Часть 11 (1/2)
Таинственная комната на восьмом этаже встретила равнодушным молчанием. Спертый воздух придавал ей сходство с забытой гробницей. Здесь Драко и провёл остаток дня, бесцельно кружа среди хлама. В гостиную спускаться не хотелось. Его воротило от людей, от необходимости снова надевать маску.
Запретная секция окончательно утратила статус убежища. Одно лишь воспоминание о давящей тесноте стеллажей вызывало отвращение. Его план был выверен, отточен до мелочей. За одним-единственным исключением — как заполучить личную вещь Дамблдора?
Взгляд, скользя по грудам забытого барахла, вдруг наткнулся на очки в круглой оправе. Одна дужка безнадёжно сломана, по стеклу разбежались паутинки трещин. И снова накатила волна: клокочущее зелье, сноп ослепительных искр.
Поттер не смог избавить его от позора, ведь для этого пришлось бы вычеркнуть день из памяти всех свидетелей. Но он… смягчил удар. Это не была помощь в привычном её понимании. Скорее, сдержанное участие, превратившее личную катастрофу в учебную оплошность.
Горькая усмешка вырвалась наружу. Вот они, гнилые плоды его состояния: хронический недосып выедал сознание, а вечный страх парализовал волю. Там, где раньше царила холодная ясность, теперь зияла лишь вязкая муть.
Свет от палочки дрогнул и угас, растворившись в неподвижном воздухе. Комната погрузилась во тьму. Драко замер, прислушиваясь к гулкому стуку собственного сердца. Постепенно из мрака начали проступать смутные тени, напоминающие окаменевших чудовищ.
Возвращаться по прежнему не хотелось, но петля комендантского часа уже затягивалась на шее. Перспектива столкнуться с Филчем в ночном коридоре не сулила ничего, кроме скучных и унизительных последствий. С тяжелым вздохом, Драко толкнул дверь и выскользнул в пустынный коридор.
Путь с восьмого этажа в подземелья тянулся мучительно долго. Бесконечные спуски по лестницам, путаные переходы. В вечерней тишине замок казался бесконечным лабиринтом, испытывающим его терпение.
Гостиная Слизерина встретила его привычным запахом сырости. В камине тлели скелеты поленьев, отбрасывая на стены беспокойные тени.
Драко не стал задерживаться, скользнув через зал. Глубокий ворс ковра жадно поглощал каждый шаг, словно пучина бездонного болота. Дверь в спальню поддалась неохотно, испустив долгий, скрипучий стон. И за этим звуком предстала удручающе знакомая картина.
Гойл, сгорбившись на корточках, с тупым упорством пытался втиснуть отломанный хвост в спину модели дракона. Крэбб, безвольно распластавшись на одеяле, был поглощён потрёпанным комиксом. Воздух в комнате был тяжелым от запаха старой краски, пота и древесной пыли.
И Забини… Он лежал на своей кровати, погружённый в чтение «Теории магического катализа». Его взгляд скользнул по Драко, как по случайному пятну на стене, и тут же вернулся к строчкам.
Тишину внезапно рассек голос Гойла.