Часть 2: Киаран (2/2)

Киаран молча убрал руку, и она чинно уселась перед ним.Двигатель взревел так, будто должен был сорвать с места и мысли Киарана.

Второй рывок вперёд. Елена снова испуганно прижалась — чужая и родная одновременно. Киаран боялся только одного: что опустит взгляд — и её кожа окажется пустой.

Мотор ревел, улицы мелькали огненными бликами, пули визжали сзади, врезаясь в стены и асфальт. Елена чувствовала, как холодный воздух обжигает лицо, а его руки — тяжёлые, жёсткие — держат её крепче, чем сам руль.

Ронан орал что-то в наушник, но Киаран вдруг резко рявкнул:

— Держи руль!

— Чего?! — она обернулась, волосы били его по лицу.

Он вытащил пистолет, взглядом отследил приближающийся джип.

— Веди!

— Я не умею! — её голос сорвался на визг. — Я никогда не си…

— Ты умеешь, — отрезал он, сунул её руки на руль. — Или ты сейчас это сделаешь, или мы тут сдохнем.

Она сдавленно выдохнула. Нет. Нет. Я не могу, но пальцы сжали руль, тело само наклонилось вперёд. И вдруг — так странно, будто не впервые. Газ поддался, мотор взревел, и мотоцикл пошёл ровнее, увереннее.

Что, чёрт возьми?..

Киаран выстрелил через её плечо, пуля срикошетила от капота джипа. Он слышал, как она дышит, как бьётся её сердце, но руль в её руках был удивительно послушным. Даже когда дорогу занесло, она уверенно вывернула, уходя от столкновения.

— Чёрт, — вырвалось у него.

— Что «чёрт»?! — закричала она. — Я же сказала, я не умею!

— Тогда ты чертовски быстро учишься, — процедил он, стреляя ещё раз и невольно гордясь ею.

Она вцепилась крепче, асфальт мелькал под ногами. Ветер бил в лицо, глаза слезились, но движения были чёткими, выверенными. Словно где-то глубоко внутри она всегда знала, как управлять.

Мотоцикл снова занесло, пули свистнули у самого уха, Елена дёрнула руль и пронеслась между двумя машинами.

— Боже, что вообще происходит?! — закричала она.

Киаран, стиснув зубы, снова поднял оружие. Она не помнит, но тело не забыло. Он выстрелил последнюю пулю, и джип позади резко занесло, врезавшись в стену. Мотор взвыл, и они вырвались вперёд. Мотоцикл проскользнул между двумя машинами, пули ударили в асфальт, но они вырвались вперёд.

На секунду Киаран позволил себе зажмуриться: она в его руках, и кажется, что они летят не от смерти — а навстречу чему-то большему.

Мотор рвал ночную улицу, ветер резал лицо. Пули стихли — они оторвались.

— Ки, — голос Ронана в ухе был насмешлив, будто он не слышал треск выстрелов. — Всё в порядке. Все ушли. Пару раненых, но всё в норме.

— Падре?

— Будет жить. Жених, к сожалению, тоже. Или мне подсуетиться?

— Отбой, — буркнул Киаран, хотя не поддаться соблазну было тяжело.

Он накрыл её ладони своими и на мгновение позволил мотору идти сам по себе. Её пальцы были белые от напряжения, дыхание сбивалось, почти рыдания. Он слышал, как в каждом вдохе звенит паника, и всё равно не отпускал.

— Ещё немного, — выдохнул он ей в затылок. — Только держись.

Они нырнули в тень заброшенного квартала, рванули сквозь стройки. Киаран сделал два круга, проверяя хвост. Честно — не только ради этого. Он не мог позволить моменту закончиться.

Наконец он свернул в полуразрушенный гараж. Тишина после грохота улиц ударила по ушам. Киаран заглушил мотор. Его руки всё ещё держали её, и отпускать не хотелось.

— Слезай, — коротко приказал он.

Она замерла, будто не поняла. А потом резко сорвалась, спрыгнула на бетон и рванула в сторону. Тонкие ноги заскользили по пыли, дыхание сбивалось.

Киаран догнал её за секунду. Схватил за запястье — и Елена закричала так, что звук отозвался под потолком. Она билась, кулаки обрушивались ему в грудь, но он почти не чувствовал ударов. Только её тепло.

— Отпусти! — её голос был сорванным, злым. — Ублюдок!

Киаран рывком притянул её ближе. Она дёрнулась, и на миг их лица оказались слишком близко. В её глазах — ярость, слёзы, и ещё что-то, от чего в нём всё сжалось.

Он отвёл взгляд, закинул её себе на плечо, как мешок, и пошёл наверх. Каждый её удар по спине был для него наказанием и, чёрт возьми, утешением. Она жива. Она в его руках.

— Чёртовы психи! — она захлёбывалась криком, кашляла.

Полуразрушенная многоэтажка. Длинный коридор, скрип половиц, запах сырости. Елена извивалась у него на плече, визжала, царапала шею. Он даже не слушал. Он весь сосредоточился на ее теле.

Он нёс её на руках, прижимая слишком крепко — так, что он чувствовал, как её рёбра упираются в его грудь. Она пыталась вырваться, но его хватка была как из железа. Каждый шаг отдавался в её теле, он слышал её дыхание, горячее и тяжёлое, и её страх, так что сердце сбивалось с ритма.

Перед квартирой Киаран остановился и чуть откинул голову назад. Елена застыла. Их лица оказались так близко, что её губы почти касались его подбородка, щетина царапала щёку.

— Ну вот видишь, — процедил он. — Хоть кто-то в твой свадебный день перенесёт тебя через порог.

Елена замерла, дыхание перехватило. В его глазах не было насмешки, только опасная тьма. Она видела, как напряглись жилы на его шее, как дёрнулась скула. Елена сглотнула, но не отвела взгляд. Прижалась еще сильнее, чем требовал он.

Киаран чувствовал её кожу под своей рукой. Их разделяла только тонкая ткань свадебных чулок.

— Что дальше, а? — его голос был низким, хриплым. — Мне теперь тебя ещё и поцеловать, чтобы всё было по правилам?

Сердце перестало биться. Он тонул в её глазах, чувствовал её дыхание на коже, видел, как она кусает губы.

Киаран медленно опустил её вдоль тела, прижимая как можно крепче. Елена протянула руку, коснулась его щетины — и со всего размаху ударила коленом в пах.