мог своими глазами наблюдать становление этой личности, но даже так это оставалось для него загадкой.
Ко злу можно склонить кого угодно, Саурон был в этом уверен. Искажению нельзя противостоять.
Но почему он так решил? Потому что сам когда-то поддался злу, ведомый гордыней и тщеславием?
Майрон всегда считал себя особенным, лучшим из лучших. По большому счету так оно и было. А Гарри… «Просто Гарри» – так сказал о себе мальчик, услышав новость о том, что является волшебником.
Саурон отринул от себя эти мысли. Не стоит об этом думать.
Тем временем Гарри поднял взгляд на стол преподавателей. Оттуда ему с отеческой заботой улыбался директор Дамблдор. Мальчик ощутил тепло у себя в груди. Его так легко приняли в школу, наверное, профессор Макгонагалл была права – факультет действительно станет для него семьей.
Но неожиданно шрам на лбу пронзила боль. Гарри нахмурился и потер лоб. Ощущения были такие, будто дядя Вернон решил просверлить своей любимой дрелью дырку прямо у него во лбу!
«Не переживай, сейчас всё пройдёт», – заботливо прозвучал в голове голос Аннатара.
И в самом деле, после его слов боль резко пошла на убыль.
«Что это было?» – спросил мальчик, переводя дыхание. – «Как будто это сделал кто-то из преподавателей».
«Если один из твоих преподавателей Волдеморт, то ты абсолютно прав!»
Поттер едва не подавился тыквенным соком.