33. Код доступа: Дженсен (2/2)

Охранный бот неловко переступил с ноги на ногу, пропуская ее к лестнице на второй этаж. Тихие шаги отозвались еле слышным эхом. Обе машины коротко прогудели ей вслед — то ли подбадривая, то ли пытаясь остановить. Дженсен автоматически свернула направо.

Дверь в техническую лабораторию Притчарда была приоткрыта, словно он только что вышел, забыв закрыть за собой. Кабинет был почти пуст. Серверные стойки, обычно гудящие и пищащие вразнобой, исчезли, оставив на полу прямоугольные следы. Стол, когда-то заваленный гаджетами, стоял голый, с царапинами от отверток и пятнами кофе.

На полу валялись обломки микросхем, обрывки проводов — типичный хакерский срач. На столе — пустой стаканчик из-под кофе, край обведен кольцом засохшей пены. Дженсен подняла его, повертела в руках. На дне остались кристаллы сахара, слипшиеся в комок. Причард всегда клал три ложки. Сахарный кошмар, а не напиток.

Дженсен наклонилась, поднимая осколки разбитой кружки. Выше на стене виднелась вмятина — вспылил. Интересно, что стало причиной? Может, очередной сбой в сети? Или ее исчезновение?

Ответа не было. Здесь не осталось ничего, кроме следов. Ни запаха кофе, ни щелчков клавиш под его пальцами, ни едких комментариев сквозь зубы. Только пыль, осевшая на останках того, что они когда-то называли «штаб-квартирой».

Рядом с диваном валялась коробка с надписью «Хлам». Внутри болтались USB-шнуры, наушники с перебитым проводом, какие-то диски россыпью — коллекция технологического позора.

Мотоцикл, который Причард безуспешно пытался починить в перерывах между взломами, исчез. На гофрированном картоне остались только вмятины от колес. Арка из ЭЛТ-мониторов все еще стояла в углу — никогда не работавший портал в прошлое.

Дженсен вышла, не закрывая дверь.

Ее кабинет был заперт. Внутри пустота и легкий хаос: сейф вскрыт, документы разбросаны. Среди них мелькнул лист с ее почерком: «Протокол 451 — отмена». Кто-то посчитал это ненужным. Ни запасного оружия, ни брони. Здесь что-то искали — и вряд ли нашли, но зато поживились расходниками.

Дженсен вызвала лифт по привычке. Механизм скрипнул, но не сдвинулся. Ее взгляд упал на лестницу в углу, ведущую в лаборатории. Туда, где хранилось оборудование для калибровки имплантов. Прежде чем сделать шаг, она обернулась, в последний раз окинув взглядом холл.

— Ну вот и все.

Роботы не обращали на нее внимания. Система работала. Оставалось найти то, зачем она сюда пришла. Но где-то в глубине души она уже знала: главное она нашла — осколки того, что когда-то было семьей. На мгновение Дженсен позволила себе просто остановиться, вспоминая голоса, смех, споры — все, что когда-то наполняло это место жизнью.

Потом она двинулась к лестнице, оставляя призраков корпорации пугать самих себя. Гул шагов по металлическим ступеням отдавался эхом, будто само здание вздыхало, вспоминая тысячи сотрудников, что когда-то спешили сюда на утренние брифинги.

Седьмой этаж. Лабораторные блоки. Дженсен шла по коридору, где раньше бегали стажеры с планшетами, а теперь было непривычно тихо.

Дверь в лабораторию была заблокирована. Дженсен набрала код — красный свет сменился зеленым. Резервные генераторы все еще питали эту часть здания. Мелкое научное оборудование пропало почти полностью; то, которое требовало кропотливого демонтажа, осталось нетронутым. Поленились вывозить?

Чем дальше Дженсен пробиралась через опустевшие цеха, тем меньше у нее становилось уверенности в том, что она найдет здесь то, что ищет.

Она прошла мимо рядов пустых стендов, где когда-то кипела работа над нейроинтерфейсами, и остановилась у массивной двери с надписью «Калибровочный отсек». Кресло стояло нетронутым, будто ждало ее. Провода свисали с потолка, а мониторы по стенам мерцали заставками с логотипами компании.

Дженсен провела рукой по подлокотнику, оставляя след в пыли. Холодная кожа кресла напомнила ей о десятках тестов, когда техники в белых халатах пристегивали ее ремнями, бормоча: «Не дергайся, это всего лишь протокол».

— Давай, проснись... — пробормотала она, подключая провода к портам на запястьях и виске — знакомые щелчки, покалывание в точках подключения.

Экран перед ней ожил, выводя диагностическую карту ее систем. Поплыли строки данных: «Обнаружены блокировки: 14. Критический сбой нейронной синхронизации».

— Отлично, — Дженсен скривилась, запуская глубокое сканирование.

Программа сама разобралась со спецификацией и предложила оптимальную последовательность. Оставалось только нажать на кнопку подтверждения.

Боль ударила волной, когда система начала перезагрузку имплантов.

— Сука... — выдохнула Дженсен, наблюдая, как на экране заполняется полоска прогресса. 35%... 60%... 90%... Губы онемели, в ушах зазвенело.

Система завершила калибровку. Замигала зеленая надпись «Доступ восстановлен», и мир резко стал кристально ясным. Оптический зум сфокусировался на трещине в потолке, радар развернулся на полную мощность, а первый же вдох отфильтровал лишние примеси. Дженсен сжала кулак, чувствуя, как гидравлика в предплечье отвечает идеально.

Обратный путь казался короче. Она миновала холл, где тени прошлого уже не цепляли — сейчас они были просто тенями. Все это осталось в другом времени. Дыра в заборе, через которую она сюда пробралась, с этой стороны была почти неразличима. Дженсен протиснулась наружу, зацепившись плечом за острую кромку. Кровь проступила сквозь ткань, но боль была приятной — как напоминание, что она жива.

Город ждал. Чайрон-билдинг был в пяти минутах ходьбы. Там, в тайнике за ложной стеной, лежало оружие, планшет с данными, разные мелочи — ее страховка на случай апокалипсиса. Даже если квартиру давно разграбили, сейф могли не найти. Должны были не найти.

Дженсен бросила последний взгляд на башни Шариф Индастриз. Окна верхних этажей отражали луну, разбивая ее свет на сотни холодных осколков.

— Прощай, — сказала она не зданию, а тому, кем была здесь.

***

Мониторы в убежище Притчарда мерцали, отбрасывая синеву на стены, заклеенные распечатками шифров и схемами давно забытых серверов. Воздух пах жженой изоляцией и пылью — как будто сама техника медленно разлагалась в этой подвальной сырости.

Пластиковые стаканы с засохшим кофе, пустые банки от энергетиков и обрывки кабелей валялись под ногами, как свидетельства бесконечных ночных бдений. Фрэнк потягивал холодный кофе из треснувшей кружки, глаза полуприкрыты от усталости. Взлом узла оказался рутиной — как будто мир перестал даже пытаться защититься.

— Ну давай же, сломайся, — проворчал он, вскрывая бэкдор в системе швейцарского банка. Заказчик платил за тишину, а не за скорость. Скучно. Слишком скучно.

В углу монитора неизменно висел интерфейс слежения. Там, где раньше пульсировала точка с меткой «Дженсен», уже полтора года светилась неактивная черная строка. Иногда он кликал на нее, просто чтобы услышать звуковое оповещение — глупый ритуал, как звонок в пустоту. Фрэнк давно отключил уведомления, но не удалил трекер. Просто... на всякий случай. Как тот старый билет в кино, который он хранил в кошельке, хотя фильм давно забыл.

Статичный шум внезапно смолк. Притчард сначала не поверил ушам — показалось. Слуховые галлюцинации стали частыми гостями после того, как он начал жить на адреналине и кофеине. Но тишина стала громче. Он сбросил наушники на шею.

В углу экрана, среди десятков угасших строк, загорелся индикатор. Зеленая вспышка — короткая, как удар сердца — промелькнула в районе Канады и погасла.

— Черт... — он наклонился вперед, пальцы зависли над клавиатурой. Сбой? Помехи?

Где-то внизу, за дверью, заскрипела лестница — обычный звук ветхого здания, но сейчас он заставил Фрэнка вздрогнуть.

Он выпотрошил логи — все чисто: ни взломов, ни вирусов. Но в глубине журналов обнаружил след: «Сигнал ID: Jensen_A. Статус: активен (0,8 сек). Время: 10:14:33. Координаты: ошибка». Цифры плясали перед глазами. 0,8 секунды. Слишком мало для фантома, слишком много для надежды.

— Не может быть, — он щелкнул языком, перезагрузив трекер. Мираж. Галлюцинация от недосыпа. Локоть заныл от случайного удара об столешницу — слишком реальная боль для миража.

Через восемьдесят восемь часов сигнал вернулся — яркий, стабильный, движущийся к Детройту. Притчард опрокинул кружку, не отрываясь от экрана. Кофе пополз к проводам, но он лишь отшвырнул их ногой.

«Потом. Все потом».

— Ты... серьезно? — его голос прозвучал хрипло, будто он забыл, как говорить вслух.

Пальцы забегали по клавиатуре, подключаясь к спутникам, камерам, датчикам дорог. Данные сливались в маршрут. Он пинговал ее чип снова и снова, пока не свело пальцы. Сигнал упрямо полз по одной из магистралей.

— Не может быть... — он запустил диагностику, проверяя каждую строку кода трекера. Система была чиста. — Ты же мертвая. Я... я сам видел отчет.

Слово «отчет» Фрэнк практически выплюнул. Тот документ до сих пор лежал в его цифровом архиве — три страницы сухих фактов и фотография обугленного тела, в котором он отказался признать ее.

Он не спал следующие сутки, наблюдая за тем, как точка медленно смещается по карте. Кофе заменили энергетики — сладкая отрава шипела на языке. К утру в комнате запахло горелым пластиком — перегретый сервер напомнил о себе. Фрэнк уже не различал границы между внешним миром и экраном.

Когда метка мигнула на границе города, Притчард схватился за край стола, пытаясь заглушить адреналин. Его убежище вдруг стало тесным, воздух — густым от напряжения. Даже вентилятор гудел теперь иначе — словно предупреждал: «Не лезь».

Фрэнк продолжил следить: библиотека, руины клиники «Протез», Шариф Индастриз...

И куда дальше?

— Черт, Дженсен, — он закусил губу, когда понял, где будет ее следующая остановка. — Ты же не настолько тупа, чтобы лезть в свой старый тайник... Или сразу в логово врага, да? Без плана, без прикрытия...

Он схватил куртку с импровизированной вешалки, нашарил в ящике стола пистолет — ее пистолет — прекрасно понимая, что в случае чего это его никак не спасет.

— Ты либо гений, либо идиот, — он притушил серверы, пряча следы активности. — Какого хрена ты...

Притчард оборвал мысль, резко захлопнув дверь, и поспешил к метро — самому быстрому сейчас пути в город. Должен успеть.

Платформа была пуста. Фрэнк вжался в угол вагона, не выпуская из рук планшет. Каждый рывок поезда заставлял его вцепляться в поручень, словно от этого зависела жизнь. Связь в метро ловила плохо, но метка на экране планшета, хоть и исчезала на доли секунды в мертвых зонах, была точной. Экран треснул под пальцами — слишком сильное давление.

«Успокойся. Дыши».

Фрэнк успел добраться до центра, пока сигнал метался где-то в глубине здания их бывшей компании: лаборатории, калибровочный зал...

Чайрон-билдинг. Логично, предсказуемо, чертовски глупо.

Притчард стоял в тени напротив, прислонившись к стене гаража. «Параноик. Ты параноик, Фрэнсис», — мысленно бубнил он, наблюдая за переулком. Все ее барахло лежало у него в убежище. Полтора года он хранил это как реликвии, называя себя идиотом.

Он видел, как ее сигнал ушел из Шариф Индастриз. Теперь метка двигалась сюда, минуя патрули и банды. Ее стиль. Притчард знал ее методы лучше, чем свои. И это была она — всегда шла напролом, даже если мир вокруг рушился. Без колебаний, без оглядки.

Фрэнк двинулся вдоль стены наперерез, избегая луж света от редких фонарей. Нога провалилась в яму, засыпанную щебнем, и он едва удержался, выругавшись шепотом. Тень метнулась между грудами мусора, слишком быстро для обычного мародера.

— Вот ты где... — он рванул вперед, спотыкаясь о кирпич. — Черт!

Не успел. Тень исчезла за углом. Притчард замедлил шаг, прислушиваясь. Только ветер, только шум в ушах. Он достал пистолет, но не поднял его — не смог бы выстрелить, даже если бы захотел. Спусковой крючок казался чужим, как будто оружие все еще принадлежало ей.

Переулок сужался, заваленный обломками бетона и ржавыми балками. Притчард замер, пытаясь уловить шорох, шаг, дыхание. Где-то скрипнула металлическая дверь, и он вздрогнул, как подросток на первом свидании.

— Дженсен! — позвал он тише, уже злясь на себя.

«Идиот. Она же не отзовется. Она никогда не...»

Фрэнк потерял ее среди этих извилистых тропинок в строительном мусоре. Без шансов — если ей придет в голову пользоваться маскировкой, он ее никогда не найдет. Оставалось только надеяться, что он смог привлечь ее внимание. Она же знает, что он здесь. Точно знает.

Притчард остановился отдышаться. Его тут же схватили за руку и втащили в темный переулок, ощутимо приложив лопатками о стену. Сердце пропустило удар. Он успел подумать: «Так вот как оно закончится», — но вместо боли...

В темноте блеснули глаза — механические, с едва заметным золотым свечением. Как тогда. Как в последний раз. Его держали крепко, но не больно, почти бережно. Разве что лезвие, зависшее в миллиметре от горла, слегка осложняло ситуацию.

Дженсен смотрела на него, полностью игнорируя дуло пистолета, больно уткнувшееся ей под ребра.

— Привет, Фрэнсис.

Он выдохнул, не осознавая, как надолго задержал дыхание. Губы сами сложились в кривую ухмылку — нервную, неловкую, настоящую.

— Черт возьми, Дженсен... — голос превратился во что-то среднее между смехом и стоном. — Ты...

Он хотел сказать «жива», но не решился.