Дело: Преступление и наказание (после событий истории) (1/2)

Я сидела напротив Алексея в его квартире, телефон в руках.

— Свадьба? — он поднял бровь. — Чья?

— Моей подруги из академии. Джессика, — ложь соскальзывала с языка легко. — В Портленде. Две недели — предсвадебные мероприятия, сама свадьба, потом медовый месяц, куда она настаивает, чтобы я приехала. Хотя бы на пару дней.

Алексей смотрел на меня, что-то оценивая в глазах.

— Две недели — долго.

— Знаю, — я взяла его руку. — Но я обещала ей год назад. До того, как… наши отношения зашли настолько далеко, чтобы начать планировать свою свадьбу.

Он сжал мою руку.

— Хорошо. Когда уезжаешь?

— Послезавтра. Рейс в 9 утра.

Он притянул меня к себе, поцеловал в макушку.

— Буду скучать.

Вина кольнула, но я подавила её. Я хотела доказать себе, что способна на что-то без его помощи, что всё ещё достойна заниматься любимым делом.

После месяцев, когда Алексей помогал мне с каждым делом — советами, контактами, прикрытием — я начала чувствовать зависимость. Начала сомневаться в собственных навыках.

«Могу ли я справиться одна? Или только с его помощью успешна?» — постоянно спрашивала я у себя.

Мне нужно было знать.

И это дело — сложное, опасное — было идеальным тестом на вшивость.

***

За день до «отъезда» ко мне в офис пришла женщина. Элеонора Вэнс, лет сорока, дорогой костюм, но усталые глаза.

— Меня рекомендовала Элизабет Харрингтон, — сказала она. — Говорит, вы лучший частный детектив в городе.

— Что случилось? — я указала на стул.

— Мой муж, Томас Вэнс. Он… пропал. Неделю назад, — её голос дрожал. — Но я не думаю, что это похищение или несчастный случай.

— Почему?

— Потому что перед исчезновением он говорил о чём-то странном. О «проекте», который его пугал. О том, что «они зашли слишком далеко», — она достала телефон, показала последнее сообщение от мужа.

«Элли, если со мной что-то случится — ищи серые папки. В сейфе. Код 1847. Там всё. Прости. Люблю. — Т.»

— Вы открыли сейф?

— Да, — она передала мне флешку. — Это копия. Оригиналы в банковской ячейке.

Я вставила USB в ноутбук.

Файлы. Десятки. Документы, фотографии, записи.

Название проекта: «Эдем».

Фармацевтическая компания — VitaCore Industries.

Я пролистала. Испытания нового препарата. Обещание «революции в лечении рака».

Но побочные эффекты… смертельные. Пациенты умирали. Данные для совета директоров и инвесторов фальсифицировались.

И Томас Вэнс — главный исследователь — знал правду. Я выругалась мысленно, понимая, что просто посмотрев материалы оказалась втянута в это дело.

— Ваш муж работал на VitaCore?

— Да. Пятнадцать лет. Руководитель исследовательского отдела, — Элеонора сжала руки. — Он хотел остановить проект. Пригрозил обнародовать данные. И потом… исчез.

Я закрыла ноутбук.

— Вы обращались в полицию?

— Да. Они ищут. Но зацепок нет, — слёзы потекли по её щекам. — Я думаю, VitaCore… избавилась от него. Убила или спрятала. Чтобы заставить молчать.

— Это серьёзное обвинение.

— Знаю. Поэтому полиция не верит. Недостаточно доказательств, — она наклонилась вперёд. — Но вы… вы можете копать глубже. Найти то, что полиция не может.

Я посмотрела на торчащий из ноутбука USB как на змею. VitaCore. Крупная корпорация. Связи. Деньги. Власть. Связываться с ними опасно.

Идеально для заскучавшего детектива.

— Я возьму дело. Но предупреждаю — если VitaCore действительно за этим стоит, они не остановятся ни перед чем.

— Понимаю, — Элеонора выписала чек. — Найдите моего мужа. Живого или… — голос сорвался, — …хотя бы верните мне тело. Чтобы похоронить.

Когда она ушла, я сидела, смотрела на файлы.

Это дело было не для одиночки. Я должна позвонить Алексею. Попросить помощи. Но вместо этого я выключила компьютер, спрятала USB.

«Нет. Справлюсь сама», — упрямо решила я.

***

Я действительно полетела в Портленд. Появилась на девичнике Джессики — одна ночь, фотографии в соцсетях, алиби готово.

Алексей писал каждый день:

«Как свадьба?»

«Скучаю. Звони, когда будет время».

«Люблю тебя».

Я отвечала короткими сообщениями, поддерживая ложь.

На второй день я вернулась в родной город под другим именем. Сняла квартиру на окраине. Начала расследование.

***

Первые три дня я посвятила сбору информации.

Я связалась с Сарой Коллинз — неофициально.

— VitaCore? — она присвистнула. — Большая рыба. Что нужно?

— Всё, что есть на проект «Эдем». Внутренние документы, переписки, что угодно.

— Это сложно. Их безопасность — военного уровня.

— Попробуй. Пожалуйста.

Сара вздохнула.

— Дам знать через день. Но с тебя услуга после. И вкусный ужин.

Параллельно я следила за штаб-квартирой VitaCore. Записывала, кто входит, кто выходит. Фотографировала.

На третий день Сара вернулась с данными.

— Нашла кое-что. Внутренняя переписка между CEO VitaCore — Маркус Холт — и главой безопасности — Виктор Грант.

Я замерла.

«Виктор Грант. Не наш Виктор… правда?» — тревожно подумала я. Имя довольно распространённое, но… я не знала фамилии помощника Алексея. И это тревожило.

Сара прислала файлы. Переписка была закодирована, но Сара взломала. Последнее сообщение, неделю назад:

«Томас Вэнс стал проблемой. Решить тихо. Без следов. — М.Х.»

«Понял. Будет сделано. — В.Г.»

Моя кровь застыла.

«Они убили его. Или собираются», — пронеслось в голове.

— Сара, можешь найти, где держат Вэнса? Если он ещё жив?

— Попробую. Но это займёт время.

Оставшееся до конца недели время я посвятила слежке.

Я следила за Виктором Грантом. Высокий, мускулистый мужчина лет тридцати пяти, никаких шрамов через бровь и вечно печального выражения. Хотя, может, печаль у него вызывала встреча со мной и его боссом.

«Не наш Виктор. Слава богу», — выдохнула я.

Не-наш-Виктор ездил между офисом VitaCore и заброшенным складом на южной окраине. На седьмой день я проследовала за ним к складу. Припарковалась в квартале, наблюдала в бинокль.

Грант вошёл внутрь. Вышел через час.

Я ждала в засаде до ночи, потом подкралась к складу.

Окна были забиты. Дверь заперта. Но вентиляционная шахта на крыше — открыта.

Я залезла внутрь — тихо, осторожно. Внутри — темнота. Я включила маленький фонарик, спустилась по лестнице. Склад был почти пуст. Но в дальнем углу — дверь. Металлическая. С замком.

Я взломала его отмычками — навык, которому меня научил Алексей.

«Спасибо, любимый», — тепло разлилось в груди при мысли, что даже сейчас он помогает мне. Пусть и косвенно. И, конечно, я испытала гордость за то, какой хорошей ученицей оказалась, сделав мысленную пометку не проболтаться ему об этом деле, даже если очень захочу похвастаться.

Внутри помещения оказалась маленькая комната. Койка. Ведро. И мужчина, прикованный к стене.

Томас Вэнс. Худой, избитый, но живой.

— Томас? — прошептала я.

Он поднял голову, глаза расширились.

— Кто… кто вы?

— Частный детектив. Ваша жена наняла меня, — я начала взламывать наручники. — Вытащу вас отсюда.

— Они… они убьют меня и вас, если узнают…

— Не узнают. Обещаю.

Наручники поддались. Томас упал, и я подхватила его.

— Можете идти?

— Попробую, — неуверенно ответил он.

Мы двинулись к выходу — медленно, Томас опирался на меня.

Почти у двери я услышала тревожный звук. Снаружи захрустел грунт под подъезжающей машиной.

«Бля…» — я затолкала Томаса обратно в комнату.

— Тихо. Ни звука.

Я спряталась за ящиками, пистолет зажала в руке.

Когда дверь склада открылась, внутрь вошел Виктор Грант с двумя охранниками.

— Проверить Вэнса, — приказал он.

Охранники двинулись к комнате.

Открыли дверь. Увидели пустые наручники.

— Босс! Он сбежал!

Грант выругался.

— Найти его! Сейчас!

Они разбежались по складу. Я ждала, сердце билось в ушах. Один охранник прошёл мимо моего укрытия. Я выскочила, ударила его рукояткой пистолета по затылку. Он упал, почти без звука… почти. Второй услышал глухой звук от падения и обернулся. Я выстрелила ему в плечо.

Он закричал, рухнув на пол, пытаясь зажать рану.

Грант метнулся ко мне, выхватив пистолет. Я нырнула за ящики, его пуля просвистела мимо. В сантиметрах от меня. Сердце бешено стучало.

— Кто ты?! — рявкнул он.

Я не ответила, выстрелила вслепую. Завязалась короткая перестрелка. Пули впивались в ящики, дерево разлеталось щепками. Я перебежала к двери комнаты, схватила Томаса под руку и яростно зашептала:

— Бежим! Сейчас!

Мы метнулись к выходу, пока Грант стрелял вслед. Одна пуля задела мою ногу — всего лишь царапина, но это было пиздец больно. Я не остановилась, просто тащила Томаса к машине. Завела её и сорвалась с места, молясь, чтобы Грант не успел пробить колёса. Заднее стекло разлетелось к чертям, но мы, наконец, скрылись.

***

Я отвезла Томаса в больницу — анонимно. Позвонила Элеоноре.

— Ваш муж жив. В больнице Святого Михаила. Приезжайте.

— О боже… спасибо! Спасибо! — причитала она, было слышно, как Элеонора судорожно собирается и бежит куда-то.

На следующий день я встретилась с Элеонорой в кафе. Передала копию файлов.

— Отнесите это в прессу. В полицию. В FDA. Везде, где будут готовы напечатать это, — я посмотрела ей в глаза. — VitaCore должна ответить. Если не создать шумиху, они не оставят вас в покое.

Элеонора сжала мою руку.

— Вы спасли его. Спасли нас, — Она передала чек. — Это меньшее, что могу сделать.

Сумма была щедрой. Я взяла.

— Берегите мужа, — быстро попрощалась я, решив спрятаться на пару дней, пока всё не уляжется. Или наоборот.

Через два дня новости взорвались от скандала с VitaCore. Проект «Эдем» раскрыт. Аресты. Суды.

Я смотрела новости в съёмной квартире, чувствуя удовлетворение.

Справилась. Одна. Без Алексея. Доказала себе, что способна быть полезной.

В этот момент телефон завибрировал. Сообщение от Алексея.

«Видел новости про VitaCore. Впечатляющая работа. Интересно, кто копал под них. Как свадьба, кстати? Скоро домой?»

Вина кольнула меня вместе с легким приступом паники, но я ответила:

«Свадьба прекрасна. Ещё пара дней. Скучаю.»

Это была ложь. Самая последняя.

Я собрала вещи, готовясь вернуться «из Портленда» через три дня, как планировалось.

***

Вечером того же дня я вышла из съёмной квартиры, направляясь к машине. Улица была пуста. Фонари тускло светили.

Я открыла дверь, когда чья-то рука обхватила мой рот сзади, другая — талию, притягивая к твёрдому телу. Я попыталась кричать, звук заглушился кожаной перчаткой, хватка рук была железной.

— Тихо, детка, — прошептал в ухо голос. Знакомый и чужой одновременно. Холодный. — Сопротивление только усложнит.

«Алексей», — вздрогнула я. Паника и ярость вспыхнули одновременно.

Я ударила локтем назад, но он предвидел это, увернулся. Его рука сжалась сильнее.

— Сказал — тихо.

Следом — укол в шею. Острый, быстрый. Мир поплыл. Ноги подкосились.

Последнее, что я почувствовала — его руки подхватили меня, прежде чем темнота поглотила сознание.

***

Я очнулась от холода. Руки над головой, запястья связаны верёвкой, подвешены к потолочной балке. Пальцы ног едва касались пола — достаточно, чтобы не висеть полностью, но недостаточно для устойчивости.

Ноги связаны у лодыжек, разведены на ширину плеч распоркой.

Одежда на месте — джинсы, футболка — но обувь была снята.

Я огляделась, насколько мне позволяли путы. Незнакомое помещение… склад. Пустой. Тусклый свет лампы над головой был единственным источником света. Я будто оказалась на сцене, в свете софита.

И передо мной, в тени, стоял он.

Не Алексей. Не Марк.

Призрак.

Чёрная одежда, маска на нижней половине лица, глаза — серые, холодные, знакомые — смотрели на меня с опасной смесью ярости и чего-то тёмного.

— Проснулась, — он произнёс ровно, шагая ближе. — Хорошо. Ненавижу, когда пропускают лучшую часть представления.

Я дёрнулась, верёвки впились в запястья.

— Алексей, какого чёрта…

— Тихо, — его рука взметнулась, обхватила мою челюсть, сжала — не больно, но твёрдо. — Сейчас я не Алексей. Сейчас — Призрак. И ты, детка, очень сильно облажалась.

Его лицо было в сантиметрах от моего.

— Портленд, да? Свадьба подруги? — усмешка слышалась в голосе. — Забавно, Джессика очень удивилась, когда я позвонил ей позавчера, спрашивая, как вы проводите время. Сказала, что ты уехала после одной ночи. «Срочное дело», сказала ты ей.

Моё сердце ухнуло.

Он знал.

— VitaCore. Томас Вэнс. Виктор Грант, — он отпустил мою челюсть, отступил, начал ходить вокруг меня медленными кругами. — Впечатляющая работа. Действительно. Спасла человека. Разрушила корпорацию. Одна.

Он остановился позади, его дыхание коснулось моей шеи.

— Но солгала мне. Притворялась. Рисковала жизнью без прикрытия, — голос упал до опасного шёпота. — После того, как обещала не делать этого снова.

Его пальцы скользнули по моей спине, лёгкое прикосновение, заставившее меня вздрогнуть.

— Знаешь, что я делаю с теми, кто нарушает обещания?

— Алексей…

— ПРИЗРАК! — прорычал он. Его рука ударила по стене рядом с моей головой, заставив подпрыгнуть. — Сегодня я не твой любящий Марк-Алексей. Я тот, за кем ты гонялась три года. Тот, кто не прощает предательства.

Он обошёл, встал передо мной, снял маску.

Лицо было знакомым, но выражение — чужим. Жёстким. Хищным.

— Ты хотела доказать, что можешь без меня? — он наклонил голову. — Поздравляю. Доказала. Дело закрыто. Клиент доволен.