Глава 9. Будильник, который не выключить (1/2)
– Что это с тобой? – участливо спросил Рон с набитым ртом.
– Едва не подавился, – произнес Гарри, ощущая внутри себя настроение своего невидимого друга. Аннатар испытывал отвращение и неприязнь, видя, как ест Рон. А может испытывал отвращение к самому Рону, это Гарри ещё не разобрал.
Поттер поспешно отвел взгляд, чтобы не видеть, как Уизли рядом с ним ест сразу две куриные ножки. Гарри не понимал, в чём причина такой неприязни, но решил ее не провоцировать. Казалось бы, Аннатар тоже имеет пристрастие к еде. Причем настолько сильное, что то и дело подбивает устроить перекус. Увы, но любовь к еде не сплотила этих двоих. Гарри решил отложить на потом попытки смягчить своего ангела-хранителя. Сейчас была проблема поважнее.
«Так при чём здесь Тот-кого-нельзя-называть?» – продолжил диалог с Аннатаром мальчик.
«О, у тебя с ним очень сильная связь! Почти как со мной. Думаю, когда-нибудь ты можешь услышать его голос в своей голове так же, как слышишь мой».
Такие новости совсем не радовали Гарри! Даже есть как-то резко расхотелось. В его голове уже роились сотни вопросов. К счастью, Аннатар успел всё разъяснить раньше, чем Поттер успел их высказать.
«В твоём теле сейчас находится три души. Это ты, я и осколок души темного лорда. Он попал к тебе по чистой случайности в тот самый момент, когда пытался тебя убить. Ты сейчас почувствовал боль, потому что связь с другой частицей его души обострилась. Вероятно, Волдеморт действительно находится где-то рядом».
Одна новость хуже другой! Гарри побледнел. Самый жуткий злой волшебник на свете находится где-то поблизости и хочет убить его, Гарри! Нет, не так. Самый жуткий злой волшебник находится одновременно внутри Гарри и при этом ещё где-то поблизости! И хочет его убить!
«Но с уверенностью могу сказать, что он слишком слаб, чтобы тебя убить. Особенно пока мы с тобой вместе. Как ты мог заметить, я сейчас очень успешно придавил тот осколок души Волдеморта, что находится внутри тебя. Со мной ты в полной безопасности».
«Но почему ты не говорил этого всего раньше?» – возмутился мальчик.
«Гарри, радость моя, ты и так жил под одной крышей с семейством противных троглодитов, мне не хотелось радовать тебя новостью о том, что ты соседствуешь не только с ними, но и с убийцей твоих родителей. К тому же, до сегодняшнего дня осколок его души не заявлял о себе».
Поттер наконец кое-как смог прийти в чувства. Аннатар как всегда заботится о нём. Как хорошо, что он не остался один на один с Тем-кого-нельзя-называть. Неплохо бы отблагодарить своего защитника.
«Что бы ты сейчас хотел?» – спросил мальчик, обводя взглядом щедро накрытый стол.
«Я уж думал, ты и не спросишь! Хочу вон тот тыквенный пирог и мясо. Много мяса!»
Гарри робко улыбнулся и протянул руку за пирогом. Что ж, они могут обсудить Волдеморта и позже, когда пир закончится. А сейчас надо хорошенько перекусить. Наконец-то у Гарри появилась возможность угощать своего невидимого друга, есть что захочется и сколько захочется. Аппетиты у Аннатара были впечатляющие. Гарри съел весь тыквенный пирог, гору сладостей и почти все куриные ножки, что находились на большом блюде рядом с ним. Съел и не заметил, будто поужинал лишь миской салата! А когда пришло время вставать из-за стола, он ощутил такую лёгкость, словно мог летать. Кажется, ему впервые удалось накормить Аннатара досыта.
«Будешь продолжать в том же духе, мы с тобой действительно полетаем».
Гарри попытался представить, каким большим должен быть Аннатар, чтобы так много есть. Наверное, таким, как Хагрид. Что ж, он был не далек от истины.
Староста проводил первокурсников в башню Гриффиндора, попутно рассказывая правила. Движущиеся лестницы, живые портреты, настоящие привидения и даже полтергейст! Поттер ощущал себя так, будто попал в сказку.
Вещи уже дожидались юных гриффиндорцев в спальне. Саурон с неудовольствием отметил, что это была общая спальня, в то время, как им с Гарри нужен простор и уединение. И отсутствие в непосредственной близости мальчика с крысой, а также мальчика с жабой. Это же с ума сойти можно, если круглые сутки находиться среди детей! Был только первый день, а майа уже чувствовал, что устал от них всех.
Когда дети улеглись по кроватям, у них с Гарри наконец появилось немного времени для общения.
«У нас с тобой имеется проблема посерьезнее Волдеморта, счастье моё».
Гарри резко распахнул глаза. Нет, Аннатар наверняка получал удовольствие, выводя его своими новостями из равновесия.
«Мы с тобой не можем жить с такой толпой детей в одной комнате! Нам срочно нужно будет что-то предпринять. Ты знаменитость, быть может, для тебя сделают исключение и согласятся отселить в отдельную спальню?»
Мальчик был не против того, что у его лучшего друга появляются желания, и он становится более активным. Но иногда эти желания шли вразрез с его собственными. По правде говоря, Гарри вовсе не хотелось съезжать из этой общей спальни. Ему нравилось, что теперь есть с кем поговорить. Тут Рон. Да и остальные мальчики настроены очень дружелюбно.
«А если мы с тобой захотим поговорить? А если захотим поколдовать? Предпочтешь прослыть сумасшедшим вместо того, чтобы переселиться в отдельную комнату?»
Они действительно часто говорили вслух, когда были одни. Если вести тот же образ жизни, что наладился у них пару месяцев назад, то в самом деле будет удобнее жить отдельно.
«Но мне правда нравится тут… Мы можем хотя бы не торопиться с этим? Если мы попросим переселить нас вот так сразу, о нас нехорошо подумают».
Гарри перевернулся на бок. После сытного ужина его начало клонить в сон. Сегодня был такой насыщенный день.
«И всё же скажи про Того-кого-нельзя-называть. Ты хорошо его… придавил?» – осторожно поинтересовался мальчик.
В каком бы плачевном состоянии ни пребывал Саурон, ему сейчас было доступно куда больше, нежели осколку души Волдеморта. Он, в отличие от последнего, по крайней мере был целым, мог взаимодействовать с хозяином тела и даже с его позволения использовать левую конечность. А ещё мог задавить своей силой ненавистного соседа, который имел наглость доставить Гарри дискомфорт за праздничным ужином.
«Так придавил, что он едва может вздохнуть», – ответил голос совести. – «Увы, избавиться от него навсегда куда сложнее, чем придавить. Но в любом случае переживать тебе не о чем, я всегда смогу тебя защитить, золотце».
Мальчик улыбнулся и обнял подушку. Как же хорошо, что рядом есть Аннатар. И как же жаль, что его нельзя обнять.
У Гарри сердце пело всякий раз, когда он слышал приятные слова в свой адрес. Мальчик так привык к издёвкам и придиркам родственников, за одиннадцать лет они никогда не говорили ему ничего хорошего, даже когда он был совсем крохой. Лишь с появлением Аннатара ситуация с Дурслями начала волшебным образом меняться. А ещё теперь Гарри был не «дрянным мальчишкой» и «психом», а «солнышком», «золотцем», «прелестью» и «счастьем». Один лишь Аннатар знал, насколько сироте приятно всё это слышать. Знал и поэтому никогда не скупился на ласковые слова. Избалованный вниманием матери Рон ворчал на миссис Уизли, когда та публично проявляла заботу. Возможно, Молли и не всегда успевала исполнять в точности все желания своих детей, но они никогда не были обделены материнской любовью. Поттер безбожно завидовал другу. Будь у него возможность обнять своего невидимого защитника, он бы не отлипал от него целыми днями.
Гарри спокойно уснул, даже не подозревая, что с пробуждением Аннатара его свободная жизнь закончилась. У голоса совести имелись грандиозные планы на его счет. И началось исполнение этих планов куда раньше, чем мальчику бы хотелось.
Саурон разбудил его с рассветом. До этих пор Поттеру ещё никогда не приходилось настолько рано вставать. Да, до недавних пор он всегда вставал раньше Дурслей, чтобы помочь по хозяйству и привести в порядок лужайку у дома. Рано, но не с рассветом!
– За что-о? – тихо простонал мальчик в подушку.
«Ты меня ещё поблагодаришь за это! Давай вставай скорее, пока я не выпустил на тебя Волдеморта!»
– Ты же не сделаешь этого, Аннатар? – шепотом спросил мальчик, мигом оторвав голову от подушки.
«Разумеется, не сделаю. Но как быстро ты встал!»
Угрюмый мальчик начал неторопливо одеваться, стараясь не разбудить однокурсников. И чего это Аннатару не спится? Сначала пропал аж на целый месяц, а теперь, видите ли, решил просыпаться с рассветом! Нет совести у этого голоса совести!
Гарри собрал в сумку книги, но потом понял, что не знает, какие сегодня уроки, а тащить всю стопку книг ну никак не хочется. Да и в потемках вообще не видно, что в сумку кладешь.
– Ради чего мы хотя бы встали в такую рань?! – недовольно поинтересовался мальчик.
– Да черт тебя знает, Поттер! – донеслось с соседней кровати.
– Извини, Симус, – шепотом сказал Гарри, стараясь быть тише.
Он собрал в охапку вещи и тихонько двинулся в сторону выхода, чтобы до конца одеться уже в коридоре и никому не помешать. Поттер зашел умыться, а потом неторопливо спустился в гостиную факультета.
«Если мы хотим отселиться так, чтобы никого не обидеть, нужно, чтобы инициатива исходила от твоих сожителей. Никому не хочется жить с тем, кто встает ни свет ни заря и шумит по утрам. Это во-первых. Во-вторых, сегодня наш первый день, и ты должен произвести хорошее впечатление, а ты заранее вещи не приготовил, книги не собрал и предметы не повторил. Ну и в-третьих, я хотел тебе показать, что будет, если ты не станешь меня слушаться. Мне не понравилось, как ты себя вёл вчера».
«Я ведь извинился, Аннатар! И ты думал о том, что свободной спальни для нас одних может не быть?!»
«Разумеется, свободной спальни нет. Но это вовсе не значит, что у нас с тобой личной комнаты не будет».
Мальчик даже остановился, пытаясь сонной головой осмыслить сказанное. Иногда Аннатар говорил такие вещи, что сразу не сообразишь. Голос совести строил далеко идущие планы, за которыми и не угнаться. Видимо, это один из таких случаев.
Гарри тихо простонал, медленно спускаясь по лестнице. Ему больше всего на свете хотелось бы забраться обратно в постель и спать дальше. Но Аннатара не переспоришь. Да и опасно спорить. Кто знает, в котором часу он решит разбудить завтра?
К его величайшему удивлению, в гостиной факультета в такой ранний час кто-то был.
– Привет, – тихонько поздоровался Гарри. – А ты чего не спишь в такое время?
Это оказалась та самая девочка, что в поезде помогала Невиллу искать жабу. Гермиона Грейнджер сидела в кресле в окружении учебников и тихонько бормотала что-то себе под нос. Она вскинула голову, услышав чужой голос.
– Доброе утро, Гарри! Сегодня первый учебный день, и я жутко волнуюсь, поэтому решила встать пораньше, чтобы повторить всё, что выучила вчера.
«Она ещё и учила заранее!» – поразился про себя Гарри. – «А у нас ведь ещё ни одного задания не было!»
«Тебе тоже не помешало бы прилагать больше усилий. Я гляжу, без меня ты совсем расслабился!» – прервал поток его размышлений Аннатар.
– Я не учил, но присоединюсь к тебе и прочитаю всё ещё разок. Не подскажешь, какие у нас сегодня предметы?
Гарри плюхнулся в кресло и вытащил из сумки ту кучу вещей, что успел запихать в потемках. Вместо трансфигурации и зельеварения у него с собой оказались математика и французский язык. Мальчик хлопнул себя по лбу, поняв, что придется вернуться в общую комнату и вновь потревожить своим шуршанием спящих однокурсников. Коварный план Аннатара работал даже не смотря на то, что Гарри вовсе не хотел быть его частью.
– Я сейчас, – тихо буркнул Гарри, собрав магловские учебники обратно в сумку и встав со своего места.
– А почему ты их вообще взял? – удивилась девочка, глядя на страдания Гарри.
Больше всего на свете она любила учиться и узнавать новое. Но даже ей не пришло в голову взять с собой обычные учебники. Гермиона так загорелась изучением магии, что напрочь позабыла обо всем на свете. Теперь же она сидела и поражалась тому что эта прекрасная идея пришла в голову Гарри, а не ей.
– Можно сказать, меня заставили. Дядя считает, что я добьюсь чего-то в жизни только если стану инженером. А фокусники, как он сказал, получают гроши. Поэтому после Хогвартса я пойду учиться в колледж. Я и до этого туда хотел… Наверное. Не знаю.
Гарри уже ни в чем не был уверен. Недавно будущее инженера казалось ему почетным и престижным, раз даже дядя Вернон так вдохновенно об этом рассказывал. Но теперь он попал в самую настоящую сказку. Если бы не Аннатар, юный гриффиндорец напрочь забыл про всё «магловское». Но вместе с голосом совести даже математика и французский язык давались легко. Аннатар оказался превосходным учителем! Гарри и не догадывался, как ему повезло. Можно по пальцам пересчитать тех, кого Саурон обучал сам. Все его ученики были величайшими королями людей и эльфов, все они вошли в историю. Кого-то Тёмный Властелин обучил ремёслам, кого-то тёмной магии, кого-то тактике и ведению боя. Гарри же повезло больше. Гортхаур его воспитывал и собирался учить всему, что знал сам. Начиная с этикета, математики и заканчивая магией. Саурон ещё не определился, заберёт ли он тело Поттера себе, но решил пока не терять шанс вырастить идеального слугу. Талантливого, сильного и преданного всей душой.
Слова Гарри перевернули весь мир Гермионы. Она уже представляла себя в будущем великой ведьмой и совсем позабыла о недавней мечте стать археологом.
Возможно, она и не станет археологом, а действительно будет великой ведьмой. Существует ли какой-то волшебный колледж, чтобы продолжить учиться после Хогвартса? Или ей лучше подумать о том, чтобы поступить в обычный университет? Мисс Грейнджер было всего одиннадцать лет, и она, как все дети, мечтала о том, как станет кем-то значимым, когда вырастет. Дети маглов мечтали стать космонавтами и певцами, а в волшебном мире дети хотели стать известными игроками в квиддич, аврорами и просто великими магами.
Когда Гарри поднимался по лестнице в спальню мальчиков, Гермиона всё ещё сидела, глядя широко распахнутыми глазами перед собой. Кажется, она так увлеклась магией, что упустила из внимания что-то очень важное.
Саурон же остался доволен произошедшим. Эта маленькая волшебница хоть и была ещё слишком юна, выглядела многообещающе. А Гарри, сам того не ведая, подсказал ей правильный путь. Одной магией сыт не будешь! Саурон подозревал, что абсолютное большинство волшебников будет совершенно беспомощным, если отобрать у них волшебные палочки. Они этого совершенно не осознавали, даже если буквально ткнуть носом в неприятную правду.
Тем временем Гарри добрался до спальни, где напоролся на поток недовольства со стороны однокурсников. Он спешно собрал учебники и вылетел из комнаты, чтобы больше не шуметь.
«Вот ведь устроил ты мне весёлую жизнь!» – возмутился Поттер, второй раз за утро спускаясь по лестнице. – «А если они нас из комнаты выселят, а заселиться потом будет некуда? Об этом ты подумал?!»
«Разумеется, подумал. И даже сделал так, чтобы об этом подумал ты», – с легкой насмешкой отозвался голос совести. – «Не будешь же ты всякий раз полагаться на меня? Вдруг я ошибусь?»
Эмоции Гарри в этот момент едва ли можно было описать. Он потряс кулаком воздуху перед собой и, злобно пыхтя, поспешил вниз. Аннатар разбудил его в такую рань и устроил всю эту суету лишь ради того, чтобы преподать урок!
«Не только ради этого, но в целом да».
Кто же знал, что голос совести может быть таким злопамятным? Гарри вновь занял кресло рядом с притихшей Гермионой и погрузился в чтение учебников. А через час на верхних этажах башни послышался шум – студенты просыпались и начинали собираться на занятия.
– Приятно всё-таки вставать пораньше. Сейчас наверняка большая очередь в ванную комнату, – произнесла Гермиона, отложив в сторону учебник по трансфигурации и взявшись за зельеварение.
– А я бы лучше поспал подольше, – пробурчал Гарри, не разделяя оптимизма девочки.