8 глава. Вместе. (1/2)
Ремонт идет полным ходом, крепким двум альфам было хорошо заплачено, и работу производили они на свою совесть. Льюис приготовил обед. Наливает горячий насыщенный суп полезными травами, овощами и мясом, в две глиняные чашки. Выходит на улицу, подзывая к себе мужчин.
— У тебя золотые руки, Лью, — замечает молодой альфа по имени Тодд, мужчина принимает в свои руки чашку, ложку и ломтик хлеба, начиная с аппетитом есть. Тодд и его отец, Жак согласились помочь с ремонтом, оба были отличными мастерами, на заказ делая мебель. Молодой альфа с интересом поглядывает на Морено, и быть может начал бы за ним ухаживать, если бы не знал, что омега уже занят. Не официально занят, конечно, но рисковать не стоит.
Льюис не мог оставить их без еды, тем более благодаря им в доме станет уютнее и теплее. Старые дыры залатают, Льюис позабудет на время о проблемах протекающей крыши и вечного холода в доме. Морено забирает пустые чашки и возвращается домой. Из спальни отца слышится тяжелый кашель.
Омега готовит лечебный отвар, слегка дует на него, чтобы тот остыл, и уже после несет родителю. Льюис садится рядом с отцом, с нескрываемой жалостью смотря на него. Зольдан пьет медленными глотками, от отвара ему становится легче и он на время забывает про сильный кашель.
— Жак говорит, что уже сегодня они закончат ремонт, — радостно делится Льюис, укрывая отца пледом. — Растоплю сегодня печь и дома будет теплее чем раньше.
Морено верит в то, что жизнь наладится. С теми деньгами, которые у них появились, у них словно открылась дверь в новую жизнь. Льюис не собирается легкомысленно разбрасываться деньгами, каждой копейке он найдет нужное и полезное применение.
— Отличная новость, — кивает Зольдан, слабой рукой беря руку сына. Поглаживает по ней, замечая загрубевшие мозоли. Внутри родителя просыпается давящее чувство вины, он стыдится поднять глаза на сына. Альфа каждый день молится о том, чтобы его сын наконец обрел счастье, а еще о том, чтобы Смерть поскорее его забрала. Но он не может уйти сейчас, пока не убедится в том, что Льюис в надежных руках.
***
Доминик вертит в руках вещицу, осматривая ее, слегка растягивая, а после снова всматриваясь в каждый переливающийся камушек. Браслет был найден в лесу, возле места, где был найден убитый вожак. Кому именно могла принадлежать эта вещица он даже не имел предположений, но это точно омега, потому, что альфа бы ни за что не носил подобное. Детское, нежное, наивное украшение. Может ли это помочь им с их делом, или простая потерянная вещица о которой уже забыли?
— Откуда оно у тебя? — послышалось со спины, Фирс перестает крутить браслет между пальцами, опустив его на стол. В комнате горит тусклый свет, вокруг тишина, и вот слышится легкий стук камушек о поверхность стола.
— Нашел возле кустов, когда осматривал То место в последний раз, — озвучивает Доминик, повернувшись к подошедшему Габриэлю. Кастро обходит альфу, берет стул и ставит его напротив мужчины, садится на него и неотрывно смотрит на браслет. — Есть догадки кому он может принадлежать?
Старшему альфе на миг кажется словно Габриэлю знакома безделушка. Что-то в его взгляде поменялось.
— Напоминает кое-что… я могу взять его на время? — мужчина не дожидается получения разрешения, тянется рукой и тут же сгребает в нее браслет. Крепко сжимает внутри ладони, словно желает спрятать от чужих глаз.
— Если ты о чем-то знаешь… — начинает осторожно Доминик, внимательно следя за поднявшимся Габриэлем. — Скажи. Не факт, что браслет может быть связан с убийцей, но все же… лучше стоит проверить все варианты, мы и так зашли в тупик.
— Не переживайте, — резко обрывает его Кастро, пряча вещицу в карман брюк. — Лучше скажите мне, каким будет третье испытание? Я же знаю, вы вхожи в Совет, как доверенное лицо.
— Я не имею право разглашать информацию, — Фирс снимает очки, кладет их на стол. Пальцами потирает переносицу, словно это может помочь ему справиться с мучающими его частыми мигренями. — Лучше советую тебе как следует подготовиться, задание будет не из легких, придется изрядно попотеть.
Доминик поднимается на ноги, надевает очки и уходит, оставив Габриэля одного. Кастро выжидает минуту, снова залазит рукой в карман и достает до боли в сердце знакомый браслет. Притягивает его к носу и делает вдох. Браслет пахнет лесом, землей и листьями. Но улавливается слабый аромат цитруса, запах Льюиса. Догадки начинают подтверждаться, этот браслет принадлежит его омеге.
***
Льюис вытирает руки полотенцем. Он переделал все дела по дому, почистил печь, вымыл полы, приготовил ужин, и даже успел подлатать свои старые штаны, которые порвались в прошлый раз во время стирки. Тогда Морено запутался в своих ногах и упал прямо в озеро, зацепившись за камень и порвав штаны. Синяк на бедре все еще напоминает о себе противной болью. Сегодня выпал снег, и отчего-то на душе стало очень хорошо.
Быть может жизнь стала налаживаться? Кошмары исчезли, чувство угрызений совести и вины ушли на задний план. Все его мысли об отце, да, и ремонт уже сделали. Теперь осталось решить другую проблему — лечение Зольдана, а для этого ему нужно поскорее встретиться с Габриэлем. Та ужасная ночь ощущается так, словно это было не с ним. Словно кошмарный сон. Чувство неописуемой тревоги тоже прошло. До сегодняшнего вечера.
В хижину постучали, Морено вешает полотенце на спинку деревянного стула и направляется в сторону двери. Отпирает ее. От холодного ветра снаружи омега сжимается, поежил плечами, отходя назад, давая возможность пройти гостю. На лице улыбка. Габриэль пришел. Морено тут же помогает альфе снять пальто, вешает его и запирает за мужчиной дверь.
— Не ожидал сегодня тебя увидеть, — делится Льюис, подходя к Кастро. Но мужчина хмур и подавлен, он неотрывно смотрит на Морено. — Что-то случилось?
Внутри закрадывается страх. Неужели еще одна плохая весть? Нет, Льюис не готов сейчас к дурным вестям, он только недавно начал налаживать свое состояние.
— Нет… — Габриэль зарывается пальцами в свои волосы, тяжело выдыхает через нос и отводит взгляд в сторону. Было странно видеть в таком состоянии до ужаса уверенного в себе альфу. Что же могло произойти с ним?
— Габриэль, если хочешь, я могу выслушать, — Льюис кладет свою руку на крепкое плечо Кастро, тот вздрагивает от легкого касания, это словно возвращает его в реальность. Габриэль тут же хватает омегу за щеки, наклоняется и целует его в губы. Морено не успевает ничего понять, так и застывает с открытыми глазами, продолжая держать руку на плече альфы. Но как только начинает все осознавать, Льюис неумело продолжает поцелуй, прикрыв глаза. Отца можно не бояться, его будет слышно, если он будет направляться в их сторону.
— Габриэль? — шепчет его имя омега, как только мужчина отстраняется. — Что случилось?
— Ничего, я бы хотел, чтобы сегодня ты остался у меня, у тебя получится? — мужчина проводит рукой по его худощавому плечу. От его касания внутри что-то загорается, омега смотрит в глаза альфы, не веря своим ушам.
— У тебя? — решает переспросить, боясь, что ему послышалось. От его прошлого поведения будто ничего не осталось, Габриэль снова вернул себе свою же уверенность.
— Да, — подтверждает мужчина, смотря ему в глаза. — Мы могли бы поболтать, хорошо провести время вместе.
Это предложение омеге начинает нравиться, на лице расплывается еще более яркая улыбка. Юноша кивает.
— Хорошо, я поговорю с отцом, думаю, он не будет против. Только тебе придется немного подождать, я сделаю парочку дел и буду собираться.
Льюис наливает горячий чай для Габриэля, усаживает его за стол, ставит перед ним блюдце с печеньем, а сам направляется в сторону спальни Зольдана. Отец доверяет Габриэлю, в доме вожака его сыну не сделают больно. Поэтому альфа радуется такой новости, берет сына за руку.
— Не волнуйся обо мне, я выпью лекарство и просплю всю ночь. Даже если мне что-то понадобится, я чувствую, что в силах сам сделать это, — успокаивает сына. Мужчина знает, что Льюису очень тяжело оставить родителя одного, омега будет волноваться и переживать за него. Но Зольдану действительно становится лучше от лекарств, он чувствует, что к нему возвращаются силы.
— Хорошо, спасибо тебе, — Льюис обнимает отца за шею, вдыхает его старческий слабый запах и кивает. Другие родители бы ни за что не отпустили бы своего сына омегу с другим альфой, боясь, что тот надругается над их сыном. Но Зольдан не из этих людей, он верит, что Габриэль будет следовать обычаям в их стаи, не позволит случиться близости до свадьбы, не испортит омегу. Хотя нынче молодежь совсем другая, им становится все равно на многие обычаи, правила, они нарушают их, желая искоренить то, что создалось много лет назад.
Морено хлопотает на кухне. Он готовит еще один отвар, относит в спальню родителя, также в легкой доступности оставляет лекарство. Омега собирается, к этому времени Кастро выпил уже две кружки чая.
— Прости, ты наверное заждался, — вздыхает Льюис, мнет свой свитер и улыбается. Сегодня он впервые останется на ночевке в доме Кастро, ему волнительно. И что еще больше его радует, так это то, что Габриэль явно поменял свои взгляды на него. Если раньше он был против того, чтобы омега к нему приходил домой, боясь слухов, то сейчас он сам же приглашает его к себе. Быть может совсем скоро он объявит о серьезных намерениях?
Они идут по тропинке, на улице темно, с неба падает пухлыми хлопьями снег. Льюис протягивает руку вперед, ловит несколько снежинок и подносит к лицу, рассматривая красивые узоры. Морено восхищается зимой, восхищается природой.
— Ремонт дома закончили, — делится омега, повернув голову к мужчине. — Теперь эта зима не будет такой сложной, как раньше.
— Почему ты сразу не сказал о тех трудностях, я бы помог тебе, — Габриэль берет замерзшую ладонь омеги в свои руки, слегка дует на нее горячим воздухом, желая согреть. На самом деле альфа не знает, что такое жить в бедности, в старом разваливающемся доме, он даже не догадывается о всех трудностях, которые переживает Морено.
— Мне стыдно говорить об этом, — честно признается Льюис, прижавшись плечом к плечу Габриэля. — Особенно с тобой…
— Но почему? — искренне удивляется Кастро.
— Ты… ты же совсем другой. Ты сын вожака, ты живешь в достатке. У тебя хорошее образование, у тебя много друзей. А я… я совсем тебе не подхожу. Как бы я не старался избавиться от этих мыслей, каждый раз я возвращаюсь к ним. А что если однажды ты встретишь другого омегу? Умнее и красивее меня, с которым тебе будет интереснее, чем со мной? У которого не будет больных родителей, у которого тоже будет хорошее образование, ухожено выглядеть, в… хорошей новой одежде…
— Льюис, — Габриэль останавливается и не дает Морено продолжить путь. Мужчина берет его за плечи и ставит перед собой, омега взгляда не поднимает, но альфа чувствует, как плечи любимого дрожат. Он чувствует, как его пара мучается от своих мыслей. — Мне не нужен никто другой. Мне нужен именно ты. Ты научился справляться с этими трудностями, ты научился жить, научился получать радость от мелочей. Таких омег, которых ты описал, часто много что не устраивает, а брось их в суровую реальность они тут же загибаются. Ты мне интересен, с тобой много что можно изучить, да, некоторых сложных тем ты не можешь поддержать, но мне нравится объяснять тебе их. Мне нравится делиться своими знаниями с тобой, — Кастро касается ладонью щеки омеги, поднимает его на себя. Сердце сжимается только от одного вида мокрых глаз Льюиса. — Я люблю тебя таким какой ты есть. Ты мне нравишься, Льюис. И я не хочу и не собираюсь отказываться от своих слов, от тебя.
Кастро кладет свободную руку на талию Морено и притягивает еще ближе к себе. Наклоняется и нежно целует в губы. Льюис расслабляется после слов мужчины, он ему верит, и не хочет больше думать о плохом. Габриэль бы просто так не стал разбрасываться такими словами, он бы не стал врать. Морено чувствует его любовь и желает утонуть в ней.
Оставшийся путь они проходят налегке, тяжелые разговоры ушли на задний план, у обоих поднялось настроение от предвкушения вечера. Льюис заходит в дом, снимает свою верхнюю одежду, стряхивая с капюшона снег, вешает на крючок. Габриэль наблюдает за омегой, замечая то, что юноша немного нервничает. Он столько раз был здесь, и неужели только сейчас он стал переживать?
Кастро приобнимает его за плечи и ведет в сторону столовой, там уже накрыт ужин. Аврий сидит за столом, но как только замечает гостей, поднимается со своего места и идет в их сторону. Старший омега тут же раскрывает руки для объятий, обняв Льюиса.
— Ох, как же я рад тебя видеть, мой милый. Какие у тебя холодные щечки, неужели на улице так прохладно? — Аврий усаживается Морено за стол, а сам тут же начинает ухаживать за ними, накладывает запечённую картошечку и кролика в тарелку и ставит перед омегой.
— Зима приближается, как-никак, — Габриэль улыбается родителю и садится рядом с любимым. — Микаэль будет?