Глава 5 (2/2)

— Значит, теперь ты еще и раздражаешь?

— Зависит от ситуации. Если честно, — я сменила тему, — я рада тебя видеть снова, тем более что ты, кажется, чего-то от меня хочешь. Но что может предложить пятилетний ребёнок тринадцатилетнему мальчику вроде тебя? Мы практически незнакомы, знаешь ли. И я полагаю, что твоя семья более обеспеченная, чем моя… — Я наклонила голову. — Так что мне любопытно. — Какое освежающее чувство. Любопытство.

Он закрыл глаза и глубоко вздохнул. Затем он достал одну руку из кармана толстовки, держа в ней кошелёк. — Ты сказала, что тебе нравится клубника?

— Умный мальчик.

Мы сидели на скамейке в парке в тени дерева, чтобы я могла съесть своё лакомство. В начале дня было приятное воскресное утро, поэтому многие дети и их родители наслаждались погодой.

— Моя семья думает, что я нянчусь с тобой.

Мои щёки надулись, и я чуть не выплюнула молоко, которое отхлебнула. Самоконтроль не позволил мне это сделать, и я проглотила его большим комком. Звук, который я издала, должно быть, прозвучал как подтверждение, поэтому он продолжил.

— Не конкретно с тобой, а просто с каким-то ребёнком. Я просто подумал о тебе, когда придумывал это оправдание. Но теперь они начинают подозревать.

— Ты делаешь что-то, чего не должен? — В моей голове промелькнули варианты. Встречаешься с девушкой, которую не одобряет его семья? Связался с плохими людьми? Секретная работа на неполный рабочий день?

— Это не то, что мне не положено делать, это то, чего они не хотят, чтобы я делал. — В его голосе послышался намек на раздражение.

— Это одно и то же.

Он оперся на скамейку. — Это тренировки. Я тренируюсь со своей причудой, чтобы стать героем. — Его глаза затуманились, раздражение сменилось возмущением, а может, и откровенным гневом. — И они казались очень довольными, когда я сказал им, что занимаюсь чем-то другим. Как будто это хорошо, что я наконец сдался.

Самым удивительным было не его откровение, а то, что он был так честен со мной. Раньше он притворялся, не желая обременять меня своими проблемами. Может быть, потому что я выманила у него деньги, чтобы он купил мне что-нибудь, или…

Может быть, его эмоциональное состояние было ещё хуже.

— Разве работа героя не опасна? Они, вероятно, просто беспокоятся о тебе. Было приятно думать, что есть люди, которые сохранили здравый рассудок.

— Беспокоятся? Да, конечно. — Он наклонился вперед, сжав руки в кулаки. — Сейчас мой младший брат проходит обучение.

— Разве ты не учишься в средней школе? Сколько лет твоему брату?

Он впервые за долгое время посмотрел на меня. В его глазах была тяжесть, которую я не могла определить. — Столько же, сколько и тебе.

Я беру свои слова о здравом уме обратно.

— Разве это не… — Я не хотела говорить «злоупотребление», так как не знала точной ситуации. Многие родители направляют своих детей на путь определённых профессий. Что плохого в том, что родитель готовит своего ребёнка к успеху? Работа героя была для меня новой, поэтому, возможно, в некоторых случаях это было нормой. Это была конкурентная работа. Может быть, я странная.

Но…

Что-то было странным. О Тое, о ситуации.

Мимо пробежали несколько детей, и единственными разборчивыми словами в их радостных криках были «злодеи», «герои» и «Всемогущий».

— А почему не ты? — Я искала возможности. Разве они не хотели, чтобы он соперничал со своим братом за внимание? Или, может быть…

— Какая разница? Тебе не нужно знать подробности, просто… — Он вздохнул. — Помоги мне.

Ветер шелестел листьями над нашими головами. Пятнистый свет, проникавший сквозь них, скользил по лицу Тои, как прожектор. Чем больше я узнавала его, тем меньше он напоминал мне Юкиху, но иногда мне всё равно было больно.

Помоги мне.

Сделав еще один глоток своего напитка, я сказала: — Я уже приняла решение.

— Ха?!

— Видишь ли, мне тоже кое-что от тебя нужно. — Я повернулась к нему с ухмылкой на лице. — Мне действительно очень, очень нужна няня.

Десять минут. Мне потребовалось десять минут, чтобы объяснить ситуацию. Около пяти минут, чтобы объяснить, почему я не хочу идти в детский сад, около четырёх минут, чтобы он достал свой телефон и посмотрел ролик с моим участием и Всемогущим с пустым лицом, и одна минута, чтобы он повернулся ко мне и сказал:

— Ты идиотка?

Я продолжала изображать на лице победную улыбку. — Как видишь, мы оба выигрываем от этой договорённости.

— Ни за что.

— Не наслаждаешься моей компанией?

— Мне нужно тренироваться, у меня нет времени присматривать за ребёнком.

Я отмахнулась от него. — Не похоже, что ты должен менять мне подгузники. Просто возьми меня с собой.

— Нет.

— Хм? — Я наклонилась ближе. — Но причина, по которой ты пришел ко мне, в том, что твои родители начинают подозревать, что ты на самом деле не сидишь с ребёнком. Конечно, ты можешь взять любого случайного ребёнка с улицы, но… — Я пожала плечами. — Если мама подтвердит им, что ты на самом деле моя няня…

Теперь он надулся, будучи в конфликте. Ему просто нужен был последний толчок.

— Почему бы тебе не показать мне, где ты тренируешься? Просто небольшая дегустация. Мамы не будет дома еще какое-то время, и сегодня прекрасное воскресенье, так что, полагаю, тебе тоже нечем заняться.

Тоя прищурился, внимательно разглядывая меня. Затем он сказал:

— Почему ты всё это говорила о Всемогущем?

Черт!

— Аха-ха~ — Я потерла затылок. — Ну~ Я впервые увидела его так близко~ Правда~ Я не могла поверить~ Я была ошеломлена~ Обещаю~☆ﾟ.*･｡ﾟ

— Почему ты так говоришь?

— Аха-ха~ Мы можем идти сейчас?

Это была необычайно короткая поездка на автобусе до его тренировочной площадки. Но…

— Горы? Мы должны идти пешком? — Деревья, растущие у подножия горы, нависали над нами. Я никогда не была туристом.

Он вздохнул. — Видишь? Я же говорил тебе, что это не для детей.

— Я просто подумала, что ты имеешь в виду, что это опасно, потому что ты тренируешься с огнём.

— Это тоже… — сказал он так, словно только что задумался о возможных последствиях того, что он взял ребёнка с собой поиграть с огнём.

— Там есть храм с монахами? Они тебя тренируют?

— Это не аниме, — огрызнулся он. Взмахнув рукой, он сказал: — Давай, если ты не сможешь угнаться за мной, то сделка сорвётся.

— Вообще-то я думала о фильме… — пробормотала я, послушно следуя за ним. Я встрепенулась. — Но ты смотришь аниме? Есть какие-нибудь рекомендации по новым? Я знаю только классику вроде…

— Ты всегда так много говоришь?

— У меня не так много людей, с которыми можно поговорить. — Только Сайки и Айзава.

Его ноги были длиннее моих, а путь наверх временами был крутым, но я смогла угнаться за ним. К тому времени, как мы добрались до его маленького домика, я запыхалась.

— Это действительно выбило тебя из колеи? — спросил он, снимая толстовку.

— Жизнь затворника нелегка. — Не то чтобы я хотела им быть. У меня не было возможности развивать мышцы так, как это делают обычные дети. Гулять, играть с другими и всё такое. — И ещё, зачем ты снимаешь свою футболку?

— Потому что огонь ее сожжет, очевидно. — Он усмехнулся. — Это демонстрация. Если ты слишком испугаешься, то, думаю, наша сделка сорвется.

Поскольку это секрет, ему не перед кем выпендриваться.

— У тебя не так много друзей, да?

— Я в другом мире, чем все остальные. — В его голосе не было ожидаемого высокомерия. Он был низким, твердым. — У меня нет времени.

Тоя поднял свою футболку, и я вздрогнула, увидев свежие ожоги на его животе. Его взгляд встретился с моим, и он снова усмехнулся. — Тренироваться, чтобы стать героем, это тяжёлая работа. Эти ожоги доказательство моей преданности делу.

Интересно, кто ему это сказал. Не похоже, что Тоя мог бы это сказать. Слова, переданные ему, теперь переданы мне.

— Ты действительно можешь контролировать свою причуду? — Поляна была окружена деревьями. Их ветви были гибкими и податливыми после возобновления весеннего дождя, но неожиданная засуха летом могла мгновенно сделать их воспламеняющимися. Рядом протекал ручей, но это могло помочь лишь отчасти. Есть ли поблизости огнетушитель? Аптечка?

— Могу! — огрызнулся он, внезапно снова став ребячливым. — Я пытаюсь повысить свою температуру и выходную мощность.

— Это огонь, он и так достаточно горячий.

— Причуды, связанные с огнём, одни из самых распространённых. Есть много людей, устойчивых к огню.

Это действительно разумный аргумент.

Тренировочные манекены, потрёпанные, с пятнами от ожогов, стояли на дальней стороне поляны. Тоя жестом велел мне держаться подальше. Возле его груди вспыхнуло пламя, а затем разгорелось в ревущий огонь. Он вздрогнул, но выпустил собранное пламя вперёд. Манекены горели недолго, огонь погас через мгновение.

Он повернулся ко мне лицом, всё ещё с пылающей грудью и выжидательной ухмылкой на лице.

— Впечатляет, — это всё, что я смогла сказать.

Усмешка исчезла, и он снова повернулся, выпустив ещё один взрыв. Наверное, он хотел, чтобы я прониклась благоговением, но то, что он сказал раньше, было правдой. Было много людей, которые могли управлять пламенем. И всё равно иногда это пугало меня до чёртиков.

Почему все думают, что я странно себя чувствую? Такой человек, как я, был в новинку в наши дни, поэтому ролик с моим участием и мистером Номером Один стал вирусным.

— Если подумать, то у героя номер два есть причуда с огнём, — сказала я.

— Ты не знаешь его?

— Э, я не особо слежу за героическими штучками. Если бы я его увидела, я бы знала, кто это. — Я провела больше исследований по истории героизма, но больше не смотрела новости так часто. — Его звали С…Стар… да пофиг.

— Жаль, я надеялся, что ты что-нибудь скажешь о нём, как и о Всемогущим.

— У него была довольно страшная внешность… О, теперь, когда я думаю об этом, поскольку обе ваши причуды основаны на пламени, я думаю, он похож на конкурента по бизнесу. Будет трудно выделиться рядом с ним, наверное, поэтому ты так усердно работаешь?

Пламя на его груди почти погасло, прежде чем вернуться к нормальному состоянию. — Конкуренция..? Ты так думаешь?

— Как соперник? Он разрешил рекордное количество инцидентов, насколько я слышала. Будет трудно конкурировать с этим.

Тоя обернулся, одарив меня дикой, почти звериной ухмылкой. — Ты понятия не имеешь, как сильно я хочу достичь его, но… — он развернулся, выпустив самые большие языки пламени. — …я иду дальше! К самому Всемогущему!

Манекен перед ним загорелся. Казалось, он был создан для того, чтобы выдерживать пламя, но неуклонно превращался в пепел. Тоя издал крик радости и подпрыгнул, сжав кулак. — Это было лучшее из всего, что было до сих пор! — Когда он повернулся ко мне и улыбнулся, меня пронзила жалость. Это был самый счастливый вид, который я когда-либо у него видела, но…

Я также увидела свежие следы ожогов на его груди.

Почему-то вместо Юкихи я подумала о той маленькой лающей собачке, которая была у моей старой хозяйки. Той, которая была зависима от никотина.

Когда я впервые увидела эту собаку, моя хозяйка сказала: — Смотри. — И бросила ей один из своих окурков. Она набросилась на него, как на лакомство, пережевав всего несколько раз, прежде чем проглотить. — Глупая маленькая, я должна держать свою пепельницу подальше, чтобы её не стошнило, — сказала она, открывая банку пива. Всякий раз, когда я выходила на свой балкон покурить, она начинала лаять на меня, и я перестала задумываться о том, чтобы бросить один или два окурка вниз, чтобы заставить ее замолчать. Обычно я делала это просто для того, чтобы шум перестал еще больше раздражать похмельную голову.

У него даже были те самые белые пушистые волосы.

Тоя схватил меня за плечи. — Тебе понравилось, не так ли?— Его руки всё ещё были неестественно тёплыми.

Вот это зудящее, неудобное чувство снова. Я была странной в этой ситуации? Беспокоились ли его родители, готовившие пятилетнего ребёнка к опасной героической работе, или на самом деле о безопасности своего старшего сына? Беспокоился ли вообще кто-нибудь? Так и должно быть?

— Да, — выдохнула я. — Это было страшно.

Ухмылка Тои стала ещё шире.

***

Мой старый друг был коллекционером.

Коллекционеры по своей природе часто являются экспертами в том, что они собирают, поэтому, если у меня когда-нибудь возникал вопрос о метаспособностях, он был моим человеком.

— Это больно? — спросила я его после того, как он зажег мою сигарету одним пламенем размером примерно с зажигалку. Обычно он насмехался надо мной за то, что я даже просила удовлетворить мою привычку, к которой он никак не мог решить, относится ли он с отвращением или нет, но в тот день он сделал это без особых усилий. Должно быть, он был в хорошем настроении.

— Что, огонь? — спросил он, когда пламя на его пальце погасло.

— А что еще?

— Некоторые способности негативно влияют на их владельца, и он не может этого игнорировать… это те, кто умоляет меня о помощи. — Он усмехнулся, что-то вспомнив. — Вообще-то, я встретил кое-кого в больнице на прошлой неделе. Они не знали, что обладают способностью, пока не взорвались. — Он покачал головой. — Трагично.

— Они стали живой бомбой? И ты забрал это?

— Конечно, я сделаю всё, чтобы помочь.

Я сделала несколько шагов назад от него. — Когда, чёрт возьми, ты собираешься использовать эту способность?

Одним шагом он стер расстояние, которое я создала.

— Ты не веришь, что я сделал бы это из доброты душевной?

Он рассмеялся, увидев мою реакцию. — Ах, я что-нибудь придумаю. — На его ладони вспыхнул огонь. — Большинство людей рождаются с телами, которые могут выдержать напряжение их способностей, в определённой степени. Что касается этого… — он поднял руку. — …Это просто немного тепла. Но это как использование мышцы, чрезмерное использование может напрячь тело. — Он сделал паузу, усмехнувшись. — Хотя, если я дополню себя другими мета-способностями, это не такая уж большая проблема.

Я проигнорировала его высокомерный тон. — Значит, когда ты что-то берёшь, ты также получаешь сопротивление, которое это что-то обеспечивает. Интересно. Это означает, что тебе не нужно беспокоиться о недостатках, когда ты даёшь что-то кому-то другому.

Огонь погас. — Хм, если бы всё было так просто. Многие люди хотят обладать способностью, но лишь немногие могут с ней справиться.

— В каком смысле?

— Почему ты спрашиваешь? — Он внезапно стал намного более взволнованным, чем должен был. — Ты хочешь что-нибудь? Сегодня мой счастливый день? Я давно кое-что задумал…

— Давай не будем играть в эту игру прямо сейчас. Прошло много времени с тех пор, как мы встречались, поэтому я хочу, чтобы ты вел себя прилично.

Он надулся. — Я испортил тебя до мозга костей, и меньшее, что ты можешь сделать, это побаловать меня.

Я затянулась. — Купи первый раунд в обычном месте, может быть, я подумаю об этом.

— Не могу поверить, что позволяю тебе пользоваться мной. — Он преувеличенно вздохнул. — Ты держишь на поводке каждого мужчину в своей жизни?

— Раньше я была хозяйкой, это входит в комплект.

— К счастью, больше нет. В том месте не было ничего, кроме мусора. Даже их мета-способности не стоили того, чтобы их брать.

— Ты всегда думаешь о метаспособностях. — Я покачала головой. — Ты чёртов наркоман, мужик.

Он внезапно протянул руку и выбил сигарету из моих пальцев. — Не больше, чем ты.

***

После небольшой демонстрации Тои он был вне себя от восторга. Его пламя было жарче, чем когда-либо прежде.

— Может быть, это потому, что ты меня разожгла. На некоторые причуды влияют эмоции пользователя.

Замечательно.

Он родился без способности управлять пламенем, которое вырабатывает его тело, или он слишком сильно давил на себя?

Ответственным поступком было бы сказать ему «нет», отрезать его от себя и больше никогда не видеть. Пусть настоящие взрослые в его жизни разберутся с этим. Но даже помимо попыток использовать его в качестве предлога для ухода из квартиры, мне было интересно узнать о ситуации Тои.

Я ничего не могла сделать, но если он всё равно собирался сжечь себя, то пусть лучше кто-нибудь присмотрит за ним… его семья, конечно, этого не сделает. Когда я спросила его, есть ли у него мазь от ожогов, он отмахнулся и сказал, что забыл.

Я заставила его пойти в магазин.

— Ты довольно хорошо это делаешь, — удивлённо сказал он, когда я наносила мазь и накладывала повязки.

— Хм? О, у меня просто есть небольшой опыт. — Больницы не были такими надёжными в мои дни, особенно когда участились случаи насилия. Научиться пользоваться базовым набором для оказания первой помощи было необходимо.

Даже позже вечером я всё ещё думала о нём.

Давайте посмотрим, что нам понадобится? Аптечка первой помощи и много мази. Огнетушитель, потому что я его не видела… и немного закусок! Это несложный поход, но если что-то случится, аварийным службам будет трудно добраться до нас или нам будет трудно получить помощь. Его телефон ловит там сигнал?

— Миё? — сказала Сайки.

— Хмм?

— Ты уже довольно долго смотришь на свою зубную щётку. Ты не собираешься…?

Мы обе стояли перед раковиной, готовясь ко сну. Я использовала табурет, чтобы дотянуться до нее. Сайки вдруг стала очень настаивать на том, чтобы ложиться спать в приличное время. Интересно, говорила ли она сегодня с Айзавой?

— Да, да. — Я схватила зубную пасту и спросила: — Когда люди начинают тренироваться, чтобы стать героем?

— Для этого есть средние школы. — Она уткнулась лицом в умывальник, голос её был приглушённым. — Почему? Тебе интересно стать героем?

— Не особо, кажется, что все хотят им быть, — поспешно сказала я. — Но некоторые люди начинают тренироваться рано?

— Может быть? Думаю, можно начать тренироваться рано, например, заниматься спортом.

— Но как насчёт тренировки причуды?

— Я не знаю… это довольно продвинуто. Думаю, если у тебя есть частная собственность. Тренировки в общественном месте могут создать проблемы для других людей.

Фундаментальное правило нашего общества, основанного на причудах. Не создавай проблем для других людей своими причудами.

— Хм. — Я засунула зубную щётку в рот, позволяя своему разуму блуждать.

Была ли семья Тои достаточно богата, чтобы владеть собственностью в горах? Или Тое не полагалось там находиться? Он, казалось, не беспокоился о законности разведения костров в лесу, а только о том, чтобы его не поймали родители.

Что касается его младшего брата… если бы я сравнила работу героя с карьерой спортсмена, то моё первое инстинктивное ощущение было бы верным. Вероятно, это жестокое обращение. Или, по крайней мере, что-то в этом роде. Но это было моё личное мнение. Тоя, казалось, был больше сосредоточен на своих проблемах, чем на брате, поэтому, возможно, всё было не так плохо, как я себе представляла.

Ты странная, помнишь?

Интуиция подсказывала мне, что семья это не что иное, как неприятности. Мне даже не нужно было встречаться с ними лично.

Любопытство убило кошку, но удовлетворение вернуло ее обратно. Все будет хорошо.

Вероятно.

Я выплюнула в раковину, затем подняла стакан с водой. — Давай выпьем за будущее, мама.

Она рассмеялась, чуть не выплюнув пенистую зубную пасту, прежде чем чокнуться своей чашкой с моей.

Мы прополоскали рот, прополоскали горло и выплюнули в раковину одновременно.

Жизнь здесь становилась такой же знакомой, как и странной.