Часть 2: Киаран (1/2)

Её ладонь в моей. Маленькая. Тёплая. Живая. И как всегда — этот чёртов мизинец. Она вдавила его в мой палец, до боли, прямо в кость.

Секунда — и сердце в груди сорвалось с ритма. Пот ударил в виски. Она рядом. Она настоящая. Она снова моя. Она поверила мне. Хоть на секунду. Под дулом пистолета, но поверила.

Неужели это всё происходит на самом деле? Она, свадебное платье, её рука в моей, церковь, гости, торт. Чёрт, как часто он об этом мечтал. И как боялся — проснуться.

Коридор пах воском и кровью. Каблуки стучали по плитке, дыхание рвалось сбивчивыми глотками. Возле церкви разворачивался хаос, это было понятно и отсюда. Уже почти перед дверью Киаран замер, включил наушник.

— Ронан!

— Ки, — голос хрипел в ухе. Фоновый треск выстрелов, визг. — Здесь перед дверью прямо плэйбой-пати, де Малло выкатили на полную катушку. Тебе не стоит приводить сюда девушку. Уходите сзади.

— Веди, — сжал зубы Киаран.

— Направо за алтарём, потом прямо.

Киаран и Елена пробежали мимо замершей подруги и Паоло, который пытался перевязать ногу священнику. У парнишки нервы из стали. Киаран признал плюс соперника и хмыкнул.

Выскочили во двор. Солнце ударило в глаза. В нескольких метрах — ревущий мотор. Ронан уже сидел на байке, яркая рубаха горела, как флаг. Он соскочил, кинул руль Киарану.

— Забирай. Мы прикроем. Встречаемся на точке.

Киаран посадил её впереди. Елена дёрнулась, но Киаран прижал её к себе. Может быть даже немного крепче, чем следовало.

— Держись, — прошипел. — И не вздумай бодаться, а то я добровольно сдам тебя итальянцам.

Газ. Мотор взвыл, рванул вперёд.

Удар воздуха в лицо, волосы Елены хлестали Киарана по щеке, как плеть. Он не отворачивался — наоборот, прижимался ближе, будто хотел раствориться в этом запахе лаванды и сладкой сдобы, который бил сильнее пороха и бензина.

— Держись крепче, — прохрипел он ей в ухо.

Она вздрогнула, но подчинилась. Её спина вжалась в его грудь, тонкие пальцы вцепились в руль так, что костяшки побелели.

Выстрелы позади. Пули визжали в воздухе, одна срикошетила так близко, что Киарану обожгло кожу на виске. Он зарычал, не замечая, что в этот же миг его руки сомкнулись на её талии слишком крепко.

Если с её головы упадёт хоть волосок — он разнесёт полмира.

Мотоцикл занесло на повороте, и Елена вжалась ещё сильнее. Киаран чувствовал, как её сердце колотится в такт его собственному. Он выровнял руль рывком, хотя сознание кричало: сосредоточься на дороге, а не на том, как она дрожит в твоих руках.

— Ки, — в ухо треснул голос Ронана. — Сбрось её платье к чёрту. Она маячит как прожектор.

— Заткнись, — зарычал Киаран. Но внутри он уже знал: Ронан прав. — Понял.

Свернули в подземный гараж. Холод бетона, запах бензина и масла. Эхо шагов и визг тормозов. Киаран заглушил мотор, резко спрыгнул с байка, будто не хотел находиться с ней рядом больше ни минуты. Елена вздрогнула, мотоцикл накренился. Киаран вовремя схватил за руль.

— Быстрее? Снимай платье!

— Что?! — глаза Елены сверкнули. — Я не…

— Да не собираюсь я тебя насиловать.

А если… если там не будет татуировки? Если всё, что у них было, выжгли из неё окончательно? Для него это было бы как увидеть, что их история стерта не только из памяти, но и из самой её кожи. Сердце рванулось. Киаран почти повернулся, но сорвался на крик:

— Быстрее! Чёрт возьми, не заставляй меня повторять!

Он замахнулся и ударил кулаком в колонну. Боль немного успокоила нервы.

Елена всхлипнула. Ткань зашуршала позади. Её дыхание было сбивчивым, Киаран слышал, как она тянет молнию, как запачканное кровью и маслом платье падает на бетон. Боже, сколько бы он сейчас отдал, чтобы прижать её к груди и унести куда-нибудь в тишину. И на миг он почти поверил, что это возможно.

Шуршание прекратилось. Киаран повернул голову и тут же отвернулся, но образ уже врезался в мозг. Она стояла в белом нижнем белье, чулках и туфельках, словно перед первой брачной ночью. Но в глазах испуг. Слезы.

— Я… мне нечего надеть? – Она словно прочитала упрек в его глазах.

Идиот! Киаран сдёрнул с себя рубашку, протянул назад, не оборачиваясь.

Её пальцы коснулись его ладони. Маленькое касание. И снова разряд. Ещё сильнее, чем в церкви. Киаран запрыгнул на байк, вцепился в руль, чтобы не тряслись руки.

— Быстрее, — выдохнул чуть спокойнее. — Мы не можем оставаться здесь вечно.

Она молчала, сдерживала дыхание, и только маленькие пальцы усердно застёгивали каждую пуговицу.

Не впадай в воспоминания, Киаран. Не надо. Но поздно. Перед глазами — её растрёпанные волосы, его рубашка, их постель.

— Ки, — она смеялась, плюхаясь на кровать. В руках пластиковый стаканчик, язык слизывает с ложечки что-то жёлтое. На Елене только его рубашка и ничего под ней.

Елена подтянула ногу и рубашка задралась, оголяя бедро.

— Что это вообще? Заварное? — Киаран не мог оторваться от этого видения.

— Куда ты смотришь?

— Ты хоть знаешь, насколько тяжело не наброситься на тебя? — Киаран провёл рукой по её бедру и приподнял рубашку.

— Ки, — она прыснула. — Сейчас моё время десерта.

— Нет, моё!

Неуверенное прикосновение вырвало Киарана из воспоминаний.

— Я готова, — Елена испуганно смотрела на него.