Глава 18 (1/2)

OneRepublic — Didn’t I

Didn't I, didn't I, didn't I love you?

Didn't we, didn't we, didn't we try?

Know that I, know that I still care for you

But didn't we, didn't we say goodbye?

— Ради Бога, Беллз, сделай лицо попроще, умоляю!

— Теперь тебя и лицо моё не устраивает? — буркнула она, прибавляя громкость радиоприёмника пикапа.

Из динамиков доносилась какая-то незнакомая, чересчур бодрая поп-рок песня. Подхватив ритм, Белла, с преувеличенным, пассивно-агрессивным энтузиазмом, начала постукивать пальцами по рулю, энергично тряся головой из стороны в сторону.

Краем глаза она заметила, как отец закатил глаза на её очевидное паясничество.

— Я ведь, в конце концов, не на расстрел тебя везу, — вздохнул Чарли и, нахмурив брови, потянулся вниз, чтобы убавить громкость обратно. — И я не заставлял тебя ехать, разве нет?

— Нет, — раздражённо покачала она головой. — Всего лишь «мягко» надавил на то, что для Билли я как дочь, и он ужасно расстроится, если я демонстративно откажусь присутствовать на его юбилее из-за какого-то там парня, даже несмотря на то, что этот «какой-то там парень» — его грёбаный сын, и…

— Ну, значит, это твоё решение, — саркастично улыбнулся отец, «красноречиво» закрыв тему, и перевёл взгляд на дорогу перед собой.

В ответ она лишь недовольно фыркнула: они оба друг друга стоили.

С обеих сторон от дороги, ведущей в резервацию, густыми рядами раскинулись высокие деревья.

Вдыхая густой, свежий лесной воздух, уже полностью окутавший салон автомобиля, Белла изо всех сил старалась привести свои растрёпанные чувства в порядок, но тревога заставляла сердце звенеть острыми льдинками у самого горла.

Грустнее всего было осознавать, что эта самая дорога, на пути которой Свон выучила наизусть буквально каждый указатель, каждый поворот, каждый камешек — сейчас была связана для неё не с теми прекрасными, безумно тёплыми воспоминаниями о времени, проведённом со стаей, с Эмили, с Билли, с Джейкобом…

Сейчас она думала лишь о том, что в последний раз, когда она была у дома Блэков, она видела Джейкоба в компании какой-то девушки, его девушки, судя по всем указывающим на это признакам.

Что, если сегодня она будет там, с Джейкобом? Вероятнее всего, будет. Как же Белла справится со всем этим? Как сможет перетерпеть всю ту боль, ревность, обиду, что уже поджидали её на том самом крыльце, злорадно потирая в предвкушении мерзкие ручонки? Сможет ли она быть достаточно взрослой, мудрой, всепрощающей — такой, какой и хотела — какой в итоге и обязана была стать, хотя бы со временем? Станет ли она именно сегодня этой «Новой Леа», как и предрекала Эмили в том давнем разговоре?

Что ж, до того, как она всё это выяснит, оставалось не больше пяти минут.

Она предельно чётко решила для самой себя, что не станет задерживаться надолго: лишь поздравит Билли, перекинется парой слов с ребятами из стаи, особенно с теми, кого уже давно не видела (если, конечно, после всего произошедшего они всё ещё хотели с ней разговаривать), побеседует с Эмили, тоска по общению с которой накрыла с новой силой после их недавнего телефонного разговора и, закончив дела, благополучно ускользнёт из виду, как только представится удачная возможность.

Для этого она предусмотрительно уговорила отца поехать на её пикапе, и он согласился без особого сопротивления, наверняка, даже обрадовавшись, ведь это означало, что она не будет выпивать алкоголь, а он, напротив, сможет как следует расслабиться и отдохнуть. Если бы дело было только в этом, она бы радовала его подобными решениями гораздо чаще…

Возможно, ей вообще удастся избежать Джейкоба и его новую пассию. Кто знает? Народу, наверняка, будет тьма тьмущая — у квилетов была традиция собираться огромными компаниями, и Белла не сомневалась, что на своё пятидесятилетие Билли соберёт всех, кого знал. Тем неприятнее для него было бы узнать, что дочь его лучшего друга, за которой он приглядывал, о которой заботился с самого глубокого детства, предпочла в такой важный для него день какие-то другие дела.

Отступать было некуда. И, чем ближе становился старенький, скрипучий «шевроле» к заветному одноэтажному домику из бордовых деревянных панелей, тем крепче и болезненнее сжимался узел волнения и тревоги, затянутый в самом центре солнечного сплетения.

Когда деревья стали редеть, а потом и вовсе расступились, являя взору знакомые строения, Белла громко сглотнула и с тревогой посмотрела на Чарли: тот, со свойственной ему трогательной неловкостью, вяло улыбнулся ей, судя по всему, в неумелой попытке подбодрить, и с усталым вздохом отстегнул ремень безопасности.

Выбравшись из машины, Белла нервным жестом отдёрнула вниз серое обтягивающее платье, которое сейчас казалось ей невыносимо вульгарным, коротким и неудобным. Она никогда не стремилась выглядеть «по-девчачьи», отдавая предпочтение неброским, не привлекающим лишнего внимания вещам, но именно сегодня, когда, с едва сдерживаемыми досадой и злостью, вертелась у зеркала, сетуя на всё на свете: свою дурацкую внешность, дурацкие проблемы, дурацкую судьбу, дурацких парней… Именно тогда вдруг решила, что, если не может избежать этой нежелательной встречи с бывшим (и, вероятно, его «нынешней»), то должна хотя бы чувствовать себя уверенно. Насколько это вообще возможно в её конкретном случае.

Проведя у зеркала ещё добрых сорок минут, она хваталась за всё, что попадётся под руку: консилер, румяна, тушь… Она даже умудрилась нарисовать себе две вполне сносные стрелки — благо, ранний подростковый возраст, полный экстремального любопытства и многочисленных экспериментов с увесистой маминой косметичкой, совместно с навязчивым подражанием героиням фильмов эпохи «старого Голливуда», не прошли даром.

Натянув на слегка пополневшие и округлившиеся бёдра серое вязаное платье чуть выше колен с длинными рукавами, которое появилось в её гардеробе лишь ради того, чтобы Рене перестала устраивать истерику о его покупке на весь торговый центр, Белла всё равно осталась недовольна — но подумала, что так сможет чувствовать себя хотя бы чуточку привлекательнее, женственнее, а оттого и увереннее.

Ох, как же сильно она ошибалась! Теперь, пребывая в непривычном и некомфортном для себя облике, она нервничала лишь сильнее, и это проявлялось во всех ненавистных ей реакциях тела на стресс: одёргивание платья, кусание губ, бесконечное приглаживание волос, заламывания кистей рук. Даже Чарли, обычно не слишком обращающий внимание на подобные вещи, нахмурившись, тихо сказал, когда они медленно шли по дорожке, ведущей к крыльцу:

— Беллз, успокойся. Ты замечательно выглядишь.

— Спасибо, пап, — одними губами ответила она, позволив себе слегка улыбнуться.

Чарли точно знал, что делал, поскольку искренняя улыбка, вызванная его, казалось бы, вынужденным комплиментом, ещё оставалась на её губах, когда, войдя в дом, они наткнулись прямо на Билли, как раз выехавшего на коляске в прихожую, судя по всему, завидев долгожданного лучшего друга ещё из окна.

— А вот и ты, старый засранец! — не растерявшись, воскликнул Чарли, и сразу наклонился к Билли для долгих и крепких дружеских объятий. Они похлопывали друг друга по спине, по-ребячески посмеиваясь над взаимными подтруниваниями.

— Да я даже в свои пятьдесят выгляжу лучше тебя, дряхлый усатый ловелас!

— Только если это помогает тебе лучше спать по ночам, развалина.

Всё это длилось ещё пару минут, и Белла терпеливо стояла в дверях, нервно оглядывая пространство. В доме было темно и тихо, и лишь приглушённая вибрация, отзвуки голосов и гул музыки сообщали о том, что вечеринка проходит на заднем дворе, недалеко от гаража Джейкоба, наполненного самыми дорогими для Беллы воспоминаниями.

Вдруг из кухни послышался звон посуды, а спустя несколько секунд в прихожую вышла высокая фигура: сначала Белла решила, что человек ей незнаком.

Стройное, мускулистое, но при этом довольно женственное телосложение, которое весьма комплиментарно подчёркивалось обтягивающими чёрными джинсами и тёмно-зелёным кроп-топом с глубоким декольте. Девушка с тёмными волосами, отстриженными под стильное каре, застыла в коридоре, держа в руках несколько контейнеров с едой, сложенных друг на друга, и внимательно, не отводя взгляд, рассматривала прибывших гостей, главным образом Беллу.

Догадка о том, кем являлась незнакомка, почти моментально была подтверждена Билли:

— Леа! — окликнул он, жестом подзывая девушку к себе, когда Чарли выпрямился, приглаживая смятую долгими объятиями одежду. Отец явно не был удивлён её появлением, приветственно ей улыбнувшись. — Ли, иди сюда. Смотри, кто пришёл. Ты знакома с Беллой Свон?

— Здравствуй, Чарли, — поздоровалась та, и на секунду Белле показалось, словно девушка тщательно маскирует неприязнь.

Кивнув, отец молча указал жестом, что направляется к месту собрания гостей, и Билли точно так же молча кивнул ему в ответ.

Какое-то время девушки смотрели друг на друга, не говоря ни слова: Белла не могла прочесть по лицу новой знакомой, в каком ключе стоит начать общение — привычно дружелюбном, или, скорее, сдержанном. Но, слегка прищурив красивые тёмные глаза, Ли вдруг весело присвистнула:

— Ничего себе яйца у тебя, Свон, раз заявилась сюда!

Раскрыв рот от удивления, Белла молчала, не понимая, что означало данное «приветствие». Это вообще приветствие?

— Это я её позвал, — со спокойной улыбкой ответил Билли, взяв явно неловкую ситуацию в свои руки. — И очень рад здесь видеть. Привет, милая.

Слегка тряхнув головой и придя в себя, Белла обняла отца Джейкоба, отрывисто чмокнув в щёку:

— С Днём Рождения, Билли.

— Иди, — он энергично похлопал её по спине. — Там уже все ребята собрались. Эмили заждалась тебя, места себе не находит!

Леа лишь хмыкнула и, по-модельному завиляв бёдрами, удалилась через гостиную к заднему входу во двор, так и не рассекретив своего отношения. Всё ещё прокручивая в голове брошенную той фразу, Белла расценивала сказанное как негативное, так и позитивное одновременно.

«В крайнем случае, всего лишь ещё одна красотка, испытывающая ко мне неприязнь из серии «просто потому что»» — с печальной иронией подумалось ей.

«У меня таких уже целая команда набралась».

Правда, одна из них уже месяц как лежит в…

Не успев закончить в голове мысль, она вдруг влетела в кого-то у самой двери. Едва поток свежего воздуха и волна звука захватили её и унесли с собой на улицу, как дверь захлопнулась обратно, откинув сквозняком волосы у лица. В ноздри ударил знакомый, но уже порядком подзабытый запах домашнего уюта, дерева, ванили, выпечки и травяного чая: так пахла только Эмили Янг и её вечно строящийся дом.

Замерев с пустой пластиковой тарелкой в руках, девушка поспешно отпрянула, но, сфокусировав взгляд, тут же бросилась обратно Белле на шею:

— Белла! — воскликнула она, обнимая и раскачивая их обеих из стороны в сторону. — Ну наконец! — она почти задыхалась.

— Привет, Эмили, — тихо ответила Свон, не сдерживая счастливой улыбки: да, это именно то, зачем она сюда приехала, и сделала бы то же самое снова ещё хоть тысячу раз.

Подруга была одета в лёгкое, пышное цветастое платье, и Белле сразу же стало легче: она не одна решила сегодня принарядиться, поэтому не выглядит в своём одеянии так уж глупо. Она машинально оттянула ткань платья вниз.

— Прости, — смущённо улыбнулась Эмили, осторожно отстраняясь: она едва не подпрыгивала на месте. — Просто я так соскучилась! Ты так замечательно выглядишь! У тебя стрелки! Вот это да!

— Спасибо, — пробормотала Белла, настороженно всматриваясь в стеклянную вставку закрытой двери во двор, но видела только неразборчивые мелькающие силуэты и отблески костра. Она лишь смогла определить, что народу действительно много, и вновь, незаметно для собеседницы, вернула всё своё внимание в их разговор. — Я тоже соскучилась, Эм. Ну как ты? Новости?

— Помимо «свадьбы с датой»? — они опять захихикали над «их» шуткой. — Конечно! Уже не терпится… — она схватила её за руку и резким жестом отворила дверь. — Но сначала — поесть!

Практически вывалившись на улицу, Белла поморщилась: оранжевое вечернее солнце, что всю дорогу сюда было скрыто за высокими деревьями, теперь, отражаясь от стёкол, ослепляло своим золотым свечением. Всё вокруг было окрашено в яркие, сочные цвета, благоухало и купалось в тепле и свежести: так умел только самовлюблённый, блистательный, кичливый май. С недавних пор он стал её самым любимым месяцем — всю жизнь прожив в жарком, засушливом, однообразном климате, она не могла себе даже представить, как величественно и грандиозно оживает природа там, где ей приходится постоянно умирать.

Запах жареного мяса откликнулся громким урчанием в животе, напоминая о том, что, нервничая с самого утра, Белла не смогла засунуть в себя даже содержимое чашечки кофе.

Она огляделась по сторонам, наконец привыкнув к яркому солнцу: на зелёной лужайке были расставлены туристические раскладные кресла, такие же, какие продавались в магазинчике Ньютонов, где она не появлялась уже несколько недель из-за подготовки к экзаменам и выпускному. Ближе к дому стоял огромный стол (кажется, это были несколько разных столов, приставленных вплотную друг к другу), просто ломящийся от обилия съестного: салаты на любой вкус, сосиски, бургеры, хот-доги, свежие овощи, стейки — чего там только не было. Теперь Белла поняла, почему Билли так настоял на просьбе не привозить с собой ничего к столу: видимо, они с Чарли оказались единственными, кто к этой просьбе прислушался.

Вокруг костра, что потрескивал и искрил чуть дальше от дома, ближе к лесу, также стояли стулья, кресла, лежали брёвна для сидения.

Оттянув этот неприятный момент до последнего, с замиранием сердца, Белла начала судорожно пробегаться по лицам присутствующих, что стояли, сидели, ходили, болтали, занимались какими-то последними приготовлениями.

Она разглядела лица Сью Клируотер вместе с Чарли, и ещё много незнакомых взрослых, которые, по её собственной догадке, являлись старейшинами, прямо как Сью и Билли, или просто причастными к племени. Некоторые из них держались немного отстранённо и даже слегка надменно, поэтому Белла поспешно отвела взгляд, чувствуя какую-то беспочвенную, необъяснимую, неизвестно откуда взявшуюся вину за свою крепкую связь с вампирами. Здесь об этом знали все, кроме, пожалуй, её собственного отца, что было ужасно странно: получается, все, кроме самого близкого на свете человека, были в курсе её самого страшного на свете секрета.

Молодёжи было больше — практически все были ей знакомы. Она обвела взглядом каждого по очереди: за столом вовсю хозяйничали, сметая всё на пути своего звериного голода, «неразлучники» Квил и Эмбри (где же ещё им быть?), чуть поодаль от них сидели Сэм и Джаред, расслабленно развалившиеся в креслах, и спокойно что-то обсуждали, посмеиваясь, сжимая в руках по бутылке пива. На брёвнах возле костра, иногда бросая смешливые взгляды на парней, расположились дамы: Ким, девушка Джареда, с которой Белла уже была знакома, и вторая, которую видела в первый раз. Возможно, та самая Стефани, новоиспечённая возлюбленная Эмбри?

Напротив них жарил в огне сосиски и заливисто смеялся парень — очень молоденький, на вид не больше лет пятнадцати, но довольно высокий и крепко сложенный — возраст выдавали лишь не огрубевшие, ещё детские черты лица. Белла вдруг вспомнила, что Джейкоб был точно таким же, когда они только начали общаться после её возвращения в Форкс, и в груди предательски защемило.

Она далеко не сразу заметила Леа, что, демонстративно отвернувшись от всех, сидела в кресле очень далеко, под деревом почти у самого леса, надев наушники, и с явным безразличием ко всему происходящему копалась в мобильном телефоне.

Больше никого из девушек видно не было, точно так же, впрочем, как и сына виновника торжества — поэтому плечи вмиг опустились, а тело расслабилось с тихим облегчённым выдохом.

Ещё раз, беглым взглядом «просканировав» всех присутствующих, она убедилась, что его нигде нет.

Не было и Пола, а также Рейчел — его пары и сестры Джейкоба — что, в целом, нисколько не удивило, поскольку за все время, что Пол был с ней запечатлён, Белла так ни разу и не дождалась встречи и личного знакомства. Несмотря на вхождение в стаю и посвящение во все её тайны, девушка предпочла продолжить своё весьма успешное обучение в университете за тысячи километров от дома, за что, по мнению Беллы, совершенно незаслуженно получала осуждение от старейшин, которые считали, что каждый отмеченный магией древних духов обязан находиться на земле предков.

Может, давай они больше свободы молодому поколению, поселение не находилось бы сейчас в таком упадке и практически за чертой бедности? Парочка-другая образованных и амбициозных молодых индейцев, знающих, как грамотно развить эти места, точно бы не повредила благополучию, в том числе и самой стаи.

Как там говорил Джейкоб? «Айрис, подруга Рейчел из университета»? Быть может, они обе не смогли прилететь на сегодняшнее мероприятие?

И где вообще этот чёртов волк?

Эмили, обратив внимание на растерянно блуждающий взгляд Беллы, отвлекла её на себя:

— Его ещё нет, — с едва скрываемым сочувствием она коснулась её плеча. — Они с Полом на вечернем обходе. Работа есть работа, даже в праздничные дни, — как-то невесело усмехнулась она, и потянула Свон за собой к столу.

— Белла-а-а! — восторженно воскликнул Квил, округлив глаза, словно совсем не ожидал её увидеть, и все присутствующие сразу же перевели на неё взгляд: даже Леа, отвлекшись от телефона, рассматривала её с недовольным видом, хотя у неё уже была такая возможность чуть ранее.

Сэм и Джаред, отвлекшись от беседы, почти одновременно ей кивнули, Ким с широкой улыбкой помахала рукой, а Стефани оглядела с ног до головы с явным интересом.

Странно было чувствовать себя здесь абсолютно своей, но и в то же время, отныне и навсегда, посторонней. Словно она находилась среди них незаслуженно. Словно она была бывшей не только Джейкоба, но и всей стаи одновременно.

Квил подскочил к ней, расставив в стороны руки для объятия — они поблескивали от жира, поскольку парень всё это время ел руками, пренебрегая любыми столовыми приборами.

— Привет, Квил, привет, Эмбри, — она сдержанно улыбнулась, не успев особенно соскучиться по этой «сладкой парочке» оборотней, ведь они общались всего пару дней назад. Похлопав его по спине, она отстранилась, брезгливо избегая всё ещё раскинутых в стороны грязных рук. — В чём провинились ножи и вилки?

— Я же зверь, — игриво подмигнул он ей, и отправился на своё прежнее место. — Необузданный и сексуальный.

— Точно, подтвердят и левая, и правая! — прыснул Эмбри с набитым ртом, и Квил отвесил ему подзатыльник, заставив несчастного парня выплюнуть обратно на тарелку половину её содержимого.

Девушки у костра заливисто рассмеялись, а Сэм, с почти отеческим снисхождением, закатил глаза.

— Чего? — переспросила она одними губами, театрально-недоумённо покосившись на Эмили.

— Ты серьёзно пытаешься найти смысл в том, что они лепечут? — с усмешкой отмахнулась подруга. — Давай, поешь.

Они сели за стол рядом с парнями, и Эмили начала торопливо предлагать подруге всё, на что падал взор. Белла отмахивалась: есть совсем не хотелось. Судя по всему, пока не появится Джейкоб, она так и будет вся, словно на иголках.

Для отвлечения внимания схватив первый попавшийся хот-дог, она положила его в пластиковую тарелку и присыпала салатом для создания визуального «объёма» блюда.

— А остальных мы ждать не будем? Почему никто не садится за стол?

— Билли хочет всё же дождаться Джейка. Из-за разных графиков все появляются как смогут — ну, знаешь, назначать регламент членам функционирующей стаи совершенно бессмысленно, — улыбнулась она, накладывая себе овощной салат. — А эти, вечно голодные, морды, — Эмили потрепала жующего Квила за волосы, и тот «заурчал» с полным ртом. — Удержать от покушения на уже накрытый стол невозможно.

— Тогда почему ты всё ещё пытаешься? — съязвил Эмбри, прищурившись, и получил в ответ испепеляющий взгляд.

— А… — замешкавшись, Белла не сразу догадалась, как задать до зуда интересующий её вопрос, но спустя несколько секунд внезапно сообразила. «Айрис — подруга Рейчел из университета…» — Слушай, а Рейчел… сегодня появится? Приедет к Билли? Мы так и не успели с ней познакомиться…

Поджав губы, Эмили ответила не сразу. Эмбри и Квил даже подняли глаза из тарелок — неужели все так легко раскусили её трюк? Казалось, даже Сэм и Джаред, сидящие чуть дальше, прервали разговор и прислушались, хоть и не подавали вида.

— Да, она сегодня сдала последний экзамен, вылетела в Сиэтл, и как раз к вечеру должна успеть сюда, — сдержанно объяснила Эм, не глядя разрезая огурец на ровные овальные дольки. — Вроде бы, обещали объявиться к темноте, Джейкоб и Пол их встретят, если ещё не вернутся с дежурства и окажутся поблизости. Это сюрприз для Билли.

Всё-таки во множественном числе? Что ж…

Значит, Джейкоб и Пол… Значит, оба ринулись встречать своих возлюбленных? До чего романтично… Тьфу.

Собственные желчь и злоба отравляли изнутри, но это был единственный способ не чувствовать ту сильную боль, что подступала волнами, пока не достигая берега — пока.

— Ай! — внезапно прошипела Янг, схватившись за указательный палец.

Всполошившись, Белла попыталась рассмотреть раненную конечность подруги — в солнечных лучах на смуглой коже блеснула полоска крови, проступившая из длинного свежего пореза.

— Боже, Эм! Давай сюда, нужно её промыть! — сосредоточенно, но не без нотки паники в голосе девушка потянулась к её ладони.

Вопреки ожиданию, на лице невесты Сэма отразилась какая-то невнятная эмоция: то ли тревога, то ли раздражение. Она прижала порезанный палец к себе, словно нарочно прятала его от посторонних глаз, схватила со стола салфетку и быстро промокнула ей рану.

На салфетке, которую она сразу небрежно отбросила в сторону, оказались всего пара алых капель крови — заметно меньше, чем вытекло из царапины изначально.

Лицо Эмили, всё ещё выражавшее некоторую панику и суетливость, вновь просияло улыбкой.

— Всё хорошо, — небрежно заверила она, аккуратно сложив руки на коленях под столом. — Выглядело страшнее, чем есть на самом деле.

— Ты... уверена? — с сомнением протянула Свон, продолжая недоумённо пялиться на спрятанную ладонь девушки.

— Естественно, — она тряхнула головой и весело улыбнулась.

Поджав губы, Свон не стала настаивать на своём. В конце концов, ей могло показаться. Возможно, это просто игра света и тени: всего лишь как-то причудливо упал оранжевый солнечный луч...

— А ему… Ему разве не рано? — спустя какое-то время тихо спросила Белла, наклонившись к уху Эмили, указывая на мальчишку у костра, который держал в руках бутылку пива, и периодически подбегал к Сэму и Джареду, чтобы о чём-то пошутить или чокнуться стеклянными горлышками.

— Когда после первого обращения организм стремительно взрослеет, старшие не видят смысла запрещать ребятам некрепкий алкоголь — его всё равно довольно быстро выжигает волчья регенерация и температура, так что никакого вреда он им не приносит, — она пожала плечами.

— Первого обращения? — округлила Белла глаза, от удивления заговорив громче, но сразу взяла себя в руки, зная, что её сейчас мог слышать каждый оборотень на вечеринке. — Он что…

— Белла, это Сет Клируотер, — тихо объяснила Эмили, больше не сказав ни слова.

Собственно, лишние пояснения действительно были не нужны. Белла очень хорошо помнила своё удивление при виде нескладного песочного волка, который выглядел гораздо мельче всех остальных — теперь его весёлый нрав, подвижная мимика, расслабленное, ребяческое поведение сложились воедино с поведением того волка.

Перед глазами невольно предстал и второй образ. «Пепельно-серый, почти серебристый волк. Он был сложен и двигался иначе, чем остальные — более… изящно, что ли? Если такое слово вообще могло быть применимо к гигантскому сверхъестественному созданию. Шерсть «серебристого», как его уже мысленно окрестила Белла, была сильно пушистее и длиннее. Судя по всему, этот волк после обращения решил не отстригать свои длинные волосы.»

Глаза метнулись к Леа Клируотер раньше, чем Белла успела сообразить, что к чему.

— О господи… — шёпотом выдохнула она, озвучивая то, что и без того стало очевидным. — Леа тоже?

— Угу… — Эм поджала губы, почти стыдливо опуская глаза.

Слова опять не понадобились.

Белла помнила тот самый разговор на пляже почти слово в слово, поэтому вспомнить часть о драме между Леа и Сэмом не составило никакого труда.

Всего на секунду представив, что ощущала Леа теперь, не просто глядя на союз Сэма и Эмили со стороны, но и видя всё это в мыслях волка-Сэма…

Повышенная эмпатия никогда не приносила Белле столько дискомфорта, сколько в эту самую минуту. Леа, словно отозвавшись на мысли девушки, вдруг подняла голову и посмотрела ей прямо в глаза с нечитаемым выражением лица: покраснев, Свон сразу же опустила взгляд в тарелку, почувствовав, словно вторглась в чужое личное пространство.

— Ешь, — вновь настойчиво повторила Янг, имея давнюю привычку почти насильно запихивать в Беллу еду, поскольку застала те самые времена, когда, в тревожном ожидании Джейкоба с охоты на Викторию, та могла не есть сутками и таяла буквально на глазах.

«Своими голодовками ты точно ему не поможешь» — раз за разом повторяла подруга, и была абсолютно права. — «Он должен возвращаться домой и видеть, что ты в порядке — ведь он уходит ради твоей безопасности».

Вздохнув, Белла запихнула в рот хот-дог, и проглотила его в несколько подходов, практически не жуя.

— Довойна? — прочавкала она с набитым ртом.

— Вполне, — весело хихикая, ответила Эмили, и протянула ей открытую бутылку пива.

— Ой, нет, — замахала она руками, — Я за рулём.

— Я знаю, что это твоя уловка, чтобы улизнуть пораньше, так что никаких…

— Ты приехала сюда веселиться, или сопли жевать? — внезапно прозвучал сверху женский голос и, подняв голову, Белла вновь попала в плен больших тёмных глаз красавицы Леа Клируотер.

Она молча протянула к ней свою бутылку, и выжидающе кивнула на неё головой. Растерявшись, Белла не сразу поняла, чего она хочет, но потом потянулась своим пивом к её, и они звонко чокнулись горлышками.

— За стаю, — наполовину как-то издевательски, наполовину отчаянно объявила она, обильно отпив из бутылки, усмехнулась сама себе и удалилась прочь так же резко, как и появилась. Краем сознания Белла успела поймать быстрый, почти незаметный взгляд Сэма, который проводил уходящую фигуру Леа с каким-то настороженным, нечеловеческим беспокойством — казалось, в любой момент он был готов подорваться с места и броситься либо её усмирять, либо защищать от других. Этот взгляд чем-то напомнил ей то, как теперь иногда смотрел на неё Джейкоб, и Белла невольно поёжилась: надежда, что тусклым, едва различимым огоньком, всё ещё теплилась в её душе, колыхнулась от холода и практически затухла.

Белла поднесла к губам бутылку, и чуть не поперхнулась, когда Эмили вновь нетерпеливо схватила её за руку и потащила за собой обратно в дом. Уже привыкнув к довольно эксцентричному поведению членов стаи, Белла даже не думала сопротивляться и задавать вопросов, послушно следуя туда, куда её ведут.

— Садись, — приказала Эм, и усадила её на диван рядом с собой.

— Так, теперь ты меня…

— Я беременна, — шёпотом выпалила подруга. Ей так тяжело было усидеть на месте, что, казалось, под ней был не диван, а куча раскалённых углей — так взволнована она была.

— Ты бе… что? — округлила глаза Свон, вмиг выпрямив спину. Собеседница лишь энергично закивала головой, поджав губы с едва сдерживаемой улыбкой, а в её глазах, кажется, заблестела влага — из-за плохого освещения сказать было трудно. — Боже…

— Уже десять недель, — всё таким же «громким» шёпотом продолжила она, и украдкой смахнула влагу в уголках глаз тыльной стороной ладони. На выдохе она тихо всхлипнула.

— Так вот почему дата свадьбы…

— Да! — засмеялась она, вскинув руками в воздухе.

— Господи, поздравляю! Что сказал Сэм? Наверное, жутко счастлив? — она уже бросилась её обнимать, но вдруг почувствовала, как тело подруги напряглось в её руках.

— Дело в том, что… — смущённо произнесла она, отпрянув и опустив глаза. — Он не знает.

Захлопав глазами, Белла пыталась осмыслить сказанное.

— Это как?

— Никто не знает, — уже более уверенно сказала Эм. — Понимаешь, сейчас такое сложное время… Каждый день не знаешь, что…

— Но ведь он всё равно скоро…

— Я собираюсь сказать ему, — она схватила её за руку, словно уговаривала или оправдывалась. — Это случилось в самый неподходящий момент, ещё до возвращения вампиров, когда ребята целыми днями охотились на красноголовую — я уже догадывалась, была недолгая задержка… Но времени не было, и я просто… — она поджала губы. — А потом мне вдруг стало так плохо: меня жутко тошнило, выворачивало буквально от всего, представляешь! Отсутствие сил, жуткие головные боли… Но я всё тянула с этой новостью, думала, скажу, когда всё закончится, а оно всё никак не заканчивается… Я не хотела отвлекать Сэма и стаю, не хотела доставлять проблемы или неудобства… А когда в стаю пришла Леа, то вообще… — она зажмурилась.

— Ты не сказала Сэму, потому что…

— Потому что сразу узнает вся стая, — закончила за неё Эмили, утвердительно кивнув.

— То есть на данный момент… Я — единственная, кто об этом знает? Поэтому ты так хотела поговорить со мной?

— Ну, ещё моя мама, но она далеко, а её приезд сразу вызвал бы подозрения, так что… — она покачала головой. — Получается, да. Дело, конечно, не только в этом, но ты — единственная из моих знакомых, к чьей голове нет доступа ни у оборотней, ни у… вампиров.

Сначала опасения Эмили по поводу вампиров показались ей абсурдными — какое вообще Калленам дело до ребёнка Сэма? — но потом она поняла: кем бы ни приходились Каллены ей самой, для Эмили они всё равно в первую очередь кровные враги, и в ближайшее время это точно не поменяется.

— Понятно, — кивнула Белла. — Так вот почему ты пропала на такое долгое время… А я уж думала, что дело в…

— Даже не представляю, что будет, когда об этом узнает Ли… — словно не слушая, сокрушалась Янг.

— Эй, — перебила её Свон, схватив за руку. — Сейчас тебе нужно беспокоиться лишь о себе, — она с улыбкой кивнула на её живот, ещё совсем незаметный — хотя, теперь пышное свободное платье, которое выбрала Янг, обрело новый смысл. — И о своём новом квартиранте, — девушки весело захихикали, и к Эмили вернулось прежнее взволнованно-счастливое настроение.

— Я читала, что в данный момент у него уже сформированы ручки и ножки, лицо, — с тёплой улыбкой поделилась Эмили, и её глаза вновь влажно заблестели. — А ещё ноготки и зубы…

Белла вновь потянулась к ней и обняла. Эмили захныкала и уткнулась носом ей в плечо.

— Я очень сильно за тебя рада, — пробормотала она ей в волосы. — И Сэм, уверена, будет счастлив, как только ты решишь ему рассказать.

— Я хотела рассказать сегодня, — внезапно вновь отодвинулась от неё Эмили с серьёзным лицом. — Я знаю, что на днях Каллены уходят в Сиэтл, разбираться с теми кровопийцами. Это означает, что, возможно, если всё пойдёт не так, им понадобится помощь стаи. Всё может пойти не так… — повторяла она на выдохе. — Я не знаю, что делать, если что-то пойдёт не так…

— Успокойся, — Белла обхватила лицо Эмили и заставила посмотреть на себя. — Каллены справятся. Стая будет в безопасности. Ты будешь в безопасности. Вы все будете.

Ложь сорвалась с её губ так легко, так естественно, что она едва ли не поверила в неё сама.

В данный момент она чувствовала на своих плечах беспрецедентный вес: впервые за долгое время утешали не Беллу — это делала она сама, и было в этом что-то такое… значимое..? Ей, определённо, нравилось доставлять другим людям тепло и эмоциональный комфорт. Она пока не могла найти этому подходящего названия.

Эмили, чьи, казалось бы, неисчерпаемые стержень и сила, которые Свон заметила ещё с первой встречи, сейчас впервые накалились до предела прямо на глазах, словно оголённый провод, прикоснуться к которому означало бы навредить не самому себе, но обычной, не сверхсильной девушке, безграничная любовь и безоговорочное принятие которой являлись основой для построения крепких, семейных отношений внутри целой стаи…

Сейчас она впервые была до такой степени уязвимой, что стало действительно страшно. Если уж она, если уж Эмили, то тогда…

Каллены сильны и подготовлены — вероятнее всего, поездка пройдёт без проблем. Но…

Белла всегда верила в нелепые случайности — в параллельной реальности она бы могла основать на почве своей веры целую религию. Даже в самом чётко организованном и продуманном до абсурдных мелочей плане всегда могло что-то пойти не так, словами Эмили, — и, по личному опыту, такое всегда происходило.

К тому же, они до сих пор не были уверены, стояла ли за всем этим какая-то сила. Заметно участившиеся, почти регулярные упоминания Вольтури не способствовали успокоению, а Виктория, чьи планы и цели в данный момент вообще были совершенно неясны и размыты…

— Да, — улыбнулась Эмили, и на её щеке еле заметно сверкнула мокрая дорожка. Она издала дрожащий вздох и зажмурилась. — Конечно, будем.

В это же время Белла, не отрываясь и не смея моргнуть, разглядывала указательный палец Эмили, на котором не было даже царапины.

***

Вечер постепенно утопал в сиреневых сумерках, и почти все уже собрались за столом.

Изо всех углов слышались расслабленные, весёлые обсуждения и смех — глаза блестели, пахло дымом, жареным мясом, овощами и пивом.

Увлекшись непринуждёнными беседами и такой приятной, долгожданной дружеской атмосферой, Белла постепенно сдалась и позволила себе немного выпить — возможно, даже слегка выше собственной нормы, поскольку изматывающая тревога отошла куда-то на второй план, в самые дальние задворки подсознания, и больше не мешала ей полноценно наслаждаться таким редким и ценным моментом безусловного, всеобъемлющего спокойствия и счастья.

После внезапного откровения Эмили часть её счастья словно передалась Белле воздушно-капельным путём: сложно было не «облучиться», когда близкий тебе человек буквально излучал этот свет изнутри, будучи не в силах переживать его в одиночку — неудивительно, как тяжело ей было всё это время хранить такой важный секрет и справляться со всеми трудностями самостоятельно.

Белла знала, как сильно Эмили мечтала о большой и дружной семье. Это было видно невооружённым глазом хотя бы по тому, какой материнской любовью она окружала всех, кто попадал в зону её влияния. Если бы не она, трудно бы было представить себе такую сплочённую семью, которую лишь формально все называли стаей — они все были настоящей роднёй, искренне друг друга любили, и могли существовать лишь в тесном, постоянно взаимодействующем сообществе. Каждый здесь был частью этой огромной, «разношёрстной» семьи — волки, их родные, их пары, даже некоторые друзья, вроде небольшого семейства Свон.

Каждый, кто был связан с кем-то из волков, автоматически считался негласным членом «стаи».

Беллы не было очень долго, но, попав сюда даже спустя такое большое количество времени и неудобную, болезненную ситуацию с Джейком, которая всё равно, вопреки желанию абсолютно всех окружающих, витала в воздухе зловещим призраком, она всё же ощущала себя частью чего-то большого, тёплого и значимого — благодаря, а возможно, и вопреки.

Беззаботная, избавившаяся от тяжкого груза тайны, Эмили, незаметно для неё самой утащила Свон танцевать, и к ним потихоньку присоединялись все остальные — мальчишки, разумеется, больше просто дурачились и веселились.

— Беллз, — подозвал её Чарли, весь вечер просидевший рядом с Сью Клируотер. Сейчас он временно от неё «отсоединился», впервые обратившись к Белле — возможно, заметив, что обычно нервная, депрессивная дочь искренне веселится с друзьями, просто не хотел её отвлекать. Он потряс в воздухе бутылкой пива, указывая на неё кивком, — Не увлекайся.

— Я смотрю, ты и сам увлечён, — хитро подмигнула она, незаметно переведя слегка опьяневший взгляд на Сью, и отец смущённо поджал губы, сдерживая улыбку — это было безумно мило, он буквально выглядел сейчас как влюблённый мальчуган.

— Не говори глупостей, — улыбаясь шире, пробубнил он, и невольно обернулся на Сью — та, словно была связана с ним какой-то невидимой нитью, сразу же перевела на него взгляд, и тепло улыбнулась ему в ответ, одновременно беседуя о чём-то с Билли.

— Как скажешь, — хихикнула она, и поцеловала его в щёку.

Не привыкший к частым физическим проявлениям любви, Чарли густо покраснел и как-то заметно расслабился и размяк.

— Ты как? Нормально? — вдруг спросил он, внимательно её разглядывая.

— Лучше всех, — небрежно бросила Белла, поймав весёлый взгляд Эмили, что танцевала медленный танец с женихом, обвив его шею руками.

— Я же говорил, — многозначительно двинул бровями отец.

— Это не отменяет того, что ты злостный манипулятор, — усмехнулась она в ответ.

— Ну да, — весело закатил он глаза. — Я же «злой полицейский».

Среди присутствующих внезапно пробежало какое-то оживление, и оба перевели взгляд вдаль — со стороны леса, в густых сумерках, промелькнуло движение, и Белла поняла всё ещё до того, как глаза успели что-либо разобрать.

Чувство долгожданного приближения Джейкоба сложно было с чем-нибудь спутать — ей не нужно было смотреть, чтобы видеть, не нужно было обладать сверхъестественным слухом, чтобы слышать — он здесь.

Две высоких фигуры расслабленно вышагивали по лужайке, периодически с громким смехом толкая друг друга в плечи — привычная динамика отношений Джейкоба с Полом Лэйхотом, основанная на постоянных стычках и ругательствах, но крепкой, безусловной братской любви.

— Идут! Идут! — мелькали возгласы то тут, то там.

— Ну наконец-то! — протянул Эмбри, и они с Квилом одновременно вскочили из кресел, уставшие ждать лучшего друга.

— Вот чёрт, — вздохнул Чарли, и его взгляд вновь переместился на Беллу, вмиг сделавшись обеспокоенным и в какой-то степени даже сочувствующим.

Она похлопала его по плечу с вымученной улыбкой, как бы говоря: «Всё в порядке», и он, улыбнувшись в ответ, направился обратно к Сью.

Ни хрена, ни-хре-на не в порядке…

Радость от исчезновения тревоги оказалась недолгой — она словно затаилась, поджидала в углу, и теперь ударила с новой, оглушительной силой: в ушах зазвенело, дыхание перехватило, а к горлу подступила тошнота — почему-то сейчас привычное волнение и смущение от его присутствия ощущалось сильнее, совсем не так, как всего несколько дней назад, на тренировке с волками и вампирами.

Пока Белла, сжавшись всем телом, продолжала с новой силой дёргать платье и кусать губы, парни уже приблизились достаточно близко, чтобы она могла их как следует разглядеть. Пол — ну… это Пол. А Джейкоб выглядел…

Ладно, потрясающе. Джейкоб выглядел потрясающе. Чёрт бы его…

Чёрная футболка, чёрные джинсы, белые кроссовки и чёрная кожаная куртка. Растрёпанные волосы, румяные щёки, живой, блестящий взгляд…

Который прямо сейчас, буквально на секунду дольше, чем нужно, задержался на ней. Он быстро пробежался по всей её фигуре — кажется, она не могла сказать точно, в нём даже проскользнула искорка какого-то удивления. Но он слишком быстро взял себя в руки и отвёл глаза в сторону, чтобы она успела разобраться, не выдумывает ли себе того, чего просто нет.

Девушка. У Джейка есть девушка. Он запечатлён и ему точно плевать на тебя.

Прекрати выдумывать знаки его внимания, прекрати, прекрати, прекрати…

— Твою мать, мне не мерещится? — вдруг громко воскликнул Пол, глядя прямо на Беллу: она даже обернулась, проверяя, не имеет ли он в виду кого-то у неё за спиной. — Смотрите, что за городскую фифу к нам занесло!

Он прибавил скорость, почти вприпрыжку приблизился к ней, миновав остальных, и заключил девушку в крепкие объятия.

— Лэйхот! — захохотала она, когда он, вопреки её протестам, закружил её над землёй. — Отпусти, боже!

Он чмокнул её в щёку и отпустил, мельком оглянувшись через плечо на Блэка. Тот застыл, вполголоса сообщая что-то Сэму, и без смущения сверлил сердитым взглядом то Пола, то её саму.

Она с шумом сглотнула. Теплота, которую она испытывала от радушного приёма Пола, что всегда относился к ней, как «шебутной» старший брат, вмиг рассеялась и покинула тело, вынудив невольно поёжиться от холода.

— Рад, что ты выбралась, — потрепал он её по голове, игнорируя явно недружелюбные волны буквально испепеляющего взгляда Блэка. — Эти блядские кровососы в плену тебя держат, что ли?

— Пол, — прижала она палец к губам и обернулась по сторонам, главным образом на Чарли. — Потише.

— Да забей, — хохотнул он и направился к остальным, каждого приветствуя по-разному: кого-то объятиями, кого-то рукопожатиями, кого-то — подзатыльниками и пинками. Семейный уют!

— Попрошу внимания! — объявил Билли, и все окружили его, подбадривая улыбками.

***

— … Так что теперь, дорогой друг, ты мне должен полтинник, — с кашляющим смехом закончил свой поздравительный тост седой Старый Квил — дедушка Квила, как уже успела выяснить Белла.

Все гости, теперь собравшиеся у костра, звонко рассмеялись. Подавив смешок, Белла сделала очередной глоток пива — и вдруг, вопреки желанию, глаза, словно зажив собственной жизнью, наткнулись на шоколадные глаза Джейкоба, которые, в свете оранжевого костра, блестели и искрились каким-то непривычным, новым оттенком. Он смотрел на неё исподлобья, сидя прямо напротив, вновь словно копируя её собственный жест — так они пялились друг на друга секунд десять, оба припавшие губами к горлышку бутылки, пока Свон, ощутив прилив неловкости жаром в щеках, не перевела взгляд на пламя. Что-то в этом всём казалось ей настолько интимным, что кожа навязчиво зудела, плавясь от огненного жара. Ей хотелось верить, что это просто последствия близости костра и горячительного напитка.

Она натянула рукава платья до самых ногтей и протянула руки к огню, стараясь хотя бы визуально подтвердить свою теорию. Пламя грело, но на улице всё равно становилось заметно прохладно — многие уже сидели парами, закутавшись в одеяла, тёплые вещи и пледы.

Через какое-то время, когда все желающие произнесли поздравительные тосты, а гости более почтенного возраста уже изъявляли явное желание отправиться по домам, Билли произнёс речь, поблагодарив всех присутствующих.

— Давайте выпьем за то, чтобы наша большая, дружная семья, наше сплочённое сообщество, — с этими словами Билли почему-то посмотрел прямо на Беллу, — Стойко выстояло, преодолев все надвигающиеся трудности, и осталось в целости, сохранности и процветании. Сообща мы одолеем любую заразу, любую падаль, угрожающую нашему племени.

Все внезапно напряглись и умолкли, опустив взгляды — каждый сейчас подумал о своём, но эти мысли объединяло одно — вновь поднявшаяся тревога и страх перед неизвестным, перед надвигающейся угрозой, уже наступающей всем на пятки и буквально дышащей в спину.

Молчание затянулось, и Чарли, единственный, кто не был в курсе истинного смысла сказанного, весело усмехнулся:

— Ну и жути ты, старик, нагнал, — весело заметил он и сделал объёмный глоток в попытке разрядить обстановку.

На удивление, напряжение действительно заметно спало, а на лицах вновь стали появляться улыбки.

— За нас, — Билли торжественно поднял жестяную банку в воздух, и все последовали его примеру.

— За тебя, друг, — ответил ему Чарли, протянув в его сторону свой напиток.

Когда старшее поколение переместилось в дом, молодёжь оккупировала всё пространство вокруг костра. Все расслабились, кто-то даже разлёгся, расстелив пледы прямо на земле — разговоры и смех стали громче, выражения жёстче, шутки пошлее.

Белла сидела на бревне, укутавшись в старое шерстяное одеяло, и беззаботно хихикала над постоянными подколами Квила. Эмбри сидел рядом с ними на земле, обнимаясь со Стефани, низенькой, миниатюрной рыжей девушкой, пару месяцев назад вернувшейся с родителями из Сиэтла, чтобы ухаживать за больной бабушкой — так Эмбри её и встретил, с первого же взгляда испытав на себе чудо запечатления. Квил теперь в шутку называл Эмбри «собачонкой Стеф», подшучивая над его трогательной одержимостью, но было видно, что он немного завидовал своим братьям, которые уже обрели свою половинку, предназначенную древними духами.

— Так когда они приедут? — услышала Белла отрывок разговора Сэма и Джейкоба. Вопреки собственному желанию она вся обратилась в слух, понимая, что речь шла о той, кого она боялась сегодня увидеть даже больше, чем самого Блэка.

— Скоро, — сдержанно ответил Джейк, поджав губы. Он сидел на земле, откинувшись спиной на бревно, и выглядел каким-то очень нервным и уставшим, хотя на внешнем виде это никак не отражалось — даже уже ставшие привычными синяки под глазами сегодня не выделялись на его лице. Должно быть, благодаря Калленам, разделившим напополам с волками постоянные дежурства, им всё же удавалось отдыхать чаще, как бы они их ни ненавидели и какими бы бранными словами ни называли. — Рейч звонила полчаса назад. Скоро будут здесь.

Внутри всё ожидаемо сжалось — Белла уже почти поверила, что никаких «девушек Джейкоба» в сегодняшней программе не предусмотрено. Оставалось лишь верить, что у неё получится улизнуть раньше — правда уходить отсюда просто до смерти не хотелось…

— Ну, пока мы ждём, предлагаю сыграть в «Я никогда не», — предложил Пол, игриво задвигав бровями. — А то вы какие-то вялые стали — что, никто не собирался сегодня напиться?

Половина присутствующих неодобрительно загудели.

— Что за фигня, мы что, дети? — простонал Квил.

— От тебя очень странно слышать подобный вопрос, — хохотнул Эмбри, толкнув Квила в плечо, так, что тот случайно повалился на Беллу под смех друзей. — Малявка.

Парень не растерялся и улёгся головой ей на колени, растянув губы в блаженной ухмылке.

— Тьфу, Квил! — воскликнула Свон и ткнула его кулаком в живот. Он театрально застонал, обхватив руками брюхо, и нехотя поднялся обратно.

Заметив боковым зрением то, как Джейкоб закатил глаза, Белла поднесла к губам бутылку, пряча за ней едва сдерживаемую ухмылку — очень инфантильно с её стороны, но она была рада, что, даже если не ревность, то что-то отдалённо похожее Блэк всё равно испытывал. Такие невидимые детали грели душу, даже если не означали ровным счётом ничего полезного.

Игра началась, хотели они того или нет, поскольку избежать напора Пола Лэйхота можно было лишь покинув место посиделок — он заставлял участвовать каждого, и теперь, начавшие пить с новой силой, все уже сами активно друг друга подначивали и втягивали в процесс.

Когда самые простые и банальные вопросы по типу: «Я никогда не прыгал с парашютом» или «Я никогда не засыпал в туалете на вечеринке» уже прозвучали, в ход пошли обычные подколы и унижения друг друга через игровые «факты» — здесь все знали друг о друге почти всю подноготную и охотно этим пользовались.

— Я никогда не жрал на охоте подозрительный гриб и не блевал после него ещё целые сутки, не в состоянии перекинуться обратно в человека, — задрав голову, объявил Джаред, и все ахнули, прыснув от смеха.

— Да не был он похож на строчок, я думал это сморчок! — заорал Квил, чем вызвал лишь новую волну громкого хохота.

— Строчок... — давился смехом Джаред, завалившись спиной на землю и схватившись рукой за живот.

— Это ты, по ходу, «строчок», дружище! — сквозь смех выдавил Пол.

— Мудилы, — обиженно жаловался Квил. — Это Блэк тогда загонял нас на трое суток — мне есть хотелось.

— Никто не заставлял тебя жрать в лесу всякую дрянь, — со сдержанной, снисходительной полуулыбкой ответил Джейк, на контрасте с другом выглядящий каким-то уж слишком взрослым и даже слегка «измученным» жизненным опытом.

В лёгких вновь сжался тугой узел, когда Джейкоб, буквально на долю секунды, в очередной раз мазнул по ней взглядом: он словно не думал, что она вообще это замечала. Возможно, нормальный человек бы и не заметил, но она в подобных вещах уже была профессионалом — в её нынешних реалиях только бесконечные битвы за «переглядки» и оставались.

— Ладно, ладно, я никогда не… — Квил промычал, задумавшись, а потом перевёл на Беллу хитрый взгляд: она мысленно приготовилась к худшему. — Я никогда не сосался с пиявкой, — подмигнул он.

Ребята неодобрительно загудели, а Эмили уже приготовилась обрушить на парня поток ругани, как вдруг Белла, с вызовом подняв подбородок, сделала длинный демонстративный глоток из бутылки, неотрывно глядя ему прямо в глаза.

Оторвавшись от горлышка, она утёрла губы рукавом платья, и после долгого напряжённого молчания Пол захлопал в ладоши, после чего его действия подхватили все остальные, усиливая импровизированные «овации».

— Вот, как надо реагировать на постыдные факты: «Да, было!», — весело поддержал её Джаред, указывая пальцем на Квила. — А то: «строчок», «строчок»!

«Постыдным» фактом свои отношения с Эдвардом Белла не признавала даже в компании оборотней, но всё же решила при них эту тему не развивать, как всегда, искусно отводя от себя внимание.

Злобно фыркнув и покачав головой, Джейкоб молча допил пиво, с громким звоном отбросил от себя бутылку и поднялся с места, явно раздражённой походкой направившись в сторону своего гаража.

— Эй, брат! — развёл руки в стороны Квил. — Она же не обиделась!

Все молча наблюдали за тем, как, прошагав по траве, Блэк зашёл в здание гаража и с грохотом захлопнул за собой дверь.

Многозначительно переглянувшись, Эмбри и Квил молча поднялись со своих мест и последовали за ним.

Удивившись произошедшему, Белла, тем не менее, не собиралась вникать, рискуя нарваться на что-то, в чём не хотела принимать совершенно никакого участия.

— Давайте я, — пожал плечами Пол, когда молчание стало неприятно давить на обстановку. — Я никогда не-е-е… — протянул он, — Не светил сиськами в компании семерых обнажённых парней, — мерзко захихикал он.

— Что у вас сегодня за навязчивое желание столкнуть всех лбами? — возмутилась Эмили, привстав на бревне. Сэм бросил на Пола испепеляющий взгляд из-под густых грозных бровей. — Как с цепи сорвались, придурь!

— Все на нервах из-за Сиэтла, вот и с ума сходят, — тоненьким голоском предположила Стефани, пожав плечами.

Но Леа, бросив ледяной взгляд на сестру, словно бы стремилась всё сделать «сладкой парочке» назло, показушно осушила стакан залпом, и поднялась с пледа, показав Лэйхоту средний палец. Они скорчили друг другу гримасы.

— А ты-то куда? — взмолился Джаред. — Ты же не истеричка, как Блэк!

— Много чести, на тебя обижаться, — фыркнула Клируотер, захватив с собой бутылку чего-то явно покрепче пива. — Пойду подышу, отдохну от вашей вони, — она демонстративно помахала рукой перед носом и ушла в сторону леса.

Спустя примерно полчаса, когда ребята вновь стали задавать невинные вопросы, не приводящие к лишним конфликтам, Белла тревожно взглянула на лес: девушка до сих пор не вернулась, как и Джейкоб, но тот хотя бы был не один.

— Пол, сходи, проверь Ли, — спустя несколько минут после мыслей Беллы приказал Сэм, кивнув головой в сторону леса.

— Не пропадёт. Ты забыл, что она волчица? — отмахнулся он.

— Нехер было языком чесать, трепло, — строгим басом ответил вожак и ещё раз кивнул на лес. — Пошёл.

— Я схожу, — выпалила Белла и сжала губы, тут же пожалев о своём внезапном «алкогольном» решении.

— Ты уверена? — с сомнением посмотрел на неё Сэм. — У неё достаточно… сложный характер.

— Это ты ей ещё комплимент сделал, — саркастично хмыкнул Джаред.

— У меня уже есть некоторый опыт со сложными… характерами, — ответила она, задумчиво глядя в сторону гаража Блэка, поднялась с бревна и отряхнулась.

— Спасибо, — одними губами произнесла Эмили, одарив её полным благодарности взглядом.

***

— Прислали, надеясь, что мне тебя жалко станет? — хмыкнула Ли, сидящая прямо на земле, облокотившись на ствол дерева.

— Нет, я сама вызвалась, — ответила Белла, пробираясь между широкими стволами на пролесок, где скрывалась девушка.

В ответ та лишь закатила глаза и покачала головой.

Она приложилась к какому-то напитку в большой стеклянной бутылке.

— Что это? — кивнула Белла на жидкость, и присела напротив неё, повторив её позу.

— Да просто виски. Будешь? — она протянула ей пузырь, приподняв брови.

— Нет, — на автомате отмахнулась она, но потом… — Хотя…

Состояние напряжения в связи с «ситуацией» с Джейкобом практически достигло своего пика, и она просто…

— Пей, — настойчиво указала Леа, вытянувшись вперед, чтобы передать ей бутылку. — Тебе пригодится.

— Точно, — невесело усмехнулась она, крутя сосуд в руке, наблюдая за тем, как в тусклом свете, доносящемся от дома, переливается и булькает тёмно-коричневая жидкость — по цвету прямо как…

Как эти чёртовы глаза.

— Ты пришла за советом? — вскинув подбородок и прищурившись, вдруг серьёзно спросила Леа. — Если да — возвращайся.

— Я пришла, — театрально тряхнув бутылкой, Белла отвернула от неё крышку, — Чтобы напиться.

— Такое мы одобряем в нашем клубе разбитых сердец, — весело хихикнула Клируотер.

Задержав дыхание, Белла сделала быстрый глоток — воспоминания о том отвратительном вкусе чистого виски в доме Мэллори преследовали её до сих пор. Сейчас тех ощущений не возникло — вкус ей, конечно, не понравился, но он хотя бы не вызывал тошноту. Возможно, дело в самой разновидности напитка, или в его ценовой категории.

Забавно крякнув, Белла отдала бутылку собеседнице, и та сразу же сделала гораздо более объёмный глоток — или даже несколько.

— А тебе… — она кивнула на бутылку в её руках, — Ничего?

— От крепкого алкоголя мы пьянеем почти как люди, — безэмоционально ответила девушка, заправив за ухо короткие волосы. — Просто ненадолго. Я стану полностью трезвой через пару часов — ни один тест не покажет. Поэтому, — она приподняла бутылку в воздух, словно говорила тост, — Я просто пью без остановки.

— Тебе становится легче? — спросила Белла, стараясь скрыть жалость в голосе.

— Ха! — закатила она глаза. — Конечно. Бабочки, единороги и так далее.

Голос девушки становился пьянее с каждым глотком, и Белла забрала у неё из рук бутылку, надеясь, что это её немного притормозит.

Глядя на первую в истории девушку-оборотня, она так много всего хотела у неё спросить…

Например… Какого хрена?

Как? Почему? Как такое возможно? Почему не упоминалось в легендах?

Как находиться в мыслях целых семи парней почти 24/7 и не вскрыть себе вены?

Как находиться в голове того самого — того, кто предпочёл тебя другой, и знать, что это даже не его вина, не его выбор?

— У меня больше не идут месячные, — вдруг, с каким-то ледяным безразличием, заговорила волчица, глядя в одну точку. Белла промолчала, не зная, что сказать, и Леа продолжила с отчаянной, даже злой усмешкой: — Прямо как у моей сестрицы.

Около минуты Свон смотрела на неё, разинув рот: Клируотер не торопила.

— Ты знаешь? — наконец, спросила она почти шёпотом.

Она вновь усмехнулась, в этот раз печально.

— Я же не идиотка, в отличие от всех этих олухов, зовущих себя опытными следопытами, Свон, — покачала она головой, и теперь уже Белла обильно отпила виски, не поспевая за неожиданными поворотами сюжета этой многосерийной драмы. — Я во всех нотах чую этот благоуханный букет её взбесившихся гормонов, даже отсюда, — пренебрежительно фыркнула она. — К тому же… Я ведь вижу её в мыслях Сэма, — она опустила глаза и поджала губы. — Он давно заметил, что с Эмили что-то не так, просто всё не мог понять, что именно — а про беременность парни почему-то всегда думают в самую последнюю очередь. Наверное, считают, что живот уже в первый день должен вырастать размером с арбуз, — она закатила глаза.

— А как он не прочитал об этом в твоих мыслях?

— Сэм старается ко мне в голову не лезть, — сказала она с презрительной усмешкой. — Знает, что ничего хорошего там не найдёт.

— Да… — протянула Белла, присвистнув. — Такого я точно не ожидала.