Часть 55 (1/2)
*Тататап!
Они услышали быстрые шаги.
Морщась и прочищая горло, Рон с усилием растёр мысленный комок на груди. Он с некой отрешённостью подметил собственное дежавю. Казалось, вот только что они ловили разлетающиеся чашки и столы, смотря на приближающуюся жёлтую голову.
Теперь, однако, вместо Чхве Хана к наблюдателям спешил кто-то другой.
Кэйл посмотрел в сторону входа в сторожевую башню.
– Рок Су.
Это был Ли Су Хёк.
– Похоже, нам придется сражаться с желтоголовым сего…
Суй Кхан с горечью смотрел на собственное стремительно бледнеющее лицо. Он бы посмеялся, отпустил шутку про себя и ситуацию в целом. Искренне обрадовался, что из всего окружения Кэйла хотя бы один воспользовался советом «убеги и бей исподтишка».
Но разрывающееся с каждым вздохом сердце, уродливое беспокойство и непоколебимая уверенность донсена опломбированным клапаном перекрывала все лишние мысли, заставляя сосредоточиться на происходящем.
Его слова, вылетавшие не слишком быстро, но и не слишком медленно, замерли на губах.
Его быстрые шаги так же быстро остановились.
– Почему ты остановился? На сторожевой башне что-то происходит…
Пак Джин Тэ повернул голову в сторону Ли Су Хёка и вздрогнул.
– …Эй, ты…
Розалин с неким ехидством подметила остолбенение пришедшей парочки. Вид командира, пять минут назад ушедшего подышать свежим воздухом в полном порядке, действительно был шокирующим. Болезненная бледность и пот, градом лившийся с измождённого лица, превращали Рок Су в смертельно больного в последние минуты жизни. Но горящие глаза, сияющие красновато-карей уверенностью, создавали ауру командира, не знающего поражений.
Пак Джин Тэ увидел Ким Рок Су, у которого было очень бледное лицо и его всего трясло.
У Чхве Хана, который поддерживал Ким Рок Су, тоже было ужасное выражение лица.
Эрухабен подметил, как удивительно чётко запись сохранила выражения лиц, несмотря на плачевное состояние самого Кэйла. Он с тихим вздохом задумался, а не было ли спокойное и холодное мышление следствием этой же способности. Но не тем, что явно проявляется в виде силы, а побочным ментальным воздействием. Тем, чему командир Ким Рок Су научился у своего дара и развил с помощью Ли Су Хёка.
Накала атмосфере добавляли уверенная хватка Чхве Хана на трясущемся Кэйле и тот факт, что буквально за пять минут было услышано аж два Бога.
Ким Рок Су быстро вернулся в сторожевую башню, несмотря на то, что всё было подготовлено для празднования его дня рождения.
Чжон Су, вместо привычной усмешки, лишь со свистом выдавил воздух сквозь зубы. Их умный, разумный донсен наверняка подозревал, что сюрприз на день рождения ему приготовили не только товарищи. А ведь если задуматься, сколько раз Ким Рок Су отмечал день рождения одной меткой в календаре? Поздравил ли командира хоть кто-то после его и лидера Ли смерти?
К передаваемой адской боли, владелец Белого Миру отрешённо добавил собственное сожаление и вину.
Пак Джин Тэ пришел на сторожевую башню вместе с Ли Су Хёком, услышав сигнал тревоги.
Но перед ним был не холодный командир, которого он видел до сих пор, а молодой парень, страдающий от боли, рядом с которым был только Чхве Хан.
Альберу не стал осуждать замешательство Пак Джин Тэ в этот раз. Всё же, не будь он лично свидетелем произошедших событий, находился бы в похожем состоянии. В этот раз, однако, внешнее состояние Кэйла достаточно точно отражало внутренний коллапс. Удивительно, учитывая его нечеловеческую способность игнорировать своё состояние.
Вместо этого его взгляд сфокусировался на спине Ли Су Хёка, который направлялся к Ким Рок Су.
– Рок Су.
Внимание Бикрокса переместилось с Пак Джин Тэ, выглядящего словно рыба, хлопающая ртом, на выходящего из оцепенения Ли Су Хёка. Было приятно видеть, как беспокойство не становится причиной остановки всех умственных процессов.
Продолжая размышления, шеф-повар стал возиться с краями своих перчаток. Пытаясь таким образом избавиться от лишних беспокойств и отогнать особенно острый укол куда-то под рёбра, он пришёл к странной эмоции. Немного понаблюдав за её движениями в собственном сознании, Бикрокс пришёл к выводу, что это простое и чистое уважение.
Выражение лица Ли Су Хёка было спокойным, когда он тихо окликнул Кэйла.
Однако его взгляд был устремлен на Кэйла, который едва стоял на ногах, а Чхве Хан поддерживал его, прижимая руку к груди.
Шаги Ли Су Хёка ускорились.
– Ким Рок Су.
Чхве Хан старался воздержаться от глубоких вздохов. Однако, наблюдая, как только поднявшийся на сторожевую башню человек буквально пробежал через значительную смотровую площадку, было сложно удержаться от восхищения. Тогда мечник не заметил этого жеста, но сейчас, смотря со стороны, он оценил, как аура волнения и беспомощности охватывала пространство вокруг Кэйла.
Кэйл оглянулся на Ли Су Хёка, который теперь называл его полным именем.
Ли Су Хёк стоял перед Кэйлом.
– Ким Рок Су, я знаю, что ты что-то скрываешь.
Ким Рок Су был спокоен.
Розалин удивлённо вскинула голову на это утверждение. То, что должно было звучать как обвинение, несло в себе больше заботы и беспокойства, чем любое «ты в порядке?». Казалось, скажи Кэйл, что надо где-то припрятать пару тел, обвиняющий достал бы из-за пазухи лопату как раз на такой случай и не задавал бы лишних вопросов.
В сказанной фразе было столько уверенности, что и опровергать её не хотелось. Но страха это не вызывало. Лишь принятие и спокойствие. Секунду помедлив, бывшая принцесса Брек моргнула.
«А мои ли это эмоции?»
Чхве Хан и Пак Джин Тэ вздрогнули, услышав вопрос Ли Су Хёка.
– Ты тот же Ким Рок Су, которого я знаю с прошлого, но я знаю, что кое-что изменилось.
Уголки губ Ли Су Хёка начали подниматься вверх.
Рон и Эрухабен переглянулись. Они, те, кто негласно считались отцами их большой разнородной семьи, осознали и поверили в трансмиграцию уже после личного признания и объяснения Кэйла.
Но этот человек. Лидер группы спасения, в чьём лице смешались беспокойство, напряжение и напыщенная уверенность, провёл с их панком меньше месяца. И видел Рок Су из проекции значительное время назад. Так как он смог? Как заметил это изменение?
Оба старших оглянулись на их Суй Кхана. Тот в гордости расправил перья и получал обильную похвалу от Раона. Буквально чирикая от гордости, с благодарностью принимал кусочек детского печенья, которое хорошо растворяется в молоке. На всё это действие, рядом сидящий аристократ лишь закатывал глаза и допивал свой чай. Удивительно, но при таком записанном дискомфорте продолжать чаепитие мог лишь Кэйл.
– Но ты всё равно должен рассказать мне то, что должен, не так ли?
Кэйл уже знал, что Ли Су Хёк очень зол, хотя и улыбается.
– Ты должен сказать мне, если тебе больно, а? Рок Су.
Ли Су Хёк наблюдал, как уголок губ Кэйла медленно начал подниматься вверх.
Увидев кривую ухмылку на бледном лице, Чжон Су невольно вздрогнул. С такими выражениями можно встретить либо идущих в последний бой бойцов, либо суицидников. Эти люди не боятся ни бога, ни дьявола. От такого внезапного сравнения младший Чхве крупно вздрогнул.
– Донсен, ты знаешь, что понятия «не могу» и «не хочу» являются уважительной причиной передать полномочия и проблемы? – Пытаясь избавиться от пугающих наваждений, фыркнул Чжон Су. Никогда в жизни скептически-осуждающий взгляд из-за чашки не был так приятен.
Он чувствовал, каких усилий ему стоило улыбаться через боль.
Вииииииип…
Когда их окружили всевозможные сигналы тревоги…
Кэйл улыбнулся и медленно заговорил.
– Такое ощущение, что кто-то пытается вытащить мое сердце.
Чхве Хан уже был свидетелем этой сцены. Но от этого не становилось легче её воспринимать. Мечник был отчасти рад, что в данный момент всё подавалось с точки зрения Кэйла. Он всё ещё помнил, как изо всех сил сдерживал дрожь своих рук, пытаясь дать трясущемуся в агонии Рок Су хоть что-то стабильное и надёжное. Помнит, как на этом признании его сердце упало куда-то в желудок и вместе с ним упало в холодную пропасть вместе с кишками, оголяя и во много раз усиливая страх за ослабленного человека, зажатого в его объятия.
Кулаки Чхве Хана сжались, а Пак Джин Тэ безотчетно закрыл глаза и отвернулся от Ким Рок Су.
В этот момент к сторожевой башне подошел еще один человек.
– Командир-ним! Они сказали, что собираются переместить устройство на крепостную стену и активировать защиту!
Это был Чхве Чжон Су.
Альберу хмыкнул, растирая покрывшиеся потом запястья.
«Вот и все в сборе».
Было смешно наблюдать как раскрасневшийся от бега юноша залетает с криками в давящую атмосферу. Затем замолкает, зеленеет, бледнеет и ни разу за эту метаморфозу не моргает. Тут возможностью посмеяться над собой не упустил даже утирающий со лба холодный пот Чжон Су.
Он пришел на сторожевую башню, чтобы передать это сообщение для остальных, которые были заняты подготовкой, так как не собирались участвовать в битве, и тут он увидел Кэйла.
Он задохнулся, стоя позади Пак Джин Тэ.
Однако выражение его лица не изменилось.
Уверенность на меняющем цвет лице была похвальной. Рон одобрительно кивнул. Убийца был уверен, будь на месте этого юркого юноши кто-либо другой, чёткого и внятного доклада они не смогли бы получить. Он в очередной раз подметил, насколько заразительна уверенность их молодого мастера.
– А метод?
Ли Су Хёк все еще улыбался.
Кэйл посмотрел на большую фигуру, направляющуюся к ним издалека в этом ночном тумане.
Жёлтая голова приближалась.
Захватывающий вид огромного пыльного облака, поднимающегося над яростным зверем, завораживал Альберу. Вестник грядущего боя, оглушительный рёв электричества проносился сквозь само существо смотрящих. Теперь этот монстр напоминал больше кусочек природной катастрофы, чем врага, с которым можно сражаться.
Но стойкий взгляд красновато-карих глаз уже разделывал этого угря на общий шашлык. И не то чтобы важно, какого размера в итоге получится порция.
Его жизнь…
И жизни всех в приюте Сомён…
Метод, который позаботится обо всём.
«Бог Смерти дал мне подсказку».
<Люди, которые пытались спасти тебя, нарушили закон, гласящий, что ты должен умереть.>
Суй Кхан удивлённо уставился на проекцию. Этот ублюдок действительно сказал что-то такое. Что-то бессмысленное, на чём их донсену не следовало заострять внимание, лишь ещё одно бесполезное напоминание, чёрточку на их счётчике упоминаний смерти. Так как же Рок Су смог вывернуть это в подсказку?
Люди способны нарушать законы и судьбу.
Эрухабен нахмурился. То ли от очередного больного укола под рёбра, то ли от такой формулировки подсказки. Очень романтичный, конечно, способ сказать, что каждый пишет свою судьбу сам — этим театральным недугом, похоже, болеют почти все. Но также весьма удивительное откровение.
Действительно, будущее, которое видит Бог, должно быть абсолютным и непоколебимым. Другое дело, когда в него вмешиваются другие Боги. Но хватит ли одной лишь силы воли простого человека, чтобы противостоять высшей силе? А может, будущее действительно не определено, пока его не предскажут? Древнего дракона пробил озноб.
Так Ли Су Хёк и Чхве Чжон Су погибли, чтобы спасти его.
«На этот раз никто не должен умереть».
Кэйл открыл рот, чтобы заговорить.
– Я уже несколько раз упоминал о методе.
Его голос звучал слабо, так как он тяжело дышал, но его тон был твёрдым.
«Вся жизнь этого несчастного панка – сплошное сражение с монстрами, людьми, самой судьбой. Из-за чёртового проклятья», – золотого дракона всё не отпускала какая-то безумная теория. Сформировать её он корректно ещё не мог, лишь ухватил за кончик хвоста ускользающую мысль.
Слушая уверенный тон дрожащего голоса, он задумался. Если бы душа Рок Су затерялась в общем потоке, скрылась от глаз богов, дьяволов, самой вселенной. Если бы ни один «наблюдатель» не смог предречь печальную судьбу этому дитя, сработало бы проклятье?
Ведь получается, что судьба существует, пока на неё смотрит Бог?
И что если судьба души не принадлежит телу?
Кэйл оглядел Чхве Чжон Су и Пак Джин Тэ, а затем посмотрел на Ли Су Хёка.
– Успешно завершить охоту, не оставив никого в живых.
Это был один из двух способов для Кэйла изменить судьбу.
Розалин кивнула.
«Любимая тактика молодого господина – победить с подавляющим преимуществом».
Но что если нет ни ресурсов, ни возможности? Разум будущей хозяйки магической башни стали наполнять различные тревожные предложения. А если Бог Отчаяния подкинет ещё проблем? А если Бог Смерти неправ? Можно ли им вообще доверять?
Ли Су Хёк медленно заговорил.
– …Это ответ?
– Да, сэр.
Он спросил ещё раз, услышав ответ Кэйла.
– Ты уверен?
Был ли он уверен, что это правильный ответ?
Какие могут быть сомнения в этом пылающем решимостью взгляде? Суй Кхан испустил сухой смешок наблюдая за «собственными» колебаниями. Всё же, сейчас была наиболее наглядно показана его незрелость в роли командира. Этому Ли Су Хёку ещё только предстоит научиться верить любым утверждениям Ким Рок Су.
Чёрный ястреб погладил трепещущий бок ребёнка, свернувшегося на его коленях. Бывший лидер команды с интересом подметил, что их группа уже начала адаптироваться к боли, накатывающей волнами, как и Кэйл в проекции, способный почти спокойно разговаривать и отдавать приказы.
Ли Су Хёк увидел, как Кэйл улыбнулся ему, задав этот вопрос.
Затем Кэйл нахмурился и заговорил.
– Чтобы изменить судьбу, недостаточно быть уверенным.
Маленький дракончик развернулся из своего плотного комка, чтобы посмотреть на своего человека. На самом деле, их вид был сейчас очень даже похож. Чёрные как смоль волосы были пропитаны потом и выглядели ещё темнее, чем есть на самом деле. Впалые глаза на бледном лице делали выступившие слёзы невероятно яркими. А сбившееся дыхание из-за поздней осени вылетало едва заметными клубами пара.
В этот самый момент дракончик вспомнил самого себя, запертого в пещере и озлобленного на весь мир. Холодно и больно. Ужасно хочется есть. Но ещё сильнее хочется отомстить всем, кто над ним издевался.
А он был уверен?
Это был не тот уровень уверенности.
Кэйл тихо заговорил.
– Я сделаю, чтобы это было так.
Ли Су Хёк вздрогнул, увидев взгляд Ким Рок Су.
– Определенно.
Чхве Хан вдруг понял. Он узнал это чувство, излучаемое одними глазами его сюзерена. Слепая уверенность, ни намёка на сомнения или изменения решения. Поклонение, буквально одержимость целью.
Вера.
«Только попробуй назвать Чу Хо Шика теперь сумасшедшим ублюдком», – лёгкое недовольство растаяло в насмешливом фырке мечника.
Его глаза были совершенно неподвижны с яростным выражением, которое, казалось, было достаточно сильным, чтобы вызвать шторм.
– Несмотря ни на что.
Эта захватывающая уверенность, никаких сомнений и бесстрашие. Рон знал, такое присутствие может излучать только молодой господин Рок Су. Не нужно быть связанным заклинанием, чтобы ясно увидеть намерения этого человека. Эта воля, стремление к жизни и неповиновение жутко заразны. Старик, несмотря на жгучую боль, оскалился навстречу приближающейся битве.
Он медленно произносил каждое слово, как будто что-то пережевывал.
– С абсолютной уверенностью.
Розалин затаила дыхание. Ей было страшно.
Не то от собственного разгорающегося азарта, не то от сидящего рядом Рона.
Он стоял прямо, не обращая внимания на боль.
Его взгляд был твёрдым.
Чхве Чжон Су до треска сжал кулаки. Это чувство, пронзающее его ещё глубже, чем боль. Влезающее во все щели его сознания и с радостью находящее отклик. Чистое боевое безумие. Похоже, физическое состояние куда сильнее влияет на их донсена, чем предпологалось изначально.
Определённо. Несмотря ни на что. С абсолютной уверенностью.
Чхве Хан чувствовал, как каждое утверждение отдавалось волной тошноты в задней части горла. Просто существовать было невыносимо больно, но сейчас, когда его сердце разрывалось из-за беспокойства за господина, он ничем не мог подавить собственную нервозность. Сколько бы он не входил в положение Кэйла, беспокойства за него это не умаляло. Да, сейчас он знает, что у того всегда есть минимум три плана атаки и два — отступления, но факт того, что половина из них включают в той или иной форме самопожертвование, совершенно ему не нравился.
И вот, не имея возможности вылить переполненную чашу чувств в щёлканье ножнами, он доверился записям господина и маньячески устремил внимание к приближающемуся зверю.
– Успешно завершить эту охоту, не позволив никому умереть.
Кэйл сказал это, прежде чем обратиться к остальным.
– Вы поняли?
Кэйл убрал руку с плеча Чхве Хана и встал сам.
Хоть этот приказ и не был направлен непосредственно на Бикрокса и не содержал ни унции Ауры Доминирования, было подавляюще просто находиться в том же пространстве. Он искренне удивлялся, как в таком слабом теле может находиться столь сильная душа, не попадая под влияние своего состояния.
Хотя, может, потому что такое положения для Ким Рок Су более привычно?
– Пожалуйста, вернитесь на свои посты.
Затем он бесстрастно добавил.
– И мы будем скрывать мое состояние, насколько это возможно.
Альберу неохотно кивнул на это утверждение.
Вероятно конечно, что позже этот идиот вылезет вперёд и поставит крест на всех усилиях по сокрытию. Но тут уже появляется возможность перелить энергию безумной уверенности в других и получить целое убежище бесстрашных бойцов. Что случится с Чу Хо Шиком, наследный принц вообще думать не хотел. Удвоится ли его сумасшествие или возведётся в степень…
От одной мысли все руки мурашками покрылись.
Чхве Чжон Су нахмурился, услышав это. Он услышал раздраженный голос Пак Джин Тэ.
– Ты действительно думаешь, что мы сможем это скрыть?
– Да.
– Ха!
Пак Джин Тэ фыркнул на ответ Кэйла, но больше ничего не сказал.
Эрухабен с удовлетворением оценил неверие стрелка. Уж удивительно, но мастер скрытности в этой семье не Он, не Хонг и даже не Рон. На протяжении двух лет скрывать трансмиграцию от кровной семьи мог только этот индивидуум. Да так, чтобы не заподозрить человека из настолько отличающегося мира не смог даже древний дракон…
Грустно, но такие навыки к скрытности не приобретаются. Они вырабатываются.
Он знал, какой хаос случится, если люди узнают, что их командир не в силах сражаться, не может даже встать на ноги от боли.
Это знал и Кэйл, и все остальные здесь.
Пииииии.
Кэйл достал из кармана флейту и начал играть.
Мелодия вышла ломаной и короткой, однако этого хватило, чтобы Розалин поморщилась от звука. Не от фальшивой ноты, но от воющего звука, раздавшегося среди грохота приближающегося Угря.
Однако человек, которого он пытался вызвать с помощью флейты, уже направлялся к нему.
– Донсен!
Это была Ястреб Стального Пера.
Она приблизилась к сторожевой башне и приблизила свое лицо к Кэйлу.
– О нет! Почему мой маленький донсен так выглядит? Кто-то накормил тебя ядом?
Суй Кхан уставился на прилетевшего «человека». И почему он подумал об этой стальной леди, как о человеке? Эх, влияние донсена через запись куда сильнее, чем кажется.
Хотя, смотря на то, как эта огромная опасная птица суетится над Рок Су, можно было и принять её в негласные члены отряда хёнов.
Пока ястреб Стального Пера в шоке осматривала Кэйла…
– Я иду первым.
Ли Су Хёк первым отвернулся от Кэйла.
– Давай поговорим позже, Рок Су.
Получив одобрительный кивок от Чхве Хана, бывший Ли Су Хёк вновь с гордостью надулся. Лично он, конечно, не принимал участия ни в одном из произошедших событий, но грех отказываться от такой лестной оценки своей личности.
– Хаа, черт!
Пак Джин Тэ ударил ногой по сторожевой башне, после чего последовал за Ли Су Хёком. Он уже достал из кармана свой пистолет.
Чхве Чжон Су тоже попытался последовать за ними, но…
– Подождите.